Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социология преступности. Учебное пособие
.pdf
ступности как социального явления, наличие отдельных явлений ее
составных частей, а не индивидуальном уровне – совершение конкретных преступлений.
Почему человек совершает преступление? Проблема совершения
преступления как нарушения общественных норм волновала многих
исследователей. Социологический подход рассматривает совершение преступления как нарушение индивидом общественных норм.
По поводу в целом социальных отклонений, осуждаемых обществом,
существуют три вида теорий: теории физических типов, психоанали-
тические теории и социологические теории.
Основная предпосылка всех теорий физических типов состоит в
том, что определенные физические черты личности предопределяют
совершаемые ею различные отклонения от норм. В различных обществах достаточно давно укоренились такие выражения, как «подозрительная внешность», порочные черты лица» и т. п. Такого рода
теории развивали Ч. Ламброзо, Э. Крештмер, В. Шелдон. Основная
идея, присутствующая в работах данных авторов, следующая: люди
с определенными физическими особенностями склонны совершать
социальные отклонения, осуждаемые обществом.
Из современных теорий наиболее разработанной считается теория В. Шелдона. Он выделил три основных типа человеческих черт,
влияющих, по его мнению, на совершение поступков, которые характеризуются как отклоняющееся поведение: эндоморфный тип (округлость форм, лишний вес), мезоморфный тип (мускулистость, атлетичность), эктоморфный тип (субтильность, худоба). Шелдон описал
определенные типы поведения, присущие каждому типу: например,
преступники в основном принадлежат к мезоморфным типам. Однако практика доказала несостоятельность теорий физических типов.
Случаи, когда, по словам С. Фролова, индивиды с лицом херувимов
совершали тягчайшие преступления, а индивид с грубыми, «преступными» чертами лица не мог обидеть и муху, не являются исключением из правил, они довольно многочисленны.
В основе психоаналитических теорий отклоняющегося поведения
лежит изучение конфликтов, происходящих в сознании личности. Согласно теории З. Фрейда, у каждой личности под слоем активного сознания находится область бессознательного. Бессознательное – это
наша психическая энергия, в которой сосредоточено все природное,
51
первобытное, не знающее границ, не ведающее жалости. Бессознательное – это биологическая сущность человека, не испытавшая влияния
культуры, и оно сдерживается собственным Я человека, а также так называемым сверх-Я, включающим общественные нормы, воспринятые
данным индивидом. Человеческое Я и сверх-Я постоянно сдерживают
наши инстинкты и низменные страсти, находящиеся в бессознательном, и рвущиеся наружу. Однако случаются ситуации, когда внутренние
конфликты между Я и бессознательным, а также между сверх-Я и бессознательным разрушают защиту и наружу прорывается внутреннее, не
знакомое с культурой содержание человека. В этом случае может произойти любое отклонение от культурных норм общества.
Данная теория обоснованна, однако определение и диагностика
возможных нарушений в структуре человеческого Я и возможных
социальных отклонений крайне затруднена в связи со скрытостью
объекта изучения – невозможно заглянуть в сознание каждому преступнику. Кроме того, как заметил С. Фролов, хотя каждой личности
присущ конфликт между биологическими потребностями и запретами культуры, далеко не каждый человек становится девиантом, и уж,
тем более, делинквентом.
Ответ на вопрос о причинах девиации пытаются дать социологические теории социальных отклонений. В соответствии с ними, индивиды становятся девиантами, так как процессы проходимой ими
социализации, то есть восприятия общественных норм, в группе бывают неудачными по отношению к некоторым, вполне определенным
нормам, причем эти неудачи складываются во внутренней структуре
личности.
По словам профессора М. В. Романенко, «девиантный тип от-
клоняющегося поведения заключается в нарушении общепризнанных
социальных стандартов, принципов и норм морали, а также ценностей». Такие нарушения носят антиобщественный характер и всту-
пают в конфликт с институциализированными социальными нормами и ценностями. К наиболее опасным формам девиантного поведения (социальной патологии) относятся алкоголизм, самоубийство
(суицид), бродяжничество и попрошайничество и др.
ПРИМЕР. Эскалация этих и других форм девиантного поведения
осуществляется в современной России в геометрической прогрессии. В стране «социальное дно» насчитывает около 14 млн. человек.
52
Делинквентный (криминальный) тип отклоняющегося поведения
состоит в нарушении норм права, в том числе и криминального.
ПРИМЕР. Криминальное, антиправовое поведение ныне охватило
до 1/3 населения нашей страны (теневая экономика, теневой рынок,
рэкет, финансовые аферы, теневая юстиция, контрабанда, терроризм
и экстремизм, проституция, наркобизнес и т. д.).
Когда процессы социализации успешны, индивид сначала адаптируется к окружающим его культурным нормам, затем воспринимает
их так, что одобряемые нормы и ценности общества или группы становятся его эмоциональной потребностью, а запреты культуры – частью его сознания. Он воспринимает нормы культуры таким образом,
что автоматически действует в ожидаемой манере поведения большую часть времени. Ошибки индивида редки, и всем окружающим
известно, что они не являются его обычным поведением. Если же
процесс социализации неудачен, то индивид может адаптироваться к
этим культурным нормам, но воспринять их как эмоциональную потребность, сделать их частью своего сознания он не может. При этом
речь идет не только об основном наборе норм, принятых в данном
обществе, но и конкретных, абсолютно определенных нормах и даже
норме – ведь даже нарушение какой-либо одной нормы может явиться делинквентным и наказуемым. Также в разное время делались попытки построить более или менее общие теории причин преступности в западном обществе. Этому посвящены работы Э. Дюркгейма,
Ш. Глюка, Д. Р. Крэсси и Р. Мертона. Здесь ясно вырисовываются
два основных круга общих вопросов: 1) о происхождении и наличии
преступности как социального явления; 2) о механизме связи между
преступностью и структурой современного общества.
Первый круг вопросов затронут в статье Дюркгейма «Норма и патология. Основной тезис этой статьи состоит в обосновании «естественной природы» преступности, которая якобы вечна и свойственна любому человеческому обществу. Исходя из данных о постоянном росте
преступности в буржуазных странах и утверждая, что «не существует
общества, не сталкивающегося с проблемой преступности», Дюркгейм
делает вывод, что «нет никакого другого феномена, который обладал
бы столь бесспорно всеми признаками нормального явления». «Проще
говоря, – продолжает он, – нормальным является само существование
преступности при условии, что она достигает, но не превышает уровня,
характерного для общества определенного типа».
53
Р. Макайвер выдвинул тезис о том, что вопрос о причинах преступности имеет не больше конкретного смысла, чем вопрос: «Почему такова человеческая природа?». Еще более определенно выражен
биологизм применительно к объяснению социальных явлений в статье Ш. Глюка «Теория и факт в криминологии». Автор утверждает,
что в раннем возрасте ребенку внутренне присуще антисоциальное
поведение. «Если же говорить об усвоении, – пишет он, – то, скорее
всего, усваивается неделинквентное, нормальное поведение». Асоциальные, эгоистические или антисоциальные импульсы он считает
вполне естественными.
Однако большинство авторов придерживается тезиса об определяющей роли социальных факторов. И здесь возникает второй
круг вопросов – о связи преступности со структурой общества, об
объяснении ее существования в современных условиях. Главные
из теорий здесь – теория «дифференцированной связи», выдвинутая Э. Сатерлендом, и теория так называемой «социальной аномии» Р. Мертона.
Основное положение теории Сатерленда состоит в том, что выбор
человеком определенной линии поведения обусловливается влиянием
его ближайшего окружения. «Преступное поведение, – писал Сатерленд, – усваивается во взаимодействии с индивидами в определенной
форме общения». При этом имеется в виду не столько усвоение «техники» совершения преступления, сколько восприятие основного типа
поведения, его целей, мотивов, отношения к существующему правопорядку, а также психологических и социальных оценок своих поступков.
Более тесная связь между преступностью и структурой западного
общества прослежена Мертоном в работе «Социальная структура и
аномия».
Мертон считает, что преступность нередко связана с использованием по общему признанию запрещенных, но часто эффективных средств
достижения, по меньшей мере, видимости определяемого культурой
успеха – богатства, власти и тому подобное. Там, где денежный успех
является основной целью существования, но очень мала возможность
использовать для достижения этого успеха общепризнанные и узаконенные средства, возникает стремление добиться его любой ценой.
Ограничение возможностей областью неквалифицированного труда и
связанный с этим низкий доход не могут конкурировать в терминах об-
54
щепризнанных стандартов достижения успеха с высоким доходом, связанным с эксплуатацией организованного порока.
На сегодняшний день предполагается выявление причин и условий преступности (и в целом, и отдельных структурных ее подразделений) в соответствии со структурой социологического знания, на
уровне всего общества (макроуровень), отдельных его социальных
групп и сфер общественной жизни, и на уровне отдельного индивида. На индивидуальном уровне речь идет о причинах и условиях
конкретного преступления, совершенного отдельным лицом или
лицами. Здесь много субъективного и ситуативного, порой случайного – особенности личности, ее жизненный опыт, отношения с
окружающими, стечение обстоятельств и. т. д. Вместе с тем, общесоциальные причины и условия преступности трансформируются
в индивидуальные, а наиболее типичные индивидуальные причины
и условия «складываются» в общесоциальные. Преступность, по
словам Я. И. Гилинского, как и другие социальные феномены, есть
порождение общества, социальных отношений, условий бытия и существенно зависит от них.
Причины и условия конкретного преступления могут быть нетипичными. Однако в индивидуальных случаях всегда проявляется
нечто общее. Поэтому научно-практическое изучение причин и условий преступности основано на обобщении данных, получаемых из
различных источников.
Выделяют причины политические, экономические, идеологические, организационно-управленческие:
- политические причины связаны с политической обстановкой
внутри страны, отношениями на международной арене. В России таковыми стали ослабление вертикали власти, децентрализация власти, угроза распада государства;
- идеологические причины связаны с культурой общества и с
формированием четкого отношения к преступности как к социальному явлению, вообще с нормативно-ценностной основой общества. В России повальная переоценка ценностей, психологический и
идеологический вакуум с неизбежностью рождает озлобленность и
отчаяние, которые, в свою очередь, приводят к повышению уровня
преступности;
- экономические причины касаются, прежде всего, социальной
дифференциации. В любом сложном обществе существует стратифи-
55
кация. В России период «дикого капитализма», приведший к обогащению одних и обнищанию более многочисленных других, породил
классовое противостояние предпринимателей, в основной своей массе криминализированных, и многомиллионного населения бедных и
нищих;
- организационно-управленческие причины связаны, прежде всего, с законодательной деятельностью и с контролем над выполнением законов. В России таковыми стали несовершенство законодательства, слабый контроль над выполнением законов.
Однако в данном случае необходимо помнить, что причинами
преступности эти факторы становятся через восприятие человека,
через его отношение к обществу. Антисоциальные взгляды, стремления, побуждения формируются в сознании людей. Отсюда мы можем
говорить о том, что причины преступности всегда имеют социально-психологический характер, связанный с восприятием индивидом
культурных норм и ценностей общества.
В правовой литературе признано, что в качестве непосредственной причины преступления выступает сложное взаимодействие
объективных и субъективных факторов и отдельных частей взаимодействующих явлений – личности и среды. Раскрытие причин преступлений непосредственно связано с проникновением в механизм
нравственного формирования личности, ее деформации и социального отчуждения.
Личность человека, выступая в единстве всех ее социальных,
нравственных и психологических свойств и признаков, формируется
в процессе жизни и деятельности человека. Вступая во взаимосвязи с
окружающими людьми, человек усваивает нормы поведения, нравственные и правовые понятия и представления, социальные и культурные ценности, приобретает новые потребности, интересы и стремления. Вместе с тем он вовсе не является «игрушкой в руках судьбы»
или пассивным объектом воздействия социальных условий; человек
сам в известных пределах оказывает воздействие на данные условия.
Если процесс формирования личности совершается в позитивном
направлении, то результат его будет благоприятен: рассогласован-
ность и противоречия между личностью и средой, неизбежные в силу
относительной самостоятельности, автономности человеческого существа, постепенно уменьшаются, сходят на нет, принимают такую
56
форму, которая не препятствует активной деятельности человека, его
взаимосвязям с природой и обществом.
Если процесс формирования личности совершается в негативном
направлении, то происходит обратное: возникает несоответствие
между свойствами личности и требованиями окружающей действительности. В случае неблагоприятного формирования личности ее
нравственные ценности, правовые представления, система потребностей и основных интересов входят в противоречие с соответствующими общественными интересами, представлениями и ценностями.
Личность приобретает антиобщественную ориентацию. Это выражается в деформации потребностей, мотивов, нравственности и иных
социальных ценностей человека.
Но ведь большая часть преступников формировалась в тех же
условиях, что и законопослушная часть общества! Почему же одни
совершают преступления, а другие – нет?
Главная причина заключается в том, что личность формируется
под воздействием не только всего общества в целом, но и тех малых
социальных групп, в которых она состоит. А это формирование не
всегда оказывается благоприятным.
ПРИМЕР. Одним из важнейших факторов обучения моральным
ценностям и поведенческим нормам служит семья. Когда ребенок
социализируется в условиях крепкой и здоровой семьи, он обычно
развивается как уверенная в себе, хорошо воспитанная личность. Эта
личность воспринимает нормы культуры как справедливые и само
собой разумеющиеся. Ребенок влияет определенным образом на свое
будущее. Если же семейная жизнь в чем-то неудовлетворительна для
ребенка, он часто развивается с проблемами в усвоении норм и с отклонениями в поведении. Многочисленные исследования молодежной преступности показали, что около 85 % молодых людей с отклоняющимся поведением воспитывались в неблагополучных семьях.
Американскими исследователями в области социальной психологии были выявлены пять основных факторов, определяющих семейную жизнь как неблагополучную:
- сверхсуровая отцовская дисциплина;
- недостаточный материнский надзор;
- недостаточная отцовская привязанность;
- недостаточная материнская привязанность;
- отсутствие сплоченности в семье.
57
Все эти факторы оказывают значительное влияние на процесс социализации ребенка в семье, и, в конечном счете, на воспитание личности с отклоняющимся поведением.
Однако семья – это не единственный (хотя и главный) институт
общества, участвующий в социализации личности. Нормы, воспринимаемые с детства, могут быть пересмотрены или отброшены в
ходе взаимодействия с окружающей действительностью, в частности, с социальным окружением. Вследствие этого нередки случаи
совершения преступления людьми, воспитанными в благополучных
семьях.
Малая социальная группа – семья, рабочий коллектив, ближайшее
окружение друзей и знакомых – это тот первичный коллектив, в котором человек проводит основную часть своего времени. Каждый
индивид выступает и как член малой группы (и при том не одной),
и одновременно как член всего общества; его поведение неизбежно
должно сообразовываться с требованиями всех тех больших и малых
коллективов, в которых он состоит.
Многие социальные противоречия, свойственные обществу, реализуются через малые группы. Например, классовые и иные социальные различия сказываются в различиях образа жизни малых
групп – семьи, родственников, друзей, соседей, обсуждаются и оцениваются ими. Демографические изменения также затрагивают малые группы: переезд с периферии в столицу неизбежно меняет ближайшее окружение субъекта, причем часто это изменение носит не
только персональный, но и социальный характер (переход в другую
профессиональную, возрастную группу и т. д.).
Относительная самостоятельность малой социальной группы приводит к тому, что в ней могут возникать групповые нормы поведения
и групповые ценности, не совпадающие с нормами и ценностями,
принятыми обществом и санкционированными государством. Это не
значит, что такие групповые образцы поведения всегда противоречат правовым или нравственным нормам общества; часто они в этом
смысле нейтральны, так как касаются только профессиональных или
иных специфических интересов участников группы (взаимоотношения спортсменов, традиции семьи, национальные обычаи и др.).
Вместе с тем, возможны и такие групповые нормы и образцы поведения, которые противоречат праву и общественной нравственности.
58
Во-первых, это противоречия внутри самой социальной группы:
конфликты между членами семьи, рабочего коллектива, учебной
группы и т. д. Внутренние групповые конфликты болезненно сказываются на самосознании и поведении членов группы, тем более что
они, как правило, вынуждают каждого определить свою позицию по
отношению к враждующим участникам, принять ту или иную сторону. Эти конфликты могут стать источниками различного рода правонарушений.
Далее, встречаются конфликты между несколькими малыми социальными группами, например, между семьей и сослуживцами, между
группами родственников со стороны мужа и со стороны жены, между
школой и родителями подростка и т. д. Важно отметить, что подобный
конфликт может носить не только внешний характер, выражаясь в ссорах и обостренных взаимоотношениях, но и быть скрытным, внутренним. Когда субъект является вольным или невольным участником обеих
конфликтующих групп, это отрицательно сказывается не только на его
самосознании, но и на поведении. Избирая ту или иную линию поведения, он неизбежно нарушает групповые нормы другой стороны; занимая
двойственную позицию, он обрекает себя на осуждение обеих сторон.
Все это служит источником разнообразных правонарушений, в особенности направленных против личности.
Наконец, возможна третья разновидность противоречий и конфликтов – между малой группой и обществом. По сути дела, это
противоречия на основе расхождения между нравственными, правовыми и иными социальными нормами и ценностями – групповыми
и общественными. Семья, ведущая антиобщественный образ жизни
(пьянство и пр.), приходит в резкое противоречие с нормами общества. Тем более в таком противоречии находится группа преступников,
совместно совершающих преступления, например, кражи.
Групповые нормы поведения большей частью не фиксируются
в каком-либо определенном виде: это просто обычные реакции на
стандартные ситуации, которые в данной группе достаточно общеприняты. Если в семье по субботам и воскресеньям отец выпивает
с соседями, подросток привыкает к этому как к обычному порядку
вещей. «В любой группе важно именно то, что считается само собой
разумеющимся, что молчаливо и бессознательно принимается всеми» [3]. Это и опасно, потому что под такую категорию само собой
59
разумеющихся поступков могут подпадать и мелкие кражи, и сквернословие, и хулиганские выходки в общественных местах.
Групповая мораль подобного сорта тесно связана с низким уровнем
правового и нравственного сознания. Происходит деформация многих
моральных понятий, и это становится психологическим оправданием
противоправных поступков. Этот момент очень важен. По существу,
при такой деформации все три типа противоречий в итоге сводятся к
тому, что стремление удовлетворить свои потребности перестает признавать границы общественных норм. Это противоречие превращается
в главный криминогенный фактор. Учитывая, что в классовом обществе всегда существует противоречие между потребностями людей и реальными возможностями (шансами) их удовлетворения, зависящими,
прежде всего, от места индивида или группы в социальной структуре
общества, то есть определенная степень социально-экономической дифференциации и неравенства, преодоление этого противоречия становится определяющим для человека или социальной группы. И зачастую, к
сожалению, он пытается решить эту проблему незаконным путем – как
раз в силу следования преступной групповой морали, противоречащей
общественным нормам.
ПРИМЕР. Сегодня правомерно говорить о том, что в российском
обществе сформирована определенная преступная или криминальная
субкультура. Данной проблеме посвящено значительное количество
исследований, в контексте же нашей работы видится необходимым
обозначить некоторые основные аспекты взаимосвязи этого явления
с эскалацией преступности.
Преступная субкультура представляет опасность в том отношении,
что она поражает, как уже отмечалось, широкие слои населения и характеризует собой определенный уровень развития общества, выражающийся в девальвации правовых и нравственных ценностей (обслуживая
интересы представителей преступного мира, криминальная субкультура
неизбежно входит в противоречие с общепринятыми культурными ценностями), криминогенных формах организации его жизнедеятельности
и взаимоотношении его членов. Характерной чертой такой субкультуры является активное и повсеместное культивирование в общественное сознание образцов и норм поведения криминальной среды, насаждение элементов блатного творчества, пропаганда характерных для
этой субкультуры способов решения проблем и выяснения отношений.
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]