Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Комбинаторная лингвистика. Аспекты изучения сочетаемости слов. Монография
.pdf
4.4. СОЗДАНИЕ ЭКСПРЕССИВНЫХ СЛОВОУПОТРЕБЛЕНИЙ
чувственные и эмоционально-оценочные ощущения посредством актуализации новых лексических значений, входящих в высказывание
или текст.
4.4. Создание экспрессивных словоупотреблений
В функционально-семантическом аспекте изучения сочетаемости
слов особую важность приобретает создание экспрессивных употреблений. Исследованиям экспрессивной лексики и контекста посвящены
труды И.В. Арнольд, О.И. Блиновой, Е.Ю. Булыгиной, Г.В. Колшанского, Н.Г. Комлева, Н.А. Лукьяновой, И.А. Стернина, В.Н. Телии,
Т.А. Трипольской, А.А
Прежде чем приступить к исследованию экспрессивных употреблений слов, введём понятие «экспрессивность», под которым понимается «свойство лексической единицы, связанное с её способностью
актуализировать качественно-количественную характеристику реального предмета, выделить особенность данного предмета на фоне одноимённых с ним предметов и выразить эмоциональную
предмету речи, данную ему от лица говорящего» (Лукьянова 1986,
с. 43).
В современной лингвистике распространена точка зрения на экспрессивность как на семантическую категорию, связанную с экспрессивной функцией языка, которая заключается в выражении субъективных аспектов восприятия человеком реального мира: эмоций, чувств,
мнений, представлений субъекта об объекте или явлении.
По определению
сической единицей, или экспрессивом, называется слово (лексема или
ЛСВ), языковая значимость которого обусловлена экспрессивной
функцией языка. Экспрессивное слово не соотносится с денотатом
(классом однородных предметов), а соотносится с референтом, например: Настенька такая неразумная, – тарахтела Люся, не обращая
внимания на то, слушаю я её или нет (Д. Донцова. Доллары царя Го-
роха (2004), НКРЯ). В контексте экспрессивное слово «тарахтела»
(быстро и громко говорила) связано предикативной связью с референтом «Люся», действие которого оценивается автором. Сочетаемость
слов в данном фрагменте актуализирует семы «экспрессивность»,
«эмоциональность» и «оценочность».
. Уфимцевой, В.И. Шаховского и др.
оценку
Н.А. Лукьяновой (1986, с. 80), экспрессивной лек-
161
Глава IV. ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ
В семантике экспрессивного слова отражается не столько сам
«предмет», сколько отношение к нему человека, мнение о предмете, и
в этом существенное отличие экспрессивного слова от собственно номинативного, например: Дрифтер как вылупил рачьи свои глаза, так и
застыл (Г. Владимов. Три минуты молчания (1969), НКРЯ). Выбирая
лексические единицы «вылупить», «рачьи», «глаза» и выстраивая их в
определённый контекст, автор (субъект) выражает своё собственное
отношение к предмету речи. В данном примере сочетаемость слов актуализирует семы «экспрессивность», «эмоция», «оценочность» и «образность».
В данном разделе объектом изучения являются экспрессивные словоупотребления, т. е. словосочетания и предложения, в которых актуализируется одна или сразу несколько коннотативных сем (эмоции,
оценки, экспрессивности, образности, интенсивности), а также может
наблюдаться наличие несоответствия стилевой принадлежности входящих в их состав слов с целью выразить определенное эмоциональное
отношение к
предмету речи. Основу экспрессивности семантического
содержания слова составляет эмоциональная оценка, образность и интенсивность в разных сочетаниях друг с другом. В лингвистической
литературе экспрессивное содержание слова обычно соотносится с
коннотативным (И.В. Арнольд, Г.В. Колшанский, Н.Г. Комлев,
И.А. Стернин и др.).
И.В. Арнольд (1966) и И.А.
Стернин (1979) выделяют четыре основных компонента коннотации: эмоциональный, экспрессивный,
оценочный и стилистический. Г.В. Колшанский считает, что «выделение различных компонентов высказывания, в том числе и смысловых, есть лишь условный приём лингвистического анализа, помогающий вскрыть внутреннюю структуру коммуникации... В каждом
конкретном высказывании все компоненты образуют неразрывное
единство... Эмоционально-оценочный
, коммуникативный и прагматический аспекты содержания высказывания есть не самостоятельные
компоненты языка, а единое и неразложимое целое» (1975, с. 156).
В связи с этим возникает вопрос, если все эти компоненты составляют единое целое, то для чего это целое разбивается на компоненты?
Следовательно, считаем необходимым подробно изучить причину
возникшего противоречия и рассмотреть
каждую из составляющих
коннотации.
162
4.4. СОЗДАНИЕ ЭКСПРЕССИВНЫХ СЛОВОУПОТРЕБЛЕНИЙ
Семантике эмоциональноcти и оценки посвящены работы
Е.Ю. Булыгиной (1991), Е.М. Вольф (2002), Н.А. Лукьяновой (1983),
И.А. Стернина (1979) и др. Относительно понятий «эмоциональность»
и «оценочность» среди даже этих авторов нет единого мнения. Одни
исследователи их разграничивают, относя к разным семантическим
характеристикам, другие считают, что эти понятия выступают только в
единстве
, так как «оценочность» как семантический признак в системе
экспрессивов связана с семой «эмоциональность» и отдельно от неё не
реализуется.
По-видимому, трудность разграничения оценочного и эмоционального компонентов заключается в том, что оценка предмета человеком
обычно связана с эмоциональными переживаниями. В то же время понятия «оценка» и «эмоция» (чувство)
не всегда можно разделить, часто
даже говорят «эмоциональная оценка» (Стернин 1979). Так, в слове
«продался» в значении «из корыстных побуждений перейти на сторону
противника, совершить предательство, измену» (БТС 2000, с. 1004) явно
ощущается презрительный эмоциональный оттенок. Однако в нём также
имеет место и оценка: это отражено в словарной дефиниции, содержащей такие неодобрительно
-оценочные слова, как «корыстный», «преда-
тельство» и «измена». В предложениях Когда в восьмидесятом «Маши-
на времени» перешла на работу в Росконцерт, в среде рокеров это вызвало бурю: если ты оказался по ту сторону стены, значит, однозначно, продался (Ю. Будинайте. В моём кочегарстве нет ничего трагического // «Комсомольская правда», 1991, НКРЯ) и Да, налицо деградация
российских СМИ, которые сначала радостно продались олигархам, а
потом резво переметнулись на сторону оказавшегося более мускулистым госаппарата (Саша Бородин. Конец подкрался незаметно (2003)
// «Лебедь» (Бостон), 2003.11.23, НКРЯ) эмоция и оценка взаимосвязаны, на что указывает сочетаемость слов, выстраивающая этот контекст.
В то же время в значении такого слова, как «скончаться», оценочный компонент отсутствует, а эмоциональный выступает самостоятельно: «умереть + сочувствие». Сочувствие в данном случае носит
«общественный» характер, т. е. закреплено за словом в системе и относится к денотату, а
не к реальному референту: По информации офици-
ального представителя МИД России Александра Яковенко, выжили
старший механик Сергей Лукьяненко и матрос Сергей Бондарчук. –
Все погибшие моряки скончались от переохлаждения. Температура
163
Глава IV. ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ
воды в том районе моря плюс два градуса, – подчеркнул оперативный
дежурный ГМСКЦ (К. Гетманский. Сухогруз утонул из-за шторма
(2003) // «Известия», 2003.02.03, НКРЯ) или Кроме того, поступают
сведения из больниц – там скончались уже 10 человек (Штурм завер-
шён, заложники освобождены (2002) // «Известия», 2002.10.26,
НКРЯ). Подобные примеры доказывают, что эмоция может выступать
и в качестве отдельного компонента.
На неразрывную связь «эмотивности» и «оценочности» указывают
Н.А. Лукьянова (1986) и Е.Ю. Булыгина (1991): «оценочность» как семантическая особенность экспрессива не может реализоваться самостоятельно, так как она актуализирует субъективную оценку говорящим предмета речи. Эмоция является
аппаратом оценки, и не случайно
параметры эмоций и оценок пересекаются: «приятное» → «хорошо» /
«неприятное» → «плохо». Исходя из этого, применение термина «эмоциональная оценка» можно считать вполне обоснованным.
На экстралингвистическом уровне эмоциональная оценка представляет собой мнение субъекта о ценности какого-либо объекта, которое проявляется как чувство, ощущение или
эмоция говорящего
(одобрение, удовольствие, неодобрение, возмущение и т. д.). На
уровне речевого употребления слова сема «эмоциональная оценка»
выражается в двух антонимических семантических вариантах: положительной и отрицательной (Лукьянова 1986, с. 45). Заметим, что на
языковом уровне эмоциональная оценка предстаёт как отражённое и
закреплённое в семантике языкового знака его минимальное значение,
мнение субъекта
о ценности какого-либо объекта.
Однако для экспрессивного слова необходимы ещё и контекстные
условия реализации его семантики, которые заключаются в лексическом окружении экспрессивной словоформы в речевом высказывании.
Например: Мозг и тело просились назад, под спасительную плёнку,
хотя известно, что жизнь под этим мыльным пузырём коротка, он
неизбежно получит пробоину, лопнет
, сгинет, оставив после себя
страх смерти, и трупный холод одиночества, и горестные мысли:
«Жалкий ничтожный урод, зачем ты родился?» (М. Гиголашвили.
Чёртово колесо (2007), НКРЯ).
В метафоре трупный холод одиночества хорошо просматривается,
как сочетаемость актуализирует коннотативные семы «экспрессивность» и «эмоциональная оценка», которые являются негативными.
164
4.4. СОЗДАНИЕ ЭКСПРЕССИВНЫХ СЛОВОУПОТРЕБЛЕНИЙ
В высказывании жалкий ничтожный урод сочетаемость слов актуализирует сразу несколько коннотативных сем: «экспрессивность», «эмоциональная оценка», «интенсивность». Следовательно, если «эмоция»
и «оценка» часто выступают совместно, то этого нельзя сказать о других составляющих коннотации: интенсивности, экспрессивности, стилистической отнесённости и образности.
По мнению Н.А. Лукьяновой (1983, с. 17–18), эмоциональная оценочность как семантическая категория может быть ингерентной (языковой), имеющей узуальный характер, и адгерентной (речевой), т. е.
ситуативной.
Так, в значениях слов лапонька, золотце, голубчик, зануда, ахинея,
галиматья, нудный, ерунда, никчёмный и т. п. эмоциональная оценка
ингерентна, т. е
. входит в коннотативную семантику данных слов.
В речевых же ситуациях словоформы с коннотативным компонентном «экспрессивность» вместе с эмоциональным и оценочным
компонентами посредством определённой сочетаемости слов приобретают контекстную эмоциональную окраску. Например:
1) Ну конечно, господин какой-то его палкой по роже… Скандали-
ще жуткий! Тут хлопнуло в углу, и жёлтое абрау засветилось передо
мною в узком бокале… (М.А. Булгаков. Театральный роман (1936–
1937), НКРЯ).
2) Теперь я поняла, почему моё место оказалось свободным: никто
не хотел сидеть впереди Рудика. Мне в этот вечер чертовски везло!
И вcё-таки самое ужасное было ещё впереди (А. Алексин. Мой брат
играет на кларнете (1967), НКРЯ) и т. д.
Кроме сочетаемости слов при рассмотрении экспрессивных словоупотреблений следует учитывать природу эмоциональной оценки и её
языковой статус.
Причина проявления эмоционально-оценочных значений, по
нашему мнению, заложена непосредственно в сочетаемости слов,
например, как в следующих английских сложных словах и сочетаниях:
monster-talented – очень одарённый; severely-gifted – чрезвычайно
ода-
рённый; toy boy – молодой любовник пожилой дамы; dialog of the
deaf – диалог, в котором участники не обращают внимания на осталь-
ных говорящих, to pig it – жить по свински и т. д.
Некоторые из приведённых сочетаний содержат не только сему
«эмоциональная оценка», но и коннотативную сему «интенсивность»
165
Глава IV. ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ
или «высшая степень признака» (лексическая функция Magn), под которой понимается «микрозначение, связанное с качественноколичественной характеристикой обозначаемого словом явления, т. е.
отражающее меру явления» (Лукьянова 1986, с. 55). Поясним, что интенсивность экспрессива – это «способность экспрессивного знака выразить качественно-количественную характеристику референта, которая выделяет его из класса одноимённых референтов» (Там же
, с. 56).
Интенсивность входит в коннотативную семантику экспрессивного
слова. В отличие от собственно номинативной лексической единицы, в
которой интенсивность порождается как результат отражения меры
реального явления, точнее, меры явлений некоторого однородного
класса, экспрессивное слово отражает представление о нём субъекта.
В подтверждение этому приведём примеры экспрессивных слово-
употреблений, в которых сочетаемость слов
актуализирует коннотативную сему «интенсивность», или «высокую степень действия / признака», и к которым относятся словосочетания:
а) с прилагательными: безудержный нрав, дьявольский характер,
собачий холод, невообразимый результат, смертельная опасность
и т. п.;
б) с глаголами: бушует огонь, ревёт ветер, лютуют морозы,
нагрянул мороз, жарит солнце, гремит оркестр и т. п.;
в
) с существительными, носящими метафорический характер: бу-
кет (болезней, похвал, сюрпризов); море (забот, слов, слёз); океан
(проблем, мыслей, счастья); вереница (мыслей, снов, образов); ворох
(дел, одежды, бумаг); уйма (дел, денег, забот, времени) и т. п.
Коннонативная сема «интенсивность» актуализируется в следую-
щих экспрессивных контекстах: Он круглый
дурак – He is a stark fool.
Она жутко безобразна – She is a perfect fright и т. д.
Следует указать и на то, что одно и то же экспрессивное прилагательное в зависимости от конкретной ситуации и его лексикосемантической сочетаемости с существительным может служить средством выражения различных видов эмоционально-оценочного отношения. Наиболее наглядны экспрессивные словоупотребления с прилагательными, содержащими семы «эмоциональная оценка», «интенсивность» / «чрезмерность» / «крайняя
степень проявления признака».
В зависимости от того, какое место занимают семы «эмоциональная оценка» и «интенсивность», выделяется два типа коннотативных
166
4.4. СОЗДАНИЕ ЭКСПРЕССИВНЫХ СЛОВОУПОТРЕБЛЕНИЙ
структур лексического значения экспрессивных прилагательных (Булыгина 1991, с. 7).
К первому относятся прилагательные, ядро которых занимают обе
упомянутые семы: великолепный, замечательный, потрясающий, паршивый, идиотский / splendid, striking, remarkable, awful и т. п. Они содержат в своей семантике оценку качества данного объекта, которая
сопровождается одновременным оцениванием интенсивности его проявления. Это общеоценочные прилагательные и в сочетаниях
с суще-
ствительными они характеризуют человека, предметы и явления: вели-
колепный спектакль, замечательный человек, потрясающий отдых,
паршивый пёс, идиотская ситуация / splendid palace, striking distance,
remarkable politician, awful work и т. д.
Ко второму типу относятся прилагательные, ядро коннотации которых составляет сема «интенсивность», а периферию – «эмоциональная оценка»: бешеная скорость, баснословный капитал, несметные
богатства, лютый холод, жуткие
мучения / breakneck speed, fabulous
capital, untold wealth, bitter cold, terrible tortures и т. п.
При этом, если экспрессивные прилагательные имеют потенциальную оценочную сему, которая посредством их лексико-семантической
сочетаемости с существительными актуализируется в определённых
речевых ситуациях, они являются интенсивами и выражают чувства,
эмоции, страх, удивление и т. п. как реакцию на восприятие параметрических признаков (силы, величины), превышающих
норму (Булыгина 1991), например, в словосочетаниях: жуткий холод, ужасная жара,
дьявольская боль / bitter cold, terrible heat, agonizing pain и т. п. В этом
случае интенсификации подвергаются качественные семы определяемого существительного, что ведёт к развитию оценки, которая является вторичной, т. е. зависит от ситуации.
Однако, если коннотативное содержание экспрессивных прилага-
тельных (в сочетании с
существительными) исчерпывается компонентом «интенсивность / чрезмерность», который является ядерным,
например, в словосочетаниях: ужасный лодырь, страшный врун, чудо-
вищная ложь, фантастический хапуга / terrible slacker, terrible liar,
monstrous lie, fantastic grabber, то сема «эмоциональная оценка» в них
не выявляется, потому что они выражают качество без ориентации на
норму, так как в языке нет понятия нормальный лодырь, врун, хапуга и
т. п. Следовательно, они не являются оценочными (Булыгина 1991,
167
Глава IV. ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ
с. 8). Как правило, в экспрессивных словоупотреблениях различают
эмотивные семы (положительные и отрицательные) и оценочные семы
(одобрительные и неодобрительные).
По мнению ряда учёных, модификация семантики слова зависит от
его синтагматики (Ю.Д. Апресян, Е.Ю. Булыгина, В.Г. Гак, И.А. Стернин и др.). Так, экспрессивные прилагательные в сочетании с
абстрактными или конкретными существительными имеют значение
«очень плохой»: жуткий день, характер, фильм, погода и т. п.
Изменение сем в значении прилагательного зависит от наличия или
отсутствия в семной структуре определяемого существительного коннотативных компонентов. Сочетаемость слов ужасный, страшный, жуткий, адский + нейтральное существительное актуализирует сему «интенсивность / чрезмерность»: ужасная
работа, ситуация, климат, отпуск
и т. п. Сочетаемость экспрессивных существительных с данными прилагательными актуализирует ту же сему «интенсивность / чрезмерность»:
ужасный нытик, страшный обманщик, жуткий пошляк.
Теперь перейдём к рассмотрению английских прилагательных, которые могут быть охарактеризованы как имеющие в своей структуре
коннотативную сему интенсивности (Коровкина 2006, с. 61–72): deep,
heavy, bitter, acute, sharp, severe, keen, harsh, rattling, smacking,
saturated, smart, grievous, exquisite, splitting и т
. д. Каждое такое прилагательное имеет свой круг денотатов или денотативную сферу, например, человек (его свойства, внешность, поведение, эмоции, ощущения
и т. д.), явления природы, физические явления, ментальные процессы
и т. д. Денотативная сфера отдельного прилагательного реализуется
существительными, вступающими с данными прилагательными в регулируемые семантической нормой связи. Подобные
прилагательные
обычно образуют экспрессивные употребления, в которых актуализируется сема «интенсивность» при сочетаемости с существительными,
называющими:
– явления природы: heavy (snow / rain); bitter (cold / frost); hard (cli-
mate / winter); sharp (wind / frost); severe (thunderstorm / winter); torrential (thunderstorm, rain, storm); (keen (wind / cold); high (heat / wind),
например: Some hours later, after a torrential thunderstorm, the wriggling
foot, that had been kicking in very strange places, finally broke through and
I soke at five in the morning with a warm, wet feeling (NCT Birmingham
Central Branch Newsletter. u. p., 1989, BNC);
168
4.4. СОЗДАНИЕ ЭКСПРЕССИВНЫХ СЛОВОУПОТРЕБЛЕНИЙ
– процессы и явления: heavy (blow / punch); hard (hit / pull), напри-
мер: There was a great gash across his face, a heavy blow from a sword or
axe that had smashed his nose and cheekbone, and slashed right across his
eye (Quest for a babe. Hendry, Frances Mary. Edinburgh: Canongate Pub-
lishing Ltd, 1990, BNC);
– физические (перцептивные) характеристики явлений: deep (still-
ness / gloom); heavy (sound / applause); strong (voice / light / smell); harsh
/ rattling (wind / sound); smacking wind; saturated colour; loud noise,
например: Kate drifts into a deep gloom shortly after leaving the doctor's
surgery (Now we are thirty-something. Jennings, Charles. London: John
Murray (Publishers) Ltd, 1991, BNC);
– чувства, их физиологические проявления, эмоциональные и мен-
тальные состояния, а также физические ощущения: deep (love / gratitude / interest / sigh); heavy (grief / disappointment / sorrow / fear/ sleep);
bitter (grief / hatred / tears); acute (jealousy / pleasure / pain); sharp (envy /
desire / pain); severe (illness / attack / disappointment / pain); keen (sorrow
/ pleasure / delight); keen (intellect / sensibilities / appetite); exquisite (joy /
pain); splitting (headache, laughter); grievous pain; headlong fury, напри-
мер: They see the range of responses from deep and bitter grief to awkward
attempts to simulate grief where it no longer has relevance for the relationship (Ceremony of innocence. Carmichael, K. Basingstoke: Macmillan Pub-
lishers Ltd, 1991, BNC);
– действия, воздействия: smart (blow / punishment); grievous wound,
например: The nine fighting men were wounded, and some of the nine
maids, and Oleg Ban himself had a grievous wound (The kingdom under the
sea and other stories. Aiken, Joan. London: Penguin Books, 1989, BNC);
– ментальные и психические структуры: lively (recollection / faith /
description / idea), например: It is the loss of tangible, lively faith in the
home that exaggerates the external, rationalistic and professionalized expressions of religion that are so deadening today (In search of happi-
ness. Houston, James. Oxford: Lion Publishing plc, 1990, BNC).
Исходя из этих контекстов, можно заключить, что сочетаемость создаёт экспрессивные сочетания слов, актуализируя коннотативную сему «интенсивность», входящую в семный состав данной категории
прилагательных.
Далее кратко остановимся на таком семантическом компоненте,
как «образность» (Блинова 1983; Бузунова 2006; Загоровская 1983; Лу-
169
Глава IV. ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ
кьянова 1986; Шаховский 1984) и др. Вопрос об этом компоненте в
значении слова вызывает серьёзные разногласия. Образный компонент
значения – это обобщённый, чувственно-наглядный образ предмета,
чувственное представление о предмете, называемом знаком (Стернин,
1979).
Как утверждает О.И. Блинова (1983), образность тесно связана с
валентностью слова. Особенно наглядна эта связь проявляется на примере синонимов,
например, в синонимическом ряду неизбежный, неотвратимый, неминуемый со значением «такой, которого нельзя из-
бежать, отвратить, миновать». Мотивировочный признак-образ предопределяет сочетаемость каждого члена ряда с названиями явлений
тяжёлых, бедственных, крайне нежелательных: неизбежная смерть,
неминуемая гибель, неотвратимая кончина и т. д. Следовательно, семантический признак образности «задействован» в создании экспрес
сивных словоупотреблений в предложениях:
1) Путешественники понимали, что если дикие люди догонят их,
им грозит неминуемая гибель (В. Постников. Приключения Карандаша
и Самоделкина на «Дрындолете» (1997), НКРЯ);
2) Все заключённые знали, что их ждёт неотвратимая смерть;
увозимым говорили спокойно: «Ваш черёд настал сегодня, завтра
умрём и мы» (М.А. Алданов. Девятое термидора (1921), НКРЯ).
По мнению Н.А. Лукьяновой (1979, с. 12): «образность отличается
от экспрессивности, или выразительности, возникающей в результате
употребления и отбора языковых единиц в процессе коммуникации на
основе таких семантических свойств слова, как эмоциональность и
оценочность».
Ещё один важный компонент экспрессивных слов – это
стилистический компонент значения (см. работы И.В. Арнольд, Л.Г. Барласа,
И.Р. Гальперина, М.Н. Кожиной, Е.Ф. Петрищевой, И.А. Стернина,
С.Г. Тер-Минасовой и др.). Согласно И.А. Стернину (1979, с. 75),
функционально-стилистический компонент наиболее явно выделяется
в коннотации, противопоставленность которого остальным компонентам почти всегда
очевидна. Слово обладает стилистическим компонентом значения (стилистической коннотацией), если оно типично для
определённых функциональных стилей и сфер речи, с которыми оно
ассоциируется даже будучи употреблено в нетипичных для него контекстах. Данный компонент связан с предметно-логическим в том
-
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]