Религиоведение. История религии. Учебное пособие

Кузари: Что сегодня можно искать в стране Израиля, когда нет в ней Шехины? Близости к Всевышнему можно достичь в любом месте… Зачем же ты решаешься на опасности в пустыне и морях, среди ненавидящих тебя народов?

перед Ним открыто все скрытое.

ления различаются в зависимости от подходов. Философы называют Бога трансценденцией, Активным интеллектом, Мировым разумом. В еврейском монотеизме – это Бог, Элохим, Шехина.

Бог Библии иной. Каждый человек рождается в соответствии с предназначением, которое он должен исполнить. Высшее предназна­чение человека – стать совершенным. Это означает – обрести свет Божественной природы, испытать влияние активного интеллекта (Бога). В этом случае душа совершенного человека (такими, по при­знанию иудейских мыслителей, были Сократ, Платон, Аристотель) и его интеллект становятся одним и тем же. И человек уже не думает о смерти тела, ибо он становится единым с Богом.

2. Бог философии, индифферентный по отношению к человеку, остается индифферентным и для человека. Бог не видит и не слы­шит нас. Но и мы не видим и не слышим Его. И нет для нас Его требований и правил бытия. Как говорил Ф. Достоевский в «Братьях Карамазовых»: «Бога нет, все позволено». Получается, что Бог, ин­дифферентный по отношению к человеку, опасен. Неверие в лично­го Бога опасно и для человека, и для человечества.

3. Философия строит свои суждения на основе разума. Как со­относятся между собой логика философии и логика Библии? Оче­видно, что философский рационализм основан на научной логике, силлогизмах. Рационализм Библии никогда не был «чистым» рацио­нализмом. Логика Библии всегда была тесно связана с житейской логикой, со здравомыслием. Но самое главное – в ее основе всегда лежала нравственность. Однако, если следовать логике Сократа, Платона и Аристотеля, которые и по сей день являются главными авторитетами в классической философии, то интеллект без этики бессмыслен. Кстати, Сократ называл свою философию «этическим интеллектуализмом». Аристотель считал целью развития души фор­мирование способности к нравственному выбору. А у Платона це­лью индивидуального и общественного существования было дости­жение справедливости, государственной нравственности.

4. Как свидетельствует история философии, проблема этики

была и целью, и смыслом философствования. У Канта, например, идеология «чистой морали» породила вывод о категорическом импе­ративе: «Поступай так, чтобы максима твоего поступка могла стать всеобщим законом». Или: «Поступай так, чтобы максима твоей воли могла в то же время иметь силу принципа всеобщего

«Чистая мораль» философии привела, как мы видим, практиче­ски к тем же результатам, что и Библия. А категорический императив стал библейской заповедью, только выраженной в философско-логи­ческой форме (впрочем, кажется, Кант этого и не скрывал). Именно здесь, на наш взгляд, и следует искать примирения Бога философии и Бога Библии.

(1976) и др. Анализ его работы «Здоровое общество» см. в моей книге «Культурология. Культурно-исторические типы». – М., 1999. – С. 232–237.

не способны любить. Важно, по Фромму, относиться к любви как к выражению бытия «Быть – значит любить». Так можно было бы

Природа человека состоит в том, что он – явление, способное к любой адаптации. Такая характеристика – более глубокая, чем оп­ределение человека через конвенционализмы1.

Для Фромма характеристика человека как конвенциональное по­нятие антропологии недостаточно, ибо человек многообразен. Это выражается, прежде всего, в том, что человек – существо, способное к адаптации. Однако такая способность не проходит для него даром. Она может обернуться для человека трагедией вырождения2.

природа. Вместе с тем, науки о человеке обходят главный, казалось

бы, для них вопрос. Фромм называет известные науки, предметом которых, на его взгляд, является человеческая природа – история, антропология, социальная психология. Фромм полагает, что все они оставляют в стороне проблему человеческой природы.

Возможно, никто ярче шекспировского Шейлока не высказался на эту вечную тему. Так что же такое «особая человеческая приро­да»? – Она и есть, и ее нет. Есть – так как она свойственна любому человеку. Это его характер, наследие его предков, его психология и его физиология, его темперамент и таланты. Ее нет – как некие ис­ключительные свойства человека или нации. Человеческая природа – свойство любого человека, проявляющееся в индивидуальных чер-

Плодотворная любовь – это ответственность. Обратимся к Библии. Именно о такой любви речь идет в Книге Ионы. Бог дает Ионе урок плодотворной любви к людям. Иона был наказан Богом как раз за то, что пророк не проявил ответственности по отношению к людям. Он потребовал для них наказания за неверие и распутство. Бог же упрекнул Иону в жестокости и безответственности. Смысл этой Книги – показать: наказание не самоцель. Самоцель – фор­мирование нравственности и умения раскаиваться в грехах. Иона же не так понял Бога, и ему хотелось, чтобы люди были наказаны. В этом весь пафос Книги Ионы. Зависть – плохой советчик в поступ­ке, даже для пророка.

Фромм иллюстрирует тезис о сакральном смысле материнской любви семантически. Обращаясь к древнееврейскому языку, Фромм поясняет, что означает этимология понятия «материнская любовь».

На иврите любовь Бога к человеку (и, следовательно, любовь человека к ближнему своему, которой он учился у Бога) обознача­ется словом «рэхэмим». Корень этого слова «рэхэм» означает «ма-

Со словом «рэхэм» этимологически связаны и атрибуты Бога: милосердие (рэхамнут), жалость, сочувствие (рэхамим).

Другой термин, который Фромм берет из древнееврейского язы­ка, – «эмуна», т.е. религиозная вера2. Смысл эмуны более глубокий, нежели привычный для нас смысл веры. Эмуна – это вера особо­го рода. Она предстает как «верность», как «доверие». К такой вере способен не каждый человек и не каждый народ. «Эмуна» – это вера как черта характера, как «устойчивость» (Фромм), как особое каче­ство человеческого восприятия. Это вера как что-то, а не вера во