Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Категория интеррогативности в русском языке. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
ГЛАВА3. ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
КАТЕГОРИИ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ
Раскольников не отвечал и стал рядом, задумавшись (Ф.М.До-
стоевский. Преступление и наказание, 2, VI).
В последнем примере во встречных вопросах выявляется не-
сколько прагматических задач: смена темы разговора, смена ро­лей коммуникантов, уточнение информации. Это объясняется тем, что адресант (в данном случае Раскольников) еще до нача­ла коммуникативного контакта ставит
цель выяснения опреде­ленной информации и поэтому он прерывает попытки дворника перехватить коммуникативную инициативу. Дворник, напротив, чувствует себя хозяином положения, так как находится на своей территории, и пытается осуществить это превосходство в регули­ровании направления движения интеррогативного акта, постоян­но задавая один и тот же вопрос. Раскольников не принимает та­кого положения дел и игнорирует эти попытки с помощью своих встречных вопросов. В итоге коммуникативная инициатива оста­ется за ним, так как он получает необходимые ответы, а его оппо­нент остается ни с чем.
Особняком среди встречных вопросов стоят вопросы, не связан­ные с репликой-стимулом и попросту ее игнорирующие. В струк­туру диалогического пространства такие вопросы не вписыва­ются, так как лицо, задавшее такой вопрос, стремится разрушить складывающийся коммуникативный акт и инициировать новый. Тем не менее, такой вопрос считается встречным, поскольку в нем «подчеркнуто демонстрируется нежелание коммуниканта реаги­ровать на предыдущую реплику и именно эта подчеркнутость по­казывает, что предпринимаемый коммуникативный ход возника­ет не совсем на новом месте» [Сычева: 136]:
Ипполит Матвеевич почувствовал себя счастливым.
Когда вы доставите мне счастье увидеться с вами снова? –
спросил Ипполит Матвеевич в нос.
Лизе стало очень стыдно. Она заерзала в кресле и затосковала.
– Куда это товарищ Бендер запропастился? – сказала она то­неньким голосом.
– Так когда же? – спросил Воробьянинов нетерпеливо. – Когда и где мы увидимся?
– Ну, я не знаю. Когда хотите.
251
А. В. ЛОГИНОВ. КАТЕГОРИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
Сегодня можно?
Сегодня?
Умоляю вас (И.Ильф, Е.Петров. Двенадцать стульев, 2, ХVIII).
Т.В. Титаренко объясняет возникновение встречных вопросов прагматическими условиями [см.: Титаренко: 59]
В ряду встречных вопросов выделяется переспрашивающий встречный вопрос (цитатный вопрос), понимаемый как много­функциональная реагирующая реплика, представляющая собой вопросительную трансформацию исходного вопроса собеседника. В нем заключается
идея диалогичности языка. Это качество пере­спроса заключено и в его синтаксической позиции, между пред­шествующей и последующей репликами, и в его семантической функции, основывающейся на том, что переспрос связывает обе реплики в тематико-смысловое единство, а также в его прагма­тической функции, отражающей способ воздействия говорящего на слушающего:
Тут как раз до моих книг и дошло. Они были у меня уложены на самом дне чемодана. Таможенник поинтересовался, что это за книги, и я не без гордости сказал, что это мои собственные книги.
Ваши собственные? – переспросил он.
Ну да, – сказал я. – Мои собственные. А что вас удивляет? (В.Вой- нович. Москва 2042).
Переспрос – одна из самых распространенных единиц диалоги­ческой речи. Это объясняется его деятельностной природой и спо­собностью, с одной стороны, активно влиять на процесс коммуни­кации, а с другой стороны, его диалоговой природой. Переспрос как коммунникативное действие генетически возникает в ситуа­тивно-интенциональной речевой деятельности, активно участву­ет в конструировании текста и утрачивает свои функции в системе языка, прекращая свое существование как факт речи и превраща­ясь в системе синтаксиса в вопрос:
– А когда «Крейцерову сонату» писал, тогда тоже лопал? – ядо­вито спросил Коля.
– «Крейцерова соната» маленькая. Попробовал бы он написать «Войну и мир», сидя на вегетарианских сосисках!
Что ты, наконец, прицепилась ко мне со своим Толстым?
252
ГЛАВА3. ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
КАТЕГОРИИ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ
– Я к тебе прицепилась с Толстым? Я? Я к вам прицепилась с Тол­стым? (И.Ильф, Е.Петров. Двенадцать стульев, 2, ХVII).
Н.Д. Арутюнова, характеризуя цитатный вопрос как «жи­вой и вольный способ реагирования», допускающий отклонения от оригинала, в качестве наиболее распространенного способа употребления определяет его «редукцию к реме, и
прежде всего в устранении подлежащего. Вопрос, который чаще всего вызыва­ет протест самой своей коммуникативной установкой, регулярно сводится к вопросительному слову» [Арутюнова 1999: 670]:
– Чудак ты этакой! – воротясь, сказал Тарантьев. – Что тебе
здесь сладко кажется?
– Как что? От всего близко, – говорил Обломов, – тут и магази-
ны, и театр, и знакомые… цент города, все…
– Что-о? – перебил Тарантьев. – А давно ли ты ходил со двора, скажи-ка? Давно ли ты был в театре? К каким знакомым ходишь ты? На кой черт тебе этот центр, позволь спросить?
– Ну, как зачем? Мало ли зачем! (И.А.Гончаров. Обломов, 1, IV).
Чаще всего переспрос предстает в эллиптической форме, остав­ляя в своей структуре именно тот структурно-смысловой фраг­мент, который в данной речевой ситуации оказывается наиболее значимым:
…– А вы мне лучше скажите, – задушевно попросил Иван, – а что в сто восемнадцатой комнате сейчас случилось?
– В восемнадцатой? – переспросила Прасковья Федоровна, и глаза ее забегали, – а ничего там не случилось. – Но голос ее был фальшив (М.А.Булгаков. Мастер и Маргарита, 2, 30).
По мнению Г.Р.Власян, исходным условием существования эл­липсиса в диалогической речи должно быть наличие специфичес­кой для этой формы общения взаимодействия между участниками коммуникации, в результате чего «и возникают эллиптические вы­сказывания, которые сложились как «живые структурные типы», находящие регулярное отражение в структуре текста-диалога, что следует рассматривать как закономерное явление функцио­нирования языка» [Власян: 43]. Эта закономерность кроется в че­ловеческом мышлении, которое по своей природе сжато, преры­висто, «текуче».
253
А. В. ЛОГИНОВ. КАТЕГОРИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
Невопросительные по форме высказывания
с интеррогативной функцией
Особая роль в выражении семантики интеррогативности отво­дится невопросительным по форме предложениям, располагаю­щихся на дальней периферии ФСП интеррогативности. Употреб­ление таких высказываний обусловлено самой спецификой языка и основано на принципе «солидарности» языковых средств в речи: если вопросительные предложения могут функционировать как невопросительные высказывания, то почему не возможно на­оборот? Такие
высказывания обладают статусом «завуалирован­ного» вопроса, что проявляется тогда, когда у невопросительных по форме высказываний в результате окказионального употреб­ления в определенном контексте или ситуации появляется сема интеррогативности. Подобное проявление не является основ­ным для исходной конструкции, поэтому говорящему необхо­димо «приложить усилия», чтобы его высказывание восприни­малось именно как интеррогативное. Для этого, на наш взгляд, нужно использовать определенный комплекс средств, в первую очередь лексические, например, глаголы, которые прямо указыва­ют на то, что запрашивается определенная информация и адре­сант ожидает ответа. Кроме того, подобное введение лексических средств требует изменения синтаксической модели выражения запроса: высказывание организуется как полипредикативное, т.е. имеющее в своем составе как минимум два предикативных цен­тра, один из которых собственно запрос информации, а другой – маркирующий компонент этой интеррогативной ситуации: Ска­жи мне, какая сегодня погода.)
Среди невопросительных по форме предложений, имеющих функциональную выраженность запроса информации выделяют­ся следующие типы:
1) Повествовательные предложения, выражающие коммуни­кативное намерение говорящего, связанное с желанием узнать о каком-то положении дел. Такая синтаксическая конструкция в своей структуре имеет перформативный глагол «спросить» или его семантические эквиваленты в сочетании с модальным глаголом желания «хочу». Как правило, такие высказывания вхо-
254
ГЛАВА3. ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
КАТЕГОРИИ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ
дят в структуру СПП и выполняют функцию изъяснительного придаточного (Я /хочу/вас/ спросить… ли/ Где/как/ Я хочу, чтобы вы мне сказали … ли/где/как): Я хочу спросить Вас, как Вы провели
отпуск.
2) Повествовательные предложения, сообщающие об отсут­ствии компонента знания у адресанта. «Провал в знаниях» пред­ставлен как отрицательное
суждение об отсутствии у говоряще­го знания (Я не знаю/не понимаю о предмете сообщения), а само высказывание входит в состав СПП на правах изъяснительного придаточного или в структуру простого предложения как прямое дополнение, выраженное субстантивным словосочетанием (Яне знаю … ли/ где/ как/ что…):
Да, вы сказали о Гефсимании. А почему именно там вы намерены
искать его – этого я, признаться, не пойму.
– О, прокуратор, это проще всего… (М.А. Булгаков. Мастер
и Маргарита).
3)Повествовательные предложения, выражающие психологи­ческую необходимость для говорящего в неизвестной ему инфор­мации. С точки зрения теории речевых актов они эксплицируют «условие искренности», которое выражено в суждении о наличии желания знать «хочу /у-/ знать, отнесенными к субъекту действия, выраженному личным местоимением 1-го лица, как правило, единственного числа. Незнание выражается косвенно-вопроси­тельной структурой, входящей в состав предложения в качестве изъяснительного придаточного предложения, или субстантивным словосочетанием в функции прямого дополнения. Это предложе­ние в изъявительном или сослагательном наклонении типа Я хочу/ хотел бы знать… ли/что/где, а также предложения, включающие сравнительный эквивалент выражения «хочу знать» – «интерес­но», выражающий психологическое состояние говорящего, моти­вирующее вопрос (Интересно, …ли/что/где/как): Интересно, пом-
нит ли он, где мы встречаемся.
Обычно высказывания этого типа при наличии всех необходи­мых условий успешности вопроса однозначно интерпретируются адресатом как вопросительное, и он однозначно реагирует на им­плицитное побуждение к ответу.
255
А. В. ЛОГИНОВ. КАТЕГОРИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
4) Императивные предложения, побуждающие адресата к от-
ветному вербальному действию, направленному на устранение незнания адресанта. Прямоадресованность побуждения выра­жается глаголом «сказать» в сочетании с личным местоимением 1-го лица (чаще ед.числа) в дательном падеже – мне (нам). Выска­зывания данного структурно-семантического типа репрезентиру­ются предложениями типа: Скажи/те/ мне, … ли/где/
что?
А скажите, почему Маргарита называет вас мастером? … (М.А.Булгаков. Мастер и Маргарита).
Адресант оказывает недвусмысленное речевое давление на адресата, не позволяя ему уклониться от ответа. Эти высказы­вания близки по значению к эмфитическим побуждениям, вы­раженным самостоятельным императивными предложениями (Молю: скажите только одно, он жив? Не мучайте).
Директивный компонент семантической структуры вопроса при этом может выражаться эксплицитно – как в императивных предложениях – словами «Скажи(те)…», либо имплицироваться говорящим в надежде, что собеседник легко вычислит его комму­никативное намерение и адекватно отреагирует на выражаемый вопрос. Имплицируются и отдельные условия успешности речево­го акта вопроса.
В ситуации коммуникативного акта адресат, как правило, оце­нивает любое из рассмотренных высказываний как интеррогатив­ное и дает соответствующую на него ответную реакцию.
Таким образом, пересечение ФСП интеррогативности с други­ми функционально-семантическими полями проявляется в суще­ствовании прагматических функций интеррогативных высказы­ваний, являющихся периферийными средствами выражения этих функций.
Выводы по главе 3
1. Категория интеррогативности обладает своей собственной функциональной направленностью, реализующейся в интеррога­тивном высказывании, и предназначена на выяснение неизвест­ного положения дел.
256
ГЛАВА3. ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
КАТЕГОРИИ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ
2.Функционально-семантическое пространство интеррогатив­ности организует понятийную категорию, в основе которой лежит монокатегориальное гетерогенное функционально-семантиче­ское поле смешанного типа.
3. Ядро ФСП интеррогативности образуют интеррогативные высказывания с эксплицитно выраженным категориальным се­мантическим компонентом «запрос информации», реализован­ные в конкретных структурно-семантических разновидностях во­просительного предложения в диалогическом типе речи.
4.
 Ближняя периферия представлена интеррогативными вы­сказываниями с категориальным семантическим компонентом «запрос информации», реализованными в конкретных структур­но-семантических разновидностях вопросительного предложе­ния в монологическом типе внешней речи и во внутренней речи адресанта.
5.Дальняя периферия формируется интеррогативными выска­зываниями, выполняющими вторичные функции в различных ти­пах речи, и невопросительными по форме высказываниями, вы­полняющими функцию запроса информации.
257
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В настоящей работе была предпринята попытка комплексного описания категории интеррогативности, которая входит в число наиболее значимых категорий языка, определяющих его антропо­центричность, и в которой пересекаются языковые и неязыковые знания, отражающие наши субъективные представления о поло­жении дел.
Прежде всего ставилась задача выяснения концептуальных оснований категории интеррогативности, которая обладает все-
необходимыми признаками, чтобы быть признанной само-
ми стоятельной языковой категорией. Статус функционально-се­мантической категории (ФСК) позволяет интерпретировать интеррогативное значение как взаимодействие языковой систе­мы и мыслительно-речевой деятельности. Функциональная при­рода интеррогативного значения в русском языке, его динами­ка, соотношение языковой картины мира и семантического поля с семантической доминантой «запрос информации» – опреде­ляют в процессе исследования интеррогативной семантики ряд зависимостей: «коммуникативная ситуация – семантическая категория – форма языкового знака – функция», при этом каж­дый элемент зависимостей прагматизирован, т.е. определяется отношением между знаковыми системами и теми, кто ими поль­зуется. Условия процесса коммуникации, прагматические сферы адресанта и адресата являются основой систематизации интер­рогативных высказываний как функционально-семантического поля (ФСП).
Категориальным основанием для интеррогативности вы­ступает категориальный смысл вопросительности, который не только так или иначе представлен в речи, но и является при­надлежностью строя языка, формируя комплекс грамматиче­ских единиц и их функциональных возможностей. Проведен­ный в работе анализ соотношения категориальной семантики интеррогативности и средств ее выражения в языке подтверж­дает тезис о функционально-семантической природе данной категории.
258
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В качестве грамматикализованного ядра интеррогативности выступает система разноуровневых средств: синтаксическая ка­тегория интеррогативности (вопросительные предложения), лек­сико-грамматическая категория (вопросительные местоимения, частицы, глаголы с семантикой запроса) и также интонация, воз­можности которой в выражении вопросительного значения не­возможно переоценить.
Универсальность категории интеррогативности подчерки­вается и тем фактом, что в языковой системе
она имеет самые непосредственные пересечения с другими ФСК, порой даже «интегрируя через себя» те категории, соположенность которых в принципе невозможна. Это проявляется прежде всего в том, что для выражения, с одной стороны, вопросительных значений используются невопросительные средства, а с другой – вопроси­тельные по форме высказывания реализуют различные эмотив­ные и регулятивные смыслы.
Необходимо подчеркнуть еще раз и то, что в классификации функционально-семантических полей полевая организация ин­террогативности не находит себе определенного места, что, опять же, связано с тем участием, которое принимает интеррогативность в формировании базовых категорий языка, таких как модальность и коммуникативная перспектива высказывания.
Определяя функционально-семантическую категорию интер­рогативности как понятийную категорию, в основе которой лежит монокатегориальное гетерогенное функционально-семантическое поле смешанного типа, мы тем самым выдвигаем тезис о сложном и неоднозначном характере данного языкового явления.
В заключение хотелось бы подчеркнуть, что проведенное нами исследование не преследовало цель расставить все точки над i, на­шей задачей было доказать сам факт существования категории интеррогативности в языке и показать различные аспекты ее про­явления.
259
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
Абрамов В.П. Синтагматика семантического поля (на материале русского языка): дис. … д-ра филол. наук. Краснодар, 1993. 315с.
Аверьянов Л.Я. Искусство задавать вопросы: Заметки социолога. М, 1987. 223с.
Адамец П. К вопросу о модификациях (модальных трансформациях) со зна- чением необходимости и возможности // Ceskoslovensko rusistika, 1968. №2.
Адамец П., Граббе В. Трансформация, синтаксическая парадигматика и члены предложения // Slavia, 1968. №2.
Адмони В.Г. О модальности предложения // Учен.зап. ЛГПИ. 1956. Т. 21. Вып.1.
Адмони В.Г. Грамматический строй как система построения и общая тео­рия грамматики. Л.: Наука, 1988. 239с.
Адмони В.Г. Система форм речевого высказывания.СПб.: Наука, 1994. 153с.
Акимова Г.Н. Новые явления в синтаксическом ского языка: учеб. пособие / Г.Н.Акимова. Л., 1982. 130с.
Акимова Г.Н. Новое в синтаксисе современного русского языка. М.: Выс­шая шк., 1990. 166с.
Акимова О.Б. Семантика неизвестности и средства ее выражения в рус­ском языке. М., 1999. 169с.
Аллен Дж.Ф., Перро Р. Выявление коммуникативного намерения, содер­жащегося в высказывании // НЗЛ: Вып.17. Теория речевых актов. М.: Про- гресс, 1986. 424с.
Ананьев Б.Г. Психология чувственного познания. М., 1960. 486с.
Андреева С.В. Реализация семы вопросительности в русской разговорной
речи: автореф. дис. … канд. филол. наук. Саратов, 1985. 18с.
Анисимова Л.В. Вводно-модальные слова в составе вопросительного предложения // Русский язык в Воронежского ун-та, 1981. С.106–114.
Апресян Ю.Д. Лексическая семантика: Синонимические средства языка. М., 1974. 367с.
Арват Н.Н. Семантическая структура простого предложения в современ­ном русском языке. Киев, 1984.
Арнольд И.В. Семантика. Стилистика. Интертекстуальность. СПб., 1999. 444с.
Арутюнова Н.Д. Фактор адресата // Изв. Т.40. №4. С.356–367.
Арутюнова Н.Д. Диалогическая цитация (к проблеме чужой речи ) // Во­просы языкознания, 1986. №1. С.50–64.
Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. М., 1999. 896с.
Баев Б.Ф. Психология внутренней речи: автореф. дис. … д-ра псих. наук.
Л., 1967. 29с.
Балашова Л
ния: дис. … канд. филол. наук. Махачкала, 2006. 178с.
.Б. Антропоцентрическая составляющая в дискурсе вопроша-
науке и учебной практике. Воронеж: Изд-во
строе современного рус-
АН СССР. Сер. лит. и языка, 1981.
260
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]