Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Категория интеррогативности в русском языке. Монография
.pdf
ГЛАВА2. СЕМАНТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОГО ВЫСКАЗЫВАНИЯ
– Что, мой друг?
– Я беру Карла Иваныча с детьми (Л.Н.Толстой. Отрочество, ХI).
– Куда ездил? – говорил Ноздрев и, не дожидавшись ответа, про-
должал: – А я, брат, с ярмарки (Н.В.Гоголь. Мертвые души, 1, 4).
К дальней периферии относятся лексемы, сема «запрос информации» которых очень слаба и реализуется только
при комбинации с эксплицитными интеррогативными показателями. В конструкции с прямой речью, где прямая речь оформлена в виде
вопросительного предложения, вводящие лексемы представлены
глаголами речи/мысли или какими-то другими, смежными с ними
в данной ситуации, словами или словосочетаниями. Вот некоторые из них:
Вскрикнуть: …казначей, увидав такую груду денег, только всплес-
нул руками от удивления и вскрикнул: – И откуда вы, шельмы, берете!! (М.Е.Салтыков-Щедрин. Дикий помещик).
Гаркнуть: – Что вы там шепчетесь, злоумышляете? – как гарк-
нет вдруг волк (М.Е.Салтыков-Щедрин. Самоотверженный заяц).
Заговорить: – Как вы смеете говорить, смеяться над нами? – за-
говорил я вдруг, подходя к нему очень близко и махая руками, как вы
смеете смеяться над чувствами. Которых не понимаете? (Л.Н.Толстой. Юность, ХVI).
Заметить: – Мне кажется, вы затрудняетесь?.. – заметил Чичи-
ков (Н.В.Гоголь. Мертвые души, 1, 2).
Запеть: Я… я люблю вас! – проговорил он [Володя]. Нюта удив-
ленно подняла брови и засмеялась. – Что слышу я? – запела она,
как поют оперные певцы, когда слышат что-нибудь ужасное. – Как?
Что вы сказали? Повторите, повторите… (А.П.Чехов. Володя).
Крикнуть: – Нет, как вы, зная, что у меня горе, смели привезти
меня сюда выслушивать пошлости? – крикнул доктор и опять стукнул кулаком по столу. – Кто вам дал право так издеваться над чужим горем? (А.П.Чехов. Враги).
Обратиться: – Вы хотите курить, как я вижу? – неожиданно об-
ратился к Бездомному неизвестный, – вы какие предпочитаете?
(М.А.Булгаков. Мастер и Маргарита, 1, 1).
Перебить: Но прокуратор, по-прежнему не шевелясь и ничуть
не повышая голоса, тут же перебил его:
151
А. В. ЛОГИНОВ. КАТЕГОРИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
– Это меня ты называешь добрым человеком? Ты ошибаешься
(М.А.Булгаков. Мастер и Маргарита, 1, 2).
Подшучивать: Один жених словно не в себе сидит. Не успел с не-
вестой намиловаться, как уж затвердил:
– Мне бы в баню сходить да жениться поскорее!
– Что больно к спеху занадобилось? – подшучивает над ним
зайчиха-мать
(М.Е.Салтыков-Щедрин. Самоотверженный заяц).
Прервать: – Дарья, – прервала ее вдруг Варвара Петровна, – ничего
у тебя нет такого особенного, о чем хотела бы ты сообщить? –Нет,
ничего, – капельку подумала Даша и взглянула на Варвару Петровну
своими светлыми глазами (Ф.М.Достоевский. Бесы, 2, VI).
Прибавить: – А как вы нашли нашего губернатора? – сказала Ма-
нилова. – Не правда ли, препочтеннейший человек? – прибавил Манилов (Н.В.Гоголь. Мертвые души, 1, 2).
Многие из них имеют яркую коннотативную окраску, что также
может являться показателем их периферийного статуса. В другой
текстовой ситуации данные слова будут восприниматься как единицы, не несущие интеррогативной семантики, и в этом их принципиальное отличие от ядерных и ближнепериферийных лексем.
Для ядерных и периферийных компонентов любого семантического поля важной является возможность вступать в различные смысловые отношения как с компонентами своего поля, так
и с компонентами чужих полей. Ядерные компоненты глагольного сегмента поля интеррогативности глаголы спрашивать
и спросить вступают в самые широкие связи и отношения со
словами глаголов речи в общем и глаголов запроса информации
в частности.
Одним из распространенных семантических отношений является синонимия лексических единиц. Синонимия понимается
как семантические отношения слов одной части речи, расположенных «на близком расстоянии» в поле, в смысловом содержании
которых выделяется сходство и различие, устойчиво нейтрализующееся в контексте: это слова, противопоставленные по таким
семантическим признакам, которые в определенных контекстах
становятся несущественными. Например, ряд спросить, спрашивать, вопрошать и т.д.
152
ГЛАВА2. СЕМАНТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОГО ВЫСКАЗЫВАНИЯ
Другой вид отношений, характерный для глаголов запроса информации, – антонимия, логическая несовместимость: противопоставленность, основанная на необходимости ответа на поставленный вопрос: спросить – ответить.
Семантическая структура данных отношений целиком построена на оппозиции «незнание – знание», где компонентом незнания выступает глагол спросить, а компонентом знания – глагол ответить:
– А где
вы раньше жили? – спросила Ирина у Олега. -С родителя-
ми, – ответил Олег (В. Токарева. Своя правда).
Одним из важнейших принципов идеографической классификации лексических единиц является несовместимость, исключающая их пересечение и четко противопоставляющая обозначаемые
объекты в пределах микрополя. Одним из видов несовместимости являются родо-видовые отношения лексических единиц. Это
отношения гипонимии, которая вместе с несовместимостью является «самыми фундаментальными парадигматическими смысловыми отношениями, посредством которых структурирован
словарный состав языка» [Лайонз: 478]. Например, сказать в значении «спросить» и сказать – «ответить»:
– Я за тобой, – сказал Андрей, – а пока покурить схожу, ладно?
– Не переживай, – мрачно сказал Авель (В. Пелевин. Желтая
стрела).
С помощью признаков, отличающих одно слово от других, находящихся в гиперогипонимической системе, и оформляется ряд
гипонимов, подчиненных соответствующему гиперониму.
При сопоставлении синтагматики гиперонима и гипонима синтаксическая сочетаемость должна быть одинаковой, а лексические
позиции гипонимов по сравнению с гиперонимом будут ограничиваться, так как содержание значения у гиперонима богаче, чем
у гипонима: сказать – спросить, спрашивать, осведомиться, переспросить и т.п.
Глагол речи сказать выступает гиперонимом по отношению
к глаголам запроса информации на том основании, что с помощью него можно оформить синтаксическую конструкцию любого коммуникативного типа, т.е. в его семной структуре заложена
153
А. В. ЛОГИНОВ. КАТЕГОРИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
совокупность значений бытийности, императивности, интеррогативности, каждое из которых актуализируется в определенных
синтагматических условиях. Глагол вопрошания спросить не имеет такой возможности и вынужден «обслуживать» только интеррогативный тип высказывания.
Таким образом, глаголы со значением «запрос информации»
являются одними из самых востребованных лексем при оформлении коммуникативного, прежде всего, интеррогативного акта
Интеррогативность глаголов речи неоднородна по степени своей
выраженности. Представляя собой понятие высшего уровня обобщения, сема «запрос информации» выражает абстрактную идею
запроса информации вообще. Этот семантический компонент является идентифицирующим для всех рассматриваемых глаголов
и влияет на их распределение по ядерно-периферийным зонам
на лексическом поле.
2.2.2. СИНТАКСИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА ВЫРАЖЕНИЯ
СЕМАНТИКИ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ
Минимальной единицей реализации интеррогативной семантики является предложение или высказывание, максимальной
текст, точнее ССЦ, построенное по образцу вопросо-ответного
комплекса. Этот факт в полной мере иллюстрирует то, что реализация семантики интеррогативности преимущественно осуществляется на синтаксическом уровне и связана с тем, на какой
объем получения информации рассчитывает говорящий, обращаясь к своему собеседнику. В связи с этим и выделяются три
разновидности вопросительного предложения по ожидаемой информации: общевопросительные, частновопросительные и альтернативные, которые реализуются в своих конкретных структурно-семантических вариантах.
Как и любой другой коммуникативный тип высказывания, интеррогативное высказывание представляет собой двухмерное
образование, состоящее из глубинной структуры, включающую
скрытую, обобщенно-абстрактную сторону языка, непосредственно связанную с деятельностью сознания, и поверхностную струк-
.
154
ГЛАВА2. СЕМАНТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОГО ВЫСКАЗЫВАНИЯ
туру, внешнюю, наблюдаемую в опыте, непосредственно обслуживающую процесс коммуникации.
Структурная основа вопросительной конструкции лишена интонации, но каждое конкретное интеррогативное высказывание и все
его синтаксические изменения обязательно имеют определенную
интонационную окраску и обладают большим прагматическим потенциалом. Языковая система предоставляет адресанту разнообразные возможности выразить в интеррогативном предложении
свое отношение
к предмету речи, к ситуации, о которой сообщается,
к адресату. В связи с этим И.Г.Щепкина [Щепкина] считает, что вопрос представляет собой совокупность трех ситуаций («триада»):
1) вопрос как абстрактная ситуация – совокупность объективных фактов;
2) вопрос как эмпирическая ситуация – совокупность отражения объективных фактов в сознании индивида;
3) вопрос как частная ситуация – проекция эмпирической ситуации на язык.
Вопрос – это проблема, потребность в обсуждении которой
и создает интеррогативную ситуацию, поэтому ее знаковая и речевая интерпретации могут иметь самые разные формы, выбор
которых определяется конкретной коммуникативной ситуацией,
обусловленной экстралингвистическими прагматическими факторами: социальным положением коммуникантов, характером их
отношения друг к другу, уровнем развития, особенностями национального менталитета, заинтересованностью в получении и передаче информации, местом и временем коммуникативного акта,
характером ситуации и т.д.
Интеррогативное предложение реализуется самыми разнообразными структурными типами – простыми и сложными, а также
такой синтаксической структурой, как конструкция с прямой речью.
Выражение интеррогативного значения
в простом предложении
Типичным свойством русских предложений является двусоставность, находящая свое отражение и в построении вопросительного предложения, так как вопросы зачастую связаны
155
А. В. ЛОГИНОВ. КАТЕГОРИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
с выяснением действий и признаков, характерных для конкретного субъекта, представленного подлежащим.
В связи с этим наиболее частотна и общеупотребительна
в функции запроса интеррогативная конструкция, построенная
по образцу простого двусоставного предложения с предикатом
речи-мысли и объектом, выраженного вопросительным местоимением:
Иван Сидоров. Чем же они живут?
Муромский. Чем живут?.. Чем
живут?! Ну – государево жалова-
нье тоже получают (А.Сухово-Кобылин. Дело, 1, 88).
В отличие от простого невопросительного высказывания порядок слов в вопросительном высказывании характеризуется
большей свободой. Здесь существуют «более или менее обычные
способы расположения слов в вопросе» [РГ-60]. В простых распространенных интеррогативных высказываниях без вопросительных местоименных слов и частиц вопрос оформляется только интонационно, а порядок следования синтаксических компонентов
может варьироваться. Однако независимо от порядка следования
членов предложения то, о чем спрашивают, выделяется интонационно. При актуализации того или иного компонента интонационный центр вопроса может передвигаться и при неизменном порядке слов.
Для предложений, не отражающих непринужденный характер
разговорной речи, более обычен порядок, совпадающий с нейтральным порядком следования синтаксических компонентов невопросительного предложения: отец уехал в командировку? Интонационно выделяться здесь может любое слово.
В местоименном интеррогативном высказывании порядок
следования членов более фиксированный. Это объясняется тем,
что вопросительное слово (местоимение или частица) стоит
на первом месте в предложении:
– Какая же музыка вам больше нравится? – спросила Ольга.
– Трудно отвечать на этот вопрос! Всякая! (И.А.Гончаров. Об-
ломов, 2, V).
Порядок следования других компонентов в таких предложениях может варьироваться. Наиболее обычное расположение
156
ГЛАВА2. СЕМАНТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОГО ВЫСКАЗЫВАНИЯ
синтаксических групп, обратное по сравнению со стилистически нейтральным порядком слов в невопросительном предложении:
– Что растет здесь? – Здесь ничего не растет.
Личное местоимение в таких в предложениях обычно располагается не в конце предложения, а перед глаголом: Что в них
растет?
Если в предложении с вопросительным словом интонационно
выделяется
глагол-сказуемое, то оно обычно выносится в конец
предложения:
Что в этих краях растет?
Простое двусоставное вопросительное предложение реализу-
ется в речи в двух формах – полной и неполной.
Как правило, в художественной литературе при имитации живой разговорной речи используются неполные конструкции, состоящие из одного компонента, но самого важного в конкретной
коммуникативной ситуации – ситуации запроса:
Нароков. Я человек образованный, учился в высшем учебном заведении, я был богат.
Домна Пантелеевна. Ты-то?
Нароков. Я-то!
Домна Пантелеевна. Да ужли?
Нароков. Ну, что ж, божиться тебе, что ли?
Домна Пантелеевна. Нет, зачем? (А.Н. Островский. Таланты
и поклонники. 1, 2).
Существенные структурные черты неполного вопросительного предложения (НВП) предопределяются условиями функционирования разговорной речи, прежде всего опорой на конситуацию
и общность апперцептивной базы коммуникантов. Это обусловливает обилие построений, в которых те или иные члены, необходимые в грамматическом или семантическом отношении, словесно
не выражены [Щепкина: 39]. Синтаксическое построение подобных конструкций свидетельствует о наличии невербализованного
компонента, так как синтаксическая валентность эксплицитных
членов не реализована, т.е. в этих конструкциях имеются незамещенные синтаксические позиции.
157
А. В. ЛОГИНОВ. КАТЕГОРИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
НВП в диалогическом тексте используются в целях экономии
языковых средств, для передачи эмоционального напряжения,
для достижения успешного коммуникативного эффекта и представляют собой конситуативный эллипсис, в котором или отсутствует значимый член синтаксического образования, например,
полнознаменательный глагол:
– Миленький мой, я вообще ни во что не верю, – усмехнулся он. –
Я не
верю, а думаю. И мне кажется, что какие-то шансы еще есть.
– Шансы? – я задохнулся от возмущения. – После всего того,
что вы натворили? Какие там шансы? (В.Войнович. Москва 2042),
или отсутствует тот или иной член построения, который понятен
из конситуации. Конструкции подобного рода реализуются лишь
в определенных коммуникативных условиях, а «выпадая» из них,
допускают множественность осмыслений:
Я стоял посреди известного в Мюнхене магазина Кауфхоф (по нашему – Торговый двор) в полной растерянности.
В самом деле, всего полно, а что купить не представляю. Джинсы? Зажигалки? Калькуляторы? Жвачки? (В. Войнович. Моск ва 2042).
Появление интеррогативного высказывания с нулевым глаголом-предикатом оказывается возможным при наличии одного
из трех условий, при которых восполняется незамещенная синтаксическая позиция: ярко выраженные грамматические и семантические связи членов конструкции, контекстуальное окружение,
конкретная ситуация общения.
В соответствии с этим выделяются системно-неполные, контекстуально-неполные и ситуативно-неполные интеррогативные
высказывания.
В системно-неполных интеррогативных высказываниях грамматические и семантические характеристики глаголов-сказуемых
определены системой языка и не зависят от контекста или ситуации. Регулярность их появления на месте полнооформленных
структур обусловлена тем, что они коммуникативно полноценны
и вне определенного контекста или ситуации:
Марья Михайловна велит, например, заложить коляску. – Куда
это, маменька? – спросит Наденька.
158
ГЛАВА2. СЕМАНТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОГО ВЫСКАЗЫВАНИЯ
– Поедем прогуляться: погода такая славная, – говорит мать
(И.А. Гончаров. Обыкновенная история, 1, IV).
В подобных предложениях четко выражены синтагматические
связи, и поэтому предикаты легко восстанавливаются (достаточно многочисленные глаголы, которые могут быть использованы
для возмещения одной и той же синтаксической позиции, лежат
в одной понятийной плоскости и не противоречат вышесказанному
, например: собрались – направляетесь – едете. Любой из глаго-
лов данного ряда взаимозаменяем в условиях определенной ситуации и не противоречит другим компонента этого же ряда).
В контекстуально-неполных интеррогативных предложениях
характеристики незамещенных синтаксических позиций обусловлены контекстом:
Полицейский рассказал ему, что раздавленного захватило в колесо и тащило, вертя, шагов тридцать по мостовой. – Удивительно,
как он еще очнулся, – шепнул потихоньку доктор Раскольникову. –
Что вы скажете? – спросил тот.
– Сейчас умрет. – Неужели никакой надежды? – Ни малейшей!
При последнем издыхании… (Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание, 2, VII).
Синтагматические связи членов интеррогативных предложений показывают, что в данных конструкциях есть незамещенная
позиция глагола в форме 3-го лица, а семантика этих глаголов (не
существует, находится) определена ситуацией.
В ситуативно-неполных интеррогативных высказываниях
грамматические и семантические характеристики глаголов-предикатов определяются системой языка и не зависят от контекста
или ситуации. Регулярность их появления на месте полнооформленных структур определяется тем, что они коммуникативно полноценны и вне определенного контекста или ситуации:
Как здоровье? (=Какое у вас здоровье?).
В подобных предложениях ярко выраженные синтагматические связи, и поэтому предикаты легко восстанавливаются.
НВП, являясь структурной разновидностью полных вопросительных предложений, используются как для уточнения компонентов положения дел:
159
А. В. ЛОГИНОВ. КАТЕГОРИЯ ИНТЕРРОГАТИВНОСТИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
Мужик. Ну-ка еще. С малости вкуса не разберешь.
Работник. Аль полюбилось? (Л.Н. Толстой. Первый винокур
или Как чертенок краюшку заслужил, 4, 1);
так и выяснения реальности самого положения дел, т. е. имеют
значение общего вопроса:
Анисья. Ну, что?
Анютка. Она у дочери на огороде была, сейчас придет (Л.Н. Толстой
. Власть тьмы, или «Коготок увяз, всей птичке пропасть», 2, 17).
Это разграничение осуществляется на семантическом уровне.
На структурном уровне наблюдаются следующие закономерности:
а)если НВП включает в свою структуру вопрос слово и/или знаменательную часть речи, то посредством их уточняется, общее состояние положения дел,
б)если НВП представлено синтаксическим компонентом, выраженным знаменательной частью, то, как правило, выясняется
компонент положения дел,
в)если НВП представлено синтаксическими компонентами,
выраженными и знаменательной и незнаменательной частями
речи, то при помощи него выясняется частное положение дел
[Щепкина: 40].
Структура НВП может быть представлена одним или несколькими компонентами, выполняющими функцию разных членов
предложения:
Очевидно, что-то случилось необыкновенное. Народ от поезда
бежал назад.
– Что?.. Что?.. Где?.. Бросился!.. задавило!.. – слышалось между
проходившими (Л.Н.Толстой. Анна Каренина, 1, ХVIII).
Для реализации коммуникативной установки на выяснение
положения дел НВП используются в качестве повторительного вопроса с различными целями:
• «спровоцировать» на получение информации:
– А знаете что? – вскричал Раскольников, приподнимаясь на подушке и смотря на него в упор пронзительным, сверкающим взглядом, – знаете что?
– А что-с? – Лужин остановился и ждал с обиженным и вызывающим видом. Несколько секунд длилось молчание.
160
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]