Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Современный русский язык. Актуальные вопросы морфемики, морфонологии и словообразования. Учебное пособие.pdf
– побудительный постфикс -ка (Пошла-ка ты вон! Двинемтесь-
ка) (примеры Н. А. Янко-Триницкой);
– постфикс -таки, сообщающий словам дополнительные оттен-
ки, обычно выражаемые частицами (ушел-таки, сделал-таки);
– постфикс -ся/-сь, наблюдающийся в глаголе, действительных
причастиях и деепричастиях и используемый для образования залоговых форм (ср.: Матросы спускают шлюпки на воду и Шлюпки спус-
каются рабочими на воду; Дождь льет как из ведра и Дождь льется
как из ведра)8.
И. Г. Милославский, анализируя сочетательные возможности
слова посредством -ся, предлагает рассматривать данный элемент не
как постфикс, а как «окончание -ся, расположенное после другого
окончания»: ср.: Фонари освещают улицу и Улица освеща-ет-ся фо-
нарями (Совр. рус. яз., 2001, с. 334), и говорит о существовании двух
омонимичных -ся – об окончании и суффиксе. С И. Г. Милославским,
как мне кажется, можно согласиться только в том случае, если рассматривать понятие окончания (флексии) максимально широко – как
всё, что участвует в формообразовании и словоизменении.
В настоящем пособии -ся рассматривается как суффикс, выпол-
няющий либо словообразовательную, либо формообразующую, либо
слово-формообразующую функцию.
1.4. Синкретические морфемы
1.4.1. Слово-формообразующие префиксы
В системе глагола распространено использование префиксов в
словообразующей и формообразующей функции. В этом случае префиксы одновременно выражают и словообразовательное, и граммати-
тенки в его значении. Например, в формах 1-го лица множественного числа категорический призыв к совместному действию уступает место вежливому (ср.: Поедем со
мной и Поедемте со мной (глагол поедемте членится на морфемы следующим обра-
зом: по-ед-ем-те, где -ем- является окончанием, а -те-, следовательно, постфиксом
(Балакай
формообразующий суффикс повелительного наклонения глагола -и- и окончание -те,
которое, с одной стороны, может указывать на форму множественного числа (К сле-
дующему занятию все должны выполнить вторую часть пятого упражнения. Смотрите не перепутайте), с другой – выражать форму вежливого обращения (Смотрите
мне в глаза, дядя! А. Грин). Здесь, видимо, стоит говорить об омонимии флексии.
8
В структуре непроизводных глаголов (бояться, каяться, смеяться и др.) постфикс -ся
выступает как грамматический показатель непереходности (Волынец, Карабань, 1998,
с. 44).
, 1990, с. 83; Совр. рус. яз., 1987, с. 41). В словоформе смотрите выделяются
21
ческое значение, выступая как синкретические морфемы в слове. Например, писать – переписать: приставка пере- в глаголе переписать
выполняет одновременно и словообразовательную функцию (значение «переделать»), и формообразующую (меняет вид глагола).
В семантическом отношении при присоединении префикса к
слову мотивирующее и мотивированное слова, как правило, не очень
отличаются друг от друга. Например, префиксальные глаголы заиграть, отыграть, поиграть и другие обозначают то же самое действие, что и мотивирующий их глагол играть, но добавляют к его значению указание на начало действия (за-играть), ограничение дейст-
вия во времени (по-играть), прекращение действия (от-ыграть). При
этом в каждом из приведенных дериватов
меняется вид глагола.
Префиксы пре-, раз-, сверх-, ультра-, наи-, служащие для выражения формы субъективной оценки (пре-добрый, раз-веселый, сверх-
важный, ультра-модный, наи-худший), в отдельных работах (Галкина-Федорук и др., 1958, с. 292; Совр. рус. яз., 1987, с. 47) анализируются как формообразующие. Но видится более перспективным рассмотрение указанных
префиксов как синкретичных морфем, так как
они, с одной стороны, выражают форму субъективной оценки, а с
другой – дополняют значение слова (ср.: добрый – предобрый).
1.4.2. Слово-формообразующие суффиксы
Слово-формообразующей функцией могут обладать:
– суффиксы, участвующие в образовании вида глаголов. Напри-
мер, в слове зевнуть суффикс -ну- указывает на словообразовательное
значение
мгновенности, однократности, моментальности действия и
на грамматическое значение совершенного вида (ср.: зе-ва-ть – зев-
ну-ть);
– суффиксы, совмещающие в себе, например, значение реальной
уменьшительности / увеличительности и выполняющие функцию
субъективной оценки. В русском языке в производных словах типа
столик, дворик, домина, ручища и других значение реальной уменьшительности, как правило
, совмещается со значением ласкательности
(столик, дворик), а значение реального увеличения – со значением
пренебрежительности, неприятия (домина, ручища, глазищи) (Лыкова,
1981, с. 53).
Приведем пример совмещения словообразовательной и формо-
образующей функций в одном суффиксе деривата кам-ушк-и: Тотчас
старик ухватил топор и отрубил девице голову, а Ивану Несчастному дал три бриллиантовых камушка («Доброе слово». Народные
22
сказки под редакцией А. Н. Афанасьева). Суффикс -ушк- здесь обладает значением реальной уменьшительности (бриллианты действительно малы по размеру) и может быть рассмотрен в рамках словообразования. С другой стороны, «бриллиантовые камушки» имеют достаточно высокую цену, что подтверждается и словами персонажа
сказки: «Цены камушкам нет!». Последнее уже говорит о субъективной оценке, о бережном отношении говорящего к предмету речи, на
основании чего суффикс -ушк- может рассматриваться как формообразовательный. Именно контекстный анализ позволяет максимально
точно определить функциональную роль и смысловую нагрузку морфемы, которая может совмещать в себе сразу обе функции – и формообразовательную, и словообразовательную, то есть
ным языковым образованием.
1.4.3. Слово-формообразующие постфиксы
В отдельных случаях постфикс -ся (-сь) указывает одновременно
на грамматическое и словообразовательное значения. Например, в
слове договориться постфикс -ся указывает на грамматическое зна-
чение возвратности, а вместе с префиксом до- – на словообразовательное значение ‘добиться чего-либо, достигнуть какой-либо цели
результате интенсивного или длительного действия, названного мотивирующим словом’.
В качестве примеров приведем еще глаголы плакаться и раз-
даться, в которых постфикс -ся выполняет слово-формообразующую
функцию: плакать (лить слезы) – плакаться (жаловаться, сетовать на
кого, что-либо), раздать (что-либо) – раздаться (располнеть, раздви-
нуться).
быть синкретич-
в
1.5. Словоизменительные морфемы
Словоизменительными (синтаксическими) называются такие
грамматические морфемы, которые выражают зависимость одних
слов от других в потоке речи. Иначе, словоизменительные морфемы
используются для образования синтаксических грамматических форм.
К синтаксическим морфемам относятся падежные флексии, посредством которых образуются формы всех склоняемых слов, формы рода и
числа прилагательных, местоимений, причастий, личные окончания
глаголов в разных временах и наклонениях (Немченко, 1984, с. 29).
23
Подавляющее большинство полнозначных слов имеют богатую
систему форм словоизменения. В связи с этим они в структурном отношении оказываются составными, заключая в себе не только основу
(выражающую лексическое значение слова и указывающую на его несинтаксические свойства), но и окончание (выражает синтаксические
свойства слова в предложении).
Служебные слова, междометия и модальные слова форм словоизменения не имеют, отсюда – эти слова на морфемы не членятся (ср.: от, до,
насчет; ибо, а, так как; вот, только, дескать; ага! ох!, безусловно, кажется и т. д.).
Среди полнозначных слов формами словоизменения не обладают,
поэтому на основу и окончание не распадаются
право, по-прежнему и др.), слова категории состояния (жаль, страшно,
грустно и др.), синтетический компаратив (даль-ше, красив-ее, суш-е), инфинитив (жи-ть, пе-ть, мечта-ть) и деепричастия (любу-я-сь, стуч-а, освети-в и др.).
Не имеют форм словоизменения в
имена существительные. Это, прежде всего, аббревиатуры (СМИ, РФ, МГУ
и др.), отдельные несклоняемые имена иноязычного происхождения – существительные (бра, денди, декольте, кино) и прилагательные (хаки, беж).
При словоизменении тождество слова не нарушается (т. е. мы имеем
дело с одним и тем же словом в разных грамматических
от словообразования, где от одного слова образуются другие слова. Словоизменение представляет собой изменение по определенной грамматической категории или категориям, которые называются словоизменительными для данного класса слов.
нормированной речи и некоторые
только наречия (здесь, на-
формах) в отличие
1.6. Типы основ: словоизменительные,
формообразующие, словообразовательные
В лингвистической литературе термин «основа» используется,
как правило, для обозначения части слова, остающейся после отделения словоизменительных и формообразующих морфем; им характеризуется также часть производного слова, которая остается после отделения от него словоизменительных, формообразующих и словообразующих морфем. Таким образом, в современном русском языке
различают три типа основ – словоизменительные, формообразующие
и словообразовательные.
Словоизменительная основа (1) может быть определена как
часть грамматически изменяемого слова, способная сочетаться со
24
словоизменительными морфемами. Данный тип основы присущ только словам, имеющим формы словоизменения. Ср. словоизменительные основы в словах: бел-ый, беловат-ый, белоголов-ый.
Формообразующая основа (2) – это часть изменяемого слова,
способная сочетаться с формообразующими морфемами. Ср. формообразующие основы в словоформах: бел-ейший, доброжелательн-
ейший, игра-ющий, чита-ли.
«Часть слова за вычетом словоизменительных, формообразую-
щих и словообразующих морфем представляет собой основу соответствующего слова с точки зрения его словообразования, словообразовательной структуры или словообразовательной парадигмы. Иными
словами, это словообразовательная (3), словообразующая или деривационная, основа слова, которая в современном языкознании обычно
называется производящей, образующей, мотивирующей, базовой,
первородной и другими терминами» (Немченко, 1984, с. 63–64).
Словообразовательная основа способна сочетаться со словообразующими морфемами. Данный тип основы частично выражает лексические значения соответствующих производных слов. В формальном отношении словообразовательная (производящая) основа может
быть определена как часть производного слова, общая с исходным,
производящим словом, на базе которого непосредственно образовано
или представляется образованным данное производное (Грамматика,
1970, с. 38). Словообразовательные основы представлены в составе
следующих производных слов: брат-ский, рас-писа-ние, при-школь-
ный.
Покажем, каким образом происходит вычленение трех типов основ на практике в словоформе принесший:
(1) вычленяем словоизменительную морфему -ий, получаем словоизменительную основу принесш-;
(2) вычленяем формообразующий суффикс причастия -ш-, получаем формообразующую основу принес-;
(3) вычленяем словообразовательную приставку при-, получаем
словообразующую основу -нес-.
Типы основ, о которых речь идет в данном параграфе, могут
совпадать:
дом-, окн-о, бел-ый – совпадают словоизменительная, формообразующая и словообразовательная основы;
бел-ейш-ий, быстр-ее – совпадают словообразовательная и формообразующая основы.
25
Словообразовательные основы значительно чаще, чем словоизменительные и формообразующие, претерпевают различные фонематические изменения. Ср., например: Камчатк-а и камчат-ск-ий, друг
и друж- б-а, друж-и-ть, пальто и пальт-ишк-о, пальт-ов-ый.
Специфика словообразовательных основ по сравнению с основами словоизменительными и формообразующими состоит еще в том,
что в составе одного и того же слова может употребляться не одна, а
две и более словообразовательные основы, которые в большинстве
случаев соединяются друг с другом при помощи интерфиксов. Ср.:
плод-ов-ый, плод-о-овощ-н-ой; сер-оват-ый, сер-о-бел-ый и сер-о-бело-черн-ый.
Контрольные вопросы по теме
1. Каким образом решается вопрос о функциях аффиксальных
морфем в лингвистической литературе?
2. Какие типы аффиксальных морфем выделяются с точки зре-
ния функции по образованию?
3. Какие морфемы называются словообразовательными?
4. В каких случаях словообразовательные морфемы не имеют
материального выражения?
5. Осветите точку зрения относительно правомерности выделе-
ния нулевых словообразовательных приставок.
6. Какие постфиксы всегда являются словообразующими?
7. Какие морфемы называются формообразующими?
8. Могут ли быть формообразующими префиксы?
9. Какие нулевые формообразующие морфемы выделяются в
русском языке?
10. В чем заключается синкретизм слово-формообразующих
морфем?
11. Какие морфемы называются словоизменительными?
12. Как соотносятся типы основ с функциями аффиксальных
морфем?
26
Тема 2
ПРЕРЫВИСТЫЕ
АФФИКСАЛЬНЫЕ КОМПЛЕКСЫ
2.1. К вопросу о наличии в языке
прерывистых аффиксальных сегментов
В работах по морфемике и словообразованию превалирует представление о морфеме как единице, непрерывной в звуковой последовательности. Между тем в лингвистике еще в 1928 г. Н. В. Юшманов
для обозначения прерывистой флексийной морфемы применительно к
семитским языкам ввел термин «конфикс».
В 1947 г. А. А. Реформатский говорил о конфиксах как о комби
нации двух аффиксов: префикса и постфикса (по классификации
А. А. Реформатского постфиксы – морфемы, стоящие после корня),
которые хотя и представляют собой две морфемы, но действуют совместно; например, в немецких глагольных формах: loben (хвалить) и
ge-lob-t (хваленый), где префикс ge- и постфикс -t «окружают» корень
и совместно оформляют слово; такова
сация префикса ge- и постфикса -en в причастных формах: ge-fund-en
(найденный) и т. д., употребляемых при образовании сложного прошедшего времени. То, что ge- + -t и ge- + -en являются обязательно
двумя морфемами, а не одной, разделенной корнем пополам, показывают формы, где постфикс -en употребляется без префикса
пример, в инфинитиве lob-en, а ge- без -en, но с постфиксом -t: ge-lob-
t; постфикс же -t может употребляться и без префикса ge-: например,
lob-t (хвалит). Однако все это не отменяет того, что в формах ge-lob-t
и ge-fund-en префикс ge- и постфиксы -t и -en действуют совместно,
объединяясь в конфиксы (Реформатский, 1997, с. 267–268).
же в немецком языке конфик-
ge-; на-
-
В 1963 г. И. А. Мельчук предложил прерывистые аффиксы, охватывающие корень с двух сторон – как спереди, так и сзади, называть не конфиксами (к конфиксам лингвист относит непрерывные
аффиксы – префиксы и суффиксы), а циркумфиксами (от лат. circumfixus – прикрепленный кругом). Такие элементы сами «разрываются»
на части, но при этом не разрывают корень, т. е. являются неразрывающими непрерывными аффиксами (Мельчук, 1963, с. 34). Данное
классификационное свойство предлагается И. А. Мельчуком в соотношении с такими выделяемыми в языке типами морфем, как нераз-
27
рывающие непрерывные (среди которых выделяются префиксы, суффиксы, постфиксы и интерфиксы), разрывающие непрерывные (инфиксы) и разрывающие прерывные аффиксы (трансфиксы). Последние встречаются только в семитских языках. В качестве примеров
циркумфиксов И. А. Мельчук рассматривает следующие: ge- + -t и ge-
+ -en, образующие причастия прошедшего времени (ge-sag-t «сказан-
ный» от sag-en «говорить», ge-fund-en «найденный» от find-en «найти»); груз. me- + -e, образующий порядковые числительные (me-or-e
«второй» от or-i «два»), sa- + -o, образующий nomina loci (sa-kartvel-o
«Грузия» от kartveli «грузин»); русск. в- + -ом/-ём (в-дво-ём, в-
двенадцатер-ом); индонез. pen- + -an, образующий названия «переходных действий» (pen-djaga-an «охрана, охранение» от djaga «сте-
речь» и др.).
Прерывистые аффиксальные сегменты в отечественном языкознании называют также «биморфема дистантная», «рамочная конструкция» (Н. М. Шанский), «бификс» (В. Н. Немченко). Наиболее
признанными в русистике являются – применительно к морфам и
морфемам – термины «конфикс» (Марков, 1967; Земская, 2005; Балалыкина, Николаев, 1985) и «циркумфикс» (Плунгян, 2003, с. 95–
96; Циганенко, 1978, с. 41; Шанский, Тихонов, 1987, с. 67). Иногда
в рамках одной работы эти термины используются одновременно,
ср.: «Если прерывистый аффиксальный сегмент охватывает с двух
сторон корень, перед нами конфикс, или, лучше, циркумфикс»
(Маслов, 1997, с. 137); «явление конфиксации, или циркумфиксации, – функционирование единой, но расчлененной морфемы <…>»
(Моисеев, 1987, с. 43).
Оба термина – «конфикс» и «циркумфикс» – имеют, с одной
стороны, право на существование, так как внутренняя
форма каждого
из них (ср.: «совместно взятое» и «прикрепленный вокруг») достаточно полно характеризует анализируемое явление. С другой стороны,
наличие двух активных понятий, думается, неоправданно перегружает концептуальный и терминологический аппарат. Как известно, синонимичные понятия в языке либо расходятся, распадаясь на два самостоятельных термина – квазисинонима, либо одно из них
со временем утрачивается, выходит из употребления. Проведенный нами анализ работ по русской морфемике и словообразованию за последние
десять лет показывает, что большей популярностью у морфологов
пользуется термин «конфикс» (хотя термин «циркумфикс» также
встречается). Учитывая мнение большинства, мы будем прерывистые
аффиксальные сегменты далее называть конфиксами.
28
2.2. Статус прерывистых
аффиксальных сегментов
В литературе по морфемике и словообразованию вопрос о статусе прерывистых аффиксальных сегментов решается по-разному. Одни
ученые называют их морфемами (Марков, 1967 и др.), другие – комбинациями префикса и постфикса (Плунгян, 2003 и др.), третьи – единым деривационным целым (Шанский, Тихонов, 1987), четвертые –
аффиксальными сегментами (Маслов, 1997).
Представленные точки зрения, по сути своей, сводятся к двум:
1) конфикс – это самостоятельная двуэлементная морфема. От-
сюда конфикс – объект морфемики;
2) конфикс – комплексный словообразовательный формант –
единица деривационной системы.
Остановимся на этих точках зрения более подробно.
В. М. Марков рассматривает конфикс как двуаффиксную морфему, выполняющую те же функции, что и суффикс, и префикс, то
есть служащую материалом единичного акта морфологического словопроизводства (Марков, 1967, с. 60). Конфикс согласно терминологии В. М. Маркова и исследователей, идущих за ним, – это единая
двуэлементная словообразующая морфема. В процессе словопроизводства она осложняет производящую основу одновременно в пре- и
постпозиции: снег – под-снеж-ник (конфикс под-…-ник), дом – без-
домный (конфикс без-…-н(ый)), весенний – по-весенн-ему (конфикс
по-…-ему), левый – с-лев-а (конфикс с-…-а) и т. п. (Балалыкина, Николаев, 1985, с. 117).
Сторонники указанного взгляда на конфикс говорят при этом о
новом виде морфологического способа словообразования – конфиксальном и о так называемых конфиксальных образованиях.
Э. В. Маркова считает, что приставочно-суффиксальными образованиями не исчерпывается список прерывистых морфем в русском
языке; «к приведенному списку можно добавить и прерывистые суффиксы, которые обнаруживаются, например, в отыменных глаголах
на -иться (гнездиться, гордиться), которые мотивируются существи-
тельными, чаще – прилагательными. В лингвистической литературе
такие глаголы рассматриваются как образованные при помощи двух
морфем (обычно суффиксов и постфиксов). Однако … есть основание
в данном случае видеть единую, хотя и прерывистую морфему и-(ть)-
ся, которой свойственно определенное типовое значение» (Маркова,
2003, с. 93). В пользу типизации значения конфиксальных образова-
29
ний, по мнению Э. В. Марковой, говорит возможность их распределения по словообразовательным типам, например: при-…-[j](е) – «место, находящееся вблизи того, что названо основой» (Прикамье, при-
озерье), при-…н(ый) – «находящийся вблизи чего-либо или относящийся к чему-либо» (привокзальный, пристанционный), с(о)-…-ся –
«совместное действие» (созвониться, сговориться), на-…-ся – «исчерпанность действия» (наиграться, нагуляться).
Все вышесказанное свидетельствует о том, что функциональное
и семантическое единство дистантных элементов используется как
основное доказательство их неразложимости на отдельные компоненты. Они участвуют в процессе словопроизводства как самостоятельное словообразовательное средство, комплексное по форме и единое
по содержанию.
В русском языке имеются и трехаффиксные типы совместного
употребления префиксов, суффиксов и постфиксов. Например: бан-
крот – о-банкрот-и(ть)-ся, слеза – про-слез-и(ть)-ся, говорить – пере-говар-ива(ть)-ся, счастливый – по-счастлив-и(ть)-ся, щедрый –
рас-щедр-и(ть)-ся (примеры А. Н. Тихонова).
Основной аргумент, приводимый в качестве доказательства,
что конфиксы представляют собой особый, самостоятельный тип
морфемы, – это возможность одновременного (а не раздельного)
присоединения их компонентов к производящей основе (или к
производящему слову). Формальные же признаки и особенности
конфиксов – это их: а) составной характер, б) прерывистость и в)
дистантное расположение компонентов – частей конфикса – в пределах одного слова
.
По мнению А. Н. Тихонова, этих признаков явно недостаточно
для признания самостоятельности морфемного статуса конфиксов и
выделения конфиксов в особый тип морфем. Главное препятствие, он
считает, в том, что, вопреки утверждениям сторонников выделения
конфиксов, в составе этих единиц не происходит полного семантического слияния значений приставок и суффиксов, постфиксов. Компоненты конфикса сохраняют свою смысловую автономность. Так, в
существительном антинакипин приставка анти- выступает в своем
обычном значении «против», а суффикс -ин обладает значением ве-
щества; в прилагательном настольный префикс на- обозначает «находящийся на поверхности предмета, который назван в производящем
существительном», а суффикс -н- выражает относительное значение
«относящийся к тому, что названо в производящей основе» (к столу);
в глаголе повизгивать приставка по- выражает «недлительность дей-
30