Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Проблемы русской истории. Уникальность исторической судьбы России. Учебное пособие
.pdf
Глава 4. Россия в первой половине XIX века.
Время упущенных возможностей
чистки и вспашки российской почвы, считал П. И. Пестель,
можно будет ввести конституцию, организовать демократические выборы и сформировать народное представительство.
В противном же случае, был убеждён он, ввиду темноты и
невежества народных масс предполагаемый парламент окажется в руках реакционных сил, которые вновь реставрируют
монархию и восстановят прежние порядки.
Противники П. И. Пестеля из среды либерально настроен-
ных декабристов, исходя из того же тезиса о политической
неразвитости народных масс, предлагали пойти навстречу
царистским иллюзиям крестьян и одновременно искать поддержку у образованных слоёв общества – дворянства. Поэтому в программе умеренного крыла декабристского движения,
названной по имени её автора Конституцией Н. М. Муравьёва,
первоочередной задачей после свершения революции и свержения прежнего правительства были определены созыв Земского собора и установление «умеренной», т. е. ограниченной
законом, монархии с последующим решением вопросов об освобождении крестьян и федеративном устройстве государства.
Встаёт вопрос о реальности осуществления реформатор-
ских проектов декабристов в российских условиях начала XIX в. Одни историки (Н. Я. Эйдельман) считают проект П. И. Пестеля «левее» и «абстрактнее», а Конституцию
Н. М. Муравьёва – «умереннее» и «практичнее». Другие историки гораздо больше политического прагматизма усматривают именно в «Русской правде» П. И. Пестеля. Истина, как
правило, лежит где-то посередине. Все политические платформы участников движения декабристов представляются достаточно реалистичными, так как имели равные шансы на успех.
Декабристам следовало только проявить больше активности
и организованности в момент вооружённого выступления.
И что бы потом ни случилось в стране после их победы на
Сенатской площади в Санкт-Петербурге – повсеместные восстания, монархический переворот, борьба различных партий
внутри революционного правительства, – главная задача движения была бы достигнута. Восстановить крепостное право
91
Раздел I. Россия в рамках традиционного общества.
IX – первая половина XIX века
и самодержавную власть в России в их прежнем виде уже
вряд ли было возможно.
Это только советские историки твёрдо знали, что восстание
декабристов 14 декабря 1825 г. было заранее обречено, так
как декабристы «были страшно далеки от народа». Однако
непосредственный очевидец и активный участник этих событий император Николай I сохранил страх перед революцией
на всю оставшуюся жизнь. Он неоднократно вспоминал, что
только случай спас его и членов его семьи от заговорщиков.
Мировой опыт исторического развития также показывает, что
довольно часто военный переворот, осуществлённый узкой
группой революционеров, коренным образом менял жизнь не
только отдельной страны, но и целого региона.
В России этот вариант общественного переустройства путём верхушечного переворота не прошёл. Поражение декабристов и изъятие из общественно-политической жизни целого
поколения лучших людей своего времени стало для России
очередной национальной трагедией, ибо возможные реформы,
значительно продвигавшие страну по прогрессивному пути
развития, были заторможены. Возобладал правительственный курс на политическую стабилизацию путём укрепления
прежних феодально-патриархальных основ, что привело к
ещё большему технико-экономическому отставанию страны
от промышленно развитых европейских государств.
3. Патерналистская политика Николая I: линия
на стабилизацию страны или поиск особого пути
её развития?
Политическая линия Николая I на стабилизацию страны
путём укрепления военно-абсолютистского режима настолько
противоречила обозначившейся тенденции мирового развития
в сторону капитализма, затронувшей и Россию, что её проведение могло быть обеспечено лишь частично и при условии утилизации в интересах царизма экономических, военных, правовых и культурных достижений Запада. Поэтому в
92
Глава 4. Россия в первой половине XIX века.
Время упущенных возможностей
патерналистской, т. е. попечительской по отношению к российскому обществу, политике государства при Николае I одновременно присутствовали две линии. Первая заключалась
в попытке искоренить «либеральную заразу» ради утверждения «исконных начал русской жизни». Вторая – в проведении
ограниченных реформ по устранению вопиющих пороков российского общества, подмеченных ещё декабристами, но с тем
непременным условием, чтобы они не разрушили самобытного уклада русской жизни. В целом такую политику Николая I можно определить как поиск «особого пути развития
страны» без либеральных идей и ценностей, но с опорой на
сильную власть и устоявшиеся социально-политические
структуры. Здесь уместно вспомнить справедливые слова
русского историка А. А. Кизеветтера о том, что особенность
времени царствования Николая I состояла «не в недостатке
преобразовательных попыток, а, скорее, наоборот: в той самонадеянности, с которой правящая бюрократия бралась за
разработку широких и коренных государственных задач»
1
.
Что касается первого направления правительственной по-
литики, то после подавления движения декабристов Николай I
принял меры по ужесточению предельной централизации
и концентрации власти в руках императора. Формально продолжал существовать Сенат, разделённый на два ведомства:
Сенат правительствующий и Сенат судебный. Но и тот, и другой только выполняли распоряжения царя. О Государственном совете Николай I прямо говорил, что его (Совета) задача –
рассматривать и выполнять указания императора, а не мудрствовать, тем более принимать самостоятельные решения.
Фактически все функции управления страной взяла на себя
«Собственная его императорского величества канцелярия»,
которая подменила собой все министерства, учреждения и ведомства, только выполнявшие спускаемые им от имени императора распоряжения. Главным ведомством этой канцелярии
1
Наше Отечество. Опыт политической истории. – М.: ТЕРРА,
1991. – С. 89–90.
93
Раздел I. Россия в рамках традиционного общества.
IX – первая половина XIX века
стало печально знаменитое III отделение, занимавшееся политическим сыском.
Современники удивлялись, почему, будучи совсем неглупым человеком, Николай I назначал на важные государственные посты заведомо некомпетентных людей. А в этом
и заключался глубинный смысл его политики. Для её проведения императору нужны были только слепые исполнители его решений. Творческого склада личности на эту роль
не годились, зато находящиеся не на своём месте люди поневоле вынуждены были каждый свой шаг сверять с мнением начальства. Так и получалось в николаевской России,
что сухопутной армией командовал адмирал, Синод возглавлял кавалерийский офицер, а министерство путей сообщения – человек, не имевший никаких инженерных познаний
и организаторских способностей. Только министр финансов
Е. Ф. Канкрин, министр государственных имуществ П. Д. Киселёв, начальник III отделения А. Х. Бенкендорф и ещё несколько администраторов были, как говорится, на своём месте и выпадали из общего ряда некомпетентных николаевских назначенцев.
И всё же, хотя с именем Николая I связывают период жесточайшей реакции в стране, ему отнюдь не чужды были некоторые реформаторские идеи. В этом заключалась, как отмечено выше, вторая линия его внутренней политики. Для
такого вывода вполне есть основания. Всем существом отвергая идеи декабристов, Николай I со вниманием отнёсся к их
критике пороков существующей феодально-крепостнической
системы, которая была отражена в следственных документах.
С целью обобщения и изучения всех подмеченных декабристами недостатков в политическом строе и социально-политическом устройстве страны и выработки общего плана действий
по их устранению был учреждён Особый комитет «6 декабря
1826 года» и ряд других секретных комитетов, каждый из
которых работал в среднем 2–3 года.
В последующие годы царствования Николая I одним из
главных направлений деятельности этих комитетов стал
94
Глава 4. Россия в первой половине XIX века.
Время упущенных возможностей
крестьянский вопрос. Но в конечном итоге вся работа девяти секретных комитетов по крестьянскому делу свелась к
весьма куцей реформе министра государственных имуществ
П. Д. Киселёва над государственными крестьянами да в издании ряда законов, наделявших крепостных крестьян правами собственников и уберегавших их от чрезмерного произвола помещиков. Проводя реформу в среде государственных
крестьян, император Николай I прежде всего хотел убедить
себя в том, что государство способно, ничего принципиально
не меняя, решить все проблемы одними структурными преобразованиями. В ходе этой реформы была изменена система управления государственными крестьянами. В их жизнь
и быт были внедрены элементы общинного самоуправления
в форме сельских сходов и сельских старост, что могло пригодиться при устройстве помещичьих крестьян в случае их
освобождения от крепостной зависимости.
Однако в положении помещичьих крестьян никаких се-
рьёзных изменений так и не последовало. Ведь главным условием, поставленным императором перед членами секретных
крестьянских комитетов, была неприкосновенность помещичьей земли, что стало непреодолимым препятствием в деле
освобождения крестьян. При этом было совершенно ясно, что,
оставшись без земли, крестьяне непременно и повсеместно
взбунтуются. Единственное, на что решился император Николай I и его сановники, так это на некоторую защиту имущественных и личных прав крепостного люда. Крепостные
крестьяне получили право приобретать в свою личную собственность земельные участки и мелкие предприятия, заниматься свободно торговлей и различными промыслами. Усилился также правительственный контроль над поведением
помещиков. Нередки были случаи, когда за истязание своих
крепостных помещик лишался дворянского звания и отдавался в солдаты или оказывался под опекой, т. е. признавался
недееспособным.
Кроме того, в 1842 г. был издан закон «Об обязанных кре-
стьянах», по которому помещики могли отпускать своих кре-
95
Раздел I. Россия в рамках традиционного общества.
IX – первая половина XIX века
постных на волю с небольшим участком земли, но с сохранением всех прежних повинностей. Некоторым благом для крепостных крестьян стала инвентарная реформа, проведённая
в 1847–1848 гг. Скорее всего, это было средством наказания
польских и литовских дворян за их участие в Польском восстании 1830–1831 гг. Те мелкопоместные польско-литовские
дворяне (шляхта), кто не смог документально подтвердить
своё благородное происхождение, были переведены на положение крестьян-однодворцев наряду со своими прежними
крепостными. Дело в том, что в Речи Посполитой со времён
Богдана Хмельницкого не стало никакого порядка. Многие
документы в результате набегов казаков и нашествия иноземных войск были уничтожены или утеряны, в связи с чем доказать своё дворянское происхождение польским помещикам
было довольно сложно.
Коснулась эта реформа и положения русских крестьян.
В процессе её реализации были строго упорядочены все оброки и повинности крестьян в пользу помещиков.
Тем не менее по-прежнему открытым остаётся вопрос: почему Николай I, отлично сознавая, что «крепостное право
есть очевидное зло», так и не решился на его отмену? Ответ,
очевидно, кроется во второй части его знаменитой фразы, которая гласит, что «прикасаться к нему (крепостному праву)
теперь было бы делом ещё более гибельным». Ведь даже помысел об этом, как считал Николай I, был бы «преступным
посягательством на общественное спокойствие и на благо государства»
1
. Он и его правительство просто боялись остаться
один на один с освобождённым от крепостнических пут народом без посредничества помещиков и их вотчинной администрации. Также николаевские министры опасались сильно
задеть интересы дворян-помещиков – главной опоры существующего самодержавного строя. Возникла неразрешимая
дилемма: отпускать крестьян на волю без земли опасно, ибо
1
История России. С древнейших времён до конца XIX века. – М.:
АСТ, 1996. – С. 342.
96
Глава 4. Россия в первой половине XIX века.
Время упущенных возможностей
они тогда взбунтуются, но земля – это личная собственность
помещиков, на которую никак нельзя посягать.
Колебания правительства в крестьянском вопросе исполь-
зовали в своих целях крепостники из среды высшей светской
знати и бюрократии. Они настраивали Николая I и его окружение на тот лад, что все смуты и революции в Европе проистекают от «распущенности умов», произошедшей вследствие
разрыва естественных уз, связывавших некогда феодальных
властителей с их подданными. Весьма своевременно появилась теория «официальной народности», выдвинутая министром просвещения С. С. Уваровым. Суть её заключалась
в пропаганде особого избранного пути России, которая живёт
и благоденствует благодаря соблюдению своих основных жизненных принципов – «самодержавия, православия и народности». Первый принцип провозглашал самодержавный образ правления как наиболее приемлемый для такой огромной
страны, как Россия. Второй принцип обозначал приверженность большинства населения Российской империи духовным
началам православной веры. Последний принцип идеологической формулы, выведенной С. С. Уваровым, подразумевал
невосприимчивость русского народа к западным либерально-просветительским идеям, особенно идеям парламентаризма и республиканского строя.
Отмечая крайнюю робость николаевского правительства
в проведении самых незначительных реформ, следует добавить, что сама личность императора Николая I была помехой
всяким попыткам преобразования страны. Как в своё время
справедливо заметил А. С. Пушкин, «у него очень мало было
от Петра Великого, зато очень много от фельдфебеля». Иначе
и быть не могло, ибо личные вкусы и политические предпочтения этого императора сформировались, с одной стороны,
плац-парадной атмосферой двора его отца и старшего брата.
С другой стороны, идеями Н. М. Карамзина о самодержавии
как наилучшей форме государственного устройства России.
Отсюда высшим идеалом для Николая I стал самодержавный
монарх, который правит, опираясь на дворянство как по-
97
Раздел I. Россия в рамках традиционного общества.
IX – первая половина XIX века
томков «древнего рыцарства», и отечески заботится о благе
своих покорных подданных. Поэтому предметом особой заботы Николая I на протяжении всего его царствования стало поддержание материального благополучия дворянского
сословия и чести дворянского имени. В петровскую «Табель
о рангах» были внесены серьёзные изменения, делавшие практически невозможным получение дворянского звания для
купцов и промышленников. Был принят закон «О майорате»,
т. е. о неделимости помещичьих имений. В отличие от аналогичного петровского указа, теперь помещик мог распоряжаться имением по собственному усмотрению, главное, чтобы оно
оставалось в руках данной дворянской семьи.
Двумя главными орудиями утверждения императорской
власти, по мнению Николая I, должны были являться армия,
вышколенная палочной дисциплиной, и бюрократия, скованная чувством служебного долга. По сути, это был идеал военно-патриархального абсолютизма, давно уже прекратившего своё существование в западноевропейских странах, даже
в милитаристской Пруссии, но нашедшего своё последнее
пристанище в николаевской России.
Исходя из таких идеологических установок, Николай I
и его ближайшие сановники видели Россию мощной скалой,
о которую разбиваются все революционные волны, доносящиеся из Европы. Именно благодаря особому укладу её жизни –
самодержавному образу правления и господству крепостного
права.
Революционные потрясения в Европе 1848–1849 гг. окончательно укрепили Николая I в его консервативной позиции и
наложили печать забвения на все прежние довольно робкие попытки реформ. На встрече с представителями дворянского сословия император клятвенно заверил помещиков, что «никакая
земная сила их больше не потревожит», т. е. никаких сдвигов
ни в общественном строе, ни во взаимоотношениях крестьян с
помещиками не предвидится. Один из немногих реформаторов
в николаевском правительстве П. Д. Киселёв с горечью заметил, что «вопрос о крестьянах окончательно лопнул».
98
Глава 4. Россия в первой половине XIX века.
Время упущенных возможностей
Пока Россия упорно огораживалась от окружающего мира,
он неуклонно менялся. Российская же власть стремилась
только упрочить и закрепить то, что давно сложилось и уже
успело перезреть. Конечно, Россия и при Николае I не стояла на месте, её промышленное производство почти удвоилось. Однако в Англии за первую половину XIX в. объём промышленного производства вырос в 30 раз. Остальные страны
Европы уже завершали промышленный переворот, тогда как
Россия его только начинала. На Западе как из рога изобилия
сыпались всё новые изобретения и открытия, с большим опозданием затем попадавшие в Россию, в сущности не заинтересованную ни в каких технических новшествах.
Однако многим тогда в стране, в том числе и самому Нико-
лаю I, казалось, что Российская империя находится на вершине
своего могущества. Внешне исправно работал бюрократический
аппарат: бумаги чётко и исправно ходили по канцеляриям.
Армия блистала на парадах. Огромный чиновничий аппарат
располагался в новых, специально построенных лучшими архитекторами правительственных зданиях. Казённый оптимизм
по поводу положения дел в стране с апломбом выразил начальник III отделения граф А. Х. Бенкендорф: «Прошедшее России
было удивительно, её настоящее более чем великолепное, что
же касается её будущего, то оно выше всего, что может нарисовать себе самое смелое воображение…»
1
Но Крымская война
расставила всё на свои места, обнажив все язвы российского
общества и пороки социально-политической системы страны.
«И вот когда наступил час испытаний, – отмечала современница описываемых событий А. Ф. Тютчева, – вся блестящая фантасмагория этого величественного царствования рассеялась, как дым… В короткий срок полутора лет несчастный
император увидел, как под ним рушились подмостки того
иллюзорного величия, на которые он воображал, что поднял
Россию»
2
.
1
История СССР: в 12 т. – М.: Наука, 1967. – Т. IV. – С. 330.
2
Тютчева А. Ф. При дворе двух императоров. – М., 1990. – С. 36.
99
Раздел I. Россия в рамках традиционного общества.
IX – первая половина XIX века
Только после столь жестокого урока, обернувшегося национальным позором, российское правительство окончательно
убедилось, что сохранить политическую стабильность и обеспечить внешнее величие страны невозможно без коренной
реорганизации всей системы социально-экономических отношений, обусловливающих отставание России от более передовых государств. Неожиданная смерть Николая I совпала с
крушением созданной им системы патерналистского абсолютизма, заведшего страну в безысходный тупик. Опыт решения
насущных проблем России с опорой на собственные рецепты и
самобытные приёмы вновь посрамил себя.
4. Идейные искания в русском обществе. Поиск путей
дальнейшего развития страны
В обстановке николаевского режима с его всеобщим полицейским контролем общественная активность могла проявить
себя только в философских исканиях, литературных спорах
да в раздумьях о путях дальнейшего развития России. И чем
глубже передовыми людьми осознавался кризис крепостнического строя, тем острее вставала проблема поиска новой теории развития страны. В литературных спорах и философских
исканиях в 30–40-е гг. XIX в. постепенно выкристаллизовались три идейных течения. Каждое со своим ответом на вопрос о будущем России.
Господствующим, конечно, было консервативно-охранительное направление, покоящееся на теории «официальной
народности», которая пропагандировалась правительством
через официальную прессу, университетские кафедры, в поддерживающих правительственный курс литературных изданиях, облекалась в форму церковных проповедей и художественных произведений. Основатель этой теории С. С. Уваров,
исходя из политических идей Н. М. Карамзина, доказывал,
что только православие означает «истинную» религию, воспринятую русским народом из «высших» источников и до
последнего дня духовно владеющую им. Самодержавие, по
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]