Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социология. Учебное пособие для студентов педагогических вузов
.pdf
ставления о человеке. Специфику социологического знания выражает изучение взаимопереходов объективного и субъективного в
общественной жизнедеятельности, ее осуществление на макро- и
микроуровнях. Системный подход в социологии предполагает по
крайней мере четыре шага анализа: объективного, субъективного,
макро- и микроуровня. П. Штомпка вводит еще одно ценное понятие − «мезоуровень», т.е. исследование социологического в теории специфического среднего уровня. Это ставит исследователя
перед проблемой реализации в ходе анализа такого угла зрения, в
котором выдержан факт целостного рассмотрения общества.
Целостность общества как социальная проблема. Проблема целостности – центральная проблема познания и утверждения
новой социальной реальности. Она поистине является «визитной
карточкой» теории и практики развития общества XXI века. В противоположности частичного и целостного подходов сегодня видится водораздел между старым и новым способами мышления и
действия личности, группы, общества.
Целостность общества представляет собой такое объективное
отношение общества к человеку или общностям людей, благодаря
которому создаются условия и организуется их жизнедеятельность
во-первых, как субъектов, своей собственной судьбы, во-вторых,
как носителей судьбы всего человечества. Целостность общества
характеризуется целым рядом существенных признаков.
Признак первый: социальная целостность не состоит, как, например, система, из частей и элементов. Сегодня расчленение социального целого получило название «стробирование» истории.
«Строб» − это вычлененный фрагмент, описываемый как замкнутая система. Стробирование осуществляется вроде бы для изучения, но изучается «мертвое», ибо в момент стробирования наступает смерть изучаемого субъекта вместе с разрывом целостности.
Признак второй: у социального пространства нет «мелочей»,
а социальное время необратимо. Это, в частности, означает, что в
человеческой жизни важный и неважный моменты относительны.
Многое зависит от обстоятельств. Что касается времени, то ошибочно принятое решение создает в человеческом мире драматические, а подчас трагические ситуации. Люди проживают часть
жизни, иногда и всю жизнь, а потом высказываются, что они жили
не так, но что-то исправить, переделать уже невозможно. Цена
ошибочных решений – загубленная человеческая жизнь.
261

Признак третий: способности каждого из субъектов человеческой деятельности уникальны, неповторимы. Мироощущению же
субъекта, утверждающему новую социальную реальность, близко
платоновское: «Без меня народ − неполный!»
Выделим некоторые основные черты, отличающие общество
как целостную систему. С одной стороны, общество является само-
воспроизводящейся системой, способной расширять свою жизнедеятельность даже в определенной изоляции, т.е. самостоятельно
и автономно. С другой стороны, общество − это открытая систе-
ма, существующая за счет обмена со средой веществом, энергией
и информацией. Его отличительной чертой выступает стремление
к расширению степени своей свободы, т.е. выбора за счет наращивания емкости среды обитания и лучшего ее использования. В
этом смысле общество можно охарактеризовать как антиэнтропийную систему, качественным показателем развития которой является сокращение затрат труда на душу населения. Происходит
это благодаря повышению производительности труда, эффективности управления, росту уровня культуры. Именно благодаря труду, управлению и культуре уменьшается доля физических затрат
и необходимого времени, возрастают роль и значение духовного
начала, свободного времени в жизни людей.
Опираясь в ходе утверждения новой реальности на творческую мысль и ответственные действия профессионалов, привлекая к реформам все здоровые силы общества, необходимо уйти
от уравнивания напряженного творческого и репродуктивного труда и массы труда, воплощающей в себе дезорганизацию, деградацию, социальное паразитирование и разложение. Критические
границы, противостоящие сегодня человечеству, не только физические, но, в первую очередь, социальные, духовные, нравственные. Они проявляются в одномерности мышления и узости интересов, в недальновидности действий и однопорядковости чувств.
Человеческий мир ныне переполнен различного рода «вирусами»
властомании и приобретательства, национализма и религиозного фанатизма, местечковой отсталости и невежества, самозваной
авангардности, психологической неустойчивости, сексуальной
озабоченности, подрывающих рациональные и эмоциональные
основы нормальной, здоровой жизнедеятельности. Болезнью XX
в. стал аутизм, создающий биологическую и социально-психоло-
262

гическую неадекватность, потерю контакта с реальностью, неспособность соотносить с ней свою собственную деятельность и погружение в мир иллюзий, мифов, укрытие от действительности
[60, с. 24]. Устранение любых болезней, в том числе социальных,
может быть успешным лишь на основе достоверного знания. Без
него само рождение новой социальной реальности невозможно.
Не случайно передовые страны стремятся сегодня к утверждению
модели общества, основанного на знании.
Переход к новой социальной реальности – от традиционного
общества закрытого типа к открытому обществу – с позиции современного социального знания требует отказа не только от пережитков «методологического идеала» бюрократии, но и от «новейших» моделей технократического сциентистского толка. Среди
последних особенно опасны те, которые в целях «приобщения» к
ценностям мировой цивилизации таких обществ, как российское,
настаивают не только на преодолении их защитного культурного
пояса, но и на модификации ядра культуры народов. Именно так,
радикально, предлагается решать сложнейшие проблемы мировой реальности. Подобный радикализм, противоречащий даже
здравому смыслу, разрушает сами основы общества.
Предпочтительным для российского общества является другой
подход, предполагающий при разрешении вечных противоречий между личностью и обществом, индивидом и государством,
между свободой и порядком опору на единство общемировых,
глобальных и национально-государственных процессов и отношений, в частности на такие, как национальный дух, национальная
история, национальное государство, национальный характер. Под
национальным характером понимаются разум и чувство истории,
позволяющие добиться равновесия между «закрытостью» и «открытостью» общества.
Проблема состоит в том, чтобы непохожие друг на друга цивилизации, из которых будет состоять человечество, учились сосуществовать, взаимодействовать и сотрудничать. «В конечном счете,
людям особенно важны не экономические интересы или политическая идеология, − отмечал С. Хантингтон, − вера и семья, кровь и
предания − вот с чем идентифицируют себя люди и вот ради чего
они будут сражаться и умирать» [162, с. 53].
263

Ценности: опыт многомерной реконструкции. Ценности выступают интегративной основой общества как для отдельно взятого
индивида, так и для любой малой или большой социальной группы
и для человечества в целом. П. Сорокин усматривал в устойчивой
системе ценностей важнейшее условие как для внутреннего социального мира, так и для мира международного. «Когда их единство, усвоение и гармония ослабевают<...>, увеличиваются шансы
международной или гражданской войны» [125, с. 491 – 501].
Разрушение ценностной основы в обществе неминуемо ведет
к кризису личности. Выход из кризиса возможен только на пути
обретения новых ценностей. Раскол современного российского
общества на группы и группировки, лишенные единой объединяющей платформы, очевиден. Этот раскол есть прямое порождение кризиса, разразившегося вслед за разрушением государства,
у которого наличествовала единая система ценностей. Разрушение этих ценностных ориентаций не сопровождалось появлением
сколько-нибудь равноценных новых. Отсюда достаточно очевидным образом берут начало многие социальные проблемы: кризис
нравственности и правосознания, социальная нестабильность и
политическая дезориентация, деморализация и падение ценности человеческой жизни. Налицо ценностный нигилизм, цинизм,
метание от одних ценностей к другим, экзистенциальный вакуум
и многие другие симптомы социальной патологии, возникшей на
почве перелома ценностей и смыслового голодания [140]. Основную проблему междисциплинарного подхода к ценностям необходимо усматривать в выработке единого определения и контекста
употребления этого понятия, в котором нашли бы свое место разные его трактовки.
Ценности лучше всего, при всей многосмысленности этого термина, рассматривать в пространстве оппозиций. Один полюс в языковой двойственности использования термина − это понимание
ценности как атрибута, как ценности всегда чего-то: без этого
уточнения само основное понятие лишается смысла. На другом полюсе оппозиции понятие ценности не требует такого уточнения.
Это объект или предмет, нечто ценное само по себе. Эту же оппозицию можно переформулировать следующим образом: объекты
имеют ценность, или объекты являются ценностями.
264

Понимание ценности как атрибута разрабатывалось прежде
всего в психологии в работах Д. Н. Узнадзе, С. Л. Рубинштейна, Г.
Олпорта, К. Роджерса и других. В такой интерпретации слово «цен-
ность» оказывается синонимом таких понятий, как «смысл» и
«значимость». На это же понимание опирается и анализ ценно-
стей в контексте так называемых ценностных суждений. В психологии за последние десятилетия разработан понятийный аппарат,
опирающийся на понятие смысла. Таким образом, сегодня пониманию ценностей как атрибута уже нет места в объемной реконструкции этого понятия.
Проблематика ценностных суждений в этике опирается
сегодня на понятие оценки, не претендующее, в отличие от
ценности, на объективность. Зависимость ценностей от оценок
подразумевает их вторичность. При таком понимании «ценность»
лишается самостоятельного концептуального наполнения. Сущность
ценностей, понимаемых таким образом, заключена не в них самих, а
в потребностях и интересах, являющихся источником этих «предметных ценностей». Понятие ценностей в таком случае лишь раскрывает
одну из граней функционирования потребности и интереса.
Значительная же часть философских и психологических подходов к проблеме ценностей исходит из противоположной установки: понятие ценностей описывает особую реальность, не выводимую из потребностей. Ценность не вторична, она обладает особым
статусом среди множества других предметов.
Следующая оппозиция выявляет соотношение «индивидуаль-
ное – надындивидуальное». Понятие ценности как сугубо индивидуальной реальности значимо только для переживающего ее
субъекта, отождествляющего ценность с субъективной значимостью, которая задается исключительно индивидуальным творящим сознанием субъекта, его ответственным личностным выбором. Противоположная точка зрения предполагает, что ценность
исходно является надындивидуальной реальностью. При этом
возможны варианты: либо речь идет о социологической категории,
адекватной для описания культур или социальных систем, либо об
объективной трансцендентальной сущности. Постулирование надындивидуальных ценностей не исключает и даже предполагает
существование их субъективно-психологических коррелятов, ко-
торые описываются такими понятиями, как мотив, потребность,
265

интерес, ценностная ориентация или субъективная ценность,
однако они рассматриваются как вторичные по отношению к объективной надындивидуальной ценности [169, с. 298]. Это соотношение дает основание говорить о существовании ценностей как
индивидуальных, так и надындивидуальных.
Четвертая концептуальная оппозиция в пространстве определений понятия «ценность» – соцологизация или онтологизация
природы надындивидуальных ценностей. Онтологизация ценностей предполагает постулирование их как сущностей особого рода,
бытие которых подчинено особым законам, отличным от законов
бытия материального мира.
Таким образом, онтологизация и абсолютизация надындивидуальных ценностей выводят понятие ценности за пределы научного, в том числе философского анализа. Очевидно, что единственно
продуктивной в научном плане альтернативой будет выступать социологическая интерпретация надындивидуального
характера ценностей.
Наряду с понятием общественного сознания, разрабатывавшимся в марксистской традиции, появились и другие понятия, описывающие психологическую реальность социальных общностей как
совокупных субъектов: социальный характер и социальное бес-
сознательное, коллективные представления, социетальная
психика. К тому же ряду может быть с полным правом отнесено
и понятие ценности. Социальные ценности выступают в этой логике как характеризующие социальные общности разного масштаба,
включая человечество в целом. Будучи порождением жизнедеятельности конкретного социума, социальные ценности отражают в
себе основные черты этой жизнедеятельности в снятом виде.
Самостоятельным субъектом ценностного отношения может
выступать любая социальная общность. Социальные ценности
трансцендентны индивидуальному сознанию и деятельности и,
безусловно, первичны по отношению к индивидуально-психологическим ценностным образованиям. Вместе с тем они и не абсолютны, и не объективны в строгом смысле слова, и современные
сравнительно-культурные исследования демонстрируют относительность даже высших и неколебимых ценностей любой культуры. В таком же ключе можно рассматривать и общечеловеческие
ценности, обобщающие конкретно-исторический опыт совокупной
266

жизнедеятельности человечества. Вместе с тем следует заметить,
что осознание человечеством своего единства и формирование
мирового сообщества, вырабатывающего, в частности, общие ценностные ориентиры, − процесс исторически весьма недавний, насчитывающий не больше столетия. Общечеловеческие ценности
отражают некоторые общие черты, присущие жизнедеятельности
людей различных исторических эпох, социально-экономических
укладов, классовой, национальной, этической и культурной принадлежности.
Существуют ценности, характеризующие историческую эпоху,
социально-экономический уклад, нацию и т.д., а также специфические ценности профессиональных и демографических групп и
объединений людей, в том числе с асоциальной направленностью.
Неоднородность социальной структуры общества приводит к сосуществованию в нем в любой исторический отрезок времени различных, иногда даже противоречивых ценностей. Подобная многоуровневость присуща не только системе ценностей общества как
такового, но и ценностям большинства других социальных групп и
общностей разного ранга.
Пятая оппозиция затрагивает в первую очередь статус вторичных индивидуальных или субъективных ценностей. Речь идет о
том, являются ли эти индивидуальные корреляты ценностей их
отображением в сознании, влияющим на индивидуальную деятельность лишь посредством механизмов сознательного контроля,
или же они интегрированы в структуру личности и мотивации индивидуальной деятельности и определяют ее направленность вне
зависимости от того, насколько они осознаются как таковые. Достаточно распространены взгляды, представляющие как первую,
так и вторую позицию.
Первая позиция фиксирует традиционное понимание социальной регуляции как внешнего по отношению к индивиду социального
контроля, ограничивающего внутренние «эгоцентрические» побуждения индивида. Такое понимание социальной регуляции претерпело, однако, существенные изменения за последние полстолетия.
Во-первых, социальные влияния перестают рассматриваться как
неизбежно конфликтующие с внутренним побуждением индивида
и ограничивающие его свободу. Напротив, подчеркивается структурирующая и организующая роль этих влияний. Второе радикальное
267

изменение представления о социальной регуляции состоит в том,
что она стала сниматься не как внешняя, а как имманентная структура личности и мотивации социализированного индивида.
Признание ценностей реально действующими имманентными
регуляторами деятельности индивидов, оказывающими влияние на
поведение вне зависимости от их отражения в сознании, не отрицает, разумеется, существования сознательных убеждений субъекта о
ценном для него, что адекватно выражается понятием «ценностные
ориентации». В социологии и социальной психологии эта проблема
фиксируется как проблема расхождения между декларируемыми
и реальными ценностями, на которую стали обращать внимание
как в теоретическом, так и в методологическом контексте.
Расхождения между декларируемыми ценностными ориентациями сознания и ценностями реально побуждающими человека к деятельности, могут объясняться целым рядом факторов. Во-первых, в
силу недостаточно устоявшейся и структурированной системы личностных ценностей и недостаточно развитой рефлексии, человек
может не отдавать себе отчет в реальной роли и значимости тех или
иных ценностей в его жизни. Во-вторых, значимость тех или иных
ценностей может субъективно преувеличиваться или преуменьшаться благодаря действию механизмов стабилизации самооценки
и психологической защиты. В-третьих, источником рассогласований
может выступать то, что в сознании любого человека присутствуют
ценностные представления самого разного рода. Наряду с ценностными ориентациями, более или менее адекватно отражающими
собственные личностные ценности субъекта, в его сознании отражаются ценности других людей, а именно ценности разных больших и малых социальных групп, а также ценностные стереотипы
и ценностные идеалы, отражающие ценность для человека самих
ценностей в отвлечении от образа своего Я. Разнородные ценностные представления в индивидуальном сознании смешиваются, что
затрудняет адекватную рефлексию собственных ценностей.
Шестая, и последняя, оппозиция относится в первую очередь к
функции ценностей в их как надындивидуальной, так и индивидуально-психологической ипостаси и лучше всего может быть описана через противопоставление «эталон – идеал». Эталон стоит на
месте, и мы к нему движемся, а идеал уходит от нас за горизонт.
Речь идет о том, понимаются ли под ценностями некие четко опи-
268

санные нормы или стандарты, которые требуется соблюдать, или
же жизненные цели, смыслы и идеалы, не сводимые к однозначным предписаниям и задающие только общую направленность деятельности, но не ее конкретные параметры.
Идеалы как форма существования ценностей. Идеалы соотносятся в социологическом аспекте с «социальными представлениями». Вместе с тем они не сводятся к конвенциональным
субъективным представлениям, продукту некоего общественного
договора. Следует различать реальные ценности социума и идеалы, формулируемые в виде идеологических конструкций. Они
выполняют функцию консолидации и ориентации социальной
общности лишь в том случае, если они адекватно отражают в себе
мотивацию ее коллективной жизнедеятельности. Ценности – это
все то, что делает идею идеалом. Ценностные системы разных
социально-демографических групп не совпадают. Они могут и не
противоречить друг другу в главных, наиболее существенных ориентациях. Тем не менее нередко такие противоречия имеют место,
трансформируясь во внутриличностный ценностный конфликт. Вероятность его возникновения зависит прежде всего от социальной
идентичности индивида: членом какой общности он себя в первую
очередь ощущает. В зависимости от этого для него будут значимы
или общечеловеческие «вечные» ценности (истина, красота, справедливость), или конкретно-исторические ценности больших социальных групп (равенство, демократия, державность), или ценности
малых референтных групп (успех, богатство, мастерство, самосовершенствование).
Предметно-воплощенные ценности. Социальные ценностные представления (идеалы), при всей своей значимости, не могут
быть познаны непосредственно. Как отмечалось выше, идеологические конструкции могут отражать их с разной степенью адекватности. Более прямым и адекватным выражением ценностных
идеалов служат их предметные воплощения, зафиксированные в
культуре. Ценностные идеалы (и в этом состоит их основная функция) императивно взывают к своей реализации, воплощению в
действительность, в бытие. Ценностные идеалы реализуются лишь
посредством человеческой деятельности, причем воплощением их может выступать либо сам процесс деятельности − деяние,
либо объективированный продукт деятельности − произведение.
269

Совокупностью таких произведений, объективированных форм существования ценностей, выступает материальная и духовная культура человечества. Культура есть именно реализованная, осуществленная, воплощенная ценность, а не сама ценность как таковая
или «факт + ценность». Она есть не «сущее + должное», а «сущее,
которое таково, каким оно должно быть». Это же определение
применимо и к человеческим деятелям, в которых воплощаются
многие нравственные, политические и другие ценностные идеалы.
Ни один предмет материальной, духовной культуры, воплощающий общественный ценностный идеал, сам по себе ценностью
не является. Его «ценностная предметность» является системным
качеством, проявляющимся лишь в процессе функционирования
этого предмета в системе общественных отношений. Ценность
тем самым оказывается не закрепленной за произведением или
деянием, в которых она нашла свою реализацию. Относительный
характер воплощенных ценностей проистекает из конкретно-исторического характера тех общественных отношений, отражением
которых выступают и ценностные идеалы, и предметно-воплощенные ценности. С изменением общественных отношений происходит и переоценка ценностей: многое из того, что считалось
абсолютным и непреложным, обесценивается, и наоборот, новые
ростки общественного бытия порождают новые ценностные идеалы. В соответствии с изменившимися ценностными идеалами переоцениваются и предметно воплощенные ценности.
Социология знания и социология познания. Повседневность.
Жизненный мир. Типизация. Темпоральность. «Народные модели». Легитимация. Институционализация. Общество как субъективная реальность. Интернализация реальности. Ценности и ценностные ориентации. Сигнификация. Интернализация. Ценность и
оценка. «Совместимость» и свобода деятельности. Идеал. Предметно воплощенные ценности. Основные признаки социальной
целостности. «Стробирование» истории. Социологическая интерпретация надындивидуального характера ценностей. Социальный
характер ценностей. Социальное бессознательное. Коллективные
представления. Социетальная психика.
270
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
