Файловый архив студентов. Файловый архив студентов.
1327 вузов, 5495 предметов.
/ Регистрация
FAQ Обратная связь Вопросы и предложения
Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Башкирский Государственный Аграрный Университет
Предмет:
[НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Файл:

Жизнь Клима Самгина. В 4 частях. Ч.1

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
МАКСИМ
ГОРЬКИЙ
Жизнь
Клима Самгина
Часть 1
Москва, 2017
УДК 82-311.6 ББК 83.3(2Рос=Рус) Г71
Горький, М.
Жизнь Клима Самгина. В 4 ч. Ч. 1. / М. Горький. – М. : T8RUGRAM,
Г71
2017. – 418 с.
ISBN 978-5-521-05264-6 (ч. 1) ISBN 978-5-521-05563-0
Максим Горький (1868–1936) – основоположник социалистиче­ского реализма, принадлежащий к числу писателей, определивших образ русской литературы XX века. В прозе, драматургии и мемуа­рах Горький мастерски отразил социальные типы, общественные отношения, историю, быт и культуру России первой трети XX века.
«Жизнь Клима Самгина» – роман-эпопея, самое известное и крупное, итоговое произведение Максима Горького, называемое им самим "Историей пустой жизни". Горький писал этот роман один­надцать лет впло некий роман-хронику сорока лет русской жизни". Это роман о людях, которые, по словам автора, "выдумали себе жизнь", "выдума­ли себя", и роман о России и страшной трагедии, случившейся со страной.
ть до своей смерти, как "нечто "прощальное",
ISBN 978-5-521-05264-6 (ч. 1) ISBN 978-5-521-05563-0
УДК 82-311.6 ББК 83.3(2Рос=Рус) BIC FC BISAC FIC004000
© T8RUGRAM, оформление, 2017
Содержание
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ........................................................................................................5
ГЛАВА 1 ........................................................................................................................7
ГЛАВА 2 ......................................................................................................................65
ГЛАВА 3 ................................................................................................................... 147
ГЛАВА 4 ................................................................................................................... 205
ГЛАВА 5 ................................................................................................................... 301
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ГЛАВА 1
Иван Акимович Самгин любил оригинальное; поэтому, когда жена родила второго сына, Самгин, сидя упостели роженицы, стал убеждать ее:
— Знаешь что, Вера, дадим ему какое-нибудь редкое имя? Надоели эти бесчисленные Иваны, Василии… А?
Утомленная муками родов, Вера Петровна неответила. Муж наминуту задумался, устремив голубиные глаза свои вокно, внебеса, где облака, изо­рванные ветром, напоминали иледоход нареке имохнатые кочки болота. Затем Самгин начал озабоченно перечислять, пронзая воздух коротеньким ипухлым пальцем:
— Христофор? Кирик? Вукол? Никодим? Каждое имя он уничтожал вычеркивающим жестом, аперебрав десятка полтора необычных имен, воскликнул удовлетворенно:
— Самсон! Самсон Самгин,— вот! Это неплохо! Имя библейского героя, афамилия,— фамилия уменя своеобразная!
— Нетряси кровать,— тихо попросила жена. Он извинился, поцеловал ее руку, обессиленную истранно тяжелую, улыбаясь, послушал злой свист осеннего ветра, жалобный писк ребенка.
— Да, Самсон! Народ нуждается вгероях. Но… яещеподумаю. Может быть— Леонид.
— Вы утомляете Веру пустяками,— строго заметила, пеленая новоро­жденного, Мария Романовна, акушерка.
Самгин взглянул набескровное лицо жены, поправил ее разбросанные поподушке волосы необыкновенного золотисто-лунного цвета ибесшумно вышел изспальни.
Роженица выздоравливала медленно, ребенок был слаб; опасаясь, чтоон невыживет, толстая, новсегда больная мать Веры Петровны торопила окрестить его; окрестили, иСамгин, виновато улыбаясь, сказал:
7
— Верочка, впоследнюю минуту ярешил назвать его Климом. Клим!
Простонародное имя, никчему необязывает. Ты— как, а?
Заметив смущение мужа иобщее недовольство домашних, Вера Петровна
одобрила:
— Мне нравится.
Ее слова были законом всемье, акнеожиданным поступкам Самгина все привыкли; он часто удивлял своеобразием своих действий, ноивсемье исреди знакомых пользовался репутацией счастливого человека, которому все легко удается.
Однако несовсем обычное имя ребенка спервыхже дней жизни заметно подчеркнуло его.
— Клим?— переспрашивали знакомые, рассматривая мальчика особенно внимательно икакбы догадываясь: почемуже Клим?
Самгин объяснял:
— Яхотел назвать его Нестор илиАнтипа, но, знаете, эта глупейшая церемония, попы, «отрицаешьсяли сатаны», «дунь», «плюнь»…
Удомашних тоже были причины— укаждого своя— относиться кно­ворожденному более внимательно, чемкего двухлетнему брату Дмитрию. Клим был слаб здоровьем, иэто усиливало любовь матери; отец чувствовал себя виноватым втом, чтодал сыну неудачное имя, бабушка, находя имя «мужицким», считала, чторебенка обидели, ачадолюбивый дед Клима, организатор ипочетный попечитель ремесленного училища длясирот, увлекался педагогикой, гигиеной и, явно предпочитая слабенького Клима здоровому Дмитрию, тоже отягчал внука усиленными заботами онем.
Первые годы жизни Клима совпали сгодами отчаянной борьбы засво­боду икультуру тех немногих людей, которые мужественно ибеззащитно поставили себя «между молотом инаковальней», между правительством бездарного потомка талантливой немецкой принцессы ибезграмотным народом, отупевшим врабстве крепостного права. Заслуженно ненавидя власть царя, честные люди заочно, свеликой искренностью полюбили «народ» ипошли воскрешать, спасать его. Чтоб легче было любить мужика, его вообразили существом исключительной духовной красоты, украсили венцом невинного страдальца, нимбом святого иоценили его физические муки выше тех моральных мук, которыми жуткая русская действительность щедро награждала лучших людей страны.
Печальным гимном той поры были гневные стоны самого чуткого поэ­та эпохи, иособенно подчеркнуто тревожно звучал вопрос, обращенный поэтом кнароду:
8
Ты проснешьсяль, исполненный сил? Иль, судеб повинуясь закону, Все, чтомог, ты уже совершил,
Создал песню, подобную стону, Инавеки духовно почил?
Неисчислимо количество страданий, испытанных борцами засвободу творчества культуры. Ноаресты, тюрьмы, ссылки вСибирь сотен молодежи все более разжигали иобостряли ее борьбу против огромного, бездушного механизма власти.
Вэтой борьбе пострадала исемья Самгиных: старший брат Ивана Яков, просидев почти два года втюрьме, был сослан вСибирь, пытался бежать изссылки и, пойманный, переведен куда-товТуркестан; Иван Самгин тоже неизбежал ареста итюрьмы, азатем его исключили изуниверситета; двоюродный брат Веры Петровны имуж Марьи Романовны умер наэтапе попути вЯлуторовск, вссылку.
Весной 79года щелкнул отчаянный выстрел Соловьева, правительство ответило нанего азиатскими репрессиями.
Тогда несколько десятков решительных людей, мужчин иженщин, вступили вединоборство ссамодержавием, два года охотились заним, какзадиким зверем, наконец убили его итотчасже были преданы одним изсвоих товарищей; он сам пробовал убить Александра Второго, но, кажет­ся, самже ипорвал провода мины, назначенной взорвать поезд царя. Сын убитого, Александр Третий, наградил покушавшегося нажизнь его отца званием почетного гражданина.
Когда герои были уничтожены, они— какэто всегда бывает— оказались виновными втом, что, возбудив надежды, немогли осуществить их. Люди, которые издали благосклонно следили занеравной борьбой, были угнетены поражением более тяжко, чемдрузья борцов, оставшиеся вживых. Многие немедля иблагоразумно закрыли двери домов своих пред осколками группы героев, которые ещевчера вызывали восхищение, носегодня могли только скомпрометировать.
Постепенно начиналась скептическая критика «значения личности впроцессе творчества истории»,— критика, которая через десятки лет уступила место неумеренному восторгу пред новым героем, «белокурой бестией» Фридриха Ницше. Люди быстро умнели и, соглашаясь сСпенсе­ром, что«изсвинцовых инстинктов невыработаешь золотого поведения», сосредоточивали силы италанты свои на«самопознании», навопросах индивидуального бытия. Быстро подвигались кприятию лозунга «наше время— невремя широких задач».
Гениальнейший художник, который так изумительно тонко чувствовал силу зла, чтоказался творцом его, дьяволом, разоблачающим самого себя, художник этот, встране, где большинство господ было такимиже рабами, какихслуги, истерически кричал:
9
«Смирись, гордый человек! Терпи, гордый человек!»
Авслед заним неменее мощно звучал голос другого гения, властно инастойчиво утверждая, чтоксвободе ведет только один путь— путь «непротивления злу насилием».
Дом Самгиных был одним изтех уже редких вте годы домов, где хозяева неторопились погасить все огни. Дом посещали, хотя инечасто, какие-тоне­веселые, неуживчивые люди; они садились вуглах комнат, втень, говорили мало, неприятно усмехаясь. Разного роста, различно одетые, они все были странно похожи друг надруга, каксолдаты одной итойже роты. Они были «нездешние», куда-тоехали, являлись кСамгину наперепутье, иногда оста­вались ночевать. Они итемещепохожи были друг надруга, чтовсе покорно слушали сердитые слова Марии Романовны и, видимо, боялись ее. Аотец Самгин боялся их, маленький Клим видел, чтоотец почти перед каждым изних виновато потирал мягкие, ласковые руки свои идрыгал ногою. Один изтаких, черный, бородатый и, должно быть, очень скупой, сердито сказал:
— Утебя вдоме, Иван, глупо, каквармянском анекдоте: всё вдесять раз больше. Мне наночь зачем-тодали две подушки идве свечи.
Круг городских знакомых Самгина значительно сузился, новсе-таки ве­черами унего, попривычке, собирались люди, ещенеизжившие настроение вчерашнего дня. Икаждый вечер изфлигеля вглубине двора величественно являлась Мария Романовна, высокая, костистая, вчерных очках, собижен­ным лицом безгуб ивкружевной черной шапочке наполуседых волосах, из-подшапочки строго торчали большие, серые уши. Совторого этажа спускался квартирант Варавка, широкоплечий, рыжебородый. Он был похож наломового извозчика, который вдруг разбогател и, купив чужую одежду, стеснительно натянул ее насебя. Двигался тяжело, осторожно, новсе-таки очень шумно шаркал подошвами; ступни унего были овальные, какблюда длярыбы. Садясь кчайному столу, он сначала заботливо пробовал стул, достаточноли крепок? Нанем ивокруг него все потрескивало. скрипело, тряслось, мебель ипосуда боялись его, акогда он проходил мимо рояля— гудели струны. Являлся доктор Сомов, чернобородый, мрачный; остановясь вдвери, напороге, он осматривал всех выпуклыми, каменными глазами из-подбровей, похожих наусы, испрашивал хрипло:
— Живы, здоровы?
Потом он шагал вкомнату, изаего широкой, сутулой спиной всегда оказывалась докторша, худенькая, желтолицая, согромными глазами. Молча поцеловав Веру Петровну, она кланялась всем людям вкомнате, точно ико­нам вцеркви, садилась подальше отних исидела, какнаприеме удантиста, прикрывая рот платком. Смотрела она втот угол, где потемнее, икакбудто ждала, чтовот сейчас изтемноты кто-топозовет ее:
«Иди!»
10
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Помощь Обратная связь Вопросы и предложения Пользовательское соглашение Политика конфиденциальности