Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социология. Учебное пособие для студентов педагогических вузов
.pdf
сосуществование теорий так, чтобы каждая из них могла дополнять полученные результаты всех других теорий.
Социология постмодерна, по Бауману, включает:
1) изучение агентов, стремящихся преодолеть централизован-
ный контроль;
2) исследование хаотического пространства и хаотической неопределенности, состояния беспокойства, в котором оказываются
интерпретаторы-интеллектуалы;
3) предмет постмодерной социологии – сложная непредсказуемая система – потребительское общество;
4) попытку ответить на вопрос: как обрести избранную идентичность и заставить оппонентов сделать другой выбор, если ранее
избранная идентичность потеряла ценность;
5) изучение того, как люди относятся к своему телу, имея в виду
как воздействие внешних институтов, так и внутреннее выражение
свободы;
6) Связь и распады связей агентов; выборы, объединения, о чем
свидетельствуют символические признаки, которые и могут быть
предметом изучения;
7) исследование символических признаков в условиях неопределенности и определенности;
8) значимость знания, обеспечивающего доступ к жизненным
ресурсам;
9) соотношение между свободой и безопасностью, террор полной свободы, жизнь в условиях риска. Человек сам должен платить
за риски, на которые он идет.
Конец социального понимается как растворение класса, этноса в
недифференцированной массе, которая мыслится как статисти-
ческая категория, а не как социальная общность. В таком понимании социальное отмирает. Если же социальное отмирает, то с
ним исчезает и классическая социология, предметом которой как
раз и является социальное. Тогда возникает потребность в новом
типе теоретизирования об окружающем мире. Бодрийяр предпринимает такую попытку создания принципиально новой теории
об обществе.
Свою теорию Бодрийяр ассоциирует с «патофизикой» − «наукой
воображаемых решений», заявляя, что это единственный путь отражения реальности, в которой сегодня оказалось человечество. Не
101
случайно многие социологи относят работы Бодрийяра к научной
социологической фантастике, в которой нарочито утрируются
реальные тенденции и при этом исследуется, каким может быть
будущее, если люди не вмешаются в нынешний ход жизненных
процессов. Причем Бодрийяр дает новую, неординарную трактовку
старых понятий, например массы, в которые с помощью афоризмов
и даже стихов, анекдотов вкладывается новый смысл. Такова фор-
ма теории постмодерна, таков ее научный инструментарий.
Потребительское общество. Бодрийяр в свое время увлекался
работами К. Маркса. Однако, в отличие от многих марксистов, он сделал упор на исследовании не производства, а потребления, особенностей его проявления в Америке. В работе «Америка» он отмечает,
что американское общество представляет собой модель потребительского общества, на которое будут ориентироваться европейские
страны. Однако Америка превращается в социальную пустыню, в мир
китча, в котором исчезают эстетические и высокие ценности.
У структуралистов Бодрийяр взял идею потребительства товаров через призму кода сигнификации (смысла), осуществляющего
контроль как над предметами, так и над индивидами общества.
Предметы потребления являются частью знаковой системы. Поэтому можно утверждать, что, когда люди потребляют предметы,
они потребляют и знаки. То, что мы потребляем, зачастую является
не предметами в собственном смысле слова, а лишь знаками. «Потребление<…>− пишет Бодрийяр, − является систематическим актом манипуляции знаками<…> Чтобы стать предметом потребления, предмет изначально должен стать знаком». На основе этого
суждения социологом делается далеко идущий вывод, подтверждающий постулат о «конце социального»: люди перестают различаться по социальному происхождению или положению. Основой
их дифференциации становятся потребляемые ими знаки. Более
того, через потребление конкретных знаков мы уподобляемся тем,
кто потребляет сходные знаки, и, напротив, становимся отличными от тех людей, кто данные знаки не потребляет.
Причем именно код контролирует, какие предметы и услуги
люди потребляют. Индивид может захотеть лишь то, что потребляет группа, точнее, то, что диктует характерный для данной
группы код сигнификации. Они несвободны в потреблении, код
сигнификации ограничивает их свободу. Обеспеченные пенсионе-
102
ры западных стран в зимний период в течение нескольких месяцев
отдыхают в теплых экзотических местах (в этот период услуги значительно дешевле), но русских пенсионеров там нет.
До сих пор потребности были связаны с определенными от-
ношениями через предметы потребления. Бодрийяр осуществляет
деконструкцию этих отношений в фукоистском духе и приходит
к выводу о том, что в обществе постмодерна люди не покупают то,
в чем нуждаются, скорее, код контролирует и принуждает их де-
лать те или иные покупки. Предметы утрачивают функцию полезности. Потребительская стоимость заменяется символической
стоимостью: индивиды начинают потреблять товары, потому что
они являются символами престижа, власти, благополучия. Эти символы не столько удовлетворяют конкретные потребности, сколько служат дифференционными знаками, свидетельствующими о
принадлежности к конкретной группе людей. Так, постепенно из
потребляемых символов складывается «язык», позволяющий значимо общаться с окружающими: потребляемые товары могут красноречиво «рассказать» практически все об их владельцах, принадлежащих к определенной «потребительской массе».
Символический обмен. В потребительском обществе нет та-
ких символов, которые бы не были товаром. По мнению Бодрийяра,
символический обмен становится основополагающей универсалией современного потребительского общества. Здесь он полностью
отходит от Маркса, который делал акцент на экономическом обмене. Бодрийяр обосновывает новое, трехстадийное, видение исто-
рии человеческой цивилизации. На архаическом и феодальном
этапах обменивался только прибавочный материальный продукт.
На второй стадии – капиталистической – обменивались все товары
промышленного производства. На третьей, нынешней, утверждается и господствует символический обмен. Символический обмен
не предполагает прямой обмен товаров; взаимодействие обменивающихся практически ничем не ограничено; и главное – по сути
он является скорее разрушительным, чем созидательным. Причем
разрушается и то, против чего были направлены традиционные
социальные движения. На смену отношениям «капиталист – рабочий» приходят отношения «террорист – заложник». Все мы в цикле
символического обмена (взятия и возврата) можем потенциально
выступать и террористами, и заложниками. Происходит отмира-
103
ние социальных правил, регулировавших человеческие отношения, наступают антирационалистические патологии: отмирают и
марксово отчуждение, и дюркгеймовская аномия, новые отношения – за их пределами. Но уж таковы они есть. Разрывается связь
поколений. Пожилых людей направляют хотя и в комфортабельные, но сегрегированные дома престарелых.
Главным разрушителем является не революция и социальная
сила, а контроль со стороны кода сигнификации. Сила его эффективности оказалась куда большей, чем сила ранее известных социальных движений. Но сам код также контролируется, и прежде
всего средствами массовой информации. Причем современные
СМИ практически тотально манипулируют кодом. Это проявляется в том, что символы, имеющие концентрированное выражение
в коде, становятся абсолютно индетерминированы, относитель-
ны в сравнении с реалиями окружающего мира. В итоге разрушается и отмирает связь между символами и реальностью. Обмен
между символами происходит относительно друг друга, но не
между символами и реальностью. За символами не стоит ничего
конкретного. Так стирается грань между реальностью и вымыслом,
между истиной и заблуждением. Реальность и истина, как считает
Бодрийяр, просто перестают существовать.
Гиперреальность.
Символический обмен приводит к утверждению гиперреальности. Под гиперреальностью Бодрийяр понимает
симуляции чего-либо. Гиперреальность более реальна, чем реальность, более правдива, чем истина, более очаровательна, чем само
очарование. В качестве примера гиперреальности Бодрийяр приводит Диснейленд.
Превращение символов в гиперреальность, по Бодрийяру, осуществляется благодаря серии последовательных превращений
символов:
1) символ отражает сущностную характеристику реальности;
2) символ маскирует и искажает сущность реальности;
4) символ уже скрывает отсутствие сущности реальности;
5) символ перестает соотноситься с реальностью вообще, пред-
ставляя лишь подобие или видимость чего-либо.
Гиперреальность имеет дело с фрагментами или вообще с ви-
димостью реальности.
104
По Бодрийяру, общественное мнение отражает не реальность,
а гиперреальность. Респонденты не выражают собственное мнение. Они воспроизводят то, что ранее уже было создано в виде системы символов средствами массовой информации.
Политика, как считает Бодрийяр, тоже обретает форму гиперреальности. Партии не отстаивают что-либо реальное и не борются
за него. Тем не менее они противостоят друг другу, «симулируя
оппозицию».
Бюрократическая система контроля, адекватная экономическому обмену, уступает место «мягкому контролю, осуществляемому
с помощью симуляций». Все социальные группы в итоге преобразуются в «единую огромную симулируемую массу».
«Революция нашего времени есть революция неопределенности». Ее результатом является то, что индивиды являются индифферентными относительно времени и пространства, политики и
труда, культуры и секса (все больше людей склонны к тому, чтобы
хирургически или семиотически изменить пол) и т.д.
Симулякры и симуляции современного общества. Под симулякрами Бодрийяр понимает знаки и образы, отрывающиеся
по смыслу от конкретных объектов, явлений, событий, к которым
они изначально относились, и потому выступающие как подделки,
уродливые мутанты, фальсифицированные копии, не соответствующие оригиналу. «Копия копии» у Платона, многократное копирование образца в итоге приводит к утрате образа. Симулякры выступают как знаки, приобретающие автономный смысл и вообще не
соотнесенные с реальностью. Симулякры широко используются в
коммуникативных процессах современного общества. Они воспринимаюся людьми благодаря ассоциациям с конкретными объектами, явлениями, событиями. Иными словами, благодаря замене
реального знаками реального происходит утверждение иллюзии
творчества, прекрасного, доброты.
105
Четыре типа рационализации выделил М. Ве-
бер. Практическую, теоретическую, субстанциональную (субстантивную) и формальную. Для традиционных обществ характерна
субстанциональная (субстантивная) рациональность – следование
нормам и ценностям. Формальная рациональность, предполагающая четкое представление целей и просчитывание средств их
достижения, универсальное использование правил, законов, технических средств регулирования общественной жизни, возникает
в индустриальном обществе и будет доминирующим типом рациональности во всех человеческих обществах.
Тип формальной рациональности не стал универсальным. При
этом возникли принципиально новые типы рациональности. Ю. Хабермас говорит о технической, или инструментальной рациональности, породившей конфликты между системой и жизненным миром, и ратует за рациональность коммуникативного действия,
эмансипированную от внешнего насилия. В обществе позднего модерна имеет место плюрализм типов рациональности. По Ритцеру, макдональдизация затрагивает не только ресторанный бизнес,
но и образование, труд, здравоохранение, туризм, отдых, питание,
политику, семейные отношения и виртуально каждый другой сегмент общества.
Пресса стала макдональдизироваться. Такие солидные издания, как «Вашингтон пост», «Нью-Йорк таймс», все более ориентируются на форму и стиль «макгазеты»; аналитические статьи
вытесняются краткой информацией, дополненной мешаниной
красочных снимков и развлечениями.
В сфере высшего образования – «макуниверситеты». Учебники
и учебные пособия напоминают «мактексты», позволяющие получить минимум информации, успешно сдать экзамены. Творческие
дискуссии замещаются формализованным контролем и тестами.
Общение людей на межличностном уровне также макдонализируется: все должны соответствовать стилю и ритму жизни; быть
быстрым, эффективным, достаточно комфортным и безопасным.
106
Измерения макдональдизации. В данных практиках одновременно присутствуют элементы эффективности, калькулируемости,
предсказуемости и контроля. Под эффективностью имеется в
виду оптимальный метод продвижения от одного места к другому,
от голода – к сытости.
Калькулируемость акцентирует количественные параметры
предлагаемых товаров и услуг, это касается размера порций, их
стоимости, временных затрат. В макдонализированных системах
количество стало эквивалентом качества: быстрая доставка означает «хорошая, качественная доставка».
Предсказуемость предполагает, что товары и услуги будут одинаковыми независимо от времени и места, когда и где они предлагаются. Успех принципов работы ресторанов быстрого обслуживания состоит в том, что люди испытывают комфорт от того, что в
мире мало сюрпризов. Предсказуемо поведение служащих, компании разрабатывают стандарты поведения.
Контроль осуществляется посредством технологий, в которых
отсутствует собственно человеческий фактор. Ограниченное меню,
небольшой выбор, неудобные сиденья – все это заставляет посе
тителей есть быстро и уходить. Тем самым поведение посетителей
контролируется в соответствии с правилами компании. Поведение
служащих тоже контролируется. На смену работникам приходят
машины и автоматы.
Иррациональная рациональность – отчуждение человеческого
разума (картофельные поля полны нитратами, упаковка не разлагается). Дегуманизируется сам процесс принятия пищи. Общение
сведено к минимуму, обслуживающий персонал низводится до
положения роботов большого конвейера. Дегуманизируются семейные отношения, образование, медицинское обслуживание.
Снижение качества медицинского обслуживания особенно затрагивает беднейшие слои. Макдональдизируются зачатие, пол
ребенка. Даже похороны макдональдизируются – индивид лишь
сторонний наблюдатель. Ритцер называет суть процесса проявлением иррациональной рациональности. Средний уровень жизни
людей, средний стандарт знаний, снижение творчески-критиче-
ского потенциала и, как следствие, сокращение созидательности.
Макдональдизация – новая парадигма рациональности, и, будучи таковой, она, несомненно, способствует развитию целерациональных действий. Дисциплина формирует эффективные, пред-
-
107
сказуемые и контролируемые поведенческие акты. Вместе с тем
все формы макдональдизации в большей или меньшей степени
имеют тенденцию низводить людей до простых экономических
ресурсов, что так или иначе способствует воспроизводству дегуманизации человеческой личности со всеми вытекающими отсюда
непредвиденными последствиями.
Макдональдизированные пространство и время. Ритцер подчеркивает, что уровни макдональдизации неодинаково проявляются
в сферах общественной жизни: высший – в сфере быстрого питания,
средний – в сфере образования, а низший – в формах розничной тор
говли. Вместе с тем есть сегменты современного общества, которые
процесс макдональдизации вовсе обошел стороной: это предприя
тия семейного подряда; бизнес, ориентированный на состоятельных
клиентов – уникальные товары и индивидуальное обслуживание вы
сокого качества, эксклюзивные жилые застройки, которые не могут
функционировать как многоэтажное муниципальное жилье.
Ф. Джеймсон в работе «Постмодернизм, или Культурная логика
позднего капитализма» отмечает ряд факторов макдональдизации, характерных для постмодерна. Во-первых, макдональдизированные институты и адекватные им микросоциальные практики
приобретают глобальный характер. Во-вторых, макдональдизированные продукты и услуги представляют собой прекрасный пример симулякров, созданнных постмодерном. В-третьих, макдональдизированные структуры через атмосферу эйфории – яркие
огни, красочные плакаты – создают своего рода гиперреальность,
которая также свойственна постмодерну. В-четвертых, в макдональдизированных институтах обычно утрачивается временное
восприятие. Там присутствует имитация прошлого, настоящего и
будущего. Наконец, в-пятых, для макдональдизированных структур характерны технологии, ассоциируемые с постмодерном. Макдональдизация не появилась в историческом вакууме, ее предшественники – конвейерная линия, научное управление, бюрократия.
Особенности макдональдизации в России. Три латентных фактора: 1) уровень развития институциональных структур и их функций в парсонсовско-мертоновском понимании; 2) особенность
системы ценностей и норм, включая предшествующие парадигмы
рациональности; 3) своеобразие ментальности населения – его
коллективное сознательное и бессознательное, а также характер
ментальности и микросоциальных практик людей.
-
-
-
108
Типичный бренд макдональдизации – «эффективность, быстрота, контроль», которые трудно сочетаются с характерными для российского менталитета склонностью к подвижничеству, героизмом,
самовыражением. Фактически макдональдизация в России обрела
двойную фактичность – экономическо-хозяйственные связи, со
циально-политические реалии, влияющие на сознание и поведение
людей. Базовые архетипические черты реальности сохраняются, од
нако на них оказывается массированное давление со стороны макдональдизированных институтов. Чтобы понять результирующую
составляющую социокультурной динамики процесса макдональди
зации, важно учесть способность макдональдизации к взаимодействию микросоциальных практик с общественным сознанием.
История России знала субстанциальную рациональность, на которую накладывалась и практика самодержавия, и практика «демократического централизма» партийно-государственных структур.
Отсутствие формальной рациональности как традиции объективно
препятствует процессу макдональдизации. И все же макдональ
дизация входит в практику университетов, школ и других учебных
заведений. Макдональдизация наблюдается в здравоохранении
(конвейер глазных операций), в сфере семьи, отдыха.
Снижение рисков ведет и к снижению активной причастноcти
личности к событиям. Сворачивается человеческая солидарность,
а значит, с неизбежностью выхолащиваются Доброта и Любовь – те
качества, без которых, по мнению П. Сорокина и Э. Фромма, останавливается человеческий прогресс, выхолащивается гуманизм.
Ограничение или умаление созидательного начала, что несет в
себе макдональдизация, приводит к жажде разрушительности,
зависти, деструктивности. Макдональдизации не нужен разум, достаточно рассудка, отсюда вера в лекарство, способное исцелить
от всех болезней; вера во всесилие политического лидера, способного враз избавить от всех невзгод. Предпосылки макдональдизации складывались в фордизме.
. 1. Фордизм (как принцип рациональности) в идее конвейера предполагает массовое производство – выпуск однородных
товаров. Состав населения приблизительно однороден. 2. Фордизм
основан на жестких технологиях. 3. Фордизм включает рутиниза
цию производственных операций. Рационализация труда и производства разработана американским инженером Ф. У. Тейлором. Он,
в частности, сформулировал ряд принципов, которые назвал «за
-
-
-
-
-
-
109
конами управления»: изучение каждой части трудового процесса и
разработка наиболее эффективных методов ее выполнения; подбор
кадров на основе тщательно разработанных процедур и их обуче
ние путем использования научно обоснованных методик; контроль
за рабочими и служащими, имеющий целью проверить практиче
скую эффективность методов работы; сбалансированное распреде-
ление обязанностей между администрацией и работниками. 4.
Фордизм предлагает выполнение однородных простейших опера
ций, которое требует сравнительно небольшого обучения и характеризуется низкой квалификацией. 5. Фордизм ориентирован на
рост рынка для массово произведенных товаров.
. Выпускаются специализирован-
ные модные товары, рассчитанные на социально разнородное население. Гигантские фабрики вытесняются небольшими предприятиями, специализирующимися на выпуске разносортных товаров.
Используются новые гибкие технологии. Можно перепрограммировать производство с помощью компьютера и выпускать товары
с новыми параметрами. Появляется работник нового типа. Он
адаптирован к новому ритму жизни, к постоянному приобретению
нового знания. Постфордизм предполагает качественно более высокую социальную дифференциацию. Постфордистские рабочие и
служащие отличаются более высокой культурой, разнообразием
жизненных стилей.
. Игра, агон, состязательность как тип отношений в
обществе исследованы Й. Хейзингой. Игра носит непринужденный
ролевой характер. Ее функция – научение. Термин «играизация»
предложен С. А. Кравченко.
Играизация – гибридный тип рациональности. Играизация
упорядочивает неопределенности «умеренной надежды», «смутных представлений». Играизацию можно соизмерить в соответствии с четырьмя критериями, предложенными М. Вебером для
формальной рациональности, – эффективностью, калькуляцией,
предсказуемостью и контролем.
Под эффективностью играизации понимается оптимальный,
возможно быстрый способ достижения прагматической цели, осуществляемый с использованием нестандартных эвристических
приемов, влекущих за собой нарушения общепринятых правил.
Например, за деньги можно купить определенный статус – от водительских прав до графского титула.
-
-
-
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]