Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Альфа и Омега Марины Журинской. Эссе, статьи, интервью

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
О человеке
491
«Одержимый, или Сделка с призраком», — о чело­веке несчастной судьбы, который попросил лишить его памяти. И едва не погиб, потому что беспамят­ство — это проклятие, и он нес его всем, с кем со­прикасался. Все они были бедные и несчастные, но мирные и добрые люди. А лишившись памяти, ста­новились чудовищами... Конец счастливый; беспа­мятный кается, всем его жертвам память тоже воз­вращается — и следует молитва: «Боже, сохрани мне память!» Вот и я вспоминаю эпизод, на первый взгляд убогий — но сколько в нем смысла и красо­ты...
В деревенской церкви на всенощной жалкий хор — четверо старух — поет «На реках Вавилон­ских». Бабульки тихо пищат (громко просто не могут), дребезжат и фальшивят... и самым нату­ральным образом плачут: «Аще забуду тебе, Иеру­салиме, забвена буди десница моя. Прильпе язык гортане моему, аще не помяну тебе...» Наверное, и даже наверняка, их представление об Иерусалиме далеко от исторической, религиозной и даже геогра­фической правильности. Что с того? Он живет в их сознании, великий город Ерушалаим, Град Мира, и их христианское чувство живо им. И всем, кроме совершенно отмороженных снобов, в этом случае плевать на вокал.
Это чувство не возбудят и не заменят никакие катехизационные, катехизаторские и миссионер­ские курсы, никакие низшие, средние и высшие духовные образования, как старые, так и новые (духовное новообразование, вот еще!). А без него мы ничто. И в забвении пребывает десница наша, а попросту говоря — все из рук валится. И прилипа­ет язык к гортани, а поэтому и вотще вычитываются
492 АЛЬФА И ОМЕГА МАРИНЫ ЖУРИНСКОЙ
правила, индивидуально обогащаемые (отягощае­мые!) кафизмами и акафистами, вотще произносят­ся пылкие речи и пишутся поучительные словеса.
Потому что только Живой Бог может одарить нас живой верой в Него. Если попросим. Если догада­емся, наконец, что нужно попросить.
И тогда хлынут реки воды живой, и все будет нам на пользу, — и образование, и вокал.
...Сложноватое у нас время, что и говорить. И множество споров и дискуссий о том, что же всему виной, кипит, пенится и переливается через край.
Но почему-то никто не говорит о том, что в осно­ве всего — историческое забвение. А ведь забывает­ся и то, что было 20–30 лет назад, что уж говорить о более ранних временах. Вместо исторических фактов процветают историософские концепции, а если они противоречат фактам, так тем хуже для фактов.
Да, конечно, литературы по историческим во­просам много. Но как-то все больше вспоминается горький анекдот. Машинистка, перепечатавшая для Томаса Манна рукопись его романа «Иосиф и его братья» — произведения, исполненного нарочи­то субъективных оценок, — сказала автору: «Ну на­конец-то я знаю, как все было на самом деле». Это значило, что ей понравился сюжет.
И вот удивительное дело: машинистки у нас вро­де перевелись, а их оценки живут как ни в чем не бывало...
Опубликовано: Фома [Электронный ресурс]. — http://www.
foma.ru/article/. 16 января 2012 г.
О человеке
493
Ступени
Сейчас принято оперировать понятием «стиль
жизни», которое, как правило, сводится к совокуп-
ности дорогостоящих, но настоятельно рекомен­дуемых рекламой удовольствий и приспособлений для получения этих удовольствий. Если же попы­таться обнаружить то общее, что свойственно всем навязываемым разновидностям стиля жизни, то, пожалуй (за исключением тех видов чревоугодия, которые близятся к гортанобесию их спешка. Очень хочется выучить английский за 59 часов (раньше реклама обещала 60, но «рынок диктует»), что невозможно, и без всяких усилий мгновенно сбросить половину веса и уже никогда не набирать, чего также не бывает, и разом исце­литься от всех болезней… и вмиг очистить не только тело, но и душу, — раз и навсегда.
Мгновенное очищение души обещают не только целители, но и «духовные» руководители многочис­ленных сект, оккультных или возводящих себя к протестантизму, но отошедших от него настолько далеко, что их христианский характер становится сомнительным, если не отрицается несомненно. Их успех отчасти объясняется именно тем, что они идут в ногу с веком сим — и идут, торопясь изо всех сил; и общий их девиз — быстро и окончательно.
Между тем православное понимание возраста- ния души, очищения ее от греховности ради вечного
1
), объединяет
1
Гортанобесие — порок вкуса, при котором человек требует от вкушаемой пищи каких-то тонких, едва уловимых нюансов удовольствия, отсутствие которых огорчает его (зачастую — вплоть до вспышек ярости) и заставляет неустанно гоняться за этими ощущениями, пренебрегая всем остальным (сытностью пищи, ее полезностью и т. д.). — М.Ж.
494 АЛЬФА И ОМЕГА МАРИНЫ ЖУРИНСКОЙ
спасения в Боге основывается на принципе посте­пенности (об этом свидетельствует и сам термин, исходящий из представления о росте как процессе
1
природном
и медленном) и определяется как путь (а не скачок), как восхождение, то есть движение вверх, сопряженное с усилием, необходимым для преодоления силы тяготения, естественным обра­зом влекущей вниз, — ибо Царство Небесное си-
лою берется, и употребляющие усилие восхищают
(Мф. 11, 12; ср. Лк. 16, 16)
его руководств носит название «Лествица»
2
. Собрание духовных
3
. Преподоб­ный Иоанн выработал аскетическую систему, осно­ванную на принципе умеренности: он был против сужения круга дозволяемой пищи, но советовал ограничивать в разумных пределах ее количество, и не проводил ночи напролет в бодрствовании, по­скольку это может привести к повреждению ума, но спал не дольше, чем необходимо для поддержания сил, и не на голой земле, а на скромной постели.
1
Слово «природный» подразумевает здесь не принадлеж­ность к физическому миру, а соответствие природе человека как творения Божия. — М.Ж.
2
Когда говорят о мгновенном обращении гонителя христи­ан Савла в апостола Павла, упускают из виду, что Савл имел пламенную веру и ревностно ее отстаивал (качества, которых решительно недостает множеству современных христиан), но заблуждался, считая христиан врагами веры, и был излишне рьяным гонителем; в дальнейшем он горько раскаивался имен­но в этом своем рвении. Получив же откровение от Господа, он мгновенно его принял именно потому, что вера его и стремление к истине были велики, и именно вера позволила ему распознать истинность откровения и целиком довериться Христу. — М.Ж.
3
Преподобный Иоанн Лествичник. Лествица духовная. Примечательно, что старообрядческие четки имеют вид ленты из толстой кожи с поперечными складочками и называются ле­стовкой. — М.Ж.
О человеке
495
Преподобный говорил, что главный аскетический подвиг — это смирение перед Господом. Аскети­ка преподобного Иоанна Лествичника — хороший пример того срединного, царского пути, придержи­ваться которого всегда советуют святые отцы.
При этом «умеренная» аскеза преподобного Иоанна Лествичника наверняка показалась бы не­посильной для многих и многих: 40 лет в пустыне, в безмолвии и посте. Как же так, — может спросить скептик, — выходит, преподобный говорит не то, что делает? — Очевидно, полезно задать иной, про­стой вопрос: каково основание христианской аске­зы? — и просто на него ответить: это — мера любви ко Господу.
Любовь не терпит принуждения, ее нельзя вы­звать искусственно, нельзя и симулировать. Вся лю­бовь — в Боге, вся она — от Бога, и Он дает ее про­сящему в такой мере, в какой тот может вместить. Именно поэтому основа аскезы — в смирении: Бог гордым противится, а смиренным дает благодать
Иак. 4, 6; 1 Пет. 5, 5)
(
1
. Любовь преподобного была такова, что его аскеза в масштабе этой любви пред­ставлялась ему умеренной. Не имеющий же любви Божией или имеющей ее лишь в зачатке напрасно будет изнурять себя постом и молитвенными под­вигами, если не смирится изначально. А Божие ве­личие таково, и любовь Его так безгранична, что и
1
Представляется особо значимым то, что эти слова старших апостолов были сказаны у начал новозаветной Церкви. Видимо, вся важность смирения для духовного возрастания осознавалась ими в полной мере, и представлялось нелишним говорить об этом повторно. Эта мысль в несколько ином обличии встречает­ся в Ветхом Завете, см. Иов 22, 29; Пс. 137, 6; Притч. 3, 34; Ис. 57, 15. — М.Ж.
496 АЛЬФА И ОМЕГА МАРИНЫ ЖУРИНСКОЙ
и смирению человеческому вряд ли можно опреде­лить предел, и любви всегда недостает.
По свидетельству духовно опытных людей, путь восхождения, как правило, длится десятилетиями и никогда не может считаться пройденным вполне и до конца; с другой стороны, духовники свидетель­ствуют, что как враг рода человеческого никогда не устает нападать, так и душа способна к возрастанию буквально до последних минут жизни. Вспомним, как сосредоточенно молятся об оставлении грехов великие подвижники; будем иметь в виду и частное высказывание одного из величайших православных проповедников ХХ века, сделанное им в возрасте, который принято определять как «далеко за семьде­сят»: «Теперь я иногда чувствую, что, может быть, из меня еще и получится отчасти хоть какой-то хри­стианин».
Такая самооценка, такое понимание своего пути объясняются тем, что при возрастании духовного опыта возрастает и понимание меры греховности, отделяющей человека от Бога, и возрастает любовь к Богу, жажда богообщения. Не случайно у мно­гих, чья духовная жизнь только начинается, боль­шие затруднения вызывает исповедь, и далеко не всегда потому, что стыдно в чем-то признаваться, а потому, что непонятно, в чем каяться, нет видения своей греховности, нет самоукорения — и очень хо­чется усмотреть во всех своих неприятностях, внеш­них и внутренних, козни окружающих, а в лучшем случае — роковое стечение обстоятельств. А чело­век, приобретший навык покаянного рассмотрения своей жизни, всегда способен увидеть, в чем он укло­няется от заповедей, и всегда готов просить Господа простить его и освободить от греховных привычек.
О человеке
497
Лестница состоит из ступеней — степеней, — и восхождение по ней происходит постепенно. Пы­таясь перескочить несколько ступеней, смельчак рискует скатиться назад, к самому основанию. Так бывает и в духовной жизни: решив разом покон­чить с делом возрастания (при этом подразумева­ется, что до полного духовного совершенства и остается-то самая чуточка), человек рьяно присту­пает к самочинно составленной программе усовер­шенствования. Кончается это провалом: унынием,
1
отчаянием, разочарованием
, — а бывает, что и от­ходом от веры. Поэтому постепенность духовного восхождения — один из показателей того, что душа действительно восходит, а не мятется, не мечется
2
Ступени нашей жизни — дни, и самое печальное в безграмотном понимании церковнославянского слова довлеть «быть достаточным» как русского
1
При вдумчивом отношении к словам можно понять, что ра- зочарование приходит вслед за очарованием, которое есть под­падение чарам, что для христианина, мягко говоря, не вполне уместно. — М.Ж.
2
Хорошо, когда ступени пути указываются свыше, а не кон­струируются самостоятельно, тем более что в действительно­сти Господь всегда их нам открывает, и с нашей стороны тре­буется лишь внимание и понимание. Поэтому можно сказать, что и каждую следующую ступень, и время, когда пора на нее восходить, выбираем не мы, и именно в силу этого, увидев ка­кой-то свой грех, нельзя оставлять «на потом» покаяние и отказ от этого греха: если увидел — значит Господь указал, значит пора отказываться от греховной привычки, даже если она пред­ставлялась вполне невинной или составляющей неотъемлемую часть личности. Увидеть же себя помогают молитва, участие в церковных Таинствах, чтение Писания и духовной литературы, а главное — смирение, проявляющееся в полной внутренней го­товности принять, признать истиной не свое видение себя, но Божью волю о себе. — М.Ж.
.
498 АЛЬФА И ОМЕГА МАРИНЫ ЖУРИНСКОЙ
глагола давить состоит в том, что без внимания остаются замечательные слова Писания: Довлеет дневи злоба его (
Мф. 6, 34; Синод. перевод Довольно
для каждого дня своей заботы). И сугубого вни­мания достоин тот факт, что великие подвижники молитвенного делания, преподобные Оптинские старцы, оставили нам в наследство молитву, в которой испрашивается милость и помощь Божия на один — сегодняшний! — день. А о каких простых вещах там говорится: не огорчаться и не огорчать, не обижаться и не обижать…
А ведь мы далеко не всегда в достаточной степени понимаем, что обычное добропорядочное поведение, ровное, приветливое отношение к окружающим, простая аккуратность в быту и добросовестность в работе — это добродетели, имеющие самое непосредственное отношение к духовному возрастанию; как-то проскальзывают мимо сознания слова из притчи о талантах: хорошо,
добрый и верный раб! в малом ты был верен, над многим тебя поставлю; войди в радость господина твоего
(Мф. 25, 21; 25, 23; ср. Лк. 19, 17). Но всякая
евангельская притча имеет прежде всего букваль­ный смысл, от которого она возводит (но не уводит) читающего или слушающего к смыслу духовному. В этом соотношении кроется и «обратный ход»: только духовное понимание человеческой жизни и деятельности превращает повседневную аккурат­ность и добросовестность в духовное делание, ина­че гордыня берет свое и придает этим свойствам черты мелочности и самопревозношения.
В одном из предыдущих номеров журнала мы писали о том, что стяжанию высоких духовных до­бродетелей препятствует отсутствие навыка в до-
О человеке
499
бродетелях, так сказать, практических1. На этот раз обратимся к тем случаям, когда торопливое стрем­ление к «совершенству» мешает правильно пони­мать учение Церкви и ведет к искажению личности и жизни, которое тем опаснее, что вовсе не осозна­ется как грех и даже причисляется к достоинствам.
Рабство и сыновство
Слова Евангелия
(см. Мф. 25, 21) открывают тему,
очень существенную для формирования христи­анского сознания: как соотносятся понятия рабов
Божиих
апостолом уже не раб, но сын
и входящих в радость, о которых сказано
(Гал. 4, 7)? В Новом
Завете прослеживаются некоторые уровни духов­ного состояния человека, которые мы вполне мо­жем определить как ступени: падший человек — раб
греха раб Божий, раб Христов,
(напр., Рим. 6, 17, 20), обратившийся к Богу —
праведник — сын Божий
2
Тексты Священного Писания предоставляют возможность убедиться в том, что состояние раба Божия отнюдь не позорно (Отроком Господним, то есть по значению слова слугой, называется и Мес-
ср. Лк. 1, 54); просто вхождение в сыновство
сия, обозначает иную ступень в связи человека с его Творцом и Господом. Это было совершенно прозрач­ным понятием для Ближнего Востока времен напи­сания Библии, потому что там верные рабы подле­жали усыновлению, что, однако, подразумевало,
.
1
Журинская М. Перед Нагорной проповедью // Альфа и
Омега. — № 4 (30), 2001 г.— Сост.
2
Подробно говорит о ступенях страха (от рабского до сыно­вьего и в связи с этим — о рабстве и сыновстве) в соответствии с поучениями аввы Дорофея отец Алексий Уминский (см. его статью в журнале «Альфа и Омега» за 2002 г. № 32). — М.Ж.
500 АЛЬФА И ОМЕГА МАРИНЫ ЖУРИНСКОЙ
что они продолжают оказывать бывшему господину, а ныне отцу все подобающее послушание. Глубину покаяния блудного сына подчеркивает то, что он слагает с себя статус сына и готов добровольно стать слугой
(см. Лк. 15, 18–19).
Тем не менее подчас очень хочется «проскочить» ступень рабства и причислить себя к числу сынов. При этом никак не принимается во внимание, что сын Божий — это тот, кто достоин принять Богосы­новство, уподобляясь в этом Христу, Который ради того, чтобы восстановить изначальную связь между человеком и Творцом, принял на Себя подвиг Во­площения, страдания и крестную смерть. Правда, иногда можно встретить того, кто утверждает, что достиг всей возможной праведности, но это уже не имеет никакого отношения к христианству. И еще одна важная вещь следует из высокого достоинства сынов: высочайшая ответственность и готовность следовать за Христом в Его страданиях: В мире бу- дете иметь скорбь
(Ин. 16, 33)
1
.
С предельной ясностью говорит о мере послуша­ния сынов и об испытаниях их верности апостол Павел, слова которого нужно привести достаточно пространно, хотя и не полностью: Вы еще не до кро-
ви сражались, подвизаясь против греха, и забыли утешение, которое предлагается вам, как сынам: сын мой! не пренебрегай наказания Господня, и не
1
Существует среди благочестивых людей мнение о том, что тот, кто претерпевает незаслуженно во время Крестопоклонной седмицы, следует за Христом, тот же, кто причиняет другим в это время страдания и скорбь, уподобляется Его гонителям. Здесь нужно особо выделить именно незаслуженность, потому что, например, если нерадивый работник что-то упустил или неправильно сделал и получил за это выговор, то потерпевшей стороной следует считать вовсе не его. — М.Ж.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]