Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Графика поэзии Н.А. Некрасова. Монография
.pdf
5) полистрочный курсив представляет собой маркирование одновременно несколь-
217 Скажу, огромные сии
218 Две сфинки - чудеса:
219 В фалборках, как из кисеи,
«Провинциальный подьячий...» [1; 287]
26 Я сам себя, читатель, нахожу,
27 А это всё, что нужно для поэта.
«Уныние» [3; 133]
1579 Пожалуй, нужды нет!
1580 Пиши: «В деревне Босове
1581 Яким Нагой живёт,
1582 Он до смерти работает,
1583 До полусмерти пьёт!..»-
«Кому на Руси жить хорошо» [5; 45]
Российских книг отъявленный ценитель,
И яростно (не верю я ушам,
Но утверждал так некий сочинитель)
Уничтожал таланты и гасил
В младых сердцах божественное пламя...
<Из фельетона «Отчёты по поводу
Нового года»> [т. 12, кн. 1, с. 196]
311 И тихо шепнула: «Я всё поняла.
312 Люблю тебя больше, чем прежде...»
313 - Что делать? И в каторге буду я жить
«Княгиня Волконская» [4; 156]
ких строк (от двух и более) (6,8%):
386 Можно будет в духе «Миши»
387 Предисловье написать:
388 Пощадили даже мыши
389 Драгоценную тетрадь –
390 Провидения печать!.. «Современники» [4; 198]
6) переходнострочный курсив образуется путём различных соединений предыдущих
видов курсива (5,7%):
У начально- и конечнострочного курсива самая сильная позиция в стихе, потому что, как правило, начало строки сопровождается повышением интонации, а
конец – понижением перед «основной стиховой паузой» («междустрочной») [Гон-
чаров, 1973, с. 54]. При этом «созвучие в конце стиха, перед паузой, слышится от-
чётливее, чем в начале» [Холшевников, 1987, с. 20].
У внутристрочного курсива менее сильная позиция, поскольку внутри строки
интонационные перепады редки, за исключением случаев сильных внутристиховых
пауз, которые образуются с помощью знаков препинания или, например, «лесенок».
В тоже время внутристрочный курсив, благодаря смене шрифта с прямого на курсив
создаёт особую выделительную интонацию, тем самым стремится компенсировать
«невыигрышное» положение слова внутри строки.
ционная концентрация в каком-то одном месте строки. В иных случаях наблюдается
не концентрация интонационного потока, а его «распыление». Мы видим две при-
чины этого. Во-первых, чем больше объём курсива, тем слабее интонационная вы-
Для начально-, внутри- и конечнострочных видов курсива характерна интона-
91
раженность маркированных слов. Во-вторых, невозможно прочитать стихотворную
1
adieu! j’essuye
le coup mortel.
«Прощание при разлучении со
всякой милой» [с. 90]
Mais c’est en vain qu’il vouloit la toucher!
Lors tout en pleurs il ne put s’empecher
de s’ecrier avec raison, ce semble:
un jour suit l’autre, et point ne lui ressemble.
«Басенка о непостоянстве девушек» [с. 68]
Toy, Belle Iris, que le ciel fit au tour!
Quand tu changeas de ton avis un jour
pour satisfaire a ma tres humble instance,
«Балад о том, что любовь без заплаты
не бывает от женска пола» [с. 66]
c’est etre bien rebelle;
vous etes pourtant belle.
«Песенка к красной девушке...» [с. 69]
1
строку (две и более) с одинаковым интонационным напряжением: всякое повыше-
ние сменяется понижением, а за понижением следует повышение.
Наши подсчёты показывают, что в поэзии Некрасова наблюдается тенденция к
выделению курсивом конечных созвучий стиха (46,0% случаев) конечнострочным
курсивом (40,3%) и переходнострочным
курсивом (5,7%); на втором месте – внут-
ристрочный курсив; на третьем – начально- и монострочный. Диахронический срез
обнаруживает, что маркирование конечных созвучий доминирует во все периоды,
внутри- и начальнострочный курсивы интенсивнее используются в первый период,
моно- и полистрочный – в третий период.
Следовательно, сильная позиция созвучий в конце строки подкрепляется у
Некрасова конечно- и переходнострочным курсивом. Наоборот, слабая позиция слов
внутри стиха немного усиливается за счёт внутристрочного курсива, главным обра-
зом в первый период. Сильная позиция слов в начале строки не находит у поэта ярко
выраженного подкрепления начальнострочным курсивом.
С точки зрения местоположения курсива в стихотворном тексте Некрасов ока-
зался верен уже давно сложившейся традиции, поскольку все перечисленные виды
курсива возникли ещё на ранних порах его функционирования. Например, первые
случаи начально-, внутри-, переходно- и монострочных видов мы обнаруживаем у
В.К. Тредиаковского в 1730 году:
Конечнострочный курсив – тоже у В.К. Тредиаковского в 1752 году:
Я не хочу пробыть здесь только и наслеком,
Не то чтоб вовсе жить с таким мне человеком,
Переходнострочный курсив в произведениях Некрасова во всех случаях охватывает конечные созвучия.
У коего из уст одних, да не одно,
А именно сказать: тепло и студено». «Леший и мужик» [с. 179]
92
Полистрочный курсив – у М.В. Ломоносова в 1753 году:
Зачем теперь я изменил
Обет души, обет смиренный,
Перо печатью заменил
И в торг пускаюся презренный?»
В самом деле, для чего вы
Изменили свой обет?
Чтоб, льстя тебе, когда российской принял свет
Свиныи визги вси и дикии и злыи
И истинныи ти, и лживы и кривыи.
Языка нашего небесна красота
Не будет никогда попранна от скота.
«Искусные певцы всегда в напевах тщатся...» [с. 261]
У русских поэтов XVIII-XIX веков самые распространённые виды курсива –
это внутристрочный (42,7% от общего числа курсивов) и конечнострочный (33,0%).
Далее следуют начальнострочный (13,6%), переходнострочный (4,7%), моностроч-
ный (4,3%) и полистрочный (1,7%) (ср. с аналогичными данными по курсиву Некра-
сова).
Из 160 поэтов можно выделить тех, которые использовали все шесть обозна-
ченных видов курсива: И.Ф. Богданович, Н.П. Николев, С.С. Бобров, Н.М. Карам-
зин, В.А. Жуковский, Д. Давыдов, П.А. Вяземский, Ф.Н. Глинка, К.Ф. Рылеев,
А.С. Пушкин, А.С. Грибоедов, Ф.И. Тютчев, Б.М. Фёдоров, М.Ю. Лермонтов,
В.Ф. Раевский, А.Н. Майков, Л.А. Мей, А.К. Толстой, Н. Ломан, Д. Минаев, и, ко-
нечно, Некрасов. Многие из них (см. подчёркнутые фамилии) – поэты, активно
применявшие курсив, а значит, они не просто проявили интерес к опытам с курси-
вом, а подошли к шрифтовому выделению продуманно, учитывая предшествующий
опыт и употребляя курсив системно.
Из 177 курсивов в поэзии Некрасова в 102 случаях (58%) рифма охватывается
только конечно-, моно-, поли- и переходнострочным курсивом, кроме 15 фактов из
поэмы «Кому на Руси жить хорошо», где шрифтом выделяются нерифмованные со-
звучия в конце стиха. В общей сложности курсивом маркировано 109 рифмопар.
Преобладание рифмопар над количеством случаев курсива объясняется тем, что в
отдельных случаях курсив выделяет не одну рифмопару, а две:
<Из рецензии на «Пять стихотворений Н. Ступина...»> [т. 11, кн. 1, с. 42-43]
Исследовательский интерес представляют 109 маркированных курсивом риф-
мопар. Проанализируем эти факты более подробно.
93
В стиховедении рифма изучается в разных аспектах [Жирмунский, 1975, с.
235-430; Бельская, 1977; Самойлов, 1982]. В нашей работе рассмотрим маркирован-
ную рифму с точки зрения каталектики (рифма мужская, женская, дактилическая), в
морфолого-грамматическом отношении (рифма однородная и неоднородная, про-
стая и составная), в фонетическом (рифма богатая, бедная и подобная, глубокая,
точная и неточная, приблизительная) и семантическом (рифма омонимная, погло-
щающая, тавтологическая, редкая). Статистические данные приведены в таблицах
18-20.
Соотношение клаузул – мужских (44,0% от 109 рифмопар) и женских
(47,7%) – выявляет небольшое преобладание женских окончаний над мужскими.
Сопоставим с данными по некурсивной рифме Некрасова. Материалом для сравне-
ния послужат 258 рифмопар пяти стихотворений (535 строк
1
) (табл. 21-24), которые
написаны ямбами с вольной рифмовкой. Из таблиц заметно, что в некурсивной
рифме, как и в курсивной, немного преобладают женские клаузулы (50,9%). В кур-
сивной рифме чуть выше доля дактилических окончаний (9,4%): в некрасовское
время дактилические клаузулы составляют 5,1% [Гаспаров, 1974, с. 68], а у самого
Некрасова – 7,8% [Самойлов, 1982, с. 165]. Значит, здесь выявляется расхождение
только в статистике дактилических клаузул. И, по всей видимости, это связано с
тем, что большинство курсивов приходится на сатирические произведения, как раз в
них «Некрасов вводит дактилические рифмы» [Самойлов, 1982, с. 162].
Морфологическая характеристика курсивной рифмы обнаруживает преоб-
ладание однородных рифм (74,3%) над разнородными (25,7%). По большей части в
курсив попадают рифмы, которые состоят только из существительных (42,2%) или
глаголов (16,5%). Существительные рифмы достигают высокого показателя среди
женских окончаний (21,1%), глагольные – среди мужских (10,1%). Подсчёты М.Л.
Гаспарова [Гаспаров, 1984, с. 16] по грамматичности рифм в целом у Некрасова по-
казывают то же самое, что большинство существительных рифм среди женских кла-
курсив.
1
По 269 строк из 1 и 3 периодов, так как именно в 1 и 3 периоды Некрасов наиболее активно применяет
94
узул (53%), а глагольных – среди мужских (20%). Итак, морфологическая характе-
263 А я, когда их слушаю,
264 Дыханье затая,
265 Чуть сам невольно с Грушею
266 Не гаркну «Соловья».
«Говорун» [1; 393]
Сей дивный муж твореньем новым
Днесь всю Европу огласил
И в нем весь мир приветным словом
Без исключенья подарил!
<Из рецензии на «Русский патриот...»>
[т. 11, кн. 1, с. 41]
А также тавтологическую (1,8%)
716 Пусть вас минус в игре не смущает,
717 Игроки! пусть не радует плюс,
718 Смерть придёт – все итоги сравняет:
и поглощающую рифму (6,4%):
87 И что ж? – о срам! о горе! – оказалось,
88 Что им обоим только показалось;
89 Она была как нищая бедна,
ристика курсивных рифм не выявляет их специфики.
Составные рифмы в нашем материале отсутствуют.
В фонетическом отношении чаще маркируются курсивом бедные рифмы
(62,4%), чем богатые (37,6%). Доля подобных и глубоких рифм мала – 2,7% и 1,8%
(соответственно). Среди бедных рифм самые частотные – женские окончания
(34,9%), а среди богатых – мужские (23,8%). В некурсивной рифме Некрасова, по
нашим данным (табл. 22), тоже чаще всего встречаются бедные рифмы (77,9%), а
значит, с точки зрения фонетики курсивная и некурсивная рифма не отличаются.
По точности созвучия большинство фактов рифмы, выделенной курсивом –
точные (96,3%):
В некурсивной рифме, по нашим данным, процент неточных
1
рифм составляет 7,8%
(табл. 23), в курсивной рифме – всего 3,7%, следовательно, поэт стремился к выделению курсивом точных рифм.
С точки зрения семантики наш материал отличается разнообразием и одно-
временно невысокой частотностью (10,0%) слов с редкими семантическими сочета-
ниями, по сравнению с другими рифмопарами (табл. 20). Среди курсивных рифм мы
выявили омонимную рифму (1,8%). Как точно заметил Е.Г. Эткинд, «рифмование
омонимов... всегда относилось к приёмам комического повествования в стихах»
[Эткинд, 2001, с. 254]:
29 Сперва я от деления
30 Немало получил:
31 Начальник отделения
32 Делить меня учил. «Провинциальный подьячий в Петербурге» [1; 282-283]
1
Здесь под неточными мы имеем в виду приблизительные, усечённые рифмы.
95
719 Будет, будет у каждого плюс!..»
«Недавнее время» [3; 91]
90 И беден был он так же, как она.
«Новости» [1; 27]
Учитывая тот факт, что омонимная, тавтологическая и поглощающая рифмы
1
1
сами по себе оригинальны, мы видим настойчивое желание Некрасова с помощью
курсива дополнительно усилить, акцентировать внимание на смысловой роли
подобных рифм. Такое предположение можно сделать на основе наших наблюдений
над характером работы Некрасова с текстами, включающими строки с курсивом (см.
параграф 2.4).
Немного чаще встречается у Некрасова редкая рифма (23,8%), выделенная
курсивом. Она включает в себя имена собственные, устаревшие слова, иноязычные,
диалектизмы и прозаизмы. По точному замечанию Е.Г. Эткинда, «чем богаче рифма,
образуемая стилистически противоположными словами, то есть чем они подобнее
друг другу по звукам, тем их противоположность выразительнее» [Эткинд, 2001, с.
249]. В нашем материале за счёт маркирования рифм курсивом их «противополож-
ность» усиливается, обостряется. Как правило, в редких рифмах заключено какоенибудь сатирическое или комическое содержание, к примеру:
219 Например, Вальтер Скотт или Купер –
220 Их на веру иной пропускал,
221 Но и в них открывал я канупер!
222 (Так он вредную мысль называл.) «Газетная» [2; 201]
Иногда это может быть выделение рифм, где характеризуется позиция
персонажа в отношении актуального явления действительности:
10 За царя бы я прилежно
11 Господа молил.
12 – Неуежно, да улежно, –
13 Дедушка решил... «На покосе» [3; 165]
Анализ данного курсива, маркирующего к тому же «чужое слово», будет дан в
параграфе 2.9.
Во всех случаях оригинальной курсивной рифмы (омонимной, тавтологиче-
ской, поглощающей и редкой) (33,8%) выделенное слово усиливается, получает
особую звуковую окрашенность, то есть это яркое сочетание визуальных и звуковых
средств. Сопоставление доли оригинальных курсивных рифм (33,8%) и оригиналь-
Канупер, а, м. 1. Трава калуфер. Екатеринослав., Слов. Акад. 1908. Слов. Акад. 1956 [с пометой «обл.»]. 2.
Растение Artemisia annua L., сем. сложноцветных; полынь однолетняя. Курск., 1893. [Словарь русских народных
говоров, 1977, с. 46].
96
ных некурсивных рифм (6,6%) в поэзии Некрасова выявляет тенденцию к маркиро-
ванию курсивом оригинальной рифмы.
Таким образом, сравнение курсивной и некурсивной рифм Некрасова позво-
лило обнаружить два пути взаимодействия курсива и рифмы: 1) компенсация – те
случаи, когда курсив как бы компенсирует недостатки бедной рифмы, подобной или
приблизительной (о компенсации в рифме см. [Гаспаров, 1996, с. 9]); 2) усиление –
те случаи, когда курсив усиливает дактилические рифмы, которые сами по себе эк-
зотичны, или оригинальные рифмы (омонимные, тавтологические, поглощающие,
редкие), которые и без курсива достаточно выразительны.
Таков анализ курсивной рифмы в традиционных аспектах. Далее рассмотрим
материал с других позиций.
Степень выделенности рифмы курсивом может быть высокой, средней, низкой (в нашей фразеологии). Высокая степень присуща случаям, когда курсивом
маркируются исключительно слова, поставленные в рифму (35,8% от 109 рифмо-
пар):
Мадамой Столбиковой быть
Всё лучше, чем грибы солить;
А там авось-либо к зиме
Нам бог пошлёт и реноме! «Похождения Петра Степанова сына Столбикова» [6; 464]
Здесь курсив выделяет лишь одно слово – рифму. Она становится резко выра-
женной, более выпуклой на фоне других слов строки и соседних созвучий, то есть
происходит своеобразное «усиление» рифмы. По нашему мнению, это «усиление»
не только визуальное, но и интонационное, которое умножается тем, что рифма
обычно сигнализирует о конце стиха. В итоге курсив рифмы создаёт особое «инто-
национно-рифменное» напряжение перед основной стиховой паузой.
Средняя степень выделенности рифмы характерна для случаев, когда курсив
способствует выделению словосочетания во второй половине строки, включая риф-
мующееся слово (23,8%):
77 Но также синего чулка
78 В ней не было приметы:
79 Не трактовала свысока
80 Учёные предметы, «Прекрасная партия» [1; 106]
97
Как видим, курсивом подчёркивается и рифма, и соседнее справа слово, связанное с
ней. При назывании рифмопары курсив ненавязчиво, но довольно зримо «подталки-
вает» к выделению не рифмопары «чулка – свысока», а немного «укрупнённой» –
«синего чулка – свысока». Отсюда следует, что степень выделения собственно рифмующегося слова уменьшается.
Конечнострочному курсиву свойственны высокая и средняя степени выделен-
ности рифмы. Для моно-, поли- и переходнострочного курсивов, при которых рифмующиеся слова тоже оказываются маркированными, – низкая степень выделенности рифмы (40,4%):
Я угождать старался ей,
Утех я доставлял ей много
И даже пред свиданьем с ней
Читал романы Поль де Кока!
<Из романа «Жизнь и похождения Тихона Тростникова»> [8; 189]
Очевидно и понятно, что объём курсива здесь не позволяет говорить о намерении
поэта «усилить» или «осложнить» рифму, скорее, наоборот, – «ослабить» её роль в
пределах рифмующихся строк с курсивным выделением. Курсив в подобных
случаях способствует смещению акцентов (интонационных, семантических и др.) с
рифмы на внутристрочную лексическую организацию выделенных строк.
Курсивная рифма низкой степени выделенности, сохраняя основные функции
рифмы, оказывается просто необходимым звеном, тогда как при высокой и средней
степени рифма становится одним из самых значимых элементов строки. Выше мы
говорили: если весь текст выделен курсивом, то курсив уже не будет приёмом. Здесь
можно сказать то же самое: если вся строка (или её большая часть) охвачена
курсивом, то её интонационные особенности мало чем будут отличаться от
интонационных особенностей строки с прямым шрифтом. Значит, низкая степень
выделения рифмы подразумевает не малую ценность, а некоторую её
«завуалированность», создающую впечатление относительного «ослабления»
рифмы.
Дальше необходимо выяснить место курсивной рифмы в рифмопаре. Всего
в одном случае (0,9%) из поэмы «Современники» курсив маркирует рифменный
многочлен «написать–тетрадь–печать»:
98
386 Можно будет в духе «Миши»
547 Не мысля о погибели,
548 Рад сам себя на пе,
549 Согнувши в три погибели,
550 Пустить назло судьбе. А' б А' б
«Говорун» [1; 401]
21 – Знаю, народ проторённой цепями
22 Эту дорогу зовёт. –
23 «Верно! Увидишь своими глазами:
24 Русская песня не врёт!» А б А б
«Благодарение господу богу...» [2; 153]
Нарядов нет – прекрасный пол
Капризится, тоскует, плачет.
Наряды есть – прекрасный пол а Б а Б
Под потолок в восторге скачет.
<Из «Необыкновенного завтрака»> [7; 327]
68 В оркестре врут и врут на сцене,
69 Совсем меня не веселя,
70 С тех пор как дал я Мельпомене
71 И Терпсихоре – Киселя!»
1
А б А б
«Притча о «Киселе» [3; 47]
387 Предисловье написать:
388 Пощадили даже мыши
389 Драгоценную тетрадь –
390 Провидения печать!.. [4; 198]
Совсем немного случаев (10,1%), когда курсивом выделяется вся рифмопара:
5 Я примеру русского народа
6 Верен: В горе жить –
7 Некручинну быть» –
8 И больной работаю полгода,
9 Я трудом смягчаю мой недуг: А б б А в в
10 Ты не будешь строг, читатель-друг? «Посвящение» [3; 199]
Сюда же отнесём факты, когда курсив маркирует подряд две рифмопары:
364 «Здесь обрёл даровую квартиру
365 Муж злокачествен, подл и плешив, А б А б
366 И оставил в наследие миру
367 Образцовых доносов архив». «Недавнее время» [3; 82]
И, наконец, в большинстве случаев (89%) курсивом выделяется один член
рифмопары. Это может быть член, отмечающий начало рифмопары (12,8%):
Либо член, оканчивающий рифмопару (76,2%):
Сравнивая с рифмой современников Некрасова, мы хотим отметить, что Л.А.
Мей чаще маркирует конечный член рифмопары (67,5% случаев от всех выделен-
ных курсивом рифмопар), Н.Ф. Щербина и А.Н. Майков – первый член рифмопары
(58,8% и 38,2%).
Конечно, рифма и без курсива выполняет функцию группировки стихов, но
курсивная рифма, по нашему мнению, – дополнительный стихообразующий фактор.
Она может служить авторским сигналом начала или конца рифменной пары.
Например, если курсив выделяет рифму, оканчивающую рифмопару, подтверждая
«рифмическое ожидание», то можно говорить, что курсив содействует своеобразной
1
См. версию М.Д. Эльзона о причине выделения этого слова курсивом [Эльзон, 1998, с. 144].
99
выпуклости рифмопары, её выставлению на первый план. Если же курсивом марки-
Не одни тут ювелиры
Присмирели, обожглись: А б А б
Петербургские квартиры
Многим солоно пришлись!
Не одни тут ювелиры
Присмирели, обожглись: А б + А б
Петербургские квартиры
Многим солоно пришлись!
«Шила в мешке не утаишь – девушки под
замком не удержишь [6; 224]
рованы два члена разных рифмопар в катрене, то можно говорить, что аналогичным
образом (с помощью курсива) организуется внутренняя структура строфы (выде-
ленной или невыделенной графически). Без курсива рифменная цепь имела бы
обычный вид, а с курсивом катрен условно делится на две части – курсивную и некурсивную:
Причём в курсивной части катрена все созвучия образуют пары с созвучиями в
некурсивной части.
С точки зрения диахронии в поэзии Некрасова наиболее разнообразным в ас-
пекте местоположения курсивной рифмы в рифмопаре является третий период
творчества, когда курсивом выделяются и первый член рифмопары, и конечный
член рифмопары, и вся рифмопара, и рифменный многочлен.
В заключение этого параграфа отметим следующее: 1) курсив в произведениях
Некрасова не закреплён за определённым местом в стихотворной строке и по воле
автора может находиться в любой точке текста; 2) поэт с помощью курсива стре-
мится выделять рифму; 3) в зависимости от места курсива в строке степень выделе-
ния рифмы может быть высокой, средней или низкой; 4) при высокой степени выде-
ления создаётся специфическое интонационное рифмическое напряжение перед ос-
новной стиховой паузой; 5) сравнение курсивной и некурсивной рифмы обнаружи-
ло, что взаимодействие курсива и рифмы происходит по принципу компенсации или
усиления; 6) в поэтических произведениях Некрасова наблюдается отчётливая тен-
денция к маркированию созвучий, оканчивающих рифмопару.
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]