Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Социология преступности. Учебное пособие

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
лет за совершение особо тяжких преступлений, при особо опасном рецидиве преступлений, а также осужденные, являющиеся злост­ными нарушителями установленного порядка отбывания наказаний, переведенные из исполнительно-трудовых колоний. Тюрьмы бывают строгого и особого режимов.
В воспитательно-трудовых колониях отбывают наказание несовер­шеннолетние осужденные, а также осужденные, оставленные в воспи­тательно-трудовых колониях до достижения ими 21 года. Воспитатель­но-трудовые колонии бывают общего и усиленного режимов.
Также в уголовно-исполнительскую систему, согласно Закону об учреждениях и органах, исполняющих уголовное наказание в виде лишения свободы, могут входить следственные изоляторы, предпри­ятия, специально созданные для обеспечения деятельности уголов­но-исполнительной системы, научно-исследовательские, проектные, лечебные, учебные и иные учреждения.
Следственные изоляторы служат для содержания под стражей по­дозреваемых и обвиняемых в совершении преступления. Они име­ются в каждом субъекте Российской Федерации и крупных городах. Упомянутый выше Закон «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовное наказание в виде лишения свободы», в своей первой главе определил принципы деятельности и задачи уголовно-исполнитель­ной системы. Согласно ст. 1 главы 1 Закона, «деятельность уголов­но-исполнительной системы осуществляется на основе принципов законности, гуманизма, уважения прав человека». Согласно ст. 2 той же главы, «задачами уголовно-исполнительной системы являются:
1) исполнение уголовных наказаний в виде лишения свободы, а
также исключительной меры наказания;
2) обеспечение правопорядка и законности в учреждениях, испол­няющих уголовные наказания в виде лишения свободы, безопасности содержащихся в них осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на территории этих учреждений;
3) привлечение осужденных к труду, а также обеспечение их об­щего и профессионального образования и профессионального об­учения;
4) обеспечение охраны здоровья осужденных;
5) содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность».
121
Таким образом, на сегодняшний день пенитенциарные учрежде-
ния в России представляют собой централизированную систему, имеющую в своей деятельности правовую основу в лице Консти­туции Российской Федерации, ряда Законов Российской Федерации, конституций и правовых актов субъектов Российской Федерации, с четко определенными задачами и находящуюся в ведении Министер­ства юстиции Российской Федерации.
Однако нормальное функционирование уголовно-исправительной
системы осложняется многими факторами.
В конце XX века в пенитенциарных учреждениях остро встал во­прос об обеспечении заключенных необходимыми средствами к су­ществованию.
В течение ряда лет уголовно-исполнительная система обеспечи­валась бюджетными средствами в размерах, которые не превышали 60 % минимальных потребностей учреждений. Так, на 2000 год было выделено чуть больше 14 миллиардов рублей, что составляет 64 % от минимальных потребностей. В то же время есть мнение, что факти­чески выделяется всего 50 % от требуемого объема финансирования.
По существу, недостаточное финансирование породило и другие проблемы. Не хватало средств на приобретение необходимого коли­чества продовольствия, медикаментов, заготовку сельхозпродукции и топлива на осенне-зимний период.
Обострились проблемы размещения и содержания по отдельным категориям осужденных к лишению свободы. Наполняемость коло­ний общего режима составила 110 %, колоний для содержания боль­ных туберкулезом – 145 %, лечебно-профилактических учреждений – 126 %, исправительных колоний для содержания осужденных к по­жизненному заключению – 105 %. Особенно остро ситуация сложи­лась в следственных изоляторах, где десятки тысяч людей не имеют спальных мест. Сегодня следственные изоляторы переполнены на 44,3 % без учета новой нормы размещения арестованных, введенной Федеральным законом с 1 января 1998 года – 4 кв. м. камерной пло­щади на одного заключенного вместо 2,5 кв. м. В среднем на одного человека приходится 1,73 кв. м. камерной площади, а в некоторых учреждениях – 0,5 кв. м. Более 137 тысяч подозреваемых и обвиняе­мых не обеспечены спальными местами. Людям приходится спать по очереди в две-три смены.
122
ПРИМЕР. В 1995 году в Ставропольском следственном изоляторе переполнены были даже те камеры, в которых содержались несовер­шеннолетние. Администрация пошла на нарушения, переведя в одну камеру и осужденных, и подследственных несовершеннолетних жен­ского пола.
Переполненности следственных изоляторов способствовала неу­довлетворительная работа судов. Длительные судебные разбиратель­ства препятствуют своевременной разгрузке следственных изолято­ров – отправления осужденных в исправительно-трудовые колонии, либо на свободу тех, кто по приговору суда осужден условно, либо оправдан. В Ставропольском крае 36 судов общей юрисдикции. В 1998 году ими рассмотрено 76121 гражданское дело и 17993 уго­ловных. В 1999 году количество рассмотренных дел увеличилось – 78949 гражданских и 19079 уголовных. По административным нару­шениям – та же картина: 42459 и 44726 дел соответственно.
В среднем на одного судью приходилось в 1998 году 379 граждан­ских дел и 88 уголовных. В 1999 году – 405 гражданских и 96 уголов­ных дел.
С нарушениями процессуальных сроков рассмотрено 2685 уголов­ных и 4777 гражданских дел. В 1999 году – 2705 уголовных и 5720 гражданских дел. На настоящий момент ситуация не изменилась. По словам Президента В. Путина, в России на одного судью в среднем приходится порядка 60 уголовных дел к рассмотрению в месяц.
ПРИМЕР. Летом 1999 года в г. Ставрополе проходило организо­ванное группой граждан пикетирование Дома правосудия (в нем раз­мещаются 3 районных суда города Ставрополя, краевой суд и Управ­ление юстиции края) и Дома правительства края. Граждане протесто­вали против несправедливых решений судов. В то же время Предсе­датель комитета по законодательству Государственной Думы края Д. Кузьмин отметил, что в Ставропольском крае ряд судей назначен с нарушением действующего законодательства. Все это никоим обра­зом не способствует улучшению работы судов. В результате мы име­ем переполненные изоляторы и колонии, часть контингента кото­рых могла бы получить менее строгое наказание в виде условного лишения свободы, либо в случае с арестом – меру пресечения – под­писку о невыезде.
На сегодняшний день ситуация сдвинулась с мертвой точки, но остается весьма сложной. 03.04.07 Уполномоченный по правам чело-
123
века в России В. Лукин в докладе, представленном Президенту, крити­ковал высокий уровень обвинительных приговоров в российских судах (более 90 %). При этом Лукин отметил, что, по словам людей, работаю­щих с отбывающими наказание (в частности, православного священни­ка) 30 % отбывающих наказание осуждены несправедливо (!).
Далее, 60 % зданий находятся в аварийном или неудовлетворитель­ном состоянии, требующем срочного ремонта. Как отметил зампредсе­дателя Комитета Совета Федерации по правовым и судебным вопросам, представитель в СФ от Липецкой области А. Лысков, многие из них строились еще во времена Екатерины II. По заключению экспертных комиссий, полностью непригодными к эксплуатации признаны 26 след­ственных изоляторов и тюрем. Из-за отсутствия средств заморожены работы по реконструкции и строительству 100 объектов.
В местах лишения свободы к 1999 году содержалось более 1100 че­ловек, осужденных к смертной казни, и лиц, которым смертная казнь заменена пожизненным лишением свободы. Их численность ежегодно увеличивается на 250 человек. Соответствующие исправительные коло­нии рассчитаны на размещение только 630 таких осужденных.
Не менее тяжело дело обстоит с медицинским обеспечением. По­стоянное сокращение ассигнований, недостаточное и несбалансиро­ванное питание привели к росту заболеваемости в 1,8 раза. Проблема усугубляется с каждым днем, в колониях и следственных изоляторах содержатся уже свыше 90 тысяч человек, страдающих различными формами туберкулеза.
Тяжелая ситуация привела к распространению этого заболевания не только среди спецконтингента, но и среди сотрудников. На 2000 год более 900 сотрудников заболели различными инфекционными за­болеваниями, в т. ч. около 400 – туберкулезом.
Наполнение специализированных лечебных учреждений превы­шают установленные нормы на 30 %.
В катастрофических условиях оказалась промышленность уго­ловно-исправительной системы, предприятия которой производят платежи почти по тридцати видам федеральных и местных налогов и сборов в сумме, превышающей 1,1 миллиарда рублей. Практиче­ски не обновляются основные фонды, износ оборудования превысил 70 %. Около 140 тысяч трудоспособных осужденных оказались не обеспечены работой.
124
На сегодняшний день ситуация мало чем изменилась. В 2004 году комиссар по правам человека Совета Европы Альваро Хиль-Роблес впечатление от тюрем назвал самым тяжким из полученных во время поездки по России. При этом он отметил, что посещал в каждом из городов одну-две тюрьмы, чтобы «не ухватиться за кошмарную кар­тину, а составить реальное впечатление» [4].
По данным международной организации «Врачи без границ» за 2005 год, в российских тюрьмах сидят почти 100 тысяч больных ту­беркулезом и 35 тысяч ВИЧ-инфицированных заключенных.
Смертность в местах лишения свободы России за год увеличилась на 12 %, число должностных преступлений – почти вдвое. Об этом заявил министр юстиции РФ Юрий Чайка, выступая 17 марта 2006 года на расширенной коллегии Министерства юстиции России.
Между тем, в отчете за 2005 год Минюста РФ сообщается об улучшении норм питания, вещевого довольствия, а также матери­ально-бытового обеспечения осужденных. По данным министерства, за счет улучшения медицинского обеспечения количество больных активной формой туберкулеза в местах лишения свободы уменьши­лось в два раза. Кроме того, отмечается, что в последние годы были значительно улучшены и приведены к международным стандартам условия содержания подозреваемых в следственных изоляторах. Од­нако данные рисуют другую картину. В 2006 году В. Лукин в разго­воре с Президентом говорил о некотором улучшении медицинского обслуживания в местах заключения, однако, по его словам, проблем еще очень много.
ПРИМЕР. По информации организационного управления ГУИН Министерства юстиции РФ по Новосибирской области, в учреждени­ях ГУИН на 01.01.02 г. остаётся сложной обстановка по размещению спецконтингента, особенно в СИЗО. В нарушение ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых» вместо 4 м2 на одного человека приходится 1,5 м2. Практически каждый из числа аресто­ванных и содержащихся в СИЗО не обеспечен индивидуальными по­стельными принадлежностями и спальным местом.
По состоянию на 1 августа 2010 года в пенитенциарных учрежде­ниях Российской Федерации находилось 842,2 тыс. человек. По дан­ным International Centre for Prison Studies по состоянию на 1 декабря 2013 года, в заключении находится 680,2 тыс. человек. Количество
125
заключенных на 100000 населения составляет 474 человек. По этому показателю Россия занимает 8 (7) место в мире.
При этом следует отметить, что данные официальных органов разнятся. В марте 2013 года глава Минюста РФ А. Коновалов сказал, что в местах лишения свободы отбывают наказание 575 тысяч чело­век, и подчеркнул, что это самый низкий показатель за последние 20 лет. Министр добавил, что еще 113 тысяч заключенных находятся в СИЗО (это больше показателей 2010 и 2011 годов). Таким образом, общее количество заключенных в СИЗО и колониях на тот момент достигало 688 тысяч человек, а общее число заключенных в России (учитывая колонии-поселения и колонии для пожизненно осужден­ных) – 706 тысяч человек. В мае 2013 года в материалах, приурочен­ных к годовщине работы правительства РФ под председательством Дмитрия Медведева, было объявлено, что в конце 2012 года в местах лишения свободы находились 702 тысячи человек, а 1 апреля 2013 года – 695,5 тысячи человек. На сайте ФСИН сообщается, что по со­стоянию на 1 июня 2013 года в местах лишения свободы содержатся 688,6 тысячи человек.
По информации ФСИН на июнь 2013 года, 569,9 тысячи заключен­ных отбывают наказание в 736 колониях, 39 тысяч человек – в 128 ко­лониях-поселениях, 1844 человека – в пяти колониях для пожизненно осужденных, 115,3 тысячи человек – в 230 СИЗО и 165 помещениях, приспособленных под СИЗО, 115,3 тысячи человек – в режиме следст­венных изоляторов при колониях, 1 тысяча человек – в 7 тюрьмах, 2,2 тысячи человек – в 46 колониях для несовершеннолетних.
Условия содержания в местах лишения свободы далеки от иде­альных. Прокуратура утверждает, что российские исправительные учреждения переполнены, более половины заключенных страдают серьезными заболеваниями, а в тюремных медсанчастях не хватает медикаментов. По тем же данным, основное оборудование было вы­пущено не позже 70–80-х годов прошлого века. ФСИН занимается ремонтом старых и строительством новых тюрем, однако в ведом­стве подчеркивают дороговизну этих проектов. Так, строительство одной современной тюрьмы на тысячу заключенных обходится госу­дарству в 3 миллиарда рублей.
Остаётся сложной ситуация по финансированию учреждений ГУИН Министерства юстиции РФ по НСО. Средств, выделенных из федерального бюджета на содержание спецконтингента и личного
126
состава, недостаточно для решения вопросов, связанных с обеспече­нием спецконтингента продуктами питания, вещевым имуществом, лекарствами. В колониях и тюрьмах, расположенных на территории НСО, сложилась чрезвычайно серьёзная ситуация с заболеванием ту­беркулёзом, острыми кишечными инфекциями, гепатитом, СПИДом.
По данным на 2013 год более 50 процентов заключенных стра­дают туберкулезом, ВИЧ-инфекцией, наркоманией и психически­ми расстройствами. При этом, по словам замглавы медуправления ФСИН А. Тихонова, комиссии принимают положительные решения лишь по 42 % заключенных, представленных на условно-досрочное освобождение по состоянию здоровья.
По заявлению генпрокурора РФ Ю. Чайки на выступлении в Со­вете федерации, в 2012 году в исправительных учреждениях умерли 3907 человек. (начальник Генпрокуратуры по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний Магомедрасул Магомедрасулов в феврале называл иную цифру — 4121 человек) А в СИЗО и испра­вительных учреждениях за 2012 год было совершено 28 убийств и зарегистрировано 961 преступление.
Износ зданий и сооружений в среднем составляет 80 %. На про­тяжении последних 5 лет практически не обновлялось оборудование коммунально-бытового хозяйства из-за отсутствия целевого финан­сирования. В большинстве учреждений пищеблоки не соответствуют санитарным требованиям, так как находятся в аварийном состоянии.
Треть российских СИЗО, по данным Генпрокуратуры на 2013 год, функционируют более ста лет. В 54 СИЗО не соблюдается норма в четыре квадратных метра площади на одного человека, некоторые за­ключенные не обеспечены спальными местами. Наблюдается дефи­цит медикаментов и дезинфицирующих средств, большая часть экс­плуатируемого медсанчастями оборудования выпущена в 1970–1980­х годах. Всего за год в учреждениях ФСИН было выявлено более 43 тысяч нарушений условий содержания заключенных.
В феврале 2013 года начальник финансово-экономического управ­ления ФСИН О. Коршунов заявил: «Строительство одной тюрьмы на тысячу человек стоит три миллиарда рублей, то есть три миллиона на одного человека». По словам Коршунова, летом 2012 года в фи­нуправлении заработала новая команда менеджеров, которая столк­нулась со многими проблемами. В частности, была признана неу­довлетворительной работа половины ФГУПов, снабжающих заклю-
127
ченных продуктами питания. Выяснилось, что зачастую стоимость продуктов завышалась.
Надо сказать, что проблемы пенитенциарной системы переста­ют быть сугубо тюремными. Мировая общественность неоднознач­но оценивает деятельность пенитенциарных учреждений в России. С одной стороны, в них хорошо разработаны вопросы образования осужденных, хотя и без учета их индивидуальных интересов и, зача­стую, вопреки желанию осужденных; с другой – в России существует излишество тюремной атрибутики, особенно по отношению к несо­вершеннолетним. Имеет место применение репрессивно-каратель­ных мер в большом количестве, повсеместное физическое, мораль­ное и психическое насилие над личностью осужденного.
В настоящее время исправительная система России не вооружена научно-обоснованными программами формирования законопослуш­ной личности. Не отвечает современным требованиям и социально­бытовое обеспечение заключенных, особенно в социальном отно­шении. Каждый третий освободившийся из мест лишения свободы совершает новое преступление, велико наличие суицидов в исправи­тельных учреждениях.
Высоким остается уровень преступности в местах лишения сво­боды. В течение 2012 года в СИЗО и колониях было зарегистрирова­но 28 убийств и более 950 других преступлений. Изъяты незаконно находившиеся у заключенных 4,2 миллиона рублей, 21 тысяча ли­тров алкоголя и более десяти тысяч мобильных телефонов.
В 2012 году из мест лишения свободы было совершено 170 по­бегов и 10 покушений на побег. По состоянию на 31 декабря 138 беглецов оставались в розыске. Предотвратить удалось 2189 запла­нированных побегов. За год в местах лишения свободы не было со­вершено ни одного захвата заложников (в предыдущие годы, начиная с 2002, захваты заложников совершались не чаще одного раза в год; лишь в 2007 году было совершено сразу три таких преступления).
По словам главы Госнаркоконтроля В. Иванова, треть заключенных российских тюрем употребляют наркотики. «Это те, кто осужден за на­ркопреступления, за кражи, разбои, грабежи, а это четверть миллиона человек», — заявил Иванов 14 июня 2013 года. Он подчеркнул, что за­ключенных необходимо лечить от наркомании, в том числе за счет пре­сечения оборота наркотиков в местах лишения свободы. В противном
128
случае после выхода на свободу бывшие заключенные сразу начинают совершать преступления ради покупки наркотиков [1].
Этот кризис обусловлен как объективными причинами, так и субъ­ективными. Примером последних лет может стать некомпетентность работников исправительно-трудовых учреждений, которые не могут отказаться от стереотипа в восприятии заключенных. Объективные причины заключаются, прежде всего, в том, что вся пенитенциарная политика Российской Федерации ориентирована на карательно-репрес­сивные принципы в отношении заключенных. Результаты этого налицо: «за последние сорок лет в советских и российских исправительно-тру­довых учреждений побывало приблизительно 40 миллионов человек, и в перспективе мы наблюдаем дальнейшую криминализацию общества. Для вывода пенитенциарной системы из кризиса необходимо реформи­ровать основы уголовно-исправительной политики.
Очень остро стоит вопрос о необходимости приведения уголов­но-исполнительного российского законодательства в соответствие с Конституцией Российской Федерации. Минимальными стандартны­ми правилами обращения с заключенными, Европейской конвенцией по защите прав человека и основных свобод, Конвенциями по преду­преждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, другими международными соглашениями по обращению с заключенными.
В 1996 году и в 2001 году была проведена замена несоответст­вующих современным требованиям устаревших Уголовного и Уго­ловно-процессуального кодекса, соответственно. Также необходимо внесение изменений в Уголовно-исполнительный кодекс РФ.
15 февраля 1999 году на заседании Коллегии Министерства юсти­ции России была рассмотрена и одобрена Концепция реформирова­ния уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Рос­сии. Эта Концепция предусматривает корректировку уголовной по­литики, дальнейшую гуманизацию уголовного, уголовно-процессу­ального и уголовно-исполнительного законодательства, дальнейшее разграничение компетенции в вопросах управления и обеспечения жизнедеятельности учреждений уголовно-исправительной системы между федеральными органами и органами субъектов Российской Федерации; создание условий и порядка исполнения наказаний, обеспечивающих социально-правовую защиту осужденных, подо­зреваемых и обвиняемых в совершении преступления.
129
Наиболее важным с точки зрения реформирования уголовно-ис­правительной системы в плане структуры видится положение Кон­цепции об изменении структуры исправительных учреждений, пе­реход к отбыванию наказаний в одном учреждении различных кате­горий осужденных с их раздельным содержанием в зависимости от числа судимостей и общественной опасности при углубленной диф­ференциации отбывания наказаний.
Также не менее важным является положение о подготовке пер­сонала новой формации, способного адекватно воспринимать тре­бования международных стандартов в сфере обращения с осужден­ными, поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка, профессионально подготовленного и желающего работать в сфере деятельности. Следует отметить, что по данным МВД, в 2012 году за различные преступления осуждены 187 сотрудников исправитель­ных учреждений.
В 2012 году во ФСИН было проведено пятипроцентное сокра­щение штатов. Именно этим глава ведомства Геннадий Корниенко объясняет тот факт, что за год в местах лишения свободы выросло количество нарушений режима, нападений на персонал, убийств и случаев проноса наркотиков и мобильных телефонов. Кроме того, как утверждает Корниенко, после сокращения штатов увеличилось количество суицидов сотрудников ФСИН.
В «Концепции развития уголовно-исполнительной системы РФ до 2020 года», принятой в 2010 году, отмечается: «Служба в уголовно-ис­полнительной системе не считается престижной среди населения стра­ны. Заработная плата в уголовно-исполнительной системе в крупных городах и промышленно развитых регионах Российской Федерации су­щественно меньше среднего дохода населения в этих регионах. Несоот­ветствие денежного довольствия объему, сложности и характеру работы является основным мотивом увольнения работников уголовно-исполни­тельной системы и снижения требовательности к персоналу».
В январе 2006 году Министерство юстиции предложило ряд мер по уменьшению числа заключенных. В частности, предлагается бо­лее активно использовать альтернативные виды наказания, соответ­ственно обобщить судебную практику и ускорить процедуру произ­водства по отдельным категориям уголовных дел, а именно нетяжким преступлениям. По этому поводу проводится работа по разработке изменений в Уголовно-процессуальном кодексе РФ.
130