Файловый архив студентов. Файловый архив студентов.
1329 вузов, 5502 предметов.
/ Регистрация
FAQ Обратная связь Вопросы и предложения
Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Башкирский Государственный Аграрный Университет
Предмет:
[НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Файл:

Уголовно-правовое воздействие. Идеология, цели и средства реализации. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
посвященных институту пробации, — одному из наиболее распростра­ненных правовых явлений, способствующих смягчению репрессии98.
Таким образом, воздействие на преступность в странах с англосак­сонской системой права представляет собой некий симбиоз собственно наказаний, мер безопасности, средств по контролю за лицами, совершив­шими преступления, и других способов принуждения, образуя единый механизм противодействия преступности.
Похожим образом складывается ситуация и в странах с континенталь­ной системой права. Так, профессор Х.-Х. Ешек, определяя процесс на­значения наказания, отмечает, что он «…охватывает не только то, что ка­жется по названию, не только установление наказания, но также услов­ное осуждение, предупреждение… отказ от наказания, назначение мер исправления и безопасности…»99, превентивное заключение, установле­ние надзора, запрет на профессию
100
и др. Суд имеет право назначить дан­ные меры как вместе с наказанием, так и вместо него. При этом примене­ние указанных мер регулируется специальным принципом соразмернос­ти, в соответствии с которым «мера исправления и безопасности не мо­жет быть назначена, если она не соответствует тяжести совершенных ли­цом или ожидаемых от него деяний, как и степени исходящей от него опасности» (ст. 62 УК ФРГ)
101
. Более того, по отношению к несовершен­нолетним принудительные меры вообще могут быть применены, когда недостаточно мер воспитательного характера, только в таком случае они реализуются в комплексе
102
. Допускаемая взаимозаменяемость собствен­но наказаний и мер безопасности свидетельствует об общем отношении к ним как к вполне равнозначным средствам воздействия на преступников, применение которых должно происходить в каждом конкретном случае в зависимости от тех или иных обстоятельств.
В соответствии с официальной доктриной система германского уго­ловного права является двухколейной (das zweispurige System), т. е. вклю­чает в себя два вида правовых последствий преступного деяния: наказа­ние (die Strafe) и меры (die Massnahme), что и образует уголовно-право-
98
CantonR. Probation. Working With Offenders. London–New-York, 2011 ; Mawby R.,
Worrall A. Doing Probation. Work Identity in a Criminal Justice Occupation. London, 2013.
99
JeschekH.-H.Lehrbuch des Strafrechts. 4 Aufl. S. 777.
100
Уголовный кодекс ФРГ / науч. ред. Д. А. Шестаков ; пер. с нем. Н. С. Рачкова.
СПб., 2003.
101
ЖалинскийА.Э. Современное немецкое уголовное право. М., 2006. С. 211.
102
Бибик О.Н. Введение в ювенальное уголовное право Германии : учеб. посо-
бие. Омск, 2009. С. 51.
51
вое воздействие как явление. В последние годы немецкие ученые отмечают возникновение третьей колеи — восстановления (die Wiedergutmachung)
103
«Немецкое уголовное право имеет в своем распоряжении широкий спектр возможных реакций на преступление. К нему относятся, прежде всего, как отягощающие наименьшим образом воздействия, регламентирован­ные § 153, 153а УПК Германии, возможности завершения процесса»
104
Этим, по мнению А. Э. Жалинского, подчеркивается, что «собственно уголовно-правовые санкции различного характера не исчерпывают воз­можности воздействия на субъекта уголовно-противоправного деяния и не всегда являются наиболее эффективными. Такой возможностью, в час­тности, является прекращение уголовного преследования в досудебных стадиях из соображений целесообразности»
105
.
Данный способ воздействия предполагает возможность возмещения вреда, уплату денежного взноса, выполнение различного вида обществен­но полезных работ и т. д. Воздействие подобного рода находит свое про­явление в так называемом молодежном уголовном праве. Вместе с тем в немецкой литературе ставится вопрос о дальнейшем развитии более ши­рокого подхода к системе правовых последствий совершенного лицом деяния. Эти последствия, по мнению некоторых исследователей, имеют именно уголовно-правовое происхождение. Так, профессор У. Вебер к правовым последствиям преступления, лежащим сегодня вне уголовного закона, относит § 823 Гражданского кодекса, предусматривающий возмож­ность возмещения вреда, причиненного общественно опасным поведе-
106
нием
. Из этого можно сделать вывод о том, что для немецкого, как и для российского, уголовного права весьма актуален спор о круге и характере уголовно-правовых мер воздействия, которые в обеих странах часто рас­сматривают в общей системе права, а не одной отрасли
107
. При этом в рамках немецкой уголовно-правовой доктрины все чаще встречаются выс­казывания о необходимости включения в перечень мер воздействия уго­ловно-правового характера и правил о возмещении причиненного вреда (меры добровольного сглаживания последствий преступления)
108
. Данный
.
.
103
Roxin Cl. Strafrecht. Allgemeiner Teil. Band 1. Verlag Beck. 3 Aufl. Muenchen,
1997. S. 3.
104
ШеферГ.Практика назначения наказания. Мюнхен, 2001. С. 7.
105
Жалинский А.Э.Современное немецкое уголовное право. С. 294.
106
Baumann О., Weber U., Mitsch W. Strafrecht. Allgemeiner Teil. Aufl. Bielefeld,
2003. S. 779–780.
107
Жалинский А.Э. Современное немецкое уголовное право. С. 294.
108
МейерБ.Д. Уголовно-правовые санкции. Берлин, 2001. С. 7.
52
подход является еще более широким, чем, например, представление о воз­действии исключительно как о карательных средствах или мерах без­опасности, нашедших свое закрепление в тексте уголовного закона.
На тенденцию расширения системы уголовно-правового реагирова­ния на преступность еще в конце 1970-х гг. указывал польский ученый И. Андреев. По его мнению, «эта тенденция в результате длительной эво­люции выражается в настоящее время в попытке создать новую систему уголовно-правовых мер»
109
, к которым он относил наказание, меры безо­пасности, меры исправительного характера и меры общественного воз­действия. О необходимости более широкого понимания уголовно-право­вого воздействия в 1980-х гг. также писал Ю. А. Воронин, отмечавший на Западе рост популярности мер безопасности, сопряженный с отожде­ствлением их с наказанием и постепенным включением в систему мер воздействия
110
. А. С. Червоткин полагал, что такой подход проявляется в советском уголовном законодательстве, и дополнительно указывал на воз­можность отнесения собственно к уголовно-правовому воздействию ад­министративного надзора за лицами, освобожденными из мест лишения свободы, либо использования в качестве альтернативы наказанию (пра­воограничения при отсрочке исполнения приговора)
111
.
По большому счету, данные работы выражали идею о фактической нецелесообразности и бесполезности реализации исключительно средств карательного воздействия на преступников многих категорий (педофилы, насильники, коррупционеры и т. д.). В подобных случаях, по мнению И. Анденеса, «основной целью вмешательства общества является фор­мирование уважения к социальным нормам, а не исцеление индивидов от их асоциальных наклонностей»
112
. Добиться от такого воздействия фор­мирования истинно нравственной позиции, потребности в соблюдении норм права и морали у преступника практически невозможно. Однако для уголовной юстиции второй половины XX столетия оказалось очевидным, что многие лица, преступившие закон, не поддаются ни нравственному, ни юридическому исправлению. Отсюда и формирование всей системы
109
Андреев И. Очерки по уголовному праву социалистических государств. М.,
1978. С. 123.
110
ВоронинЮ.А.Тенденции современной буржуазной уголовной политики. Во-
ронеж, 1984. С. 122–123.
111
ЧервоткинА.С. Цель специального предупреждения преступлений и сред­ства ее достижения при применении уголовного наказания // Актуальные вопросы борьбы с преступностью : сб. ст. Томск, 1989. С. 157–159.
112
АнденесИ. Наказание и предупреждение преступлений. М., 1979. С. 45.
53
уголовно-правового воздействия было сориентировано не на исцеление (исправление) индивидов, а на формирование у них уважения к соци­альным нормам
113
. Представленный подход повлек изменение отношения к самой системе конкретных мер принуждения, подчиненность которых началу целесообразности стала носить все более очевидный характер. Эта система с течением времени «подстраивалась» под конечный результат, обеспечение которого традиционными средствами становилось все слож­нее, что и предопределило направление ее развития
114
.
Сегодня принцип, базирующийся на более упрощенном подходе и широком отношении к мерам воздействия, лежит в основе правовых сис­тем большинства европейских государств и особенно ярко выражен в уго­ловно-правовых доктринах, а также законодательствах ФРГ, Австрии и Швейцарии
115
. По утверждению Н. Ф. Кузнецовой, «западногерманские правоведы считают, что отныне в ФРГ действует не традиционное уго­ловное право или Уголовный кодекс, а уголовное право и право безопас­ности. Они же делают прогноз, что в перспективе западногерманское уго­ловное право все меньше будет уголовным правом и все больше — пра­вом безопасности»
116
. В УК Австрии, помимо наказания, используется такое понятие, как «предупредительные меры», к ним, в соответствии с 3 разделом данного Кодекса, относятся помещение: в учреждение для пра­вонарушителей, страдающих психическими заболеваниями, на неограни­ченный срок (§ 19); в учреждение для алкоголиков и наркоманов на срок не более 2 лет (§ 22) или в учреждение для опасных рецидивистов на срок не более 10 лет (§ 23). Помимо этого, среди мер, не являющихся наказа­нием, но входящих в содержание воздействия, называют конфискацию и изъятие выгоды (§ 20, 20b, 26), а также отстранение от должности (§ 27).
Интересно, что установление конкретных сроков пребывания осуж­денных в данных учреждениях зависит не от степени тяжести совершен­ного преступления, а от степени опасности лица, т. е. от соображений
113
ТепляшинП.В. Кризис «идеала реабилитации» и возрастание роли концепции «контроля»: влияние европейской пенологической политики на отечественное зако­нодательство и практику его применения // Криминологический журнал. 2011. № 4. С. 64.
114
БавсунМ.В. Сравнительно-правовой анализ мер воздействия на преступность в зарубежном и отечественном уголовном законодательствах // Научный вестник Омской академии МВД России. 2010. № 4. С. 3–8.
115
Подробнее см.: ЩедринН.В.,ТерещенкоА.И. Меры безопасности в уголов­ном законодательстве России и некоторых европейских стран // Правовая реформа и зарубежный опыт : сб. науч. ст. Красноярск, 2000. С. 102–123.
116
КузнецоваН.,ВельцельЛ. Уголовное право ФРГ. М., 1980. С. 126.
54
целесообразности. Так, в соответствии с § 25 «предупредительные меры следует назначать на неопределенное время. Они должны назначаться так долго, как этого требует достижение их цели»
117
.
При этом такие правовые последствия преступления, как изъятие выгоды и конфискация имущества, также не относящиеся к наказанию, предусматривают возможность обращения не только той части имуще­ства, которое было получено в результате совершения преступления, но и использованного либо предназначенного для совершения преступления, независимо от категории его тяжести. Тем самым, во-первых, происходит восстановление имущественных отношений, возникших до совершения преступления, а во-вторых, осуществляется противодействие реализации дальнейшей преступной деятельности.
В УК Нидерландов еще в 1983 г. был включен раздел II-А, который и сейчас предусматривает «уголовно-правовые меры, назначаемые лицу, совершившему преступление, отличающиеся от наказаний по основани­ям и целям применения. Это конфискация имущества, изъятие доходов, полученных в результате преступления, возложение обязанности выпла­тить компенсацию потерпевшему, помещение в психиатрическую боль­ницу, выдача поручительного предписания о необходимости пройти пси­хиатрическое лечение»
118
. При этом основным принципом используемой системы воздействия является принцип целесообразности, под которым голландский законодатель понимает «соответствие намеченной цели и достигнутого результата»
119
.
Несмотря на официальный отказ еще в 1986 г. от «дуалистичной системы уголовно-правовых санкций, включавшей наряду с наказани­ями меры безопасности»
120
, уголовное законодательство Франции по­прежнему содержит меры воздействия, не являющиеся наказанием. «Так, в случае невменяемости и недостижения установленного в за­коне возраста, хотя уголовное преследование и прекращается, след­ственные и юрисдикционные органы могут признать лицо представ­ляющим опасность для общества и применить к нему какие-либо меры, не являющиеся наказанием: для малолетнего — меры воспи­тательного характера, для психически больного — меры медицинс-
117
Уголовный кодекс Австрии / науч. ред. Ю. В. Голик. СПб., 2004. С. 34.
118
ТарбагаевА.Н.Введение в уголовное право Нидерландов: основные институ-
ты Общей части. Красноярск, 2000. С. 58.
119
Там же. С. 13. См. также: Уголовныйкодекс Голландии. СПб., 2002.С. 123.
120
Уголовное право зарубежных стран. Общая часть / под ред. И. Д. Козочкина.
С. 134.
55
кого характера» тупает также конфискация имущества
121
. Одним из правовых последствий преступления выс-
122
. Во многом подобный подход французского законодателя обусловлен развитием уголовно-правовой док­трины. В связи с тем, что многие французские юристы в дуализме видят наилучший способ преодолеть крайности других систем
123
, развитие уго­ловного законодательства в части правовой регламентации мер воздей­ствия идет по пути стирания граней между собственно санкциями, мера­ми безопасности и иными мерами
124
.
В данном направлении преуспело и уголовное законодательство Ис­пании. Меры безопасности, в соответствии с УК этой страны, не только дополняют меры наказания. «В некоторых случаях даже можно говорить о взаимозаменяемости мер наказания и мер безопасности. Считается, что последние не менее эффективны с точки зрения достижения целей нака­зания»
125
. Более того, согласно ст. 99 УК Испании, в случае конкуренции наказания и меры безопасности в виде лишения свободы суд или трибу­нал может вынести решение о назначении меры безопасности, которая засчитывается за исполнение наказания. При этом в число собственно наказаний испанский законодатель включает, например, запрет на управ­ление транспортным средством, а к дополнительным последствиям со­вершенного преступления относит лишение права избирать или быть из­бранным и лишение права занимать определенные должности
126
. Все они, безотносительно к своему статусу как наказания или меры безопасности, должны применяться, что называется, по ситуации, в зависимости от спо­собности обеспечить достижение максимально эффективного и социаль­но полезного результата.
Аналогичным образом в части правовой регламентации воздействия на преступность ситуация складывается и в законодательствах большин­ства других европейских стран. Так, система воздействия на преступника в Швейцарии включает в себя комплекс таких мер, как наказание, меры
121
Клюканова Т.М. Уголовное право зарубежных стран: Германия, Франция,
Финляндия. СПб., 1996. С. 54.
122
Уголовный кодекс Франции / науч. ред. Л. В. Головко, Н. Е. Крылова ; пер. с
фр. Н. Е. Крыловой. СПб., 2002. С. 28.
123
КузнецоваН.,ВельцельЛ.Указ. соч. С. 127.
124
Преступление и наказание в Англии, США, Франции, ФРГ, Японии. Общая
часть уголовного права. С. 82.
125
МалиновскийА.А.Сравнительное правоведение в сфере уголовного права. М.,
2002. С. 156.
126
Уголовныйкодекс Испании. М., 1998. С. 34.
56
безопасности и др.
127
В Бельгии в рамках одной главы рассматриваются все способы воздействия на преступника, к числу которых законодатель относит собственно виды наказаний, меры полицейского характера, а так­же специальную конфискацию имущества и т. д.
128
То же самое можно сказать о законодательствах Швеции и Норвегии. Сконцентрированные в рамках самостоятельных глав меры воздействия относятся к группе пра­вовых последствий преступления, имея лишь внутреннюю структуру и разделяясь на наказания и иные меры или меры безопасности
129
. Все они представляют собой взаимосвязанную совокупность элементов, совершен­но необходимых для эффективного противодействия преступности. Глав­ное, чтобы каждая из составляющих системы приносила требуемый ре­зультат, была эффективна с позиции достижения целей уголовно-право­вого воздействия.
Эта идея в разные периоды развития континентального законодатель­ства находила и продолжает находить свое проявление практически во всех национальных уголовных кодексах. Так, еще в 70-е гг. XX столетия, несмотря на доминирующее в странах Восточной Европы мнение о бур­жуазном происхождении мер безопасности немедицинского характера, законодатель в ряде случаев использовал их в качестве специальных средств ресоциализации рецидивистов после отбытия ими наказания
130
Представляет в этом отношении интерес уголовное законодательство Че­хословакии (а теперь Чехии), где после отбывания срока наказания осуж­денный за совершение насильственного преступления на сексуальной почве не может выйти на свободу, пока врачи и суд не решат, что он пере­стал быть опасным для общества. В связи с этим ему назначается лечение в психиатрической больнице, которое часто длится по несколько лет. Паци­ент может избежать этого, лишь добровольно согласившись на кастрацию
131
Хирургическая кастрация как одно из средств предупреждения пре­ступлений, совершаемых на сексуальной почве, применялась и в таких традиционно благополучных странах, как Швейцария (начиная с 1892 г.), США, Норвегия, Швеция, Финляндия, Эстония, Исландия, Латвия и т. д. Так, в Дании в 1929–1959 гг. данное средство было применено к 738 пре­ступникам; в Германии с 1955 г. по 1977 г. — в 800 случаях, в Нидерлан-
.
.
127
Уголовныйкодекс Швейцарии. М., 2000. С. 18.
128
Уголовный кодекс Бельгии. СПб., 2004. С. 45–55.
129
Уголовный кодекс Норвегии. СПб., 2003. С. 37–43 ; Уголовный кодекс Шве-
ции. СПб., 2001. С. 201–210.
130
АндреевИ. Указ. соч. С. 78.
131
Сейм Польши разрешил химическую кастрацию педофилов. URL: http://
www.grani. ru/Politics/World/Europe/m.157804.html (дата обращения: 22.02.2010).
57
дах с 1930 г. по 1969 г. — 400 раз
132
. Позитивное влияние хирургической кастрации на исправление преступников было подтверждено не одним десятилетием ее использования в большинстве стран Западной Европы, а постепенный отказ именно от хирургического способа реализации кас­трации был обусловлен двумя аспектами: во-первых, ростом гуманисти­ческих настроений; во-вторых, появлением медицинских препаратов, спо­собных понижать количество тестостерона в организме человека без хи­рургического вмешательства, что сделало указанную меру более гуманной.
На этом основании можно сделать вывод, согласно которому комплекс мер безопасности может и должен применяться лишь в совокупности с на­казанием. Иначе достижение эффективного результата в ходе применения одной из составляющих воздействия будет крайне низким. Этот тезис под­тверждается проведенными в Канаде исследованиями, направленными на выяснение эффективности применения кастрации в отношении «сексуаль­ных преступников». Назначая лицам, совершившим насильственные пре­ступления на сексуальной почве, специальный медицинский препарат, по­давляющий сексуальное влечение, во время и после отбытия ими уголов­ного наказания, удалось добиться снижения рецидива с 80 до 4%
133
.
Длительный период применения физической кастрации в той же Че­хии, а в последние несколько лет ее более гуманной версии — кастра­ции химической, позволил полностью исключить рецидив по преступ­лениям указанной категории
134
. Столь феноменальный и позитивный результат данной меры стал возможен исключительно за счет ее исполь­зования в числе мер безопасности, а ее предупредительный эффект ока­зался значительно выше предупредительного эффекта наказания. Учи­тывая накопленный опыт применения рассматриваемого средства про­тиводействия конкретному посягательству, его стали перенимать и дру­гие страны. Так, в 2010 г. его начали использовать в Израиле; в 2011 г. — в Польше
135
; в январе 2013 г. — в Южной Корее
136
. Идут активные об-
132
HarrisonК. Managing High-Risk Sex Offenders in the Community. Portland, 2010.
S. 106.
133
TheLos Angeles Times. 1996. 18 September. Аналогичная тенденция была выяв-
лена и в Дании: Times. 1996. 31 August (6-a).
13 4
Кастр ировать насильников нужно по теории Ломброз о. URL: http://
newsland.com/news/detail/id/697155/ (дата обращения: 26.02.2013).
135
Там же.
136
Первый педофил приговорен к химической кастрации в Южной Корее. URL:
http://comments.ua/world/380467-perviy-pedofil-prigovoren.html (дата обращения:
26.02.2013).
58
суждения о необходимости включения химической кастрации в УК Кыргызстана
137
.
Целесообразность в данном случае является доминирующим прин­ципом, объяснимым желанием государства сдерживать динамику разви­тия преступности, что возможно лишь при наличии гибкой и в то же вре­мя жесткой системы противодействия подобному явлению. При этом гла­венствующая роль в такой системе не может принадлежать ни одному из видов воздействия, что обусловлено целями каждого из них. Нет сомне­ний, что карательный механизм находит свое максимальное проявление в наказании. Однако оно совершенно бессильно в случаях совершения пре­ступлений невменяемыми, несовершеннолетними и тем более малолет­ними. Или, например, снижение уровня рецидивной преступности воз­можно часто за счет мер, не относящихся к наказанию, что также являет­ся воздействием и направлено на предупреждение преступлений. Важна именно совокупность указанных мер, а не каждая в отдельности, так как невозможно достижение требуемого исключительно через использование карательного потенциала санкции, который может быть взят лишь за ос­нову, да и то не в каждом случае. Остальное воздействие, как показывает современный мировой опыт, строится преимущественно на способах вли­яния, которые не связаны с карой, т. е. через меры безопасности и иного воздействия, перечень которых сегодня значительно шире их аналогов, существующих в УК РФ.
В зарубежной уголовно-правовой доктрине, а соответственно, и в законодательстве немного уделяется внимания вопросам правовой при­роды каждой меры в отдельности. Их решение носит гораздо более прак­тическую направленность. И если то или иное средство воздействия спо­собно оказывать положительный эффект на противодействие преступно­сти, значит, оно должно найти свое место в системе воздействия. Подчи­ненность началам целесообразности в таких случаях несомненна, и именно она выступает основным критерием в процессе определения видового содержания перечня мер принуждения. В данном случае, полагаю, пол­ностью следует согласиться с Н. В. Щедриным в том, что «меры безопас­ности и наказания не разделены “китайской стеной”. В наказании есть элементы мер безопасности, а правоограничения, составляющие основу мер безопасности, могут восприниматься как карательные»
138
. «В чистом
137
Фракция СДПК поддержала законопроект о химической кастрации педофи­лов. URL: http://kant.kg/2013-02-08/fraktsiya-sdpk-podderzhala-zakonoproekt/ (дата об­ращения: 26.02.2013).
138
ЩедринН.В.,ТерещенкоА.И. Указ. соч. С. 104.
59
виде наказания и в чистом виде меры безопасности в жизни встречаются очень редко. Данные меры в зависимости от обстоятельств могут допол­нять либо заменять друг друга»
139
. На это же обстоятельство обращал вни­мание и Ф. Лист. По его мнению, «каждое наказание есть мера безопас­ности, каждая мера безопасности есть отчасти наказание»
140
.
Из этого следует, что сама терминология, применяемая для обозначе­ния средств принуждения, не настолько принципиальна, важен исповеду­емый законодателем подход относительно возможных пределов их реа­лизации. Так, в УК Китайской Народной Республики все меры уголовно­правового противодействия преступности применяются под эгидой на­казания. Наказание в этом УК делится на определенные виды, но тем не менее остается именно таковым, не подразумевая каких-либо иных спо­собов принуждения. Однако перечень конкретных его видов, предусмот­ренный в Кодексе, свидетельствует о более широком понимании данно­го института, допускающем выход за рамки его карательного содержа­ния. Указанное обстоятельство позволяет китайскому законодателю в рамках наказания использовать практически любые средства противо­действия преступности, которые способны приносить положительный результат, в частности, надзор, краткосрочный арест или лишение по­литических прав, где отсутствует традиционный для наказания каратель­ный элемент
141
.
Аналогичная картина наблюдается в уголовных кодексах Японии и Австралии. Например, в первом на нормативном уровне речь идет лишь о наказании, которое может видоизменяться в процессе его назначения (не­совершеннолетним, невменяемым и т. д.) или отбывания, но по-прежне­му оставаться в том же статусе. При этом перечень видов наказаний так­же имеет самый разнообразный характер, допускающий наличие в его рамках средств, в том числе не имеющих карательного содержания
142
. Во втором случае законодатель оперирует категорией «уголовная ответствен­ность», подразумевающей наличие комплекса мер воздействия без их де­ления на различные формы
143
, что снимает вопросы о сущности того или
иного средства противодействия преступности.
139
Щедрин Н.В. Введение в правовую теорию мер безопасности. Красноярск,
2000. С. 71.
140
ЛистФ. Задачи уголовной политики. М., 2004. С. 56.
141
Уголовныйкодекс Китайской Народной Республики. URL: http://constitutions.ru/
archives/403 (дата обращения: 15.04.2013).
142
Уголовныйкодекс Японии. СПб., 2002. С. 53.
143
Уголовный кодекс Австралии. СПб., 2002. С. 32.
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Помощь Обратная связь Вопросы и предложения Пользовательское соглашение Политика конфиденциальности