Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовое регулирование экономических отношений. Несостоятельность (банкротство)
.pdf
И.А. Роголева
Еще одной проблемой реализации принципа добросовестности является его смешение с категорией «злоупотребления правом». Статья 10
ГК РФ отождествляет эти понятия, что идет вразрез с иными нормами
законодательства и практикой. Относительно их соотношения в отечественной науке ведется немало споров. В.П. Грибанов писал, что
злоупотребление – это следствие нарушения внутренних пределов права
за счет его недозволенного осуществления управомоченным лицом.
Следовательно, недобросовестное поведение является одним из условий
оценки действий в качестве злоупотребления правом. Категория «недобросовестности» шире категории «злоупотребления», ибо недобросовестное поведение может проявляться в действиях, которые законом
не запрещаются, но их совершение ущемляет права третьих лиц.
О недобросовестности как основании отказа в освобождении от обязательств впервые упомянул Пленум ВАС РФ1, раскрывая проблемы
банкротства индивидуальных предпринимателей. Практика потребительского банкротства пошла по тому же пути. Здесь будет интересным вспомнить небезызвестное дело гражданина В.А. Овсянникова
из Новосибирска2. Судья не применил механизм освобождения от обязательств: гражданин возложил на себя заведомо неисполнимые обязательства, что указывает на его недобросовестное поведение в ущерб
кредиторам. Примечательно, что юридические основания для неприменения механизма освобождения отсутствовали, следовательно, закон
не охватывает всех ситуаций, встречающихся на практике, и основанием для отказа в освобождении от обязательств является не злоупотребление правом, а все-таки недобросовестное поведение. Данный вывод
соответствует общемировым тенденциям. К примеру, французский
Кодекс потребителя устанавливает, что «преимущество процедуры
освобождения от сверхзадолженности сохраняется только для добросовестных должников» (art. L. 330-1 du Code de la consommation).
Однако, как и в России, закон четкого определения добросовестному
поведению не дает, даруя простор правотворчеству судей.
При определении добросовестности поведения оцениваются обстоятельства возникновения задолженности, цели сторон, наличие
экстраординарных событий, поспособствовавших резкому увеличению
1
Постановление Пленума ВАС РФ от 30 июня 2011 г. № 51 «О рассмотрении дел
о банкротстве индивидуальных предпринимателей» // Вестник ВАС РФ. 2011. № 9.
2
Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13 октября
2016 г. № Ф04-4210/2016 по делу № А45-24580/2015 // Документ опубликован не был.
СПС «КонсультантПлюс».
221
Несостоятельность (банкротство)
задолженности, профессиональный и культурный уровень субъектов.
Подобный опыт реализации принципа добросовестности показателен:
несмотря на то, что законодательно он оформлен весьма скупо, практика обогатила его критериями, необходимыми для единообразного
применения. Но стоит ли нашему законодателю идти по этому пути
и делегировать судьям решение столь важных вопросов? Отечественная
практика правоприменения не отличается единообразием и постоянством. Институт банкротства граждан ввиду его особой социальной
значимости особой экономико-хозяйственной цели – освободить
должника от непосильных обязательств и дать ему возможность начать
кредитную историю с «чистого» листа, негуманно превращать в поле
для экспериментов.
Немецкий Закон о несостоятельности (Insolvenzordnung), подобно
отечественному, также перечисляет условия, при которых остаточный
долг должника списан не будет (§ 290). Примечательно, что признакам
недобросовестности там уделено намного больше внимания, нежели
в отечественных правовых актах. К примеру, о недобросовестности будут свидетельствовать расточение имущества, создание несоразмерных
доходам обязательств, уклонение от открытия процедуры несостоятельности и т.д. Между тем стоит сказать, что система, предложенная
немецким законодателем, хотя и задает определенный вектор добросовестности, но все-таки не в полной мере учитывает все лазейки,
которыми может воспользоваться должник в целях освобождения
от налогового бремени.
Сложность эффективной реализации принципа добросовестности состоит в том, что Закон о банкротстве не устанавливает четких
критериев добросовестного поведения. Кажущаяся на первый взгляд
очевидность соответствия поведения нормам совести систематически
приводит к ошибкам. Правоприменитель нуждается в системе ориентиров, в алгоритме исследования добросовестности. На наш взгляд,
особое внимание необходимо уделять следующим аспектам:
1. Процедурный аспект:
• оценка добросовестности сотрудничества сторон со всеми участ-
никами процедуры;
• выявление действий, направленных на необоснованное затягивание процедуры (например, безосновательные возражения должника
против требований кредитора, беспочвенный отказ от плана реструктуризации долгов и т.д.).
2. Договорный аспект:
• выявление процедурных нарушений при заключении договора;
222
И.А. Роголева
• исследование цели, ради достижения которой должник возложил
на себя обязательство.
3. Финансовый аспект:
• относительно должника: определение соразмерности дохода с выплатами по долгам на момент принятия обязательств;
• относительно кредитора: изучение вопроса о возможности предоставить сумму, указанную в требовании.
4. Личностный аспект:
• исследование трудовой биографии;
• выявление фактов привлечения к ответственности за нарушения
законодательства о банкротстве.
Примечательно, что все аспекты надо исследовать комплексно
сквозь призму жизненных обстоятельств. Система критериев добросовестности поведения обязательно должна быть открыта, ибо способы
обхода закона становятся все более изощренными.
Безнаказанность дискредитирует цель стимулирования несостоятельных граждан к разумному поведению. Последствия, которые мы
имеем на выходе из процедуры, не гарантируют того, что недобросовестный должник снова не начнет действовать в ущерб кредиторам.
Возникает вопрос: какова в таком случае ответственность должника
за недобросовестные действия? Неприменения механизма освобождения от обязательств недостаточно. Уголовная и административная
ответственность устанавливаются только за формальные нарушения,
но добросовестность – шире категории незаконности. Последствия
признания недобросовестного гражданина банкротом, согласно
ст. 213.30 Закона о банкротстве, такие же, как и для добросовестных
граждан. Интересен в этом плане опыт США: в случае недобросовестного поведения банкрота официальный управляющий может обратиться в суд за приказом об ограничениях для банкрота, действующим
от 2 до 15 лет1. Возможно, отечественному законодателю тоже стоит
ввести градирование последствий по признаку добросовестности.
Положения о банкротстве граждан фактически носят прокредиторский характер, но нельзя забывать, что в отношениях должник –
кредитор первый занимает позицию более уязвимую: он не обладает
тем правовым инструментарием, теми административными ресурсами,
1
Будылин С.Л. Все мы делим пополам. Банкротство граждан и семейное имущество
в России и за рубежом // Вестник экономического правосудия Российской Федерации.
2015. № 4. С. 90−126.
223
Несостоятельность (банкротство)
которые имеются в распоряжении большинства кредиторов. Равенство
возможностей сторон отсутствует, гражданин априори менее защищен.
Кредиторы зачастую преследуют разные цели и порой не в духе законности и доброй совести (оказание давления на должника, получение
дополнительной имущественной выгоды в ущерб иным участникам
процесса, ограничение конкуренции и т.д.). Отечественное законодательство о банкротстве не предусматривает ответственность кредиторов
за недобросовестные действия, причем арсенал гражданско-правовых
средств крайне невелик: общего правила возмещения убытков явно
недостаточно, ведь ответственность должна нести не только компенсационный, но и штрафной характер. Возможно, помимо убытков
с недобросовестных кредиторов стоит взыскивать штрафную неустойку, размер которой будет прямо пропорционален размеру заведомо неправомерно предъявленного требования. Подобные санкции
не только увеличат объем конкурсной массы, но и будут способствовать
превенции недобросовестного поведения кредиторов.
Не менее остро стоит проблема добросовестности финансовых
управляющих. Несмотря на то что саморегулируемые организации
устанавливают высокие требования к своим членам, в большинстве
случаев от финансовых управляющих не стоит ждать особой заинтересованности в эффективном и справедливом сопровождении процедуры: их вознаграждение явно несоразмерно рискам и объемам работы,
поэтому может возникнуть соблазн в получении незаконного «дополнительного гонорара». Отсутствуют адекватные нормы, регулирующие
исполнение обязанностей финансового управляющего. На данный
момент отечественная система имеет ряд актов, регламентирующих
деятельность арбитражных управляющих, но говорить в их свете о добросовестности довольно трудно. Возможно, есть смысл составить
правила, регламентирующие деятельность финансовых управляющих,
с целью последующей оценки ее добросовестности, ведь от работы
финансового управляющего зависит исход всей процедуры, поэтому
любые сомнения относительно их компетентности неприемлемы.
Все чаще в научных кругах можно услышать идею об отмене обязательного участия финансового управляющего в делах о банкротстве
граждан со ссылкой на то, что реабилитационный механизм должен
стать менее затратным в финансовом плане. Подобно тому, как нельзя
рубить дуб, стоящий на страже леса, нельзя отказаться от деятельности финансового управляющего, ведь именно он является первым препятствием на пути недобросовестных участников процедуры
банкротства.
224
И.А. Роголева
Нельзя не сказать о добросовестности в рамках оспаривания сделок. Закон предусматривает точно определенный период «подозрительности», в течение которого сделки, влекущие вред кредиторам,
могут быть признаны недействительными. Недостатком такого подхода
является возможность заблаговременного совершения недобросовестных действий, однако увеличить срок подозрительности нельзя – это
дестабилизирует гражданский оборот. Примечательно, что суды не рассматривают «злоупотребление правом» или «недобросовестность»
в качестве самостоятельных оснований оспаривания сделок вне рамок
банкротных оснований1, поэтому срок исковой давности составляет
всего один год. В этом свете интересным представляется предложение об исчислении срока «подозрительности» не с момента подачи
заявления о признании должника банкротом, а с момента прекращения должником платежей или наступления иных обстоятельств,
свидетельствующих о несостоятельности должника2. Это станет дополнительной гарантией прав кредиторов и профилактической мерой, направленной на предотвращение недобросовестных действий
со стороны должников.
Еще одним недочетом действующего законодательства о банкротстве является игнорирование факта добросовестности контрагента
при установлении оснований для отказа в оспаривании сделок должника, что не соответствует общемировым тенденциям. Вместе с тем,
отечественная практика на данный момент исходит из того, что отсутствие анализа о добросовестности в поведении сторон приводит к отказу
в признании сделки недействительной и к пересмотру судебных актов3.
Широкое применение принципа добросовестности будет способствовать превышению эффективности института банкротства,
но не стоит забывать, что нормы доброй совести не должны подменять
собой специальные нормы. Отсылка к добросовестности имеет место
только в случаях, когда отсутствует иной механизм регулирования, ибо
расширенное толкование приведет к «размыванию» права.
Эффективность реабилитационного характера механизма потребительского банкротства предопределяет стабильность гражданского
1
Например: Определение Верховного Суда РФ от 5 ноября 2015 г. № 304-ЭС15-13605
по делу № А81-3279/2005 // Документ опубликован не был. СПС «КонсультантПлюс».
2
Кузнецов С.А. Основные проблемы правового института несостоятельности (бан-
кротства): Монография. М.: Инфотропик Медиа, 2015.
3
Определение Верховного Суда РФ от 30 марта 2016 г. № 301-ЭС15-20282(1) по делу
№ А43-5100/2014 // Документ опубликован не был. СПС «КонсультантПлюс».
225
Несостоятельность (банкротство)
оборота, обозначает перспективы преодоления кризисных ситуаций.
Институт потребительского банкротства – благо для добросовестных
граждан, но вот только что понимать под добросовестностью – в настоящий момент остается загадкой. Положительный эффект развития
принципа добросовестности зависит во многом от того, наполнит ли
его законодатель юридическим смыслом, будет ли он фокусировать
свое внимание на проблемах, с которыми сталкивается практика, иначе
добросовестность так и останется попросту философской категорией.
Список используемой литературы
Нормативные правовые акты
Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть I от 30 ноября
1994 г. № 51-ФЗ «Гражданский кодекс Российской Федерации (часть
первая)» // СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.
Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ // СЗ РФ. 2002. № 43.
Судебная практика
Постановление Пленума ВАС РФ от 30 июня 2011 г. № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей» //
Вестник ВАС РФ. 2011. № 9.
Определение Верховного Суда РФ от 30 марта 2016 г. № 301-ЭС1520282(1) по делу № А43-5100/2014 // Документ опубликован не был.
СПС «КонсультантПлюс».
Определение Верховного Суда РФ от 5 ноября 2015 г. № 304-ЭС1513605 по делу № А81-3279/2005 // Документ опубликован не был. СПС
«КонсультантПлюс».
Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа
от 13 октября 2016 г. № Ф04-4210/2016 по делу № А45-24580/2015 //
Документ опубликован не был. СПС «КонсультантПлюс».
Библиография
Берлин А.Я. Критерий добросовестности в судебной практике в свете
п. 1 Постановления Пленума ВС РФ № 25 // Вестник Арбитражного
суда Московского округа. 2016. № 1.
226
И.А. Роголева
Будылин С.Л. Все мы делим пополам. Банкротство граждан и семейное имущество в России и за рубежом // Вестник экономического
правосудия Российской Федерации. 2015. № 4.
Карелина С.А., Фролов И.В. Проблемы формирования правовой
политики потребительского банкротства в России и их влияние на механизмы банкротства граждан // Закон. 2015. № 12.
Карелина С.А., Фролов И.В. Институт банкротства граждан в РФ: до-
стоинства и недостатки правовой модели регулирования // Актуальные
проблемы предпринимательского и корпоративного права Под ред.
В.И. Вайпана и М.Е. Егоровой. М.: Юстицинформ, 2016.
Кузнецов С.А. Основные проблемы правового института несостоятельности (банкротства): Монография. М.: Инфотропик Медиа, 2015.
Новицкий И.Б. Принцип доброй совести в проекте обязательственного права // Вестник гражданского права. 2006. № 1.
А.А. Сапрыкин
МГУ имени М.В. Ломоносова, 4 курс (бакалавриат)
Реструктуризация долгов юридического лица:
бездумное следование общемировому тренду или попытка
решить насущные проблемы экономики?
Аннотация: рассматривая вопрос введения в текущее законодательство Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве)
института реструктуризации долгов юридического лица, автор выявляет цели института несостоятельности (банкротства), приводит
статические сведения, обращается к опыту зарубежного законодателя
в регулировании анализируемого института права, а также анализирует
имеющиеся на сегодняшний день законопроекты по данной тематике
в России.
Ключевые слова: несостоятельность (банкротство), реабилитационные процедуры, продолжниковский подход к законодательству
о несостоятельности (банкротстве), восстановление платежеспособности должника, реструктуризация долгов юридического лица,
динамика количества банкротств, эффективность восстановления
платежеспособности.
На протяжении всего исторического развития регулирование института несостоятельности (банкротства) преследует две основные
цели: 1) обеспечение возможности сохранения действующего хозяйствующего субъекта путем восстановления его платежеспособности;
2) максимально оперативная ликвидация хозяйствующего субъекта,
восстановление платежеспособности которого невозможно. И в том,
и в другом случае такая цель достигается лишь при условии максимально возможного справедливого удовлетворения требований кредиторов.
Выбор же той или иной цели в качестве превалирующей с точки зрения
политики права зависит от множества факторов, центральным из которых является потребности экономического оборота в тот или иной
исторический период.
На сегодняшний день, согласно статистическим данным, лишь
в незначительном количестве дел о банкротстве применяются реабилитационные процедуры и восстанавливается платежеспособность
228
А.А. Сапрыкин
должника. В подавляющем большинстве случаев в делах о банкротстве
применяется процедура конкурсного производства, которая предусматривает продажу имущества хозяйствующего субъекта и частичное
(как правило, минимальное) удовлетворение требований кредиторов
с последующей ликвидацией должника1.
Мировой финансово-экономический кризис 2008-2009 гг. повлек
разорительные для многих экономик современного мира последствия.
Возникшие вследствие него необходимость поддержки малого и среднего предпринимательства от разрушительных рыночных процессов,
стремление к скорейшему восстановлению баланса рыночной экономики, усиленная поддержка банковского сектора, попытки преодоления рецессивных экономических процессов, а также необходимость
недопущения краха социальной системы государства – лишь некоторые их тех последствий, которые послужили тем самым драйвером,
вынудившим государства пересмотреть свою законодательную политику в сфере отношений несостоятельности (банкротства).
Так, именно после описанных выше событий в мировой экономике
законодательства о банкротстве многих государств в части восстановления платежеспособности должника − юридического лица подверглись
значительному пересмотру: реформы законодательства о несостоятельности (банкротстве) в Бельгии в 2009 г., в Литве в 2011 г., в Испании
в 2011 г., в Швеции в 2011 г., во Франции в 2011−2012 гг., в Германии
в 2012 г., в Италии в 2015 г. и т.д.
В целом, подводя промежуточные итоги реформирования законодательства о банкротстве европейских государств, можно с абсолютной уверенностью сказать, что на сегодняшний день наметился
общемировой тренд на «продолжниковую» политику изменения
законодательства в данной сфере, которая выражается в развитии
и увеличении привлекательности для всех участников процесса несостоятельности реабилитационных процедур; изменении целевого назначения института банкротства (так, если раньше институт
банкротства служил неким «санационным механизмом» рыночной
экономики, с помощью которого можно исключить из ее структуры
экономически слабых и неконкурентоспособных субъектов, на сегодняшний день государства заинтересованы в «борьбе за выживание»
1
Костоваров А., Набережный А. Реабилитационные процедуры банкротства. [Элек-
тронный ресурс]. URL: http://lp.ru/files/filemanager/file/18112016_procedury_ bankrotstva_analitika.pdf
229
Несостоятельность (банкротство)
всех ее субъектов, у которых есть хотя бы незначительные шансы
на восстановление платежеспособности, с целью избежать серьезного
дисбаланса в структуре рыночного хозяйства); усилении позиции
должника в рамках дела о банкротстве; снижении административных
и иных экономических издержек в процедуре банкротства, а также
усилении внимания к социальному элементу бизнеса (сохранение
рабочих мест, улучшение правового положения работников в рамках
дела о банкротстве в качестве конкурсных кредиторов, а также обращение внимание на положение учредителей (участников) должника
в процедуре банкротства).
Не стала исключением из наметившихся в мировой экономике
тенденций и Российская Федерация. Так, Министерством экономического развития РФ в 2016 г. был предложен проект Федерального
закона «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и отдельные законодательные акты Российской
Федерации в части процедуры реструктуризации в делах о банкротстве
юридических лиц»1. В целом предлагаемые настоящим законопроектом
кардинальные изменения существующих механизмов финансового
оздоровления предприятий, находящихся в стрессовой экономической
ситуации, отвечают общемировой тенденции реформирования законодательства о банкротстве. Законопроект направлен на расширение
практики и повышение эффективности применения реабилитационных процедур в делах о банкротстве юридических лиц и предусматривает интеграцию в одну новую вариативную реабилитационную
процедуру применяемых в настоящее время процедур наблюдения,
финансового оздоровления и внешнего управления.
Прежде чем обратиться непосредственно к некоторым заслуживающим особого внимания положениям законопроекта, следует проанализировать статистические данные, отражающие состояние института
несостоятельности (банкротства) в России сегодня.
Во-первых, необходимо отметить рост количества ежегодно возбуждаемых дел о банкротстве в России. Так, если в предкризисные 2007−2008 гг. ежегодно банкротами признавались 5,5−6,5 тыс.
предприятий, то в 2009−2011 гг. это значение колеблется между
1
Проект Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части процедуры реструктуризации в делах о банкротстве юридических лиц»
(подготовлен Минэкономразвития России; не внесен в ГД ФС РФ, текст по состоянию
на 16.05.2016).
230
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]