Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Социология преступности. Учебное пособие

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
исходила борьба между различными группировками уголовников в местах заключения и на свободе. Каждая из таких группировок стре­милась установить контроль за преступным миром. В частности, в 1948, 1955 годах происходили крупные столкновения между ука­занными группировками. Также новый законник получал право на определенную татуировку. В данном случае дело также обстояло до­вольно серьезно. Заключенный определенного ранга имел право но­сить лишь те татуировки, которые соответствовали его рангу. Если же татуировку, на которую имеет право только вор, наколол кто-то рангом ниже, то за это следовало очень серьезное наказание, чаше всего – смерть. (В настоящее время ситуация изменилась. К татуи­ровкам стали относиться более снисходительно. Если в былые време­на каждая татуировка имела значение, и это значение должно было обязательно совмещаться с личностью ее хозяина, его биографией, поведением, то сейчас с этим дело обстоит не так строго. Строго со­блюдается лишь все то же соответствие татуировки рангу заключен­ного в тюремной иерархии).
Возникает вопрос, почему данная прослойка преступного мира возымела руководящее начало в этом самом мире и явилась главной предпосылкой возникновения организованной преступности?
Собственно говоря, здесь два вопроса. Авторитет воров в законе основан на выполнении ими требований так называемого кодекса во­ровской чести, который и формирует их поведение и по отношению к органам власти, и по отношению к другим заключенным.
Г. Ю. Подлесских и А. Я. Терешонок приводят основные положе­ния данного кодекса:
- вор в законе должен жить вне интересов общества, не иметь в отношении его никаких обязательств, не поддерживать социальные связи, не участвовать в деятельности общественных институтов, не заботиться об их благе и укреплении;
- отказ служить в государственной власти при любом политиче­ском режиме;
- вор в законе все должен делать чужими руками, не участвовать непосредственно в преступных акциях, чтобы не скомпрометировать благородство воровской идеи;
- высокая степень приспособляемости: воры в законе быстро ме­няют тактику в зависимости от обстоятельств;
71
- жестокость и расправа с отступниками;
- взаимная честность среди воров в законе, которые все равны между собой;
- «героизм» вора в законе на людях: он должен быть силен, же- сток, уверен в себе;
- вор в законе расчетлив, поскольку находится в постоянном кон- фликте с окружающей средой;
- внешнее пренебрежение всякой собственностью.
Благодаря следованию данным положениям, вор в законе:
1) чувствует себя независимым и пользуется абсолютным автори­тетом в уголовной среде;
2) не может сознательно сотрудничать со спецслужбами, что так- же гарантирует его преданность воровской идее;
3) вследствие обязательства делать все чужими руками, вор в законе окружен контингентом зависимых исполнителей из уголовной среды;
4) имеет возможность заставить других уголовников следовать
традициям преступного мира, так как отказ от них равносилен преда­тельству, а кара одна – смерть;
5) избегаут конфликтов между своими, стараясь не подрывать ав­торитет единомышленников;
6) обеспечивает постоянный приток информации об окружающей обстановке, иначе рискует утратить контроль над событиями, происхо­дящими в уголовной среде, а следом – влияние в сфере его деятельности;
7) доказывает личную бескорыстность и неподвластность матери­альному стимулированию с чьей бы то ни было стороны.
Таким образом, можно видеть источник авторитета воров в законе: с одной стороны, следование данному «кодексу» гарантирует в гла­зах уголовников приверженность вора в законе к ценностям уголов­ного мира, с другой стороны, – невозможность отступиться от них, так как за это следует смерть. Поэтому человек, носивший звание вора в законе, пользовался в преступном мире огромным уважением.
Сегодня ситуация изменилась. Связано это с социально-полити­ческими и экономическими процессами, происходящими в общест­ве. Все сильнее заявляет о себе паразитарно-анархическая сущность современного преступника. А. Н. Олейник приводит слова одного рецидивиста: «То , что считалось когда-то неполноценным, сегодня напротив, возвеличено, то, что презиралось, ныне возвышено» [31].
72
Психология воров, особенно нового их поколения, претерпела суще­ственные изменения, а вместе с тем модифицировались сами законы.
При изучении личности 73 «законников» оказалось, что 11 из них не имели судимости. «Коронация» осуществлялась за деньги. Новое поколение считает допустимым такой прием, с помощью которого идет пополнение денежных фондов.
Современные воры в законе? в отличие от воров 50-х? старают­ся тщательно маскировать свой антиобщественный образ жизни под вполне законопослушный. Также сегодня вор в законе решает такие вопросы и такими методами, за которые в 50–70-е годы сходка приго­ворила бы к смерти. В частности, вор стремится устанавливать кон­такты с работниками правоохранительных органов и иных админи­стративных учреждений, он может отступать от любых неформаль­ных норм, лишь бы это шло на пользу ему и его окружению.
Далее, основная: масса занимается организацией рэкета, азартных игр и преступлений, связанных с наркоманией. Подобные действия идут в прямое противоречие с установками воровского закона, и это является важной предпосылкой возникновения организованной пре­ступности в России.
Причина, как уже говорилось, связана с социально-экономиче­скими и политическими изменениями в обществе. В результате, все большую роль начала играть новая генерация лидеров преступного мира, преимущественно кавказского происхождения, так называ­емые «апельсины». По словам Г. Ю. Подлесских и А. Я. Терешон­ка, эти «реформаторы» отнюдь не отказываясь от чисто уголовных повадок, причем, чуждых старой плеяде – насилие, рэкет, подкуп и т. д. – взяли на вооружение политические методы борьбы с правоох­ранительными органами и государством в целом. Борьба эта велась с целью обогащения и доступа к политическому влиянию.
«Новой волне» законников было необходимо изменение тра­диций и обычаев, и вот по какой причине: раньше вор в законе большую часть своей жизни «топтался в зоне» – проводил в ис­правительно-трудовой колонии, обучая молодежь не только и не столько воровским приемам, сколько воровским законам, решая конфликты между заключенными, поддерживая порядок и спра­ведливость с точки зрения воровских традиций. Поэтому ему было проще проводить в заключении большую часть жизни, так как на
73
свободе его никто не ждал, деньги, которые он хранил, были не его, а «общаковые», то есть собирались всеобщими отчислени­ями и предназначались для помощи, обеспечения заключенных, то есть, шли на нужды преступного сообщества – сам законник никогда не был богатым человеком. Теперь же, получив доступ к власти и большим деньгам, новое поколение «воров», имеющее многоэтажные виллы в России и за рубежом, дорогие автомобили и денежные счета, совсем не желает тратить свои годы на отбы­вание сроков заключения и зарабатывание авторитета в преступ­ной среде на практике, если звание вора в законе можно попросту купить. Вследствие отхода «законников» от блатного «закона» их авторитет в уголовной среде сильно пошатнулся.
ПРИМЕР. На 1995 год источники насчитывали 226 воров в законе на территории СНГ. Из этого числа наиболее молодых – от 1955 года рождения – 102 «законника» имеют кавказские фамилии, и лишь 15 – славянские. Этот подсчет подтверждает положение о том, что разложение института воров в законе имеет кавказские корни.
Таким образом, сегодня можно различать две категории воров в законе:
1) лиц, строго придерживающихся старых воровских традиций;
2) преступников, модифицирующих старые положения блатного
«закона», устанавливающих новые неформальные нормы поведения
применительно к изменившимся социальным условиям.
Между данными категориями ведется борьба, в основе которой лежат противоречия между старыми и новыми воровскими установ­ками. Первая группа на деле отстаивает принципы воровской жиз­ни – невмешательство в коммерцию, политику, выполнение только третейских функций в спорных вопросах между различными катего­риями граждан, а также в уголовной среде. Другая часть воров в за­коне внедряется в большой бизнес, в политику, в торговлю оружием и наркотиками. Они стремятся подорвать авторитет старых воров в среде уголовников, путем угроз и подкупа привлечь на свою сторону представителей старой группировки, а нередко уничтожают их физи­чески. Именно эти лица, проникая в органы власти и бизнес, ставит и те и другие институты на службу преступности, формируя, таким образом, систему, называемую «организованная преступность».
74
Контрольные вопросы
1. Каковы основные предпосылки возникновения организованной
преступности в России?
2. Кто такие «воры в законе»?
3. Почему именно разложение института «воров в законе» послу-
жило основой формирования организованной преступности в СССР и на постсоветском пространстве?
Литература
Основная: 1, 2, 4–7;
Дополнительная: 9–11, 29, 30.
75
ГЛАВА 4
СТРУКТУРА ПРЕСТУПНОГО МИРА В РОССИИ
1. Особенности системы организованной преступности
2. Структура преступного мира России
Выше уже отмечалось, что процесс возникновения организован­ной преступности в российском обществе несколько отличается от западного. Для того чтобы выделить указанные особенности, необ­ходимо прочертить водораздел между временем, когда существовало советское общество, и современностью. При этом в первом случае речь идет о времени существования преступного мира, в котором вла­ствовали воры в законе, а также – наследие того времени – примерно до середины девяностых годов XX столетия. На основе выделенных особенностей мы попробуем очертить структуру преступного мира России и выделить ее основные элементы.
1. Особенности системы
организованной преступности
Организованная преступность в России за последнее время полу­чила широкое распространение. Это один из тревожных показателей криминализации общества в Российской Федерации в начале ново­го века; данное явление представляет собой особый мир, и большая часть представителей этого мира социализирована именно в рамках его норм, традиций, ценностей, стереотипов поведения, находится в системе специфических социальных связей внутри указанного мира.
В отличие от других видов преступности, организованная пре­ступность представляется нетипичной для того или иного государст­ва: во многих странах ее просто нет. Возникновение этого феномена связано с особыми социально-экономическими условиями и измене­ниями в государстве.
Социально-экономические изменения в России происходили и происходят крайне противоречиво и непросто. Разгосударствление собственности, возникновение новых форм хозяйствования без над­лежащего правового регулирования и снижение роли государства в управлении экономическими преобразованиями породило масштаб­ную теневую экономику и реальную организованную преступность.
76
Данное положение относится к России. Во времена Советского Союза организованная преступность, как цельный, хорошо отлажен­ный механизм, имеющий структуру и все, что присуще организации в традиционном понимании, в СССР отсутствовала.
Структура смутно прослеживалась, но была размыта. Источники указывают, что эта структура рассеивалась при попытке связать хотя бы несколько преступных групп в единую схему деятельности. Един­ственным связующим звеном для уголовников был «общак».
ПРИМЕР. А. Н. Олейник приводит слова уголовника, «работав­шего» в советские времена: «Я могу посещать его (общак), могу не посещать. Это мое личное дело…никому я ничего не должен…у нас бригада: три-четыре человека…попались хорошие деньги…можем решить за столом: «Давайте в общак отнесем там пару сотен»…на общие воровские дела…» [32].
Общак держал коронованный вор. При сравнении с итальянской или американской мафией? может показаться, что воры в законе – это аналог «крестных отцов» мафии, однако это не так. Исследователи (Г. Ю. Подлесских, А. Я. Терешонок, А. Н. Олейник) свидетельству­ют о том, что законники в реальности осуществляли только полномо­чия третейских судей и сами, став ворами в законе, преступлений не совершали, объединенными действиями не руководили. Таким обра­зом, можно видеть, что вор в законе – это так называемый «интеллек­туал» преступного мира, а не мафиози. А этот факт, в свою очередь, говорит об отсутствии четкого механизма деятельности и структуры в отечественной преступности в советское время.
Так же наглядно свидетельствуют об этом невхождение в пред­полагаемую организацию коррупционеров. Чиновники от различных социальных институтов, конечно, брали взятки – это не скрывалось даже в советские времена официальными органами, чему свидетель­ство – ряд громких судебных процессов по делам руководящих ра­ботников (дело Кунаева, дело Чурбанова) – но чиновникам в данном случае не было принципиально, от кого получать деньги. За взятку чиновник совершал выгодные преступникам действия, пользуясь своим служебным положением, но при этом он не находился у них на постоянном жаловании и не лоббировал постоянно их интересы в структурах власти.
Коррумпированные же чиновники, предавая интересы государст­ва и общества, постоянно прикрывают преступников, снабжают их
77
информацией, оказывают давление на честных работников, ведущих борьбу с преступностью, то есть, фактически являются членами пре­ступных группировок.
ПРИМЕР. По данным некоторых исследований, проведенных А. И. Гуровым, председателем комитета Государственной Думы РФ по безопасности и его коллегами, все исследованные организован­ные преступные группировки (ОПГ) имели связь с представителями госаппарата.
ПРИМЕР. Масштабы коррупции огромны: по данным С. Глин­киной, одной из ведущих специалистов по проблеме взаимосвязи между приватизацией и криминализацией российской экономики,
25–30 % денег, заработанных криминальной деятельностью между 1990 и 1993 гг., было потрачено на налаживание коррупционных свя-
зей с правительственными и государственными чиновниками
Из вышеупомянутого видно, что коррупция представителей влас­ти может рассматриваться не только как один из признаков органи­зованной преступности в России, но и как благодатная почва для ее функционирования и развития. Организованная преступность пере­стает быть конфедерацией бандитов и вымогателей – это союз госу­дарственных чиновников и криминализованных бизнесменов.
Следующая составляющая – боевые структуры – это артели ху­лиганов и заурядных бандитов, которые в советские времена просто считали свою деятельность прибыльной и поступали соответствую­щим образом, никому при этом не подчиняясь.
Между тем, наиболее полное определение организованной пре-
ступности выглядит следующим образом: это два или более че­ловек, которые организовались для преступлений корыстно-ма­териальной направленности, между которыми существует ие­рархия, нормы поведения, разделение труда, имеется материаль­но-техническая база, каналы для отмывания денег, связь и раздел влияния между отдельными группами, а также связи с предста­вителями органов власти, которые действуют или бездейству­ют в интересах данной группировки.
Более подробный анализ дает М. В. Романенко, выделяя следую­щие характеризующие организованную преступность признаки:
1. Выраженные организационные структуры и строгая иерархия, наличие особых социальных и моральных норм поведения и ответст­венности, система санкций и поощрений.
78
2. Наличие значительных денежных ресурсов, инвестируемых в различные сферы преступной деятельности, что ведёт к становле­нию устойчивых региональных криминальных систем с тенденцией к объединению в масштабах всего государства.
3. «Прорыв» организованной преступности на международную арену. Преступные организации Запада и Востока видят в образо­вавшихся после распада СССР государствах обширный полигон для своей деятельности.
4. Стремление лидеров организованной преступности получить доступ к политической власти. Для этого используются различные каналы и способы приобретения и продвижения, внедрения своих кандидатов в государственные, хозяйственные, правоохранительные органы всех уровней.
Исходя из анализа данного материала и сравнивания с вышепри­веденными данными, мы можем говорить о том, что в СССР явления, соответствующего данному определению, не существовало.
Как уже говорилось, подобное положение вещей наблюдалось в нашей стране до середины 90-х годов. После окончания этого перио­да ситуация резко меняется в сторону возникновения и развития со­циального явления, которое, наоборот, вполне соответствует приве­денному определению – организованной преступности.
Таблица 3
Предпосылки возникновения
организованной преступности в России
Прежде всего, формирование рынка в условиях «дикого капитализма» и расширение и углубление власти «на местах» привлекают в обе указан­ные сферы преступные элементы, прежде всего, верхушку преступного мира, что ведет за собой разложение института воров в законе, раскол среди общей массы «законников», отсюда: Проникновение и активное внедрение «элиты» преступного мира в боль­шой бизнес и во власть знаменуют собой зарождение такого социального явления, как организованная преступность, отсюда:
Организованная преступность в традиционной трактовке начинает фор­мироваться в России в начале девяностых годов XX века.
79
Мы уже говорили о том, что теневой рынок существовал в нашем государстве всегда. Нелегальная экономика была жизненно необхо­димым элементом советской экономической системы, так как эта экономика обеспечивала горизонтальное взаимодействие предприя­тий в тех условиях, а с другой стороны, позволяла функционировать командой экономике, когда экономические агенты постоянно обра­щались к нелегальным практикам. Другими словами, для успешного выполнения плана требовалось обращаться к нелегальным практи­кам снабжения, и это обеспечивало, с другой стороны, плановым заданиям «адаптивный к реальности» характер. Если уж на таком уровне процветают нелегальные практики, то, что можно говорить о потребительском рынке дефицитных товаров!
Но грянула перестройка, затем распался СССР, а в 1992 году Указом Президента РФ «отпустили цены». Начинается период «ди­кого капитализма», подкрепленного безвластием (знаменитая фраза Б. Н. Ельцина, обращенная к субъектам федерации – мол, возьми­те суверенитета столько, сколько сможете унести!). Таким образом, у различных групп появляется возможность доступа к двум взаимос­вязанным объектам, которые, как магнит, всегда притягивали людей: большие деньги и власть. Частный бизнес, основанный в ту пору на нелегальных прибылях, нажитых на обмане государства, и открыв­шийся доступ к властным вакансиям, рожденный передачей рычагов власти «на места», привлекли внимание верхушки преступного мира как необъятное поле деятельности.
Необходимо вспомнить, что именно в этот период происходит по­степенное разложение в общей массе старого образа вора в законе, происходит раскол между ворами старой закалки, и новыми, преиму­щественно кавказской национальности.
ПРИМЕР. Раскол в элите преступного мира под знаменем идей­ных разногласий между «традиционалистами», отвергающими коммерцию, и «модернистами» – теми, кто встал на путь капитали­зации, можно проследить на примере «второй столицы» России – г. Санкт-Петербурга. Не секрет, что в последние годы за этим городом закрепилась репутация криминальной столицы России. Не секрет также, что это один из редких городов России, где нет воров в законе. Вследствие этого, в полной мере осуществляют свою деятельность группировки криминальных предпринимателей, не признающих во-
80