Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Юридические произведения-1

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

1 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 2122 / 4822 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 > Следующая >>>

XI. В последние годы царствования Александра I

211

9 октября 1820 года: «Если сердце моей Елисаветы спокойно: то нет для меня горестей на свете. Сие одно существенно; все про чее исчезнет, как мечта, как призрак при первом нашем взгляде друг на друга».

Где любовь — там и боль. Не бывает настоящей любви без боли. Любовь Сперанского к дочери насквозь пронизана была бо лью, и не только той далекой болью утраты, омрачившей радость ее рождения.

Из письма М. М. Сперанского к В. П. Кочубею

от 20 мая 1820 года:

«В заключение желал бы изъяснить все чувства благодарности моей за внимание ваше к моей дочери. Без нее собственные мои огор чения были бы для меня сносны. По счастию, я вхожу в такие лета, когда можно видеть их конец; да и чувственно личное с летами и с опытом слабеет. Но мысль, что она должна быть жертвою моих обстоятельств, есть поистине для меня убийственна».

Когда Сперанский возвратился в СанктПетербург, его доче ри шел уже двадцать второй год. Многие сверстницы ее были дав но уже замужем. Умная, образованная, приятная лицом и манера ми Елизавета могла кому угодно составить хорошую партию. От крытым оставался лишь вопрос, кому. Потому и стал Михайло Михайлович, оказавшись в столице, значительно чаще, чем это было прежде, ездить по обедам и балам. 14 октября Елизавета Ми хайловна Сперанская была пожалована во фрейлины к их импера торским величествам государыням императрицам Марии Федоров не и Елизавете Алексеевне. У нее появилось больше возможнос тей бывать в высшем свете.

Суженый для Елизаветы нашелся довольно быстро, и притом в весьма знатном доме. Мало того, в доме не кого иного, как давне го начальника и покровителя Сперанского графа В. П. Кочубея. На одном из обедов здесь Елизавета сумела понравиться его пле мяннику — сыну его родной сестры Александру Алексеевичу Фро ловуБагрееву, который занимал в то время пост Черниговского губернатора. Возможно, не обошлось без деятельного участия На тальи Кирилловны Загряжской. Сам Сперанский писал своей до чери 9 января 1823 года — уже после того, как брак ее совершился: «Наталья Кирилловна считает себя первым орудием твоего счас тия, что до некоторой степени и справедливо».

212 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Жизнеописание М. М. Сперанского

6 февраля 1822 года судьба Елизаветы решилась. Михайло Михайлович записал в этот день в свой дневник: «Понедельник. Объяснение А. А. [ФроловаБагреева] с Лизою у меня в кабинете. Сей нареченный и святый день, моя суббота. Сердце мое привыка ет к радости. Отсюда, с 6 февраля, начинается новая епоха моего бытия».

Бракосочетание Елизаветы Сперанской с ФроловымБагрее вым состоялось 16 августа 1822 года. Побыв около полутора меся цев в Петербурге, молодожены отправились в Чернигов. Чувство радости, которым последние полгода был охвачен Сперанский, кудато ушло — вместо него в душе возобладала горесть разлуки. «Письмо ваше из Томска, — писал он генералгубернатору Капце вичу, — дошло до меня в то самое время, как я занят был горест ною, хотя и предвиденною разлукою с моею дочерью. Не дорожу жертвами для ее счастия, но нужно время, чтоб снова привыкнуть к одиночеству».

***

20 января 1822 года Сперанский работал вечером в государе вом кабинете, когда пришел Аракчеев и сообщил, что его величе ство подписал указы по Сибири. Император Александр принял по чти все предложения Сперанского по реорганизации управления Сибирью, на что Михайло Михайлович не особо поначалу надеял ся. 26 января 1822 года вышел Высочайший Указ о разделении Си бири на Восточную и Западную; 22 марта были назначены в каж дую из этих частей генералгубернаторами выбранные Сперанским лица. Все это как будто свидетельствовало, что Михайло Михай лович опять становился влиятельным сановником.

29 июня 1822 года император Александр постановил, что Спе ранский будет управлять сибирскими губерниями до прибытия на значенных генералгубернаторов на места. Одновременно его ве личество издал следующее распоряжение: «Господину министру финансов. Тайному советнику Сперанскому Всемилостивейше по велеваю производить из Государственного Казначейства жалова нье и столовые, какие он получал по званию Сибирского Генерал Губернатора по двадцати по две тысячи рублей в год. Александр. В Сарском 29 июня 1822го».

Встречи и беседы государя со Сперанским по различным де лам государственного управления — главным образом, по реформе

XI. В последние годы царствования Александра I

213

управления Сибирью и по вопросам деятельности Комиссии зако нов — продолжались и во второй половине 1822 года. Правда, они стали более редкими. В 1823 году император Александр всего лишь трижды принимал Сперанского с личными докладами. А потом и вовсе перестал звать к себе.

Михайло Михайлович такое охлаждение к нему государя вос принимал совершенно спокойно — как должное. В начале 1823 года он писал дочери из Петербурга в Чернигов: «Здесь все попрежне му: те же балы, те же обеды, те же собрания — с тою для меня раз ницею, что в минувшем году я был у них в службе, а теперь в ожи дании чистой отставки; я пользуюсь всеми правами свободного, ни к чему не привязанного, равнодушного наблюдателя, и положение сие весьма для меня выгодно».

При таких обстоятельствах поддержанию высокого статуса Сперанского при царском дворе в значительной мере способство вал граф А. А. Аракчеев — главная опора Александра I в управле нии Российской империей. После того как Алексей Андреевич по мог опальному сановнику возвратиться на государственную служ бу, их переписка не прекращалась. Михайло Михайлович нашел в графе не только покровителя себе, но и человека, с которым он мог быть более откровенным в выражении своих мыслей и настроений, чем с кемлибо из других сановников. Кроме того, он понимал, что через посредничество Аракчеева можно быстрее и успешнее решать дела, связанные с его губернаторством. Именно по этой причине, отправляясь в Сибирь, Сперанский просил у графа дозволения от кровенно писать к нему «о деле и безделье» и слать непосредствен но в его адрес служебные донесения из Сибири, дабы они через него «получали бы разрешение». И Аракчеев действительно под держал предложения Сперанского по преобразованию управления Сибирью и внушил императору Александру мнение об их благо творности.

После возвращения Сперанского из Сибири в СанктПетер бург он действовал на государственном поприще в тесном союзе с графом Аракчеевым. Аракчеев и Сперанский выступали заодно при обсуждении реформы управления Сибирью в специальном коми тете, они хорошо дополняли друг друга в деле устройства военных поселений. Существовавший внутри системы военных поселений порядок регулировался множеством нормативных актов, которые были не согласованы один с другим, поскольку издавались от слу

214 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Жизнеописание М. М. Сперанского

чая к случаю, а часто даже противоречили друг другу. Эти акты необходимо было привести в некий единый свод. Решение данной задачи и призван был обеспечить Сперанский, известный своими способностями к систематизации различных материалов. 24 янва ря 1823 года император Александр распорядился создать «Комис сию составления проекта учреждения о военных поселениях». Для предварительного рассмотрения отдельных частей этого проекта его величество учредил Особый комитет из трех лиц: А. А. Аракчеева, М. М. Сперанского и начальника штаба военных поселений, кото рым в тот момент являлся генералмайор П. А. Клейнмихель. Дан ные решения государь принял по предложению Аракчеева и Спе ранского. Есть основания считать, что уже с осени 1822 года дела военных поселений стали для Сперанского столь же важной сфе рой государственной деятельности, какой были для него в то вре мя реформы управления Сибирью.

По просьбе Аракчеева Сперанский стал знакомиться с доку ментами, отражавшими состояние военных поселений. 22 марта 1823 года Михайло Михайлович сообщал графу, что читал отчет военных поселений «с таким же удовольствием, с каким читаешь путешествия в страны неизвестные». «Тот не имеет еще понятия о военных поселениях, кто удивляется их успехам, не зная, каких тру

дов стоили сии успехи»

, — услаждал он душу Аракчеева.

3 апреля 1824 года Сперанский писал Аракчееву: «Честь имею представить вашему сиятельству первое начертание введения к учреждению военных поселений». В этом «введении» Михайло Михайлович раскрывал понятие и причины учреждения военных поселений, принципы их устройства, выгоды, приобретаемые по селянами, и наконец, «общие государственные пользы военных поселений». В январе 1825 года записка Сперанского, названная им «введением к учреждению военных поселений», была выпуще на в свет в виде отдельной брошюры без указания имени ее автора и с названием «О военных поселениях». Отпечатана она была в типографии штаба военных поселений и предназначалась, как мож но догадаться по ее содержанию, для чисто пропагандистских це лей.

Полный оригинальный текст данного письма М. М. Сперанского графу А. А. Аракчееву хранится в аракчеевском фонде Российского государственного военноисторического архива (ф. 154. Оп. 1. Д. 131. Л. 315—316).

XI. В последние годы царствования Александра I

215

Любопытно, что в 1821 году Сперанский давал военным посе лениям отрицательную оценку. При возвращении в столицу из Си бири, он по пути из Москвы в СанктПетербург посмотрел, как жи вут военные поселяне. Свое впечатление от увиденного выразил

словами, которые записал в дневнике: «Fumus ex fulgore»

(«дым после молнии»), то есть — из великого ничтожное. Что же в таком случае означала его похвала военным поселениям в брошюре, из данной менее четырех лет спустя? С первого взгляда может пока заться, что Сперанский изменил свое мнение об этом явлении или же впал в угодничество, потрафляя настроениям императора Алек сандра. На самом деле, между оценками военных поселений в днев нике Сперанского, с одной стороны, и в брошюре, с другой, нет противоречий. Сперанский отрицательно оценивал практику осу ществления идеи военных поселений. Но всегда положительно от

носился к теории военных поселений

. Во «Введении к учреждению военных поселений», опубликованном в виде брошюры «О воен ных поселениях», Сперанский описывал идеальное военное посе ление. Первая глава этого сочинения была посвящена понятию во

енных поселений и причинам их установления

. Во второй кратко описывались «правила, принятые в учреждении военных поселе ний». В третьей главе излагались «выгоды, приобретаемые посе лянами взамен возлагаемой на них обязанности военной службы». Четвертая глава перечисляла «общие государственные пользы во енных поселений».

См.: Дневник графа Михаила Михайловича Сперанского: Возврат. С 8 февраля по 22 марта 1821 года // В память графа Михаила Михайловича Спе ранского. СПб., 1872. С. 101.

М. А. Корф считал, что высказанное Сперанским в брошюре «О военных поселениях» «похвальное слово учреждению, самому у нас непопулярному… дол жно смотреть единственное как на жертву, принесенную Сперанским своему положению» (Корф М. А. Жизнь графа Сперанского. СПб., 1861. Т. 2. С. 282). Думается, это слишком упрощенное объяснение рассматриваемого поступка Спе ранского. Приверженный к порядку во всем, сам стремившийся все упорядочи вать, Сперанский не мог не восхититься самой идеей военных поселений. Поло жительные стороны военных поселений, отмеченные Сперанским в посвящен ной им брошюре, — это не фантазия сановника, стремившегося угодить все сильному временщику, но очевидная реальность.

«Военные поселения, — писал Сперанский в рассматриваемой брошю ре, — суть часть общего народонаселения, особенно определенная к составле нию воинских сухопутных сил, к их пополнению и содержанию».

216 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Жизнеописание М. М. Сперанского

Данное в брошюре «О военных поселениях» краткое описа ние их устройства создавало весьма привлекательную картину быта военных поселян. При возложении на них обязанности военной службы их земельные участки не только сохранялись в их пользо вании, но и при недостаточных размерах расширялись за счет каз ны. Военные поселяне освобождались от податей и повинностей, которые несли обыкновенные крестьяне. В тех случаях, когда их дома и надворные строения приходили в ветхость, они исправля лись или отстраивались заново опятьтаки за казенный счет. При неурожаях или какихлибо стихийных бедствиях (пожарах или на воднениях) военные поселяне получали помощь из общественных запасов. Малолетние дети военных поселян получали образование за казенный счет. «Вообще в военных поселениях, — писал Спе ранский, подводя итог описанию выгод поселян, — имущества част ных лиц могут быть неравные; трудолюбие и промышленность бу дут всегда и везде иметь свои права на выгоды и преимущества, но соединением всех средств, выше сего означенных, в военных по селениях не может и не должно быть: ни сирот бесприютных, ни старости беспомощной, ни дряхлости оставленной, ни нищеты празд ной, ни разврата нравов, терпимого без средств исправления». Уст ройство военных поселений на практике не вполне соответствова ло их идеальному образу, нарисованному Сперанским. Но отме ченные им «выгоды» поселян не были обманом — их действительно стремился обеспечить при организации военных поселений глав ный начальник над ними — граф Аракчеев

Взаимоотношения Сперанского с Аракчеевым в последние два года правления Александра I были скорее взаимоотношениями двух друзей, нежели подчиненного со своим начальником. Михайло Михайлович не упускал случая сделать Алексею Андреевичу что нибудь приятное и поступал так явно не для того, чтобы лишний раз угодить ему как самому влиятельному в тогдашней России са новнику. Он хорошо понимал, что никогда не займет при импера торе Александре положения более высокого, чем то, которое в то время занимал. Да и большого желания снова вознестить на вер шину власти Сперанский в ту пору уже явно не испытывал. Жизнь его дочери была устроена так, как он и хотел. А собственная его жизнь была в достаточно мере длинной и тяжелой на события, что

См. об этом: Томсинов В. А. Аракчеев (серия «ЖЗЛ»). М.: Молодая гвар

дия, 2003. С. 322—337.

XI. В последние годы царствования Александра I

217

бы легко приземлять любые порывы наверх. «Жаль, что я старею, что слишком много в свете видел и наблюдал», — писал он своей дочери в апреле 1820 года — еще в то время, когда ему не исполни лось и пятидесяти. В 1824 году Сперанскому шел пятьдесят тре тий год, и за прошедшие четыре года он увидел в высшем свете еще больше такого, что могло вызывать единственное желание: ни когда этого света не видеть. Поэтому в отношении Сперанского к Аракчееву было тогда много искреннего. Во всяком случае, совер шенно искренней была его забота о здоровье графа, о его душев ном самочувствии. «Позвольте представить вашему сиятельству на дорогу ящичек лучшего зеленого чаю, на сих только днях из Кях ты полученного, и вместе с тем пожелать вам от всей души счаст

ливого пути и скорого к нам возвращения»

, — писал Михайло Ми хайлович графу Аракчееву 28 февраля 1824 года. «Весьма благода рен вашему сиятельству, — обращался он к Алексею Андреевичу 14 апреля 1825 года, — что прежде отбытия вашего буду иметь удо вольствие еще раз видеть вас и сопроводить теплыми моими жела ниями и молитвами Грузинского настоятеля. Примите милости вый государь свидетельство совершеннейшего почитания и предан

ности»

. «Отъезд Батенкова3 дает мне возможность привести себя на память вашему сиятельству и извинить беспокойство мое о ва шем здоровье. Из письма вашего к князю Петру Васильевичу вид но, что оно медленно поправляется, но я надеюсь, что весна и теп лые дни будут содействовать теплым нашим желаниям» — так пи сал Сперанский Аракчееву в письме от 5 мая 1825 года.

С весны последнего года правления императора Александра переписка этих самых знаменитых его сановников стала как ни когда частой. Михайло Михайлович писал письма или просто за писки Аракчееву по какимлибо поводам едва ли не каждую неде лю, а то и через дватри дня.

Когда 10 сентября 1825 года в Грузине была зарезана Наста сья Минкина, и Алексей Андреевич, потрясенный ужасной смер тью любимой женщины, заточил себя в своем имении, бросив все государственные дела, именно Сперанский стал главным его уте

РГВИА. Ф. 154. Оп. 1. Д. 531. Л. 54.

РГВИА. Ф. 154. Оп. 1. Д. 133. Л. 339.

Написание фамилии Батенькова без мягкого знака встречается в пись мах Сперанского. Сам Батеньков писал свою фамилию с мягким знаком. Этот знак он ставил в своей подписи.

218 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Жизнеописание М. М. Сперанского

шителем в этом несчастии. Он более двух месяцев находился ря

дом с едва не сошедшим с ума от горя Аракчеевым

Поведение Алексея Андреевича было тогда очень странным — граф отказывался возвратиться в столицу к государственным де лам, почемуто заговорил о своей скорой смерти и попрощался с

государем в письме к нему

. Он как будто знал, что никогда боль ше не встретится в своей земной жизни с императором Александ ром.

XII. СПЕРАНСКИЙ И ДЕКАБРИСТЫ

В августе 1825 года император Александр готовился к поезд ке на юг. Вечером 28го числа он более трех часов беседовал с Н. М. Карамзиным. Прощаясь с его величеством, историк сказал: «Государь! Ваши годы сочтены. Вам нечего более откладывать, а вам остается еще столько сделать, чтобы конец вашего царствова ния был достоин его прекрасного начала». Кивнув головой в знак одобрения, Александр ответил, что думал уже об этом и что непре менно все сделает: даст коренные законы России.

2 сентября, когда солнце еще только собиралось выходить из за горизонта, государь покидал СанктПетербург. Сразу за заста вой он приказал кучеру остановиться. Поднявшись на ноги, он с четверть часа стоял и молча смотрел на столицу. С места, на кото ром остановился экипаж, видна была в то время темная комета, простиравшаяся от горизонта вверх на огромное пространство. «Ви дел ли ты комету?» — спросил Александр у кучера. «Видел, госу дарь»,— отвечал тот. «Знаешь, что она предвещает? — продолжал Александр и, не дождавшись ответа, произнес: — Бедствие и го ресть». После этого помолчал немного и добавил: «Так Богу угод

Об этом свидетельствуют записки, которые столичные сановники слали во второй половине сентября 1825 г. к Сперанскому в Грузино. Они хранятся в аракчеевском фонде Российского Военноисторического архива. См., например, письма к М. М. Сперанскому Алексея Борисовича Куракина, написанные в Гру зино 15 сентября и 23 ноября 1825 г. (РГВИА. Ф. 154. Оп. 1. Д. 134. Л. 498, 516).

«Прощай, мой Отец, верь, что я, естьли буду жив, то буду тебе одному принадлежать, а умру, так душа моя будет помнить вашего величества обо мне внимание», — с надрывом писал граф Аракчеев императору Александру 27 ок тября 1825 г. См. подробнее об этой истории главу «Прощание» в книге: Томси нов В. А. Аракчеев. М.: Молодая гвардия, 2003.

XII. Сперанский и декабристы

219

но!» Это было последнее прощанье Александра с Петербургом. Впе реди его ждал Таганрог…

27 ноября в 4 часа утра в столицу примчался из Таганрога ку рьер. Он привез весть о том, что император опасно болен и вотвот умрет. Как и полагалось в таких случаях, назначено было молеб ствие о здравии. Сперанский вспоминал впоследствии об этом дне: «Одни отправились в 11 часов в придворную церковь, другие — в Невский монастырь. Я был в числе сих последних. Тут же были князь Куракин, Воинов и несколько генераладъютантов. Во двор це в это самое время, как священник готовился выходить к молеб ну, великий князь Николай Павлович вышел из алтаря и сказал: остановитесь, все кончено, повергся перед образом и потом повел духовника с крестом к императрице матери. В Невском, во время причастия, явился Нейгардт и объявил сию весть сперва Воинову: в одно мгновение ока она разлилась по всей церкви и обнаружи лась рыданием. Все отправились во дворец»

В тот же день, когда в столице получено было известие о смер ти Александра I, состоялась присяга новому императору. Присяг нули великому князю Константину. Император Александр не имел детей, а Константин был старшим из его братьев. Оттого общество именно его считало наследником самодержавной власти. В то вре мя лишь члены царской семьи да несколько сановников знали о том, что Константин еще в 1822 году отрекся от прав на престол, вступив в морганатический брак с польской дворянкой Иоанной Грудзинской, и что Александр I принял данное отречение и юри дически оформил его Манифестом от 16 августа 1823 года. Наслед ником престола стал в результате этого великий князь Николай Павлович. По ряду обстоятельств, известных более самому Алек сандру, Манифест не был объявлен для всеобщего известия. Ни колай Павлович оказался поэтому 27 ноября 1825 года в весьма сложном положении.

Трудности для него усугублялись нелюбовью к нему гвардии, которая не терпела его грубого и высокомерного обращения. Об этом великому князю Николаю прямо заявил в Госсовете, когда рассматривался вопрос о присяге, петербургский генералгуберна тор Милорадович. В результате Николай решил не вступать пока на престол и согласился на присягу Константину. Но великий князь

Сперанский М. М. Краткая собственноручная записка о событиях 27 но

ября 1825 г. // Отдел рукописей РГБ. Ф. 751. В. И. Саитов. К. 2. Ед. хр. 69.

220 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Жизнеописание М. М. Сперанского

Константин Павлович не принял переданной ему братом Никола ем императорской короны. Вместе с тем, он отказался ехать в Пе тербург для того, чтобы заявить об отказе от короны. Письмо же свое о данном отказе Константин составил в таких выражениях, что зачитать его публично было нельзя. Так Россия оказалась фак тически без царя.

События этого периода, длившегося 17 дней — с 27 ноября по 14 декабря 1825 года — достаточно подробно описаны в литерату ре, что избавляет меня от необходимости останавливаться на них. Скажу поэтому коротко: пока братья усопшего самодержца пере брасывали, словно мячик, от одного к другому корону Российской империи, в Петербурге окончательно созрел дворянский револю ционный заговор. Неразбериха в правительственных кругах, вол нение и ропот в дворянстве и народе возбудили в членах Северно го общества мысль о том, что «наступил час решительный, даю щий право изменить образ действия, постоянно сохраняемый в продолжение десяти лет, и прибегнуть к силе оружия… Дух Тай ного союза мгновенно заменился духом восстания».

День восстания назначен был на день присяги императору Ни колаю. Несмотря на то, что выступление декабристов организова но было из рук вон плохо: отсутствовал четкий план действий, стро гое распределение функций среди участников восстания и т. п. — несмотря на то, что восставшие не имели настоящего руководства, проявили нерешительность и совершили массу ошибок, они впол не могли победить 14 декабря 1825 года. Это признавали впослед ствии многие из присутствовавших в тот день на площади перед зданием Сената. Принц Евгений Вюртембергский в своих воспо минаниях перечислил причины, по которым заговор декабристов не имел успеха, но вместе с тем счел необходимым добавить: «И всетаки мы должны сознаться, что возможность полного ниспро вержения существующего порядка при данных, совершенно исклю чительных обстоятельствах, зависела от счастливой случайности»

Возможность успеха заговорщиков допускал и сам импера тор Николай. 12 декабря, будучи еще великим князем, он писал П. М. Волконскому: «Воля Бога и воля брата моего обязывают меня: 14 декабря я буду либо государем, либо мертвым. То, что про исходит со мной, невозможно описать. Вы было смилостивились

См. подробнее о возможности победы декабристов: Из воспоминаний

принца Евгения Виртембергского // Русский архив. 1878. Кн. 1. С. 330—358.

<<< < Предыдущая 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 2122 / 4822 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]