Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социология глобализации. Учебное пособие для вузов
.pdf
p=ƒдел 1. cл%K=л,ƒ=ц, " -%*3“е “%ц,%л%г,, , д!3г,. “%ц,=ль…/. …=3*
91
системы не просто циклическим, а скорее, спиралеобразным, т. е.
сочетающим повторяемость с изменчивостью: «Мой подход признает значение повторяющихся и эволюционных изменений… Я буду,
следовательно, комбинировать повторение и эволюцию, циклы и
стадии, преемственность и изменчивость в прослеживании разви-
1
тия ядра мировой системы в течение пяти столетий»
. Любая циклическая теория, страдая тенденцией к рассмотрению социальных
процессов как автоматических, таит в себе опасность телеологизма.
Именно в силу этого практически все теоретики циклизма, начиная
с великого арабского мыслителя XIV в. Ибн-Хальдуна, дополняли
циклическое или количественное измерение социальных изменений эволюционным или качественным. Стремясь избежать обвинений в телеологичности, Гольдстайн оценил значение изучения
циклов следующим образом: «Они не позволяют нам предвидеть
будущее, но они могут помочь понять динамику международной политики в ее глубоком контексте и лучше понять то, как современный
мир может воспользоваться «уроками истории»2. Гольдстайн предпринял попытку спрятаться от призраков телеологизма и автоматизма за спираль единства циклических (количественных) и эволюционных (качественных) изменений мировой системы.
Концепция Гольдстайна представляет собой попытку исследовать единство указанных трех типов изменений мировой системы,
но все же в центре его внимания находятся второй и третий типы изменений, 50-летних длинных волн или циклов Кондратьева и циклов
гегемонии. Гольдстайн синтезирует объяснение длинных волн экономики капитальными инвестициями (Н. Д. Кондратьев, Дж. Форрестер), циклами кризиса капитализма (Л. Троцкий, Э. Мандель), инновациями (Й. Шумпетер, Г. Менш, К Фримен), войнами
(Й. Экерман, Н. Зильберлинг) и гибридными теориями (У. Ростоу,
А. Кляйнкнехт). Исследуя циклы гегемонии, Гольдстайн обобщает
подходы, в частности, А. Тойнби, мир-системной школы (И. Валлерстайн, К. Чейз-Данн и т. д.), Дж. Модельски, Дж. Леви.
Гольдстайн анализирует взаимоотношение длинных волн в экономике (циклов Кондратьева) и циклов гегемонии и войн за гегемонию в мировой системе. Гольдстайн указывает, что на первый взгляд
длинные волны представляются протекающими в экономике, а циклы гегемонии — в политике. Но на самом деле первые включают
в себя важные политические процессы (войны), а вторые — экономические (экономическая гегемония и конкуренция). Циклы гегемонии включают в себя длинные волны или циклы Кондратьева, ко-
1
Goldstein J. Long Cycles. Prosperity and War in the Modern Age. P. 6.
2
Ibid. P. 8.
92
q%ц,%л%г, гл%K=л,ƒ=ц,,
торые в свою очередь содержат в себе кратковременные циклы экономического развития (5-летние циклы Жюглара, 10-летние циклы
Китчина, 20-летние циклы С. Кузнеца), упомянутые Ф. Броделем.
Гольдстайн подчеркивает, что длинные волны и циклы гегемонии
действуют в одном экономико-политическом пространстве: они различаются не сферой развертывания, а хронологически. Гольдстайн
поддерживает идею Валлерстайна, согласно которой циклический
взгляд на развитие общества характерен для эпох стагнации или
упадка. По мнению Гольдстайна, именно поэтому теории длинных
волн в экономике (циклов Кондратьева) оживились в 1930-х и 1970–
1980-х гг. — в периоды стагнации в мировой экономике.
Снимая рассмотренные им концепции циклов в обширном и обстоятельном синтезе, Гольдстайн предлагает оригинальное теоретическое объяснение развертывания циклов глобальной политики.
Гольдстайн считает, что причинно-следственная связь между динамикой длинных волн (циклов Кондратьева) и циклов гегемонии слаба. Они не синхронизированы: нельзя сказать, что определенному
числу длинных волн соответствует цикл гегемонии. Длинные волны
развертываются в соответствии со своей логикой, испытывая вместе с тем воздействие циклов гегемонии, и наоборот. Ученый сравнил
мировую систему с системой координат, где ось абсцисс отражает
длинные волны, а ось ординат — циклы гегемонии. Мировая система совершает колебательные движения внутри пространства, очерченными длинными циклами, с одной стороны, и циклами гегемонии, с другой.
Наибольшее внимание Гольдстайн уделяет рассмотрению циклов гегемонии в мировой системе. Каждый цикл гегемонии охватывает примерно полтора столетия. С 1495 по 1945 г. протекли 9 циклов
1
Кондратьева
и 3 полных цикла гегемонии (один цикл гегемонии
включает в себя три цикла Кондратьева). В 1945 г. начался новый,
четвертый цикл гегемонии. Каждый цикл гегемонии начинался со
следующего после войны за гегемонию периода устойчивой гегемонии (Нидерланды после 1648 г., Великобритания после 1815 г. и США
после 1945 г.), потом следует период движения к упадку гегемонии и
становления более многополярного, соревновательного мира. Гольдстайн выделяет следующую последовательность периодов каждого
из этих циклов: 1) война за гегемонию (вооруженная борьба между
государствами ядра мировой системы за гегемонию 2) и сильная гегемония доминирующей державы, т. е. период неоспоримого господства страны в мире, одержавшей верх в войне за гегемонию,
3) упадок гегемонии, т. е. ослабление, эрозия господства державы-
1
Сам Н. Д. Кондратьев, как известно, проследил циклы с конца XVIII в. по 1920 г.
p=ƒдел 1. cл%K=л,ƒ=ц, " -%*3“е “%ц,%л%г,, , д!3г,. “%ц,=ль…/. …=3*
93
гегемона и 4) соперничество, т. е. конкуренция былой державы-гегемона с возникшими претендентами на роль гегемона, многополярный мир. Далее следует первая фаза нового цикла — война за гегемонию. Завершение кульминационной войны за гегемонию и
переход к фазе сильной гегемонии подкрепляется формализацией
установления нового мирового порядка — подписанием принципиальных договоренностей. В выделении фаз циклов гегемонии, как
видим, Гольдстайн во многом повторяет Валлерстайна, а еще в большей степени — Модельски. В отличие от склонного к схематизму
Модельски, Гольдстайн не пытается определить хронологических
рамок фаз циклов гегемонии (табл. 2).
Таблица 2
Циклы гегемонии мировой системы, по Дж. Гольдстайну
Циклы
1495–1648 Венеция Австрийская
1648–1815 Нидерланды Франция 1793–1815 Венский
1815–1945 Великобритания Германия 1914–1945 Ялтинские
1945-? США ? ? ?
Первоначальный
гегемон
Соперник
империя
Габсбургов
Кульминационная
война за
гегемонию
1618–1648 Вестфальский
1
Решающие
договоренности
мир
конгресс
и БреттонВудские
соглашения,
создание ООН
Гольдстайн подчеркивал общность своей циклической теории
с концепцией Модельски, но в особенности с подходом Валлерстайна. В том, что касается «плоти и крови» конкретного историкосоцио логического материала, Гольдстайн во многом идет вслед за
Валлерстайном, обильно цитируя его произведения. В рассмотрении конкретных обстоятельств протекания трех циклов гегемонии
Гольд стайн опирается на исторический материал, содержащийся
в произведениях Ф. Броделя и И. Валлерстайна, особенно последнего. Гольдстайн использует понятия «ядро» и «периферия», определяя их четко и не указывая состава этих зон мировой системы, но
у него отсутствует очень важное для Валлерстайна понятие «полупериферии». В существенных чертах рассмотрение Гольдстайном
хода циклов мировой системы повторяет позицию Валлерстайна —
1
Знаки вопроса, поставленные Дж. Гольдстайном, указывают на неопределенность
ситуации на момент написания книги.
94
q%ц,%л%г, гл%K=л,ƒ=ц,,
в выделении конкретных трех циклов гегемонии, трех войн за гегемонии и трех держав-гегемонов и многих частных вопросах. В анализе и интерпретации исторических макропроцессов — экономического развития, торгового соперничества, войн и т. д. — а также
конкретных исторических событий Гольдстайн во многом следует
за Валлерстайном, прямо ссылаясь на него.
Одно из немногих расхождений заключается в том, что Гольдстайн, как и Модельски, относит начало мировой системы к концу
XV в., а не к середине XVI в., что было характерно для концепции
Валлерстайна, и соответственно этому первую державу-гегемона
Гольдстайн видит в Венеции, которая, однако, была торговым, но не
военным гегемоном мировой (европейско-средиземноморской)
системы. Конец XV в. был отмечен закатом торговой гегемонии Венецианской республики. Поэтому первый цикл мировой системы
начинался в ситуации слабой, нечеткой гегемонии. Преимущество
позиции Гольдстайна в отличие от подходов Валлерстайна и Модельски составляет, на наш взгляд, то, что он предполагает в истории
протекания циклов фактически состояние гегемонии скорее исключительным и кратковременным.
Позицию Гольдстайна отличает также большее внимание к эмпирике войн внутри мировой системы, что вполне логично следует
из вышеизложенных особенностей его теории. Каждая из кульминационных войн за гегемонию или главных войн военных циклов
подводила мировую систему к новому уровню развития. Каждая из
трех войн являла собой переход, трансформацию мировой политики
и ее реконструкцию на новом уровне. Гольдстайн рассматривает
также эволюцию войны как фактор развития мировой системы, военных технологий.
Любопытен прогноз Гольдстайна состояния мировой системы
в недалеком будущем. Мировая система в конце 1980-х гг. находилась, как полагал Гольдстайн, в переходе от периода строгой гегемонии США (1950–1960-е гг.) к многополярной, конкурентной структуре мировой системы. Наиболее вероятным соперником США по
окончании третьего цикла Гольдстайн, как и Модельски, считал
СССР. Гольд стайн ошибся, как и Модельски, утверждая в 1988 г.
(за три года до распада СССР), что основным содержанием мировой
политики в ближайшие десятилетия будет противостояние между
1
США и СССР
. Это предположение он сделал, основываясь на закономерностях протекших циклов. В Китае Гольдстайн видел весьма
вероятного преемника США, поскольку эта азиатская страна не только быст ро развивалась, но и держалась в стороне от противостояния
1
Goldstein J. Long Cycles. Prosperity and War in the Modern Age. P. 347.
p=ƒдел 1. cл%K=л,ƒ=ц, " -%*3“е “%ц,%л%г,, , д!3г,. “%ц,=ль…/. …=3*
95
между старым гегемоном и претендентом — США и СССР, что, как
вытекает из предшествующих циклов, является условием для занятия позиции державы-гегемона следующего цикла. Гольдстайн указывал и на других кандидатов на роль гегемона (менее вероятных) —
Японию и единую Европу. Если мировая система будет функционировать так же, как и в последние пять веков, то человече ство
приблизится в конце XX и начале XXI в. к новой войне за гегемонию
1
и «начало XXI в. будет очень опасным временем»
. Но, как полагал
американский политолог, развитие мировой системы в четвертом
цикле будет, скорее всего, модифицировано принципиально новыми
явлениями в технологиях, экономике и политике. К числу этих новшеств ученый отнес становление в странах ядра кейнсианских (с высокой степенью государственного вмешательства) экономик, появление ядерного оружия и угрозы ядерной войны, переход от системы
европейских государств к мировой двухполюсной системе, информационную революцию, освоение космоса и т. д. В связи с этим
Гольд стайн полагал, что циклы гегемонии могут утратить или смягчить свои прежние черты. Поэтому ученый прямо писал, что непосредственная проекция черт циклов на будущее «проблематична»2. В будущем мировой порядок будет построен на принципе общей безопасности, а не на политике силы, циклы же войн великих держав за
гегемонию будут исчерпаны, полагал американский ученый. В этих
рассуждениях ученый, очевидно, находился под влиянием ситуации
конца 1980-х (время выхода в свет книги Гольдстайна), когда наиболее актуальной проблемой считалась угроза ядерной войны между
США и СССР. Вместе с тем ученый полностью не отказывался от модели циклов для понимания будущего, полагая, что в отношении прогностического потенциала теории циклов превосходят концепции
линейно-стадиального развития. Таким образом, Гольдстайн видит
будущее циклов гегемонии альтернативным — они подлежат полному или частичному снятию. Циклы Кондратьева ученый не ограничивает каким-либо временным пределом.
Эволюционные изменения мировой системы, как полагает
Гольд стайн, проявились в следующем. В первом цикле (и накануне
его) в условиях торгового доминирования Венеции произошли
консолидация европейских наций-государств и расширение периферии мировой (европейской) системы. Войны этого цикла велись
небольшими отрядами наемников во главе с кондотьерами на службе монархов. Во втором цикле в ядре мировой системы существовал баланс сил ведущих стран. В войнах второго цикла участвовали
1
Goldstein J. Long Cycles. Prosperity and War in the Modern Age. P. 17.
2
Ibid. P. 16.
96
q%ц,%л%г, гл%K=л,ƒ=ц,,
обученные, профессиональные армии. В третьем цикле страны
ядра осуществили индустриализацию (паровые двигатели, железные дороги и т. д.) и включили в периферию мировой системы все
территории, доселе остававшиеся вне ее. Войны третьего цикла
в соответ ствии с промышленной революцией в странах ядра мировой системы приобрели индустриальный характер, связанный
с использованием транспорта с паровыми двигателями, а затем и
двигателями внутреннего сгорания, в конце третьего цикла — пулеметов, танков, самолетов, средств связи и т. д. В начавшемся
в 1945 г. четвертом цикле создается ядерное оружие, осваивается
космос, возникает информационное общество, ядро мировой системы перемещается из Западной Европы в США. Ядерное оружие
существенным образом трансформирует порядок циклирования
мировой си стемы, поскольку войны за гегемонию теперь становятся почти невозможными. Здесь вывод Гольдстайна совпадает
с мыслью Модельски о влиянии ядерного оружия на глобальную
политику.
Определяющим недостатком рассмотренных концепций
И. Валлерстайна, Дж. Модельски и Дж. Гольдстайна, как нам представляется, является то, что становящееся единство мира в сущностном измерении — на уровне способа производства — фактически не исследуется, только затрагивается в незначительной мере
(более всего, в концепции И. Валлерстайна). Мировую систему
американские ученые рассматривают преимущественно только на
уровне политики и поверхностных сфер экономики — торговли,
финансов. Подлинный источник развития складывающегося глобального общества — становящийся мировой способ производства, на наш взгляд, остается непознанным, что закономерно к ведет к отражению предмета как фактически статичного образования, как неизменной совокупности неизменных элементов,
связанных неизменными отношениями (функциями), причем последние являются первичными и определяющими по отношению
к элементам, т. е. как структуры (все трое американских ученых
являются адептами структурализма), а не как развивающейся совокупности развивающихся элементов, связанных развивающи-
1
мися отношениями
. В результате реальный исторический процесс
последних веков остается неисследованным, необъясненным
1
Ситуация не изменяется оттого, что ключевым в концепции Валлерстайна является понятие мир-системы, а в концепции Модельски — понятие глобальной политической системы. Фактически, используя термин «система», они, как и Парсонс, имеют
в виду структуру. Хотя Валлерстайн и известен как критик теории Парсонса, существенные предпосылки капиталистического парсонсианства и антикапиталистического
валлерстайнианства тождественны.
p=ƒдел 1. cл%K=л,ƒ=ц, " -%*3“е “%ц,%л%г,, , д!3г,. “%ц,=ль…/. …=3*
97
в своей наиболее глубокой основе. Валлерстайн прямо отрицает
существенное развитие человечества после возникновения капиталистической мир-системы, а Модельски и Гольд стайн, признавая
его на словах, также видят человечество неизменным. Развитие
фиксируется лишь внешне, несущественно — в форме циклов. Человечество движется как изменяющаяся неизменность (этого не
отменяют указания всех трех ученых на возможные трансформации глобального общества в начале XXI в.). Переход к цикличности
закономерен, поскольку циклы есть развертывание структуры во
времени, равно как и структура — развертывание цикла в социальном пространстве. Структура является синхронией цикла, а цикл —
диахронией структуры.
Стремление отразить человечество как мировое общество закономерно ведет всех трех ученых к акцентированию внешних
(международных), а не внутренних отношений государств. Если
ранее социальная наука абсолютизировала «внутренние» факторы
развития стран, то для Валлерстайна, Модельски и Гольдстайна
в условиях развертывающегося на наших глазах снятия развитием
мировых социальных процессов антиномии внутреннего и внешнего все же характерно преувеличение внешнего момента. Мировое развитие снимает антиномию внутреннего и внешнего; равным образом и теория должна снимать противоположность внутренних и внешних факторов развития.
Отмеченные недостатки приводят к преобладанию тенденции
экстраполировать на историческое прошлое характеристик современного состояния глобального общества на человечество XV–
XIX вв. Единство человечества эпохи возникновения капитализма
существенно преувеличивается. Ввиду всех этих предпосылок исследователю непросто справиться с многосложностью и противоречивостью конкретного процесса мирового развития, поэтому
в теориях Валлерстайна, Модельски и Гольдстайна нередки случаи
искажения или игнорирования тех или иных исторических фактов, что неоднократно отмечалось в научной литературе (прежде
всего по поводу мир-системной теории).
Этим наше рассмотрение концепций предглобалистики завершается. Мы связали их с эпохой от конца XVIII в. до 1970-х гг., поскольку они не отражают изменений, которые начали происходить
в мировой капиталистической системе с 1980-х гг., а именно изменений, связанных со вступлением этой системы в завершающую
фазу своего формирования. Многие из представителей поздней
глобалистики работают и ныне, отстаивая и развивая свои концепции (И. Валлерстайн, Дж. Модельски и др.), но их мысль отражает
скорее реалии эпохи до 1980-х гг., чем современную действитель-
98
q%ц,%л%г, гл%K=л,ƒ=ц,,
ность. Они пишут о прошлом, даже считая при этом, что изучают
современность. При этом, как мы уже сказали, отражают с теми
или иными чертами ограниченности.
j%…2!%ль…/е "%C!%“/
1. Как устроена глобальная политическая система, согласно
Дж. Мо дельски?
2. Какие циклы глобальной политической системы выделял
Дж. Мо дель ски?
3. Как функционирует мировая система, согласно Дж. Голь-
дстайну?
k,2е!=23!=
1. Рахманов А. Б. Современные теории глобального общества:
И. Валлерстайн, Дж. Модельски, Дж. Гольдстайн // Вестник Московского университета. Сер. 18. Социология и политология. 2003. № 2.
cл="= 5. cл%K=л,“2,*=
Знакомство с глобалистикой мы начнем с рассмотрения некоторых определений глобализации. На сегодняшний день в современной науке существует бесконечное множество подходов к пониманию глобализации. Они исходят из целостного видения или
акцентируют отдельные аспекты — экономику, политику, культуру и т. д. Только для того, чтобы произвести их самый беглый обзор,
уже по требовалась бы отдельная монография. Коснемся только некоторых из наиболее, по нашей оценке, примечательных, показательных и характерных подходов к определению глобализации.
Современная мировая мысль изобилует определениями глобализации. В 1999 г. нидерландский ученый Кес Хамелинк (Cees Hamelink)
писал: «Почти невозможно обсуждать современное социальное
развитие вне связи с понятием глобализации. Оно стало одним из
модных словечек (buzzwords) последнего десятилетия ХХ столетия.
Оно часто используется, является очень модным, но в высшей степени неопределенным понятием»1. Вместе с тем модность, конъюнктурность этого понятия затрудняет его использование в качестве действенного средства анализа современных общественных
процессов.
Английские ученые Стив Смит (Steve Smith), Патриция Оуэнс
(Patricia Owens) и Джон Бейлис (John Baylis) пишут: «Глобализация
главным образом просто (или упрощенно) определяется как процесс
роста взаимосвязи между обществами, при котором события в одной части мира во все большей степени влияют на события в другой
его части. Глобализованный мир — это мир, в котором политические, экономические, культурные и социальные явления становятся
все более взаимосвязанными и взаимозависимыми и, следовательно, одно из них влияет на все другие»2. В этом случае, как мы видим,
подчеркивается возникновение взаимосвязи, взаимозависимости и
взаимовлияния обществ планеты.
Английские ученые Робин Коэн (Robin Cohen) и Пол Кеннеди
(Paul Kennedy) определяют глобализацию как переплетение шести
компонентов: 1) изменение представлений о пространстве и времени, 2) рост культурного взаимодействия, 3) возникновение проблем,
1
Hamelink C. J. The elusive concept of globalization // Globalization: Critical Concepts
in Sociology. 6 Volume Set. London: Routledge, 2003. Vol. 3. Р. 246.
2
The Globalization of World Politics. An Introduction to International Relations. Fifth
Edition. Edited by John Baylis, Steve Smith&Patricia Owens. Oxford: Oxford University Press,
2011. P. 8.
100
q%ц,%л%г, гл%K=л,ƒ=ц,,
одновременно и в равной мере стоящих перед всеми жителями планеты, 4) рост взаимосвязи и взаимозависимости, 5) возникновение
все более усиливающихся могущественных транснациональных акторов и организаций и 6) синхронизация всех сторон общественной
1
жизни, вовлеченных в глобализацию
.
Немецкий ученый Ульрих Бек (Ulrich Beck) определяет глобализацию следующим образом: «Особенность процесса глобализации заключается сегодня (и, возможно, будет заключаться
в будущем) в устанавливаемых эмпирическим путем расширении,
плотности и стабильности взаимодействующих регионально-глобальных сетей связи и их масс-медиальной самоидентификации,
а также социальных пространств и их телевизионных потоков
на культурном, политическом, хозяйственном, военном и экономическом уровнях»2. Бек пишет, что «глобализация имеет ввиду
процессы, в которых национальные государства и их суверенитет
вплетаются в паутину транснациональных акторов и подчиняются их властным возможностям, их ориентации и идентичности…
Глобализация есть диалектический процесс, который создает
транснациональные социальные связи и пространства, обесценивает локальные культуры и способствует возникновению третьих
культур»3.
Английский ученый Энтони Макгрю (Antony Mcgrew) пишет, что
глобализацию можно определить как «расширение, углубление и ускорение процессов всемирной коммуникации (world-wide connectivity)»4.
Как пишет Макгрю, с точки зрения глобалистов, развитие глобальной
экономики, появление институтов глобального управления, глобальная
диффузия и гибридизация культур рассматриваются как доказательство возникновения радикально нового порядка, который связан с закатом национальных государств5.
С точки зрения семейства концепций зависимости (Р. Пребиш,
С. Амин, Т. Душ-Сантуш, А. Г. Франк и др.), о которых мы подробно говорили выше, глобализация есть процесс функционирования
мировой системы, возникшей в начале XVI в. С точки зрения основателя мир-системного анализа американского ученого Иммануила
Валлерстайна и его школы, глобализация есть процесс функциони-
1
Cohen R., Kennedy P. Global sociology. Second Edition. Basingstoke; New York:
Palgrave Macmillan, 2007. Р. 44–45.
2
Бек У. Что такое глобализация? М., 2001. С. 28.
3
Там же. С. 26–28.
4
Mcgrew A. The Globalization Debate. Putting the advanced capitalist state in its
place // Globalization. Critical concepts in sociology. Edited by R. Robertson and K. E. White.
V. 1. London; New York: Routledge, 2003. P. 331.
5
Ibid. P. 334.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]