Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социология. Учебное пособие для студентов педагогических вузов
.pdf
способность вносить изменения в существующие структуры, как
исходные установки, которые порождают и организуют практики
индивидов. Как правило, эти предрасположенности не предполагают сознательной ориентации на достижение определенных целей,
ибо на протяжении длительного времени они формируются возможностями и невозможностями, свободами и необходимостями,
разрешениями и запретами. Естественно, что в конкретных жизненных ситуациях люди исключают наиболее невероятные практики.
Габитус в принципе отличается от научных оценок. Если наука после проведенных исследований предполагает постоянную
коррекцию данных, уточнение гипотез и т.д., то люди, прекрасно
адаптировавшиеся к прошлым реалиям, начинают действовать невпопад в новых реалиях, не замечая, что прежних условий нет.
Габитус позволяет в социальных практиках связывать воедино
прошлое, настоящее и будущее. Что бы ни обещали наши политики, будущее России так или иначе сложится путем воспроизведения прошлых структурированных практик, их включения в настоящее, независимо от того, нравятся они нам или нет сегодня.
Именно так, согласно структурно-конструктивистской парадигме, творится история. «Habitus, – отмечает Бурдье, – продукт
истории, производит индивидуальные и коллективные практики –
опять историю – в соответствии со схемами, порождаемыми историей. Он обусловливает активное присутствие прошлого опыта, который, существуя в каждом организме в форме схем восприятия,
мыслей и действия, гарантирует «правильность» практик, их постоянство во времени более надежно, чем все формальные правила
и эксплицитные нормы. Такая система предрасположенностей, т.е.
присутствующее в настоящем прошедшее, устремляющееся в будущее, путем воспроизведения однообразно структурированных
практик <…> есть тот принцип преемственности и регулярности,
который отмечается в социальных практиках».
Концепция габитуса обосновывает методологические принципы
прогнозирования будущего через преодоление антиномии детерминизма и свободы, сознательного и бессознательного, индивида
и общества. Принципы концепции габитуса ориентируют исследователей на более объективный анализ «субъективных ожида-
ний». В этой связи Бурдье критикует те политические и экономические теории, которые признают только «рациональные» действия.
81
Характер действия зависит от специфических шансов, которыми
обладают индивиды, различия между индивидуальными габитусами обусловливают неравномерность их социальных притязаний.
Люди формируют свои ожидания в соответствии с конкретными индикаторами доступного и недоступного, того, что «для нас», и того,
что «не для нас», тем самым приспосабливая себя к вероятному будущему, которое они предвидят и намечают осуществить.
Как видно, концепция габитуса позволяет развенчать иллюзии
о равных «потенциальных возможностях», будь то в экономике
или политике, которые лишь теоретически, на бумаге существуют
для всех.
Капитал и его виды. Предрасположенность агента к тому или
иному действию во многом зависит от средств, которыми он располагает. Для того, чтобы обеспечить средства, с помощью которых агенты могут удовлетворять свои интересы, Бурдье вводит
понятие капитал. Капитал можно представить как эквивалент понятия ресурсы, используемого Гидденсом.
Итак, капиталы выступают как «структуры господства», позволяющие индивидам достигать своих целей. Чем больше объем
капиталов, тем более они разнообразны, тем легче их владельцам
достигать тех или иных целей. Бурдье выделяет четыре группы капиталов: экономический, культурный, социальный и символический.
Экономический капитал представляет собой самые различные
экономические ресурсы, которые могут быть задействованы агентом, – деньги, товары и т.д.
Культурный капитал включает в себя ресурсы, имеющие культурную природу. Это прежде всего образование, авторитет учебного
заведения, которое окончил индивид, востребованность его аттестатов и дипломов на рынке труда. Составляющей культурного капитала
является и собственно структурный уровень самого индивида.
Социальный капитал – средства, связанные с принадлежностью индивида к конкретной социальной группе. Понятно, что принадлежность к высшему классу дает индивиду больше властных
возможностей и жизненных шансов.
Символический капитал – это то, что обычно называется именем, престижем, репутацией. Человек, узнаваемый на телеэкране,
обладает большими ресурсами, чтобы добиться своих целей, чем
те индивиды, которые популярностью не обладают. Практически
82
все капиталы обладают способностью конвертироваться друг в
друга. Так, обладая символическим капиталом, можно подниматься вверх по социальной лестнице, обретая тем самым социальный
капитал. Только культурный капитал может иметь относительную
самостоятельность. Даже имея большой объем экономического
капитала, не так просто обрести культурный капитал.
Конверсия капитала осуществляется по обменному цензу, который зависит от культуры общества, состояния рынка, спроса на
нем на тот или иной вид капитала.
Капиталы дают агентам власть над теми, у кого их меньше или у
кого их вовсе нет. Естественно, что характер действий у индивидов,
обладающих большим объемом капитала, будет иной по сравнению с теми, у кого капитала меньше.
Объем и структуру капиталов не так уж сложно исчислить эмпи-
рически. Этот факт придает теории структуралистского конструктивизма практическую направленность.
Концепция поля. По Бурдье, социальное поле – это логически
мыслимая структура, своего рода среда, в которой осуществляются социальные отношения. Но вместе с тем социальное поле
– это реальные социальные, экономические, политические и др.
институты, например государство или политические партии. Бурдье интересуют не институциональные структуры сами по себе, а
объективные связи между различными позициями, интересами
задействованных в них людей, их вступление в противоборство
или сотрудничество друг с другом за овладение специфическими
выгодами поля. Выгоды поля могут быть самые разные – обладание властью, экономическими и социальными ресурсами, занятие
доминирующих позиций.
Все социальное пространство состоит из нескольких полей –
поля политики, поля экономики, поля религии, научного поля, поля
культуры. Каждое социальное поле не может существовать без
адекватной полю практики агентов: в политическое поле попадают
не все, а лишь те индивиды, которые так или иначе имеют отношение к политике; в религиозное поле попадают верующие люди.
Вводя понятие агента в противоположность субъекту, Бурдье
дистанцируется от традиционного структурализма, согласно которому социальная структура полностью детерминирует и социальный статус человека, и его поведение. Агенты же предрасположены
83
к собственной активности. Для того чтобы поле функционировало,
необходимо не просто отношение к полю, а формальная активность. Нужна еще предрасположенность действовать по его правилам, наличие у него определенного габитуса, включающего в
себя знание правил поля, готовность их признавать и адекватно
действовать.
Поле всегда предстает перед агентом уже существующим, заданным, а конкретно индивидуальная практика может лишь вос-
производить и преобразовывать поле. Так, например, конкретные люди, готовые и могущие заниматься предпринимательством,
входят в экономическое поле. Их предпринимательские действия
в данном экономическом поле одновременно и воспроизводят,
и в определенной степени трансформируют его. Затем воспроизведенное уже новое поле со своей стороны предоставляет возможность и средства для инновационной экономической практики агентов, одновременно придавая их поведению нормативную
заданность. И далее процесс повторяется вновь и вновь. С одной
стороны, правила поля предполагают хотя бы минимальную ра-
циональность (постановка целей, выбор средств и достижений),
а с другой – спонтанную ориентацию. Поле предстает как пространство борьбы и компромисса, а также союза самых различных
сил, которые выражаются в конкретных социальных практиках. В
немалой степени отношения борьбы и союзов, их характер зависят от различий собственных характеристик агентов. Всякая ком-
петентность является капиталом (экономическая, социальная,
интеллектуальная), позволяющим пользоваться правилами, существующими для всех.
Формула Бурдье –
– отображает суть методологической стратегии, предложенной Бурдье. Если мы имеем данные о габитусе агента, объемах и
структуре его капиталов, знаем, в каком конкретно социальном
поле агент действует, мы можем получить желаемое – знание о
характере его социальных практик, способностях конструировать
те или иные структуры [74, с. 438 – 452].
84
На раз-
работку теории социальной сети оказала влияние общая идейная
атмосфера послевоенного времени. В то время наиболее актуальными темами социологического и психологического исследования
были власть, авторитаризм, национализм, стили властвования,
групповая солидарность, лояльности, возникающие как на микро-, так и на макроуровнях. Сам Эмерсон в начале своей карьеры
особо увлекался изучением лидерства и социального влияния. В
то время благодаря работам Т. Куна и К. Поппера в социальные
науки все активнее внедрялся логический позитивизм – течение,
акцентировавшее внимание на дедуктивной выводимости понятий и необходимости верификации научных положений с помощью эмпирического инструментария. А в самой социологии все
большее значение приобретал теоретико-методологический инструментарий теории обмена. Эмерсон сумел соединить эти общественные веяния и научные новации. В 1973 г. на социологическом
факультете Вашингтонского университета он вместе с Карен Кук,
соавтором ряда своих работ, создал первую в мире компьютерную
социологическую лабораторию для изучения социального взаимодействия в современном обществе. Вышли в свет работа Эмерсона
«Оперантная психология и теория обмена» и первая часть рабо-
ты «Теория обмена».
При создании теории Эмерсон руководствовался двумя отправ-
ными методологическими положениями: 1) зависимость являет-
ся источником власти; 2) неопределенность вознаграждения в
условиях социального обмена порождает специфическую мотивацию. В экстремальных условиях возникает риск того, что обмен-
ный цикл может в любой момент прерваться, предоставленные
одной стороной услуги могут оказаться без ответного вознаграждения с другой стороны.
Акторами в теории Эмерсона выступают как отдельные индивиды, так и корпоративные акторы, включенные в сетевой обмен.
Теоретико-методологический инструментарий изучения соци-
альной власти позволяет измерить и выразить математически власть как органический компонент социальных отношений
85
зависимости. Возникает неравенство в сфере власти, что ведет
к конфликтам и дальнейшим изменениям. Власть предполагает
бихевиористскую модель с определенным характером включения
акторов в социальные сети. Власть АБ=Зависимости БА. Причем
отношения могут быть выражены с помощью двух переменных:
баланса или относительной власти над . Крайнее проявле-
ние связей властного преимущества над есть – абсолютная
власть. Из этого тождества следует, что власть есть ресурс, существующий в отношениях акторов. Власть первична по отноше-
нию к поведению.
Так, чем более зависит от в плане получения тех или иных
вознаграждений, тем большая вероятность, что использует свой
ресурс давления на , не предоставляя при этом взамен вознаграждения вообще. В контексте социальной сети на характер власти могут влиять другие факторы, такие как конкретные аспекты
и тип социальной структуры, характеристики акторов (их социальный статус). И вообще неопределенность и нестабильность ведет
к процессам балансировки власти. Путем изменения таких переменных, как цели и ресурсы, был также выявлен характерный набор социальных обменов. Так, если акторы ослаблены из-за соперничества в конкретной социальной сети, они будут стремиться или
к специализации, или к образованию коалиции. Это приведет, в
конечном счете, к возникновению коллективного актора, действующего как единое целое в социальной сети. Было также эмпирически выявлено, что равные акторы, имеющие большее количество
альтернатив для достижения своих целей, будут менее зависимы
от своих партнеров и потому будут обладать большей властью –
альтернативы увеличивают доступ к ценностным ресурсам. Акторы, у которых есть возможность в социальной сети взаимодействовать с большим количеством партнеров, также в процессе обмена
будут обладать большей властью.
Подходы Эмерсона к исследованию власти в социальной сети
были успешно применены при изучении таких сфер, как динамика
брачно-семейных отношений, маркетинг, геополитика и особенно организации. Так, для своего функционирования организации
нуждаются в разнообразных внешних и внутренних ресурсах. Согласно Эмерсону, те акторы, которые обеспечивают ресурсы, будут
иметь большую власть над организацией или внутри организации.
86
Чтобы приобрести необходимые ресурсы без увеличения их зависимости, организации в социальной сети предпринимают такие
стратегии, как создание совместных предприятий, использование
разных типов интеграции, заключение долговременных контрактов, специализация.
. Эмерсон с после-
дователями, используя свою методологию трактовки власти, предпринял исследование рисков и доверия. Риск обмена зависит от
формы обмена. Прямой обмен более рискован, чем договорной
обмен. Уровень риска зависит от двух переменных: 1) от характера социальных структур, задействованных в обмене; 2) от информации, которой обладают акторы. В переговорном обмене акторы
принимают совместное решение относительно условий обмена.
Обобщенный обмен имеет более сложную структуру, чем взаимный обмен, что, соответственно, делает его более рискованным.
На риск обмена оказывают влияние и властно-зависимые отношения. Так, увеличение зависимости (дисбаланс в торговле, политическая дискриминация) соответственно увеличивает риск попыток использования нелигитимных средств социального обмена
со стороны зависимого актора. Причем в такой социальной сети
партнеры в процессе социального обмена прибегают не только к
средствам вознаграждения, но и к средствам наказания.
По мере увеличения доверия уменьшаются риски в сети социальных обменов. Не случайно социологи заняты ныне рейтингом
доверия конкретных акторов, включая социальные институты [74,
с. 464 – 468].
. В конце XX века развитие соци-
ологического знания пошло по пути создания ряда несовместимых парадигм. Некоторые из них имели интегративный характер,
но ни одна из них не могла объединить эффективно работающий
теоретико-методологический инструментарий классических и современных парадигм. Попытку создать метапарадигму или «нео-
конченный проект» предпринял Ю. Хабермас. Это представления
о современности, ее рациональности. Нельзя отказываться от па-
радигм, интерпретирующих современные социальные реалии в
пользу теорий постмодерна, к которым социолог относится крайне критически. По его мнению, эпоха постмодерна еще не наступи-
87
ла, поэтому наиболее перспективным направлением приращения
социологического знания, принципом сохранения его единства является создание метапарадигм на базе критического переосмысления и развития классических и современных парадигм, синтез
«социологического номинализма» (М. Вебер) и «социологического
реализма» (Э. Дюркгейм). В итоге Хабермас предлагает метапара-
дигмальную теорию коммуникативного действия, основанную
на анализе человеческой коммуникации, кооперации и дискурса.
Через ее призму он анализирует демократию, мораль, право позд-
него капитализма.
Хабермас критически анализирует практически все социологические парадигмы, выдержавшие испытание временем, осуществив при этом их реконструкцию. Он критически переосмысливает теорию отчуждения Маркса, распространив ее не только
на производственные отношения, но и на социальное взаимодействие, коммуникативные действия людей, искаженные насилием,
отчуждающим вмешательством экономических и политических
структур капиталистического общества. Это проблема, касающаяся
всего общества. Хабермас проводит различие значимости труда и
коммуникации. Если для Маркса труд представляет «непреходящую естественную необходимость человеческой жизни», то, по
Хабермасу, коммуникация является самым важным социокультурным явлением, выражающим сущность человека.
Как Маркс изучал противоречия производственных отношений
с самых ранних этапов человеческой истории, так и Хабермас подходит к анализу человеческой коммуникации, т.е. с позиций исто-
рического материализма. По его мнению, существовала подлинная, естественная коммуникация. Аутентичное взаимопонимание
достигалось благодаря непосредственным обобщениям, что позволяло сохранить идентичные смысловые образы и социальные
реалии. Однако возникшие затем экономические, политические,
информационные структуры независимо от сознания и воли людей стали навязывать им свои смыслы, отчуждая людей от естественных коммуникаций и тем самым от самих себя. Если Маркс
путь к свободе, преодолению отчуждения видел в упразднении
капитала как частной собственности, то Хабермас – в устранении
барьеров на пути к естественной, подлинной коммуникации.
88
Колонизация жизненного мира: агентно-структурный под-
ход.
По мнению Хабермаса, структуры современной социальной
системы представляют ту силу, которая колонизирует жизненный
мир индивидов, что создает барьеры на пути к естественной, аутентичной коммуникации людей. Механизм этого процесса следующий. Структуры социальной системы олицетворяют собой доминирование формальной рациональности, которая по существу
трактуется как буржуазная рациональность, в то время как в жизненных мирах людей преобладает субстанциальная рациональ-
ность – рациональность, основанная на следовании конкретным
ценностям и этическим нормам. Как считает Хабермас, формальная рациональность лишена гуманистического содержания и тем
самым препятствует достижению консенсуса и взаимопонимания
между людьми. Развитие структур в современном мире все более
приобретает самостоятельный характер, делая их отчужденными
от жизненных миров людей. При этом лингвистические средства
общения вытесняются формами взаимодействия, для которых доминирование денежных средств, власти, бюрократические принципы. Взаимодействия людей настолько аномизируются, что уже
неясно, где в этих формально рациональных отношениях подлинно человеческий смысл. Хабермас называет такую рациональность
технической, или инструментальной.
Все это способствует кризису легитимности – «относительному расхождению между системой и жизненным миром». Социальные структуры, «монетарно-бюрократический комплекс», государство утрачивают общественную поддержку со стороны жизненных
миров конкретных индивидов и социальных групп. «Капиталистический рост вызывает конфликты в жизненном мире прежде всего
вследствие расширения и внутреннего уплотнения монетарно-бюрократического комплекса<…> Когда под угрозой оказываются
функции символического воспроизводства жизненного мира, он
оказывает упорное сопротивление и успешно удерживает линию
фронта между собой и системой». Это является существенным
фактором постоянного воспроизводства современных рисков.
Хабермас предложил свою трактовку рациональности, основанной на гуманистической кооперации людей во всех сферах
общественной жизни, на общем понимании. «Участники коммуникативного действия не ставят свои успехи на первое место – они
89
преследуют индивидуальные цели при условии, что они могут гармонизировать свои планы действия на основе общих ситуационных определений».
Социолог особенно критически относится к веберовской интерпретации роли формальной рациональности, которая пронизывает экономику, политику, право, все сферы общественной жизни. По его мнению, формальная рациональность, основанная на
целерациональном действии, привела к беспрецедентному росту
производительных сил, но вместе с тем к технологическому контролю над жизнью людей. Это стало главной проблемой для современных обществ. Ее принципиальное решение Хабермас видит
в том, чтобы противопоставить формальной рациональности раци-
ональность коммуникативного действия, эмансипированную от
внешнего принуждения и насилия.
Хабермас ратует за тип коммуникации, который не допускает
колонизации со стороны экономических, политических, культурных и иных институциональных структур над жизненным миром
людей, что в принципе исключает социальное принуждение, отношения эксплуатации и доминирования. Хабермас верит в возможность принципа гуманистической агентно-структурной рационализации, в которой устранялась бы колонизация жизненных миров
со стороны социальных структур современного общества, гармонизации человеческой деятельности «извне» и «изнутри». Это будет способствовать и минимизации современных рисков.
Интегральное научное знание как фактор эмансипированной коммуникации. Теоретическая интеграция возможна, если
социологическая наука будет выполнять не только аналитическо-эмпирическую, но и критическую функцию, которая является важнейшим фактором в утверждении эмансипированной коммуникации. Первоначально социология сыграла положительную
роль при разделении науки и спекулятивной метафизики, идеологии и религии. Хабермас выступает как критик постулата свобо-
ды от ценностных суждений, якобы производящей политически
нейтральное знание. Сведение социальных наук к техническому
знанию представляет собой определенное политическое требо-
вание, отстаивающее мнимое объективное значение ценностей и,
соответственно, мнимые преимущества формальной («буржуазно-бюрократической») рациональности.
90
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]