Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Юридические произведения-1

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

1 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 1112 / 4812 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

VI. Падение реформатора

111

только в этой стране. Он попович, т. е. самого низкого происхож дения. Он умен, с головою, с познаниями и особенно хорошо знает свой язык, что здесь не очень обыкновенно. Мне однажды только удалось говорить с ним, и я заметил, что он последователь Канта. В доме обергофмаршала и особенно перед его женою он превоз носит воспитание иезуитов, но в кабинете государя, я уверен, вме сте со многими знающими положение дел, он следует предписани ям великой секты, стремящейся к уничтожению всякой верховной

власти»

Спустя год в Сардинию из Петербурга было послано еще одно сообщение от Жозефа де Местра на эту же тему. «Что такое Спе ранский? — писал сардинский посланник своему королю. — Это великий вопрос. Он человек умный, трудолюбивый, изящный пи сатель, в этом не может быть никакого сомнения; но он сын свя щенника, то есть принадлежит к самому низшему разряду свобод ных состояний, из которого, естественно, выходят по преимуще ству преобразователи. Он сопровождал императора в Эрфурт, там он беседовал с Талейраном, и некоторые думают, что он до сих пор переписывается с ним. Из всех его служебных действий видно, что он проникнут новыми идеями и особенно сочувствует конститу ционным установлениям. Он был ревностным покровителем Фес слера. Один из важных сановников, в откровенном разговоре, ска зал мне: в последние два года я не узнаю императора, до такой сте пени он сделался философом! Это слово меня поразило. Не может быть никакого сомнения в том, что существует великая и страш ная секта, которая издавна стремится ниспровергнуть все престо лы, и для этой цели с адскою ловкостью она заставляет служить ей самих государей… Я уверяю вас, что моим глазам представляется здесь то же самое, что мы уже видели (во Франции в 1789—1794 годах. — В. Т.), то есть тайная сила, которая подрывает верховную власть и пользуется для этой цели ею самой, как орудием. Устрое на ли эта секта и составляет в полном смысле общество, которое имеет своих вождей и свои законы, или она заключается в есте ственном согласии множества людей, стремящихся к одной и той же цели, это для меня еще вопрос; но ее действия не подлежат ни какому сомнению, хотя деятели и не вполне известны. Способность

Цит. по: Попов А. Н. Граф Местр и иезуиты в России // Русский архив.

1892. Кн. 2. № 6. С. 161.

112 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Жизнеописание М. М. Сперанского

этой секты очаровывать правительства представляет собою одно из ужаснейших и чрезвычайных явлений, какие только видел мир»

В 1822 году, когда император Александр официально запре тил масонские ложи в России и возложил на своих сановников чиновников обязанность дать расписку об их неучастии в какой бы то ни было масонской организации, Сперанский исполнил дан ную обязанность, отослав Алексею Николаевичу Оленину, исправ лявшему в то время должность государственного секретаря, следу ющую бумагу: «Я, нижеподписавшийся, сим объявляю, что я ни к какой масонской ложе и ни к какому тайному обществу, ни внутри империи, ни вне ее, не принадлежу и впредь принадлежать не буду. Сие объявление относится не только к настоящему, но и ко всему прошедшему времени со следующим изъятием: в 1810м году, по случаю рассмотрения масонских дел в особо учрежденном от пра вительства комитете, коего я был членом, я был принят здесь, в СанктПетербурге, с ведома правительства, в масонские обряды под председательством известного доктора Феслера в частной домаш ней ложе, которая ни имени, ни состава, ни учреждения, ложам свойственного, не имела. Посетив оную два раза, после того, так как и прежде, нигде ни в какой ложе, ни тайном обществе я не бы вал и к оным не принадлежал. Тайный советник М. Сперанский. В СанктПетербурге 11 сентября 1822».

К тексту приведенного документа Михайло Михайлович при ложил короткую записку для А. Н. Оленина, в которой писал: «Ми лостивый государь мой, Алексей Николаевич! Препровождая при сем к вашему превосходительству показание мое о том, что я не принадлежу ни к какой масонской ложе, ни к тайному обществу, считаю нужным сопроводить оное следующим изъяснением:

В 1810м или 1811м году повелено было дела масонские под вергнуть рассмотрению особого секретного комитета, в коем веле но было и мне находиться. По случаю сего рассмотрения, дабы иметь о делах сих некоторое понятие, я вошел с ведома правитель ства в масонские обряды; для сего составлена была в здесь в С[анкт]Петербурге частная, домашняя ложа из малого числа лиц под председательством и по системе доктора Фесслера. Как целию моею в сем деле было одно познание масонских обрядов: то и счел

Попов А. Н. Граф Местр и иезуиты в России // Русский архив. 1892. Кн. 2.

№ 6. С. 162.

VI. Падение реформатора

113

я достаточным посетить сие собрание два раза; после чего как в сей, так и ни в какой ложе, ни тайном обществе я не бывал; да и самое собрание сие, не принадлежавшее к числу правильных и ус тановленных лож, сколько мне известно, само собою прекратилось. С совершенным почтением честь имею быть вашего превосходи тельства покорнейший слуга М. Сперанский. В С.Петербурге 7 сен

тября 1822»

21 апреля 1826 года, в разгар следствия над декабристами, им ператор Николай I издал распоряжение «истребовать по всему го сударству вновь обязательства от всех находящихся в службе и от ставных чиновников и не служащих дворян» письменную распис ку о своем участии или неучастии в любых тайных обществах, в том числе и масонских ложах. При этом всем указанным лицам было предписано ответить на вопросы специальной анкеты пре дельно откровенно. За сокрытие же требуемых сведений государь обещал подвергнуть «строжайшему наказанию как государствен ных преступников». Сперанский вынужден был дать еще одну рас писку. «Я, нижеподписавшийся, сим объявляю, что ни к какой ма сонской ложе и ни к какому обществу ни внутри Империи, ни вне ее не принадлежу и впредь принадлежать не буду. Тайный совет ник М. Сперанский», — говорилось в ней.

У нас нет никаких оснований полагать, что Сперанский лгал, сознательно преуменьшал степень собственного участия в масон стве. Напротив, существуют ясные доказательства того, что он не считал масонство скольнибудь серьезным движением. В 1818 году, когда в Петербурге вспыхнула очередная кампания охоты на «ил люминатов», Михайло Михайлович открыто смеялся над «охот никами». Самому близкому своему другу той поры А. А. Столыпи ну он писал: «Как мало еще просвещения в Петербурге! Из письма вашего я вижу, что там еще и ныне верят бытию мартинистов и иллюминатов. Старые бабьи сказки, коими можно пугать только детей».

Пренебрежительное отношение к масонству не было для Спе ранского случайным. Оно обусловливалось всем характером его по

Письмо М. М. Сперанского к А. Н. Оленину и текст его расписки о непринадлежности к какойлибо масонской ложе опубликованы на стр. 737— 738 юбилейного сборника «В память графа Михаила Михайловича Сперанско го», вышедшего в 1872 г. — к столетию выдающегося русского государственного деятеля.

114 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Жизнеописание М. М. Сперанского

литического мышления и, в частности, теми взглядами, которые он имел на переустройство общественной жизни. Сперанский прин ципиально отвергал в качестве средства этого переустройства за говор и революцию, поскольку считал, что подлинный переворот в общественных отношениях способен произойти лишь с переменой в психологии людей и, следовательно, постепенно — с течением вре мени. Изменение же одних внешних политических форм, в чем, соб ственно, и заключается суть революции, не может дать для обще ства положительного эффекта. Новые политические учреждения, возникшие в результате революции, не имея подпоры в соответ ствующем человеческом материале, будут действовать неминуемо вопреки тому высокому замыслу, с которым они созданы, и неумо лимо потянут общество к гибели. Настоящее переустройство об щества на новых началах Сперанский понимал в качестве долго временного эволюционного процесса. Потомуто и не принимал он масонской организации в виде средства переустройства обществен ной жизни и не считал, что с помощью какойлибо организации можно достичь лучшего общественного устройства.

Определенный интерес к масонам, а может, и какуюто надеж ду на их организацию Сперанский, видимо имел, но интерес и на дежда эти вряд ли были прямо связаны с его реформаторством. Можно с большой долей вероятности предполагать, что масонство интересовало Сперанского только с точки зрения возможности ис пользовать его в качестве силы, способной содействовать просве щению людей и их нравственному усовершенствованию. Но ма сонство начала XIX века было мало приспособлено к выполнению данной миссии. Оно являлось в то время, в сущности своей, орга низацией шарлатанов и интриганов со всеми характерными для та ких союзов таинственностью, символикой и обрядовостью.

В 1809 году по приглашению Сперанского в СанктПетербург приехал для преподавания еврейского языка в АлександроНевской духовной академии знаменитый теолог, сменивший римскокато лическую веру на лютеранскую, профессор восточных языков и гер меневтики Игнатий Аврелий Фесслер. Он был увлечен масонством и по приезде в Россию организовал здесь масонскую ложу «Поляр ная звезда», в основу идеологии которой положил разработанную им так называемую «сиентифическую (научную) систему масон ства». Данная система выдвигала на первый план в деятельности масонов просветительство и содействие нравственному усовершен

VI. Падение реформатора

115

ствованию людей. Именно поэтому к ложе И.А. Фесслера Спе ранский проявил особый интерес: он даже вступил в нее в 1810 году. Но, побывав на двух заседаниях данной ложи, Михайло Ми хайлович испытал глубокое разочарование и порвал с ней какую либо связь.

В масонстве разочаровывались тогда многие — даже те, кто в своем желании содействовать общественному прогрессу России уповали на революционный заговор. В масонские ложи охотно всту пали, например, будущие декабристы. Но и у них увлечение ма сонством сменилось охлаждением. Так, 5 ноября 1819 года Коми тет масонской ложи Трех Добродетелей постановил исключить из списка своих членов как «закрывших работы» С. И. Муравьева Апостола и Н. М. Муравьева. В этом же постановлении рядом с братьями, исключенными из числа членов ложи как «долговремен но отсутствовавшие, никакого известия о себе не сообщившие и не участвовавшие ни в каких обязанностях» под номером шестым зна чился и П. И. Пестель.

Император Александр первоначально не придавал масонским ложам большого значения, считал участие в них формой развлече ния и спасения от скуки, тяжело отравлявшей жизнь тогдашнего русского аристократа. Во второй половине 1811 года он переменил свой взгляд на масонство, стал относиться к масонским организа циям серьезно и с большой даже опаской. Из письма Александра к великой княгине Екатерине Павловне от 18 декабря 1811 года хо рошо видно, как боялся он в то время масонов — его пугало уже одно упоминание о них в переписке: «Ради Бога, никогда по почте, если есть чтолибо важное в ваших письмах, особенно ни одного слова о мартинистах». Такая перемена в отношении императора Александра к масонам в огромной мере была обусловлена резким усилением в рассматриваемый период постоянно пребывавшего в нем страха пасть жертвой заговора, подобно собственному отцу. Внушения Армфельда и Балашова о том, что Сперанский являет ся «главой» российского «революционного» масонства, записка гра фа Ростопчина о том же самом падали на подготовленную почву.

В конце октября 1811 года Армфельд и Балашов осуществили одну из самых хитроумных своих акций против Сперанского. Че рез посредство статссекретаря Государственного Совета Михаила Леонтьевича Магницкого интриганы обратились к реформатору с просьбой о встрече. Михайло Михайлович ответил согласием, и

116 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Жизнеописание М. М. Сперанского

встреча состоялась. На ней Армфельд с Балашовым предложили своему противнику учредить, объединившись с ними, секретный комитет для управления всеми государственными делами. Сперан ский сразу же отказался от участия в таком мероприятии, сказав при этом: «Упаси, Боже, вы не знаете государя, он увидит тут при косновение к своим правам, и нам всем может быть худо». О пред ложении шведского барона и русского министра он сообщил Маг ницкому, и тот дал совет немедленно рассказать обо всем госуда рю. Но Сперанский заявил, что не сделает этого, так как подобный поступок был бы «подлою интригою с его стороны». Иначе посту пили Армфельд и Балашов. Естественно, что инициатором пред ложения создать секретный комитет ими выставлен был Сперанс кий.

Прилагая разнообразные усилия к тому, чтобы окончательно скомпрометировать Сперанского в глазах государя, интриганы стре мились воздействовать на его величество не только прямо, но и косвенно — через посредство общественного мнения. Для возбуж дения русского общества против Сперанского интриганами был ис кусно пущен слух о том, что он якобы изменяет своему Отечеству, продавая известные ему государственные тайны врагу России На полеону Бонапарту.

Позднее император Александр сам будет опровергать слух о том, что его госсекретарь предавал Россию. «Сперанский никогда не был изменником Отечества, — скажет однажды его величество графу А. А. Закревскому, — но вина его относилась лично ко мне». Нечто подобное услышит от Александра в 1812 году и Н. Н. Ново сильцев. Император признается другу своей молодости, что не счи тает Сперанского изменником. «В действительности он виноват только против меня одного, — заявит Александр, — виноват тем, что заплатил за мою доверенность и дружбу самой черной, самой ужасной неблагодарностью». Данное признание во многом раскры вает ту роль, которую сыграла в судьбе Сперанского затеянная про тив него интрига. Посредством интриги его противники сумели вну шить Александру искаженный взгляд на действие своего госсекре таря. В каждом буквально поступке и слове Сперанского император начал усматривать какойто подвох, чтото направленное против него самого.

В измену Сперанского Александр поверить не мог, поскольку хорошо знал, что его госсекретарь при всех своих симпатиях к На

VI. Падение реформатора

117

полеону и французской системе управления делает многое для того, чтобы Россия как можно лучше подготовилась к войне с Фран цией.

Заключив Тильзитский мир, российский император затеял тем самым тонкую политическую игру с французским императором. Он не сомневался, что рано или поздно в ходе беспрестанных войн с соседними государствами Франция утратит свое экономическое могущество и военное превосходство. Внутренние противоречия наполеоновского режима резко обострятся и в конце концов вызо вут его крах. При такой перспективе Александр I считал благора зумным всячески воздерживаться от прямого военного столкнове ния с Наполеоном, но не препятствовать военным конфликтам Франции с другими странами, а определенным образом даже по ощрять их. Сперанский был чуть ли не единственным человеком из сановного окружения императора Александра, кто понял смысл его политической игры с Наполеоном. Потомуто он и стал в этой игре главным партнером своего государя.

С ведома, а возможно, и по совету Александра Сперанский вскоре после возвращения из Эрфурта близко сошелся с Арманом де Коленкуром, который с декабря 1807 года являлся французским послом в России. В течение 1809 года столичные жители часто ви дели их совместные прогулки и беседы. На этой почве впослед ствии и строились слухи об измене Сперанского в пользу Фран ции. Никто не знал тогда, что встречи Сперанского с французским послом были лишь прелюдией к более значительным событиям — приватным беседам Коленкура с самим Александром I. Они орга низовывались примерно так же, как некогда заседания «Негласно го комитета». Арман де Коленкур приглашался на обед и после обе да как бы ненароком задерживался за столом, тогда как другие го сти уходили. Беседуя с французским послом, Александр всячески старался убедить его в том, что испытывает глубокие и непоколе бимые дружеские чувства к Франции и ее императору. Польщен ный до глубины своей честолюбивой души той обходительностью, с которой обращался с ним российский самодержец, Коленкур и сам начинал верить в его искренность и склонял к тому же Напо леона.

В январе 1809 года Наполеон обратился через своего посла к российскому императору с вопросом, не поддержит ли он его сво ими войсками в случае войны с Австрией. Александр I ответил,

118 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Жизнеописание М. М. Сперанского

что если Франция вздумает воевать с Австрией, Россия выполнит свой союзнический долг — русские войска будут к ее услугам в любой момент. Наполеон принял эти заверения за правду и стал усиленно готовиться к войне. Между тем Александр дал понять австрийскому правительству, что в случае начала войны Австрии с Францией он и пальцем не пошевельнет, дабы помочь своему со юзнику. В марте 1809 года австрийская армия развернула актив ные военные действия против французских войск. Наполеон, опять таки через своего посла в СанктПетербурге Коленкура, стал на стойчиво просить российского императора о поддержке. Александр же каждый раз отвечал, что русские войска уже на границе и гото вятся к выступлению. Русские войска численностью в 70 тысяч че ловек в то время действительно были на границе, но во все про должение войны Франции с Австрией так и не двинулись с места. И лишь когда Наполеон вышел на берега Дуная и решил тем самым участь Австрии, император Александр дал приказ командующему этими войсками князю С. Ф. Голицыну перейти границу. В июле 1809 года русские войска без единого выстрела заняли польский город Краков. Война с Австрией закончилась. Россия не потеряла в ней ни одного своего солдата. Наполеон после этой истории стал догадываться, что Александр ведет с ним хитрую игру, но оконча тельно понял это лишь год спустя. И поняв, отозвал Коленкура из России.

Покинув СанктПетербург, Арман де Коленкур не прекратил своих сношений со Сперанским, а значит, и с российским импера тором. Они продолжали еще несколько лет переписываться. На за мену Коленкуру Наполеон послал в Петербург генерала Лористо уна.

Впоследствии Наполеон обращался с Коленкуром крайне пре небрежительно. Называл его «старым куртизаном петербургского двора». Однажды — было это в августе 1811 года — французский император имел у себя во дворце разговор с князем Александром

Борисовичем Куракиным

. В конце этого разговора Наполеон раз драженно заявил: «Что бы ни говорил гн Коленкур, император Александр хочет на меня напасть». Выпалив залпом все свои упре ки в адрес российского императора, он добавил: «Господин де Ко

Братом бывшего генералпрокурора и начальника Сперанского Алексея

Борисовича Куракина.

VI. Падение реформатора

119

ленкур сделался русским. Его пленили любезности императора Александра». Отойдя после этих слов от князя Куракина, Наполе он подошел к стоявшему неподалеку Коленкуру и с еще большим, чем прежде, раздражением сказал: «Разве не правда, что вы сдела лись русским?» «Я вполне хороший француз, государь, — отвечал Коленкур, — и время докажет вашему величеству, что я говорил вашему величеству правду, как верный слуга!» Услышав столь уве ренный ответ, французский император слегка стушевался и уже примирительным тоном, сдобренным улыбкой, сказал Коленкуру: «Я хорошо знаю, что вы честный человек, но любезности импера тора Александра вскружили вам голову, и вы сделались русским»

В 1811 году российский император подходил к пониманию не избежности военного столкновения с Наполеоном. Важнейшую роль в выработке у него такого понимания играл Сперанский. В течение 1810—1811 годов изпод пера госсекретаря одна за другой выходили записки, в которых он убеждал Александра в том, что война России с Францией неминуема, что Россия должна упорно готовиться к ней. В этих записках анализировалось состояние рус скофранцузских отношений, давалась оценка международному положению. Одновременно Сперанским разрабатывался конкрет ный план подготовки России к войне.

В первую очередь Михайло Михайлович советовал своему го сударю занять в отношениях с французским императором твердую позицию. «Необходимо, — подчеркивал он, — показать решитель ную твердость, что не токмо по видам пользы, но по совершенной необходимости мы принуждены удерживать прежние наши поло жения во всей силе. Податливости и снисхождения тут могут только поощрить предприимчивость Наполеона, а между тем готовиться

Разговор этот передал сам Арман де Коленкур — в своих мемуарах, по священных походу Наполеона Бонапарта в Россию. Бывший французский посол в России сопровождал своего императора в течение всего его похода до Москвы и во время отступления французской армии из России. Одна из глав мемуаров Коленкура называется «В санях с императором Наполеоном». То, что Наполеон взял Коленкура, пользовавшегося приязнью со стороны Александра I, в свой несчастный поход в Россию, является весьма примечательным фактом. Это яв ное свидетельство того, что французский император пошел со своей армией в Россию прежде всего для того, чтобы принудить российского императора за ключить с ним мир на новых, более выгодных для Франции, условиях. Наполе он Бонапарт имел достаточно ума, чтобы понимать, что завоевание России — идея совершенно безумная.

120 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Жизнеописание М. М. Сперанского

к неминуемой войне». Так ставился вопрос о взаимоотношениях России с Францией в записке Сперанского, поданной императору Александру 11 марта 1811 года. Проанализировав предшествую щие неудачные боевые действия русских войск с французскими, госсекретарь пришел к выводу, что главные причины неудач со стояли в отсутствии опыта и наличных денег. Россия вела войну в долг, оттого войска наши, отмечал он, бились «храбро на местах, но вперед никогда не подвигались». К настоящему времени рус ские войска, по мнению Сперанского, приобрели опыт. Задача зак лючается, следовательно, в том, чтобы приобрести денег. Для это го Михайло Михайлович предложил государю использовать энту зиазм населения: «Впрочем, хотя энтузиазму много верить и не должно, но нельзя отрицать, что энтузиазм есть великая мера, ког да не управляются им, а управляют. Известно же, что войны с Франциею у нас все желают, и нет, может быть, известия, которое принято бы было с равным восхищением. Не должно предаваться сему восхищению, но можно воспользоваться им в свое время сле дующим образом; 1) войну вести не в долг, но наличными деньга ми; 2) денег достать можно: а) посредством внутреннего окладного займа, расположенного по имуществу на дворянство и купечество… Заем у обоих состояний без всякого усилия составить может до ста миллионов рублей, б) заем серебром в посуде». По мнению Спе ранского, если готовиться к войне заблаговременно, то в нее мож но будет вступать с твердостью. Успех ее для России неизвестен, «однако из двух зол всегда надо выбирать меньшее: и война, ко нечно, лучше, чем потеря восьми западных губерний и все послед ствия этой потери».

«Во всех случаях должно быть уверенным, — взывал Сперан ский к императору Александру, — что Россию можно победить раз и два, но покорить ее, по самому физическому ее положению, не возможно».

Одновременно со сбором денежных средств госсекретарь со ветовал своему императору скрытно продвинуть ближе к границе войска и склады. В области внешней политики он желал государю наладить отношения с Англией, привлечь как можно больше союз ников на сторону России и изолировать ее потенциальных против ников. Рекомендации Сперанского на этот счет были весьма под робны и разумны. Неблагоразумно будет, заявлял он, «вступая в войну с Франциею продолжать ее с Англиею. Из сего само собою уже следует, что с первым, так сказать, выстрелом должно восста

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 1112 / 4812 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]