Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Уголовно-правовое воздействие. Идеология, цели и средства реализации. Монография
.pdf
казания» указывается на обязанность судов обеспечивать индивидуальный подход к каждому осужденному45. О необходимости индивидуализации наказания говорится и в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда
Российской Федерации от 29 октября 2009 г. № 20 «О некоторых вопросах судебной практики назначения и исполнения уголовного наказания»46.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11
января 2007 г. № 2 «О практике назначения судами уголовного наказания»
сделан акцент на индивидуализации наказания, а также целесообразнос-
ти назначения дополнительных видов наказаний.
Практика всегда находила возможность реализовывать свои потребности, основанные на условиях объективной действительности. Причем
осуществляется это не только в рамках постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, но и в решениях его Коллегии и Президиума по уголовным делам, которые также вынуждены выходить за рамки существующих принципов. В связи с этим постоянное давление испытывают такие начала, как законность и вина, спорность законодательных
формулировок которых сегодня наиболее велика. Острота проблемы,
а также отсутствие реальных предпосылок к ее решению в уголовном законодательстве позволили сформулировать в теории уголовного права позицию о необходимости простого перечисления в законе принципов, без
определения их содержания48. И несмотря на неоднозначность восприятия представленной точки зрения49, следует признать, что ее реализация в
законе позволит снять большинство проблем, вызванных разночтениями
в толковании положений, раскрывающих содержание каждого принципа
в отдельности.
Указанные факты несоответствия самой системы принципов (включая и содержание персонально каждого начала) условиям действительности свидетельствуют о том, что она явно не отражает современные потребности специального предупреждения преступлений, эффективность
которого порой обеспечивается мерами, выходящими за рамки традиционных идей и правил, такими как объективное вменение, аналогия, на-
47
45
БюллетеньВерховного Суда Российской Федерации. 2009. № 7. С. 2–6.
46
Рос. газета. 2009. 11 нояб.
47
БюллетеньВерховного Суда Российской Федерации. 2007. № 4. С. 7–15.
48
МальцевВ.В. Принципы уголовного законодательства и общественно опасное
поведение // Гос-во и право. 1997. № 2. С. 102.
49
На спорность указанного мнения обращают внимание Ю. Е. Пудовочкин и
С. С. Пирвагидов, отмечая, что подобный подход приведет лишь к расширению субъективного критерия в толковании принципов уголовного права (Пудовочкин Ю.Е.,
ПирвагидовС.С.Указ. соч. С. 83).
141
рушение равноправия граждан перед законом и т. д. В свою очередь, названные явления, в силу уже сложившегося определенного консерватизма и сформировавшихся парадигм уголовного права, имея свое выражение в отдельных предписаниях и определяя направление реализации мер
воздействия, пока не могут занять свое место среди общеобязательных
правил, так же, как и индивидуализация наказания, дифференциация ответственности, целесообразность, экономия мер уголовной репрессии и
другие специальные принципы.
Между тем отступления от генеральных идей часто необходимы, главное, чтобы они соответствовали в целом идеологической концепции уголовно-правового воздействия. Без данных отступлений порой страдает
результат воздействия, оказываясь в конкретном случае неспособным чтолибо противопоставить совершенному преступлению, личности преступника, в целом преступности как социальному явлению. Закон не содержит на этот счет никаких пояснений, исключений из правил, дополнительных комментариев и т. д.
Интересно в этом отношении зарубежное, в частности, немецкое законодательство, также строящееся на базовых началах, в том числе и на
начале законности. Несмотря на обязательность приведенного принципа,
все действующие сегодня земельные полицейские законы и законы о поддержании порядка содержат одинаковую генеральную идею, согласно
которой полиция и органы порядка могут на основе должностного усмотрения принимать меры по вмешательству в права и свободы граждан, когда есть опасность либо создана помеха общественному порядку и общественной безопасности50. Более того, на уровне правовой регламентации
так называемых полицейских мер воздействия, которые полностью согласуются с нормами уголовного законодательства, на основании принципа «эффективного отражения опасности» возможно воздействие на лиц,
не являвшихся источником опасности51. Указанные положения безусловно выходят за рамки принципа законности, однако они явно целесообразны, эффективны и необходимы для получения требуемого результата52.
Они четко прописаны в законе, что исключает возможность неограниченного и совершенно ничем не обоснованного усмотрения со стороны лиц,
их применяющих. Все исключения строятся не на желании государства
еще раз вмешаться в права и свободы человека, а на острой потребности
обеспечения безопасности общества и своих граждан. Данная цель уго-
50
Schenke W.-R.Polizei- und Ordnungsrecht. Heidelberg, 2002. Rn. 48.
51
OVG Munster, DVBI. 1973. S. 928.
52
Maurer H. Allgemeines Verwaltungsrecht. Aufl. Munchen, 1992. S. 108.8.
142
ловного закона и определяет затем характер выбираемых мер воздействия
на лиц, совершивших преступление. Подобными же соображениями объясняется наличие в ряде стран Западной Европы так называемых продленных сроков лишения свободы, превентивного заключения, применения
иных мер воздействия к тем, кто уже отбыл наказание53. Наличие каждой
из обозначенных мер объясняется простым желанием государства оградить себя от наиболее опасных преступных проявлений, что и составляет
основу большинства исключений из того или иного правила.
В отечественном законодательстве ситуация в этом отношении принципиально иная. Исключения из принципов носят спонтанный, неорганизованный характер, не имеют соответствующего отражения в законодательстве. Они не вытекают из целей уголовного закона в связи с отсутствием таковых, что неверно с позиции системного подхода к построению закона. Такое положение дел, когда изначально декларируемые на
уровне принципов основополагающие идеи не применяются затем соответствующим образом в реализации законодательных предписаний, нельзя
назвать удовлетворительным. Формулируя основные начала, законодатель
в первую очередь желает их последующего внедрения в жизнь через применение уголовно-правовых норм. Отсутствие должного применения того
или иного начала приводит к подрыву авторитета как самого уголовного
закона, так и непосредственно уголовно-правового воздействия на лиц,
совершивших преступление.
Несоответствие воздействия началам, которые должны носить базовый характер, свидетельствует об относительной самостоятельности или
даже оторванности практики от концептуальных идей уголовного законодательства. В действительности правоприменителю приходится подстраиваться под конкретные обстоятельства применения уголовно-правовых
норм. Выбираемые средства далеко не всегда, как это было показано выше,
соответствуют формулируемым на законодательном уровне принципам.
Выбор часто является вполне осознанным и неизбежным, иначе, уголовная ответственность в случаях, когда она необходима для общества, останется нереализуемой. Все это указывает на явное преобладание целесообразности в воздействии на лиц, совершивших преступление, которая
существует объективно, независимо от желания или нежелания уголовно-правовой доктрины воспринимать ее как самостоятельную, имеющую
важное значение категорию.
В последнее время в различных исследованиях регулярно подтверждался факт учета судами отягчающих обстоятельств, не нашедших своего
53
Более подробно об этом изложено в рамках § 3 главы I данного исследования.
143
отражения в ст. 63 УК РФ, что, как известно, прямо запрещено в ч. 2 данной статьи54. Так, В. В. Бражников в своей диссертации пришел к выводу
о назначении судами наказания выше его среднего значения при наличии
в уголовном деле данных, которые подтверждают умысел лица на уклонение от уголовной ответственности на стадиях предварительного расследования и рассмотрения уголовного дела в суде. Автор отмечает, что «непосредственно в обвинительном приговоре суда указание на цель “ухода”
от ответственности происходит не в рамках той его части, где раскрываются все отягчающие обстоятельства, а несколько ранее, до их описания
в тексте официального документа. Однако во всех случаях его упоминания в приговоре размер ответственности выше, нежели когда такого упоминания нет»55. В связи с этим складывается ситуация, когда правоприменитель, с одной стороны, действует строго по букве закона, не нарушая
запрета на расширение содержащегося в ст. 63 УК РФ перечня отягчающих обстоятельств, а с другой — формально не включив анализируемый
признак в обстоятельства, оказывающие влияние на размер ответственности в рамках конкретного уголовного дела, идет по пути усиления мер
репрессии в подобных случаях.
Таким образом, формально не нарушая требований уголовного закона, правоприменитель в ряде случаев приходит к выводу о необходимости ужесточения наказания на основе факторов субъективного характера,
которые нормативно нигде не закреплены. Интересно, что абсолютное
большинство опрошенных автором судей (86 из 123) на вопрос: «Может
ли на мнение судьи относительно увеличения размера наказания повлиять какое-либо из обстоятельств уголовного дела, которое не нашло свое-
54
Данное положение уголовного закона дополнительно находит свое подтверждение в тексте руководящего постановления Пленума Верховного Суда Российской
Федерации. Согласно его п. 10, «…перечень отягчающих наказание обстоятельств
является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит, а их установление имеет существенное значение для правильного решения вопроса об индивидуализации наказания» (Опрактике назначения судами Российской Федерации
уголовного наказания : постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 января 2007 г. № 2 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2007. № 4. С. 7–15). Такое же положение содержалось и в ранее действовавшем
постановлении 1999 г. (Опрактике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания : постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 1999 г. № 40 // Рос. газета. 1999. 7 июля).
55
Бражников В.В. Отягчающие обстоятельства, относящиеся к субъективной
стороне преступления: вопросы квалификации и уголовной ответственности : дис. …
канд. юрид. наук. Омск, 2010. С. 111–112.
144
го отражения в ст. 63 УК РФ?» — дали утвердительный ответ. Вновь необходимо вести речь о формальном соблюдении принципа законности,
что осуществляется за счет невключения того или иного факта в перечень
отягчающих обстоятельств в тексте приговора, и в то же время о фактическом усилении наказания в случае, если такой факт характеризует данное преступление56.
На этот факт обращается внимание и в современной юридической
литературе. Так, по данным, полученным О. А. Мясниковым, в 34,6% изученных им уголовных дел суды ссылались на отрицательные характеристики личности виновного и другие негативные обстоятельства, не предусмотренные ч. 1 ст. 63 УК РФ. Ученый также приводит результаты исследования уголовных дел в Республике Беларусь, где наблюдается более
частое применение не указанных в законе отягчающих обстоятельств. При
назначении наказания суды в 47% уголовных дел в качестве критериев
усиления репрессии использовали сведения о личности и другие негативные обстоятельства, которые в Кодексе не нашли нормативного выражения57. Законность в подобной ситуации начинает носить весьма формальный характер, уход от нее становится, по сути, обыденностью.
Нарушение пределов основополагающих идей, а часто и вступление
с ними в прямое противоречие, как было уже отмечено, представляет собой не столь уж редкое явление. Более того, требования принципов уголовного права сегодня молчаливо игнорируются. Можно констатировать,
что «принципы не определяют содержание уголовно-правовых решений,
не препятствуют законодателю и правоприменителю действовать без оглядки на исходные начала отрасли, выступают прикрытием концептуальных нарушений уголовного закона»58. В связи с этим складывается опасная ситуация, когда наблюдается разрыв между идеологией, формируемой в законе, и его реальным практическим применением. Дело в том,
что, создавая соответствующую идеологическую основу Уголовного кодекса
в том числе посредством указания его основополагающих принципов, законодатель сам же становится их заложником. Связано это с тем, что средства, которые должны проявляться в законодательных предписаниях, не
могут не отражать волю законодателя, они должны быть ей полностью подчинены, находясь при этом в рамках указанных в законе принципов.
56
Там же.
57
МясниковО.А.Смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства в теории,
законодательстве и судебной практике. М., 2002. С. 156.
58
БабаевМ.М.,ПудовочкинЮ.Е. Принципы уголовного права и условия их ус-
тойчивого развития // Библиотека криминалиста. 2012. № 1. С. 12.
145
Однако несовершенство последних, их неполнота и несоответствие
условиям действительности неизбежно влекут и выбор аналогичных
средств, либо оказывающихся не способными к эффективному воздействию на лиц, совершивших преступление, либо подвергающихся серьезной корректировке в практической деятельности правоохранительных
органов. И то и другое распространяют крайне негативное влияние в целом на результаты уголовно-правового воздействия, которые не могут не
зависеть от их средств, также формулируемых и существующих в русле
строго определенных идей. Данное обстоятельство объясняет тот факт,
что «принципы имеют не только и не столько научное, сколько практическое значение, так как реализация уголовного права, осуществляемая в
соответствии с научно разработанными принципами, обеспечивает эффективность уголовного права и уголовной политики»59.
Слабость принципов уголовного права во многом объясняет и неэффективность выбираемых при этом средств воздействия на лиц, совершивших преступление. Следовательно, первичный характер основополагающих идей указывает на необходимость более взвешенного подхода к
их формулированию в законе для последующего создания действительно
эффективных средств предупреждения преступлений. Таким образом,
связь принципов уголовного права, несмотря на их отчасти декларативный характер, с конечным результатом воздействия на названных выше
лиц является прямой. Более того, ослабление такой взаимосвязи оказывает самое негативное влияние на итоговые результаты предупреждения
преступлений.
Между тем уже происшедший разрыв концептуальных идей законодателя с реальной практикой применения ряда положений УК РФ был
неизбежен изначально. Обусловлено это тем, что существующая система
принципов, основываясь на Конституции РФ, не содержит того, что отображало бы суть именно уголовно-правового воздействия. В ней нет ничего собственно своего, что было бы характерно для данной сферы правовых отношений. Система принципов, базирующаяся исключительно на
конституционных началах, при всей их важности и значимости для любой отрасли права, не позволяет отобразить специфику происходящих процессов в системе уголовно-правового воздействия. Соответствие уголовного закона конституционным основам обязательно, оно представляет
собой залог единства концепции правовой политики государства в отношении своих граждан. Однако каждая сфера правового регулирования
59
ЛопашенкоН.А. Основы уголовно-правового воздействия. СПб., 2004. С. 159.
146
обладает собственными, присущими только ей чертами и, следовательно, может и должна содержать типичные только для нее принципы, без
которых существование данной отрасли либо невозможно, либо крайне
неэффективно.
Полагаю, что во многом это вытекает из целей уголовного законодательства, обеспечению которых и должны служить принципы уголовного
права. Сегодня их просто нет, что и объясняет отсутствие в системе основополагающих начал, при всей важности их роли в сфере уголовно-правового воздействия, именно тех особенностей, которые характеризуют
данную отрасль права. При этом следует вести речь не только и не столько
о необходимости включения в существующую систему ряда специальных
принципов, сколько о целях уголовного закона (целях уголовно-правового воздействия), потому как именно они должны определять перечень тех
принципов, которые должны найти свое отражение в уголовном законе.
Без четкого представления о целях Уголовного кодекса руководящих идей
как таковых быть не может, как и наоборот.
Преступность, преступление, специальное предупреждение преступлений и т. д. — все это весьма специфические явления, борьба с которыми, как и их правовая регламентация, не могут и не должны основываться
лишь на общеправовых началах. Не могут быть общими и цели. Они также должны обладать соответствующей спецификой, отражающей особенности конкретной отрасли права. В связи с этим нельзя не согласиться с
В. К. Дуюновым в том, что «представляется неправильным, что в Уголовном кодексе Российской Федерации не определены общие — т. н. “интегративные” цели, или хотя бы цели применения уголовной ответственности, которые бы определяли характер и содержание как самого уголовного
законодательства, так и практики его применения»60. Полагаю, именно
данный фактор выступает в качестве первопричины несовершенства существующей сегодня системы принципов уголовного права.
При всей своей значимости для результатов воздействия эта система
не имеет уголовно-правового содержания, практически не несет какойлибо функциональной нагрузки, по сути оставаясь декларацией. Появиться
такое содержание может лишь в случае указания на цели уголовного закона, что и должно, наряду с идеологическими основами, предопределить
основные направления его формирования и практического применения61.
60
ДуюновВ.К.Указ. соч. С. 97.
61
Более подробно цели уголовно-правового воздействия будут рассмотрены в
рамках главы IV данного исследования.
147
Говоря об оптимизации средств уголовно-правового воздействия, а также
принципов его реализации, необходимо поставить вопрос о появлении в
уголовном законе его целей. Только в этом случае можно вести речь об
осмысленности происходящих процессов, направленных на изменение уже
имеющихся средств воздействия на лиц, совершивших преступление.
Соответственно, и результаты такой деятельности будут также носить вполне
закономерный, прогнозируемый характер. Иначе предлагаемые направления развития уголовно-правового воздействия не могут обеспечиваться за
счет той совокупности принципов, которая формировалась под совершенно иную концепцию уголовного законодательства и, следовательно, иную
модель уголовно-правового воздействия.
Несовершенство самой системы уголовно-правового воздействия, ее
незавершенность объясняются в том числе отсутствием должной совокупности основополагающих идей, на которых эта система должна строиться и функционировать. После того, как было концептуально определено, что к воздействию следует относить не только наказание, но и иные
меры уголовно-правового характера, неизбежен вывод о несоответствии
принципов данному перечню. Не вписывается эта система и в антропологическое направление развития уголовно-правового воздействия, приоритетность которого сегодня представляется вполне очевидной. Нет сомнений в том, что любой способ оказания влияния на виновного в совершении преступления должен отражать уже имеющуюся совокупность основополагающих идей, быть законным, справедливым и гуманным. Однако
то количество нигде и ничем не регламентированных исключений из данных начал, которое существует в действительности, указывает на несоответствие практических потребностей сформированной в конце XX в. концепции уголовного законодательства. Вполне естественно, что в такой
ситуации говорить об эффективности результатов уголовно-правового
воздействия не приходится.
В то же время изменение отношения к воздействию как к явлению,
охватывающему средства, применяемые к лицу, совершившему преступление, конкретные способы которого нашли свое отражение в уголовном
законе, а также необходимость развития комплекса мер, способных оказывать непосредственное влияние на физиологические особенности виновного, выступившие в качестве основной причины совершенного преступления, не могут быть реализованы на базе только существующих принципов. Они также должны изменяться в данных направлениях, что позволит создать единую систему предупреждения совершения новых преступлений, начиная от ее основополагающих идей и заканчивая конкретными
148
средствами, в полной мере ей соответствующими. Эта система при таком
подходе будет логически выверенной и сбалансированной, что обеспечивается за счет целей и руководящих идей, выступающих в качестве базовых начал любого процесса, включая и уголовно-правовое воздействие.
Подобное соответствие системы принципов предлагаемой концепции рассматриваемого явления будет возможно благодаря нескольким
шагам, которые необходимо сделать в ее развитии. Во-первых, речь должна идти о расширении самого перечня принципов, что позволит в полной мере обеспечить реализацию концептуально новых положений уголовно-правового воздействия. Более того, законодательное закрепление
реально существующих и нашедших свое отражение в отдельных уголовно-правовых нормах или положениях постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации принципов позволит сконцентрировать
все руководящие идеи в рамках одного нормативного акта, что будет способствовать более централизованному подходу в восприятии и применении мер воздействия. Правовая регламентация индивидуализации наказания или экономии мер репрессии не в постановлении, а в законе укажет, прежде всего, на их императивный, а не рекомендательный характер
и обяжет таким образом к их неукоснительному соблюдению. Существующий перечень должен быть дополнен началами, которые бы определяли
основные направления как самих мер, так и отдельных аспектов их применения, имеющих в чистом виде антропологический характер.
Во-вторых, необходимо, чтобы содержание большинства уже существующих в уголовном законе начал претерпело надлежащие изменения.
Основные изменения должны быть направлены на устранение тех пробелов, которые типичны для современной редакции норм, регулирующих
принципы уголовного права. Крайне важна задача приведения в соответствие руководящих идей, закрепленных в УК РФ, условиям реальной действительности и объективно назревшим потребностям практической деятельности. Иначе роль принципов уголовного права будет сводиться к
простой декларации и их неспособности оказывать какое-либо влияние
на результаты воздействия на лиц, совершивших преступление. При этом
данные положения концептуальными можно назвать с большой долей условности. Таковыми сегодня они являются скорее по статусу, установленному им законодателем, но не по их фактическому вкладу в реальное применение положений Уголовного кодекса.
Концептуальное положение закона должно определять направления
его практической реализации, а не наоборот, когда в результате правоприменительной деятельности восполняются пробелы сформированной
149
на законодательном уровне его идеологической основы. Восстановление
логической последовательности, когда принципы оказывали бы действительно доминирующее влияние как на практику, так и на содержание уголовного закона, определяя и необходимые для этого средства, выступает
обязательной предпосылкой достижения эффективных результатов в ходе
уголовно-правового воздействия не только на лиц, совершивших преступление, но и на общество в целом.
§ 3. Законность и целесообразность как базовые принципы
уголовно-правового воздействия
Деятельность государства и его исполнительных органов по созданию и практическому применению средств противодействия преступности, а также регулированию отношений, возникающих вследствие нарушения установленных уголовно-правовых запретов, должна строиться на двух базовых началах: во-первых, основываться на законе; во-вторых, отвечать требованиям поставленных перед Уголовным кодексом
целей, т. е. быть целесообразной. Данные начала являются теми основополагающими идеями (принципами), которыми должна быть пронизана
вся сфера уголовно-правового воздействия — от его формирования до
стадии реализации. И если законность не вызывает в отечественной доктрине каких-либо вопросов с позиции ее именно системообразующих
свойств, то целесообразность в этом плане более уязвима.
Сегодня можно вести речь о целесообразности в праве, лишь исходя
из анализа отдельных нормативных документов или их положений, а в
теории указанная выше категория рассматривается только на уровне единичных теоретических разработок62. В уголовном законодательстве этот
термин даже не упоминается. Так же мало изучены вопросы соотношения целесообразности и законности и в современной юридической науке,
а сам законодатель пошел по пути усиления законности, закрепив ее в
качестве одного из основных принципов Уголовного кодекса.
Законность ставится во главу угла всех отраслей права криминального цикла. Главенство данного начала большинству исследователей видится в качестве незыблемой и единственной основы соблюдения прав человека и стабильности всего общества. И если позиции законности в современной правовой доктрине практически не подвергаются сомнениям, то
62
См., напр.: Современные проблемы и стратегия борьбы с преступностью. М.,
2005. С. 559–600 ; Горин А.Е.,Перов О.Ю.Развитие принципа целесообразности в
современной юридической науке и законодательстве 1917 года – начала 1960-х годов // Современное право. 2009. № 3. С. 139.
150
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]