Анализ политических текстов. Учебное пособие

Поговорка «тянуть одеяло на себя» и сам процесс перетягивания имеют отрицательные коннотации агрессии, эгоизма. Стремление в «разные стороны» в российском дискурсе означает бессмысленность усилий, глупость участников (вспомним символ этого стремления: Лебедь, Рак и Щука). Иными словами, те, кто «тянет одеяло на себя», тоже характеризуются отрицательно. Даже опытный читатель может не оценить эту поговорку как прием, но его подсознание отметит отрицательные эмоции, связанные с ней и со всеми действующими лицами, к которым эта поговорка применяется. Под перетягиванием одеяла в данном тексте понимается не только деятельность конкрет­ных политиков, но и вообще борьба политических сил за влияние, за электорат.

совершенно овладеть их умами как силою убеждения. Магический жезл, которым можно по произволу управлять нижним состоянием, есть МАТУШКА РОССИЯ. Искусный писатель, представляя сей свя­щенный предмет в тысяче разнообразных видов, легко покорит умы нижнего состояния…»

сти этого фундамента, от аккуратности намеченного, обрисованного контекста зависит основательность и убедительность авторских суж­дений. По сути, прямое слово автора, его прямые декларации и рас­суждения — это лишь верхушка айсберга, основная же часть айсберга находится под водой, ее не видно, как не видно фундамента здания, но именно благодаря этому фундаменту здание прочно (или не прочно) стоит на поверхности. До этого мировоззренческого фундамента еще надо докопаться.

Выражение «нужды Человека» задает приоритет нужд человека, причем Человек имеет значение безусловной, основной символиче­ской ценности в известной оппозиции: человек–государство. Второе упоминание: «Человек и Общество, Человек и Государство — единое целое» — задает уже другие значения. «Человек» как важный сим­вол уравнивается с Обществом и Государством, также подчеркнуто выделенными. (С точки зрения манипуляции это грамотная последо­вательность: вначале «общество», так как это вызывает меньше вопро­сов и возражений, а только потом уже — «государство».) «Человек», таким образом, уже отнюдь не безусловная ценность, а относительная, и, если говорить о «нуждах», не имеющая приоритета по отношению к нуждам общества (массы, большинства) и государства. Если говорить в терминах идеологических доктрин, Человек — символ идеологии либеральной — заменен идеологией единства, хотя и равноправно­го, Человека и Государства, идеологии, в своем наиболее гуманном воплощении, близкой неосоциализму, еврокоммунизму. Третье же упоминание о проблеме отношений человека и государства задает уже новую установку: «единство интересов каждого человека и Государства Российского». Казалось бы, здесь есть только акцентирование инте­ресов Государства. Но наше сознание, знающее о нормах дискурса, немедленно соотносит: один субъект выделен, второй нет. Такое выделение автоматически умаляет важность нужд человека. То, как именно представлен второй член оппозиции «человек–государство», говорит о том, что интересы человека оказываются полностью под­чиненными интересам государства. Дело в том, что «Государство Российское» в русском дискурсе имеет четкие коннотации: сильное государство, державность, имперскость, сознательное пренебреже­ние нуждами человека ради утверждения государства — восходящие к названию известного труда Н.М. Карамзина «История Государства Российского». (Эти коннотации подтверждены фразой, следующей в тексте за вышеприведенной: «Единство с теми, кому нужна великая Россия и не нужны великие потрясения». Фраза эта восходит к извест­ному высказыванию П.А. Столыпина в адрес Государственной думы и имеет те же коннотации, что «Государство Российское».)