Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Соединение и перевод четырёх Евангелий
.pdf
Общее примечание
В предшествующих двух главах Иисус сказал, что все бого-
почитание евреев ложное, что Моисеев закон исполнен про-
тиворечий и есть ложь и что они не знают Бога и служат по-
хоти дьявола, называя его Богом, а что он дает им учение
истинного служения Богу делом.
На вопрос их о доказательствах истинности своего учения
он говорит, что учение его не есть его учение, а того, от кото-
рого мы все произошли – учение жизни. И, чтобы узнать, ис-
тинно ли его учение, надо жить по его учению,– жить, как он
учит. Тот, кто будет так жить, тот узнает, что он сделается сво-
бодным, что для него не будет никакого страха, ни зла, ни
смерти. Тот, кто будет так жить, тот почувствует, что он будет
участником начала жизни – Бога. Тот, кто живет для своей
плоти, тот живет противно началу жизни – Богу, как работник
живет в доме хозяина, не заботясь о хозяйской воле. А надо
жить, как сын в доме отца, слиться с волею Отца, и тогда всег-
да будешь жить с Отцом. Для жизни в Боге нет смерти. Она
всегда была, есть и будет, она есть прежде начала мира. Тот,
кто не живет в Боге, тот и не знает Бога, и нельзя рассказать
его. Чтобы его понять, надо жить в Боге.
Так что доказательств истинности своего учения, таких,
каких требовали иудеи, Иисус не мог дать. И чтобы показать
им еще яснее невозможность этих доказательств, он говорит
им притчу об исцелении слепорожденного. Кто понимает
сердцем, тот видит, а кто не понимает, тот не видит, пока у
него не откроются глаза. И доказывать истину учения жизни
нельзя другому; тот, кто понял главный смысл жизни, тот
понял его так, что не может уже останавливаться ни перед
какими соображениями, тот знает, что был слеп, а теперь видит, знает, что прежде вся жизнь его была мрак, а теперь стала свет. И отчего прежде он не видел света, и прав или не
прав тот, кто в субботу открыл ему свет, он не знает и не мо-
301
жет об этом думать,– был слеп, а теперь вижу. И других доказательств нет.
Иисус – дверь жизни
(Ин. X, 1-6)
Истинно говорю вам: тот, кто входит в овчий двор не две-
рью, но пролезает где-нибудь, тот вор и разбойник.
Тот, кто входит дверью, тот и есть пастух овцам.
Тому сторож отпирает, и овцы слушают его голоса. И он
каждую овцу зовет по кличке и выпускает их в поле.
И когда выпустит отсаженных овец, передом сам идет.
Иовцы с ним идут, no-тому знают его голос.
А за чужим не пойдут и разбегутся от него, потому не зна-
ют голоса чужих людей.
Такую притчу сказал им Иисус, но они не поняли, что он
говорил.
Общее примечание
Речь идет все о том же, о доказательствах ложности веры
иудейской и истинности учения Иисуса. После притчи о прозревшем слепом говорится о том, что прозрение это всегда бу-
дет происходить, потому что учение Иисуса состоит в том, что
знают все люди, что он только напоминает, освещает им то,
что они знали прежде, что лежит в сердцах людей. Его учение
в сравнении с учениями ложными то же, что появление в овчарне своего пастуха в сравнении с вором, залезающим в овчарню: его все тот час же узнают, как узнают овцы своего пастуха, они чуют, что он накормит их и даст им жизнь, а от
учения ложного люди шарахаются, как овцы от разбойника,
который лезет через забор. Они не узнают его и боятся, чуя
зло. Если бы Иисус что-нибудь необыкновенное, несвойствен-
302
ное людям говорил им, тогда бы они могли пугаться его, как
шарахаются овцы от перелезающего через ограду,– но он говорит о том, что все знают в себе, о том пути, который один
ведет к жизни; он входит в ту дверь, которая одна ведет на
пастбище – в жизнь. И то, что он говорит, знакомо людям, как
знаком овцам голос пастуха, и потому они пойдут за ним и
получат жизнь.
(Ин. X, 7-10)
И опять сказал им Иисус: истинно говорю вам, что мое
учение – дверь овцам.
Все те, которые прежде меня приходили,– воры и разбой-
ники: но и овцы не слушались их.
Я дверь. Если кто через меня войдет, то уцелеет. И войдет,
и выйдет, и пастбище найдет.
Вор идет только затем, чтобы украсть, зарезать и погубить. Я пришел дверью, чтобы жизнь имели и с излишком
имели.
Кажется, вполне ясно. Все те, которые приходили учить
так же, как учу я, все те воры и разбойники, т.е. ясно: «Моисей
и все пророки – ложные учителя. Слова: «Закон Моисея и пророки до Иоанна; Моисеем дан закон, истина и радость Иису-
сом Христом» – значат то же самое. Яснее, кажется, нельзя вы-
разить отрицание закона Моисея.
Я отношу уцелеет, войдет и выйдет и пастбище найдет
к овцам, так как без этого не только смысл сравнения теряет-
ся, но и все значение двери утрачивается. Я понимаю так: Иисус Христос сравнивает себя, как живого человека, с пасту-
хом. Но, кроме того, он себя, свое божеское сознание,
сравнивает с дверью. И потому дальше он говорит: «вор идет
только затем, чтобы украсть, зарезать и погубить; я пришел
дверью, чтобы жизнь имели и с излишком имели (Ин. X, 10).
И, оставив сравнение двери, опять продолжает сравнение
себя с пастухом.
303
Разъяснение притчи
о пастухе и овцах
(Ин. X, 11-18)
Я пастух хороший. Хороший пастух жизнь свою кладет
за овец.
Наемный – не пастух, ему овцы не свои, он видит, что идет
волк, бросает овец и бежит; а волк хватает и разгоняет овец.
А наемный бежит, потому что он наемный, и нет ему дела
до овец.
Я хороший пастух, я узнаю своих овец, и они узнают меня.
Так же, как знает меня Отец, и я знаю Отца и жизнь свою
кладу за овец.
И другие есть у меня овцы, не от одного двора, и тех мне
надо вывести, и голос мой услышат, и будет одно стадо и один
пастух.
За то и любит меня Отец, что я отдаю жизнь свою за то,
чтобы опять получить ее.
Никто не отнимает ее у меня, но я сам по своей воле отдаю
ее и могу получить ее. Эту заповедь получил я от Отца моего.
Общее примечание
Притча эта об овцах и пастухе, уже представлявшаяся Иисусу Христу прежде, когда ему народ казался подобным овцам,
разогнанным без пастуха, разъясняется Иисусом Христом те-
перь с трех сторон:
1) Он говорит, что он говорил не раз, что всяких дорог много,
но вход всегда один. Он говорит, что в овчарню одна дверь
и из овчарни один выход на пастбище, т.е. чтобы кормить-
ся – жить. И для жизни людей есть выход, этот выход есть
разумение жизни, то, чему он учит. Всякое учение, которое
не основано на разумении жизни,– ложно, и все знают это,
как знают овцы, когда вор лезет через ограду.
304
2) Он говорит, что он вошел этой дверью и зовет людей идти
за ним в эту дверь, чтобы получить жизнь. И как овцы идут
за пастухом, вошедшим дверью и со знакомым им голосом,
так и люди пойдут за ним. И не одни только те люди, кото-
рым он говорит теперь, но все люди; так что, как если овец
свести в одно стадо, и их поведет один пастух, так и его
учение соединит всех людей.
3) Он говорит: кроме того, что в овчарне овцы узнают, отличают настоящего пастуха от вора,– и в поле, на пастбище
настоящий пастух отличается от наемного. Тут Иисус Христос сравнивает пастуха наемного с хозяйским сыном, пасущим отцовское стадо. Наемный убежит от волка, ему
дела нет до овец, а хозяйский сын, пастух, тот не жалеет
себя для овец, потому что овцы отца его. И он не бросит
овец, потому что они его овцы и он их пастух и хозяин. Так
и учение Моисея было учение ложное, потому что по его
закону выходило воровство, грабеж и выгода для тех, кто
проповедовал. По учению же Иисуса нет ни воровства, ни
грабежа, и не только нет выгоды тому, кто проповедует, но,
напротив, все учение его состоит в том, чтобы жизнь свою
отдавать для других с тем, чтобы получить истинную
жизнь. В этом состоит та заповедь Отца, которую он проповедует людям.
(Ин. X, 19-21)
И опять сделался раздор между иудеями от этих слов.
Многие говорили: он бесится и сумасшествует, что вы его
слушаетесь?
Другие говорили: такие речи не от бешеного, Кто бесится –
не может слепым открывать глаза.
Стихи 22 и 23, говорящие о том, что был такой-то праздник
зимой, тот праздник, который бывал через два месяца, вводят
подробность ни к чему не нужную, тем более что речь, сказанная при этом случае, прямо продолжает то, что говорилось
прежде.
305
(Ин. X, 24-29; Ин. XI, 25, 26; Ин. X, 30)
И вот окружили его евреи и говорят ему: до каких пор ты
будешь нас мучить? Если ты Христос, скажи нам.
Отвечал им Иисус: я говорил уже вам, а вы не верите. То,
как я живу по учению Отца моего, показывает вам, кто я.
А вы не верите, потому что вы не из овец моих, как я ска-
зал вам.
Овцы мои понимают мой голос, и я признаю их, и идут
за мной.
И я жизнь не временную даю им, и не погибнут в этом веке,
и не отнимет никто их у меня.
Отец мой, который вручил мне их, больше всех и никто не
может отнять их у Отца моего.
Я – пробуждение и жизнь. Тот, кто верует в меня, хоть
иумрет, жив будет.
И всякий живущий и верующий в меня не умрет в этом
веке.
Я и Отец – одно.
Общее примечание
Евреи умоляют Иисуса открыть им, Христос ли он. Они,
видимо, страдают так, как страдали и страдают многие прежде и теперь, сомневаясь в том, что Христос есть второе лицо
троицы, и боясь одинаково отвергнуть то, чему верят миллионы и исповедуют как истину веры, без которой нельзя спастись, и признать ложь за истину. Они умоляют Иисуса облегчить их душу, вывесть из мучительного сомнения. И что он
отвечает им? Продолжает поговорку об овцах и говорит: что
он и Отец – одно, но не отвечает на их вопрос ни да, ни нет, не
разрешает их мучительного сомнения. И не их одних, но всех
нас, миллиардов людей, живших после него. Если он был Бог,
то как же мог всемогущий, всеведущий, все благий Бог не
знать всех тех страданий, которые примут и те евреи, и мы с
306
миллиардом людей, мучимые сомнениями и лишенные спасения? Он не мог не пожалеть их и нас. И ему стоило только
сказать: да, я Бог, и евреи и мы были бы блаженны.
Но не только Бог, если он был святой человек, но и не только святой человек, если он был просто человек, если бы он был
даже злой обманщик, он, зная всю бездну зла, которое прои-
зойдет от этого сомнения, не мог не сказать тогда да или нет:
да, я Христос, мессия; нет, я не мессия. Но он не сказал ни того,
ни другого. И все евангелисты прямо записали это, записали
именно эту жестокость его, если он был Бог, как понимает
церковь; это уклонение его, если он был человек, как понимают историки. Он не сказал им ни того, ни другого, а повторил
яснее, сильнее то, что он прежде говорил.
Объясняя, кто он такой, что он такое, и во имя чего он
учит, и в каком смысле он Христос, избранник, помазанник
Божий, и в каком смысле он не Христос, он сказал: я и Отец –
одно. Он ответил все то, что мог; он не мог ответить иначе,
потому что он признавал себя Христом, избранником Божиим, но не в том смысле, в котором понимали слово Христос,
мессия иудеи. Если бы он сказал им, что он Христос, они бы
поняли в нем пророка, царя, но уже не могли бы понять того,
чем он исповедовал себя, человеком, вознесшим в себе разу-
мение жизни для того, чтобы освятить во всех других это разумение. Если бы он сказал им, что он не Христос, они бы лишены были того истинного блага, которое он проповедовал
людям, и это была бы неправда, потому что он чувствовал
себя Христом, избранником Божиим. Он сказал им прежде,
что он пришел от пославшего его Отца, что он только творит
волю этого Отца, что он только пастух, указывающий дверь
овцам, что он дает жизнь вечную тем, которые верят ему, и
что Отец людей – Бог ведет их к нему, и что он и Отец – одно,
т.е. что он – разумение.
(Ин. X, 31-38)
И вот опять взялись за камни евреи, чтобы побить его.
307
Сказал им Иисус: много показал я вам добрых дел Отца мо-
его, за какое же дело из всех вы хотите побить меня каменьями?
И в ответ сказали ему иудеи: не за доброе дело мы побьем
тебя, но за кощунство, за то, что ты, будучи человек, делаешься Богом.
И отвечал им Иисус: разве не написано в законе вашем:
«Я, Бог, сказал: вы боги»?
Если он назвал богами тех, к кому говорил, и писание не
может нарушиться, то тому ли, кого Отец любил и послал в
мир, вы говорите: «кощунствует», за то, что я сказал, что я сын
Бога?
Если я не делаю того же, что Отец, не верьте мне.
Если же делаю то, что Отец, так не мне верьте, делу верьте,
тогда поймете, что Отец во мне и я в нем.
Общее примечание
Иисус говорит, что он – Христос, в том смысле, что он в
себе имеет разумение – одного Бога, которого мы знаем, и что
потому он и Бог – одно.
Иудеи хотят убить его. Он говорит, за что: разве разумение
произвело что-нибудь дурное? Дела этого разумения, дела Отца, разве были дурны? За что же бить? Они говорят: ты кощунствуешь, называя себя Богом. И он говорит им: что же тут
кощунственного? в нашем писании сказано: вы боги; сказано
это в псалме 81-м, где Бог упрекает сильных мира, творящих
неправду. Там сказано: «они не знают, не разумеют, во тьме
ходят. Я сказал: вы боги и сыны всевышнего Иеговы». Так что
же, если нечестивые, угнетающие люди в писании, которому
вы веруете, названы богами, то как же про меня, исполняющего волю Бога, вы говорите, что я кощунствую, говоря, что я
сын Божий! Если мои, Иисусовы, дела дурны, осуждайте их,
но дела Божий, если они от меня происходят, верьте, что они
от Отца. Делая дела Божий, я в Отце и Отец во мне.
308
(Ин. XI, 25, 26; Ин. X, 39-42; Мф. XVI, 13-16; Ин. VI, 68; Мф.
XVI, 17, 18)
И сказал Иисус: учение мое – учение пробуждения и жизни.
Тот, кто верит в мое учение, если и умрет, будет жить.
И тот, кто, живя, верит в мое учение,– не умрет.
И обдумывали иудеи опять как бы его осилить. И он не
поддался им.
И пошел опять за Иордан в то место, где прежде Иоанн
крестил. И остался там.
И многие отдались его учению и говорили, что Иоанн до-
казательства не дал, но все, что сказал об этом, было верно.
И многие там поверили в его учение.
И пошел Иисус в деревни Кесарийские, Филипповы, и
спросил учеников и сказал: как понимают люди про меня, что
я сын человеческий?
Они сказали: одни понимают, как Иоанна Крестителя,
другие, как Илию, еще иные, как Иеремию, или как одного из
пророков.
И он сказал им: а вы как обо мне понимаете?
И в ответ сказал ему Семен, по прозванию Камень: ты Христос, сын Бога живого.
В тебе слова вечной жизни.
И в ответ сказал ему Иисус: счастлив ты, Семен, сын Ионин,
потому что не смертный открыл тебе это, но Отец мой Бог.
И я тебе говорю, что ты камень, и на том камне построю я
мое собрание людей, и смерть не одолеет это собрание людей.
Общее примечание
Семен понял вполне то, что говорил о себе Иисус Христос,
и вполне выразил это. Он сказал: ты то, что ты говоришь, втебе слово жизни, ты сын жизни, твое учение – жизнь.
И Иисус говорит ему: блажен ты потому, что не от меня
смертного ты понял, но отдуха Божия. Теперь, когда основа
309
твоя не смертное, не мои слова, не мое пророчество, но разу-
мение Бога – ты тверд, и на этом разумении только оснуется
истинное соединение людей.
(Мф. XVI, 20)
Тогда он различил ученикам, чтобы они никому не говори-
ли, что сам он Христос.
Διαστέλλω значит разделить, различить; растолковать –
будет слишком слабо. На каком основании слово это переводится «запретил», можно понять только потому, что
смысл этого стиха, самого важного, совершенно потерян,
как будет видно далее. Иисус сказал Петру, что он признал
верно его Христом в смысле сына Бога живого, и прибавил:
верно потому, что ты не во мне, Иисусе смертном, искал моих прав, а в духе Божием, и сказал о том, что на таком понимании только может основаться собрание людей; гово-
рится, что после этого он растолковал ученикам, в каком
смысле он Христос, затем, чтобы они уже больше не впадали
в ошибку, говоря, что он, смертный Иисус из Назарета, есть
Христос.
Ведь это ужасно! Иисус говорит всеми возможными способами выражения о том, что он человек, как все, и все люди –
такие же люди, как он; но он проповедует учение о духе и сыновности Богу живому, – учение, которого нельзя иначе
выразить, как словами Иисуса. Он проповедует это учение.
Все понимают его навыворот, понимают, что он делает себя
Богом. Он убивается, говорит, что не я Бог, а вы все Боги, что
я человек, спасаюсь Богом, который во мне, что этот Бог в
каждом человеке есть единый Христос, что другого не будет, и
никто не хочет понять его. Одни кричат: сын Давида, признают его только Богом и поклоняются ему; другие признают его
только человеком и хотят распять его за то, что он называет
себя Богом. Наконец, ученик Симон Петр понимает его, и он
подразделяет и толкует ученикам, что не следует считать его,
Иисуса, Христом.
310
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]