Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Югославско-советские отношения. 1939–1941
.pdf
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
C началом Второй мировой войны хрупкое югославское королевство было вынуждено определить свою внешнеполитическую
позицию. Ни ориентация на старых союзников Францию и Велико британию, ни сближение с новыми друзьями – Италией и Германией – в новых обстоятельствах не могли гарантировать безопасность югославских границ. Исчезновение Малой Антанты и все более
обостренные интересы балканских соседей только усугубляли страхи
югославов. Кроме того, глубокий внутренний кризис и ряд нерешенных проблем внутри страны ослабили потенциал внешней политики
Югославии. Опасаясь дальнейшего осложнения ситуации, югославское руководство направило свои усилия на восстановление дипломатических отношений с Советским Союзом, которые были разорваны с времен революционных событий в России. Уже осенью 1939
года югославское правительство предприняло попытки возобновить
дипломатические отношения с Советами. Однако опасения по поводу возможной реакции со стороны Великобритании, Франции,
Германии и Италии, а также начало советско-финской войны заставили югославское руководство отложить этот шаг. Все более явная
угроза нападения Италии после ее аннексии Албании, после которой
Югославия попала под прессинг Италии на юге и севере Адриатики,
вынуждала Югославию стремиться к сближению с Советским
Союзом. Переговоры о нормализации отношений между двумя странами начались в феврале 1940 года. Они увенчались подписанием
договора о межгосударственной торговле и судоходстве 11 мая 1940
года, который вступил в силу первого июня 1940 года. Еще во время
переговоров о взаимной торговле югославская сторона выразила свое
желание купить в СССР необходимое вооружение и военную технику. Советы со своей стороны не отказывались от такой возможности,
но откладывали этот вопрос для обсуждения на следующих переговорах. В то же время югославскую сторону также интересовала позиция СССР в случае нападения Италии и Германии на Югославию.
Осторожные Советы не сразу согласились на обсуждение этого вопроса, заявив, что это будет возможно только после установления
271
дипломатических отношений. Официально дипломатические отношения между Югославией и Советским Союзом были восстановлены 24 июня 1940 года. Этот шаг югославской дипломатии поддержали Великобритания и Франция, Италия открыто выказала свое
недовольство, а Германия, опасаясь усиления советского влияния
в Югославии, активизировала свое экономическое влияние на эту
страну, стремясь максимально осложнить как торговые отношения
между Югославией и Советским Союзом, так и возможное дальнейшее сближение двух стран. По немецким оценкам, установление дипломатических отношений между Югославией и Советским Союзом
дало мощный импульс не только коммунистическому движению, но
и всем русофильским тенденциям в стране, вселяя в югославов уверенность, что СССР защитит их от немцев и итальянцев.
После падения Франции утверждение собственной позиции на
Балканах стало для Советского Союза внешнеполитическим императивом. Тот факт, что германская кампания на западе победно завершилась всего через два месяца, был очевидным свидетельством, что
в ближайшем будущем Германия двинется на восток. Крах Франции
способствовал как советско-итальянскому сближению, так и преодолению существовавшего с начала войны 1939 года у Италии предубеждения против СССР, поскольку она боялась, что пакт Молотова –
Риббентропа, который касался и юго-восточной Европы, может
угрожать итальянским интересам в этом регионе. СССР со своей стороны опасался сближения между Муссолини и западными союзниками и, как следствие, возможных антисоветских политических комбинаций. Это играло на руку Германии, которая стремилась закрыть
Советам путь к Балканам. Конфликт вспыхнул после отзыва дипломатических представителей из Рима и Москвы. Давление Италии на
Румынию, чтобы она заняла более радикальную позицию относительно Бессарабии, и итальянско-венгерские переговоры о судьбе Балкан
особенно раздражали Москву. Главной задачей советской политики
было укрепление своего положения в Балканском регионе. В этой
ситуации СССР пытался сблизиться с Италией, чтобы усилить свои
позиции на Балканах, но после венецианской встречи итальянского
и венгерского министров иностранных дел, обсуждавших будущее
Балкан, произошло новое охлаждение советско-итальянских отношений. В то же время Германия, которая готовилась к нападению на
Советский Союз, не была заинтересована в открытом конфликте на
Балканах, поскольку это задержало бы реализацию ее планов и создало большие проблемы для потенциального нового фронта, угрожая
стратегическим линиям обеспечения и снабжения. Поэтому Берлин
подчеркивал необходимость решения балканского конфликта в сотрудничестве с СССР и Италией.
272
Страх Советов перед возможным вступлением Италии в войну
и угроза для Балкан с юга, как и итальянские опасения, что СССР
может прийти на Балканы с севера, вынуждали обе силы искать компромисс. Кроме того, Муссолини все больше отдалялся от западных
союзников, стараясь получить определенные гарантии со стороны
Сталина в отношении Балкан. Обе стороны ожидали скорого поражения Великобритании. В преддверии предстоящей мировой конференции, которая должна была определить контуры нового политического порядка в Европе, и СССР, и Италия стремились согласовать
свои интересы на Балканах, в районе проливов и в Средиземноморье.
Такой союз в идеале должен был стать противовесом сильному немецкому влиянию в Западной и Центральной Европе. Новое партнерство, которое стало подтверждением советско-итальянского пакта о ненападении 1933 года, совпало с присоединением Бессарабии
к СССР. Фактически речь шла о реализации соглашения о разделе
сфер влияния. За Италией признавалось право на защиту своих
интересов в Средиземноморском регионе, а за СССР – в бассейне
Черного моря, в то время как Балканы оставались в центре внимания обеих стран, что для Югославии, с одной стороны, открывало
возможность более удобного политического и стратегического позиционирования, в то время как с другой, это могло привести к пересечению итальянских и советских интересов на Балканах, что поставило бы Югославию в крайне незавидное положение. Таким образом,
принципы советской политики на Балканах начали формироваться
с расчетом на традиционную зону русского влияния в Болгарии и содействие ей в реализации территориальных притязаний во Фракии
и Добрудже, а также на признание венгерских интересов в Румынии.
Однако осенью 1940 обстоятельства изменились. Провал германских планов на победу над Великобританией, расширение вооруженного конфликта на Балканах, вход немецких войск в Румынию
и сближение Болгарии со странами «оси» вынуждали изменить подход к Балканам. Кроме того, прежние усилия Британии «разжечь
огонь на Балканах» противоречили стремлению СССР сохранить
мир в регионе. Со своей стороны Германия старалась, не начиная военных действия, обезопасить свои позиции в Югославии и тем самым
создать подходящую основу для успешного завершения итальянских
операций в Греции, а также обеспечить буферную зону на случай советского вмешательства на Балканах и сэкономить время для начала
операции «Барбаросса», запланированной на лето 1941 года.
Укрепление влияния Германии на Балканах поставило Югославию в сложное положение. Белград считал, что сила на стороне Германии, но симпатии населения на британской стороне.
Югославское руководство решило, что в этих обстоятельствах нужно
273
полагаться на Советский Союз, что было бы особенно выгодно для
Югославии в том случае, если Советы заняли бы нейтральную позицию. Советская сторона, стараясь не ставить под угрозу собственную
позицию в отношении Германии, пыталась ограничиться выражением понимания югославских усилий в направлении укрепления собственной политической и экономической независимости, в принципе
соглашаясь с запросами Югославии о закупке вооружения и военной
техники. Настойчивость СССР на расширении своего присутствия
в Югославии проявлялась как в регулярном взаимодействии по дипломатическим каналам, так и по линии Коминтерна, от которого
югославские коммунисты получили указание бороться за установление и укрепление союзных и дружественных отношений между
Югославией и Советским Союзом.
В то же время Германия, стремясь временно снизить напряженность на Балканах, 28 ноября 1940 года предложила югославскому
правительству подписать пакт о ненападении. Поскольку вскоре из
Белграда последовал положительный ответ, Берлин уже 22 декабря
предложил Югославии присоединиться к Тройственному пакту. Ту
же цель – ускорить сближение Югославии со странами Оси – имела
и германская поддержка венгерско-румынского пакта.
Столкнувшись с немецким давлением, югославское правительство, особенно военное руководство, стремилось получить военную
поддержку СССР. Советский Союз затягивал переговоры, при этом
давая понять югославской стороне, что она может рассчитывать на
советскую помощь и поддержку, но явно избегал окончательной договоренности, опасаясь реакции Германии. Югославские просьбы
Советы принимали сдержанно, не желая возможных провокаций.
Секретные переговоры между Москвой и Белградом о военном сотрудничестве внушали надежду, но югославско-советское сближение, которое, ко всему прочему, было обусловлено и немецкими
гарантиями Румынии, шло медленно, и тому были причины. Это
и осторожность СССР по отношению к Германии, и внутренний
кризис в Югославии, и плохое, прежде всего моральное, состояние
югославских вооруженных сил, а также отсутствие реальной возможности для поставки вооружения и военной техники, в которых нуждалась Югославия, в силу ненадежности маршрутов доставки груза
в связи со стремительным присоединением Румынии и Болгарии
к Тройственному пакту – все эти факторы мешали заключению договора о советской военной помощи. Уже в начале 1941 года было
ясно, что поставки военной техники Югославии сложно реализуемы,
что югославская армия не сможет противостоять немецкой агрессии
дольше двух недель и поставка советского вооружения, которого
и самой Красной армии в тот момент не хватало, так как она нахо-
274
дилась в процессе ускоренного технического обновления и модернизации, для СССР обернется потерей нескольких сотен самолетов,
танков и артиллерийских орудий и грозит серьезными провокациями
с немецкой стороны.
Поскольку в тот момент между СССР и Германией на Балканах
оказалась только Югославия, началась дипломатическая игра, которой попыталась воспользоваться Великобритания. Лондон заявил,
что Греция и Югославия не могут своими силами сопротивляться нападению и им нужна британская и советская помощь и что в случае
падения Югославии и Салоник проливы, представляющие жизненный интерес для Советского Союза, будут поставлены под угрозу.
Усиление германского давления на Югославию и решение югославского руководства – в лице князя-регента Павла и правительства – присоединиться к Тройственному пакту замедлило военные
переговоры с Советами. Советская сторона стремилась противостоять немецкому нажиму на Югославию расширением своего присутствия в этой стране, поощряя русофильское течение в обществе
и поддерживая коммунистов, которые получили указание решительно бороться против соглашения с Германией. В Москве также считали, что военный союз с Югославией будет фактором равновесия сил,
в том числе в переговорах с Германией. С другой стороны, немцы старались держать СССР как можно дальше от Балкан, давая им понять,
что оккупация Греции и присоединение Югославии к Тройственному
пакту ни в коем случае не поставят под угрозу советские интересы
в том, что касается проливов.
Давление Германии на Югославию усиливалось с весны 1941 года
по мере приближения даты немецкого нападения на Грецию. Этой
цели служили и германские предложения Югославии, в том числе Салоник и окрестностей, которые Белград получил в ходе
югослав ско-немецких переговоров о присоединении Югославии
к Тройственному пакту. В данных обстоятельствах югославское руководство старалось усилить свою позицию, играя на столкновении
интересов ведущих сил в регионе. Считалось, что Югославия может
использовать существующие между ними противоречия в своих интересах. В начале февраля 1941 года Югославия старалась добиться
от СССР какого-либо шага, который усилил бы ее положение. С этой
целью в конце февраля в Москву отправился и специальный эмиссар югославского правительства, бывший член организации «Черная
рука» подполковник в отставке Божин Симич. По сей день остается
неясной цель его миссии в Москве, но совершенно понятно, что задачей Симича, убежденного славянофила, человека, имеющего связи
в советских военных структурах, была деятельность, направленная
на заключение югославско-советского союза. Югославская внеш-
275
неполитическая позиция особенно усложнялась обстоятельствами,
вынуждавшими руководство страны ответить Великобритании на ее
прямой вопрос, какую позицию займет Югославия в случае нападения Германии на Грецию. Белград заявил, что Югославия будет сопротивляться в случае агрессии или попытки прохода иностранной
армии по ее территории, но она не в состоянии на себя взять какиелибо обязательства в случае нападения на Грецию.
Поскольку Германия явно спешила, с каждым днем она все сильнее давила на Югославию. Югославское руководство вступило
в переговоры с Германией, пытаясь обеспечить себе как можно более удобную позицию в преддверии резкого столкновения интересов
великих держав на Балканах, которое угрожало Югославии потерей
независимости. В ходе переговоров с Германией югославское правительство настаивало на сохранении нейтралитета, провозглашенного
в начале войны, на предоставлении гарантий, что от нее не потребуют
разрешить проход германских войск по своей территории, и обещании учесть ее интересы в Салониках. С другой стороны, Югославия
пыталась противостоять германскому давлению, укрепляя отношения с Советским Союзом. Так, в марте 1941 года было принято
решение обратиться к советскому руководству с предложением заключить военный союз, что в условиях растущего нажима Германии
должно было укрепить позицию Югославии и создать ей дополнительные возможности в ожидании более настойчивых требований
Германии определиться. Сближение с СССР помогло бы усилить
позиции Югославии в переговорах с Германией. Белград продолжал
также переговоры с Лондоном, который стремился обеспечить поддержку Греции, что предполагало вступление Югославии в войну на
стороне западных союзников и тем самым более глубокого фронта на
Балканах.
Столкнувшись с жестким немецким давлением, не имея четкого
ответа СССР и британских гарантий военной помощи, Югославия
была вынуждена присоединиться к Тройственному пакту. Само немецкое согласие принять югославские условия поставило Югославию
в практически безнадежное положение, поскольку она не могла отказаться принять собственные требования. Протокол о присоединении
Югославии к Тройственному пакту был подписан в Вене 25 марта
1941 года. Это стало причиной правительственного кризиса, вызвало в стране бурю недовольства и стало поводом для переворота, в результате которого было сформировано новое правительство во главе
с генералом Душаном Симовичем. В тот же день Гитлер подписал
решение о нападении на Грецию и Югославию. Хотя югославское
правительство, стремясь обеспечить себе необходимое пространство
для маневра, не отозвало решения о присоединения к Тройственному
276
пакту, Германия восприняла переворот как враждебный акт. Вскоре
началась концентрация немецких вооруженных сил на югославских
границах.
Роль СССР в путче 27 марта достаточно противоречива. Имеются
достоверные свидетельства, что советская сторона пыталась в последний момент отменить военный переворот, чтобы предотвратить
конфликт и сохранить для себя возможность участвовать в переговорах с Германией и Югославией. Ясно одно: путч в Белграде обеспокоил советское правительство и заставил его в момент, когда немецкая агрессия стала очевидной, попытаться отсрочить нападение,
подписывав соглашение о военном сотрудничестве с новым югославским правительством. Москва предполагала, что этот военный союз
вынудит Германию уступить и пойти на переговоры, что обеспечит
стабильность в Югославии и отсрочит войну с Германией. Военный
поход Германии против Югославии советской стороне мог принести
только краткосрочные результаты, отсрочку войны, но последствия
потери Югославии и полного немецкого доминирования на Балканах
стали бы роковыми для Советского Союза.
Столкнувшись с неизбежной угрозой войны, Югославия уже
28 марта обратилась к СССР с просьбой о поставке военной продукции, что советская сторона восприняла весьма позитивно. Югославский посол в Москве уверял советское руководство в том, что
югославской армии необходимы советские материалы для защиты
в случае нападения Германии, а также Югославия не закупает вооружение в Великобритании и не принимает от нее военную помощь,
чтобы не провоцировать Германию. Югославия выражала готовность
заключить военно-политический союз с СССР на условиях советской стороны. Югославия также была заинтересована в советском
посредничестве в Берлине с целью «смягчения» немецкой позиции.
Официальная Москва уже 31 марта положительно ответила на югославскую инициативу, а на следующий день официально поддержала югославскую позицию в отношении продолжения переговоров
с Германией. Стараясь заручиться советской поддержкой, Югославия
в то же время пыталась получить британскую помощь и рассчитывала на сотрудничество с Великобританией и Грецией, а также на
союзническую помощь от Турции. Начавшиеся англо-югославскогреческие переговоры не привели к подписанию какого-либо официального документа.
Советско-югославские переговоры начались 3 апреля в Москве.
Советская сторона была уверена, что югославское правительство
в случае агрессии настроено оказать решительное сопротивление
и готово защищать независимость Югославии. Было отмечено, что
стремление югославов отстоять свою независимость полностью со-
277
ответствует советским интересам, но в то же время любой советский шаг не может гарантировать Югославии, что нападения стран
«оси» не произойдет. Москва полагала, что в этом случае советская
поддержка будет иметь огромное значение для Югославии, что одновременно укрепит советские позиции на Балканах. Уже 4 апреля
советское правительство представило свой проект договора, с которым югославская сторона согласилась, пожелав, чтобы из договора
была вычеркнута клаузула о сохранении нейтралитета при нападении на одну из сторон договора, и попросила ускорить советские
военные поставки. В тот же день советское руководство согласно
действующему соглашению сообщило немецкому руководству, что
югославское правительство предложило заключить договор о союзе
и ненападении, а также что советское правительство приняло такое
предложение. Было подчеркнуто мнение советского правительства,
что этот шаг никоим образом не противоречит интересам Германии.
Советская сторона выражала надежду, что Германия сделает все, что
в ее силах, чтобы сохранить мир с Югославией. Немцы ответили, что
не считают удачным выбор момента для подписания такого договора и полагают, что он был обусловлен заявлением немецкого посла
в Москве Шуленбурга, который после советского сообщения о намерении подписать договор с Югославией, официально заявил, что
позиция Югославии не совсем понятна, что ясно говорило о планах
Германии в отношении югославского королевства.
Советы пытались смягчить немецкую позицию, отметив, что Югославия присоединилась к Тройственному пакту, а также что новое
правительство не имеет намерения расторгать существующий пакт,
в отношении которого СССР получил твердые заверения югославской стороны. Германия утверждала, что Югославия официально
не подтвердила присоединение к Тройственному пакту, и не скрывала своих сомнений относительно намерений югославского правительства. Советские уверения и просьбы не встретили понимания
германской стороны. СССР также открыто поддержал стремление
Югославии достичь соглашения с Великобританией, находя такой дипломатический шаг целесообразным. Очевидно, что цель Советского
Союза состояла в том, чтобы поддержать создание югославско-греческого фронта на Балканах с участием британских войск, который на
некоторое время отвлек бы на себя значительные немецкие силы. Со
своей стороны Советы были готовы тайно поддержать такой фронт.
В ночь с 5 на 6 апреля в Кремле был подписан договор о дружбе и ненападении между Югославией и Советским Союзом. В момент, когда
в Москве обе стороны ставили свои подписи под документом, германские войска вторглись в Югославию. Таким образом, опасаясь как
потери Югославии, так и возможной немецкой провокации, Сталин
278
после долгих колебаний решился на подписание с Югославией договора о дружбе и ненападении, видя в нем последнюю надежду на
возвращение Гитлера за стол переговоров. Югославское руководство
надеялось, что заключение договора с Советским Союзом поможет ослабить давление Германии и ее союзников и снять напряженность на
ее границах. Белград исходил из предположения, что сильная советская поддержка может заставить Германию пересмотреть свои планы
агрессии против Югославии, а также укрепит позицию Югославии
в ее отношениях с агрессивными соседями, недовольными итогами
Первой мировой войны и подпитываемыми территориальными амбициями, которые могут реализоваться за счет югославской территории. Кроме того, казалось, что Советский Союз – это единственная
страна, которая может предоставить Югославии современное вооружение и военную технику, в которых нуждалась ее армия.
В то время, когда началась церемония подписания пакта, в Кремль
уже поступило сообщение о намеченном на следующий день нападении Германии на Югославию. Судьба югославского королевства, как
и советской балканской политики, была решена. Советская военная
помощь не прибыла в Югославию. Советы сохраняли лояльность по
отношению к своему немецкому союзнику. СССР выразил сожаление в связи с началом войны на Балканах и осудил участие Венгрии
в нападении на Югославию. Спустя месяц, в начале мая, Москва официально разорвала дипломатические отношения с Югославией, чтобы возобновить их после германского нападения на Советский Союз.
Активность советской дипломатии на Балканах была обусловлена
стремлением Советов сохранить свой нейтральный статус и дистанцироваться от враждующих сторон, действовать осторожно с целью
ограничить распространение германского влияния, предотвратить
британскую инициативу и способствовать росту влияния местных
коммунистических партий и Советского Союза. Уже в марте 1941 года
стало ясно, что правительства балканских стран быстро отдаляются
от СССР. С другой стороны, обострение ситуации на Балканах пошло
на пользу советским интересам в регионе. Вооруженный конфликт на
Балканах радикально изменил советскую позицию. Первоначальные
попытки СССР разыграть «балканскую карту», имевшие целью новые советско-германские переговоры, в которых Балканы были бы
одним из самых важных пунктов, потерпели полное фиаско, что серьезно нарушило баланс политических сил в регионе не в пользу советских интересов. Поэтому Советский Союз, стремясь отсрочить нападение Германии, был вынужден демонстрировать свою лояльность
советско-немецкому пакту.
Несмотря на все усилия, Советский Союз не смог укрепить своего влияния на Балканах, которые оказались под решающим влия-
279
нием Германии и ее союзников. С другой стороны, быстрый разгром
Югославии и Греции привел к оккупации этих стран. Возникла такая
ситуации, в которой сама оккупационная политика Германии вела
к укреплению антигерманских сил и усилению влияния местных
коммунистических партий, а через них – влияния СССР, которое
в новых обстоятельствах имело и совсем другие формы. В этих условиях советская политика на Балканах приобрела совершенно новые
очертания.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]