Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Советская культурная дипломатия в условиях Холодной войны. 1945–1989. Коллективная монография
.pdf
ружения, по связям с деятелями культуры, по пропаганде и информации и др.
39
Вопросы членства и порядка выборов в руководящие органы Комитета защиты мира курировались Инстанцией и использовались для
достижения определенного демонстрационного эффекта. Отсутствие
в СКЗМ документально оформленного членства, интерпретация его
как общественного поручения, обязывающего активно участвовать в
деятельности сторонников мира40, создавали возможности для навязывания миротворческой роли и максимального расширения круга
«борцов за мир», охватывавшего буквально всех советских граждан.
Многомиллионный состав участников представлялся пропагандистами как основная особенность СКЗМ, призванная исключить любые
сомнения в миролюбии населения СССР и его непременном успехе в
борьбе за мир. Однако неконтролируемое членство размывало организационные основы Комитета, превращая его, по существу, в движение. Такое положение обусловливалось и отсутствием четко установленного порядка выборов в высший руководящий орган СКЗМ. Так,
персональный состав делегатов на Первую и Вторую всесоюзные
конференции сторонников мира определялся специально создаваемым Подготовительным комитетом и общественными организациями (ВЦСПС, Советом по делам колхозов, Союзом писателей, Антифашистским комитетом советской молодежи, Комитетом советских
женщин и др.) в соответствии с установками ЦК КПСС41. Начиная с
третьего всесоюзного форума делегатов выдвигали республиканские,
краевые, областные конференции сторонников мира, общественные
организации и трудовые коллективы, участвующие в борьбе за мир.
При этом в период выборов на места спускалась «разнарядка», призванная обеспечить «справедливое» представительство союзных
и автономных республик, крупнейших городов и областей, передовых предприятий и колхозов, общественных и религиозных организаций, национальных, профессиональных, возрастных и гендерных
групп Советского Союза42. Кроме того, персональные приглашения
в качестве делегатов Всесоюзной конференции получали отдельные
видные миротворцы. В ситуации, когда было совершенно неясно, как
избирают участников всесоюзной конференции, кто избирает и кого
39
Положение о Советском комитете защиты мира. Раздел III // ОГАЧО.
Ф. П-398. Оп. 1. Д. 46. Л. 15–16.
40
Положение о Советском комитете защиты мира. Раздел IV // Там же.
Л. 17.
41
ГА РФ. Ф. Р-9539. Оп. 1. Д. 8. Л. 6, 9; Д. 33. Л. 5.
42
Там же. Д. 50. Л. 55–64.
241
избирают43, создавались возможности для вмешательства в процесс
выборов и формирования контролируемого состава актива.
При выдвижении руководителей СКЗМ, порядок которого также
не закреплялся в учредительной документации, использовался еще
более прагматичный подход. Должности председателя, зампредов,
членов Бюро занимали люди, обладавшие значительным публичным капиталом – авторитетом, известностью, личными контактами,
позволявшими им эффективно осуществлять деятельность на внутреннем и внешнем «фронте» борьбы за мир, компенсируя организационную слабость Комитета, недостаток ресурсов, ограниченность
каналов коммуникации с иностранными аудиториями. Несмотря на
попытки партийных кураторов пролетаризировать руководство Комитета, в течение всего времени существования в нем преобладали
представители творческой и научной интеллигенции44, имевшие значительный опыт работы в партийных, государственных, общественных органах. Партийность членов руководящего актива СКЗМ, их
вовлеченность в работу других государственных и общественных
структур, часто параллельная с их деятельностью в Комитете (практика множественного членства), должны были гарантировать их лояльность, уменьшить риски при осуществлении непосредственных
взаимодействий с зарубежными аудиториями и отчасти преодолеть
за счет личных связей проблему сложной бюрократической координации многих ведомств при осуществлении миротворческих акций.
Вероятно, персональный состав руководства СКЗМ удовлетворял
Инстанцию, о чем свидетельствовала его кадровая стабильность.
В отличие от других советских общественных организаций в активе
Комитета не происходило серьезного обновления: в течение нескольких десятилетий его председателем был
Н.С. Тихонов (1949–1979),
на смену которому, после небольшого перерыва, пришел Ю.А. Жуков
(1982–1987), занимавший до этого должность заместителя председателя на протяжении 20 лет.
Процесс формирования региональной сети отделений Комитета
стартовал в 1951 г., однако вплоть до конца 1960-х гг. шел медленно: в
целом ряде мест Советского Союза комитеты либо не были созданы,
либо не вели никакой работы вне всесоюзных миротворческих кампаний. Центральные органы не демонстрировали большой заинтере-
43
Боровик Г.А. Действовать в духе времени, повышать вклад движения в
обновление общественной жизни страны (выступление Председателя СКЗМ
на совместном Пленуме СКЗМ и СФМ 4 марта 1988 г.) // Советский комитет защиты мира. Правление Советского фонда мира. Информационный
бюллетень. М., 1988. С. 14.
44
Тарле Г.Я. Движение сторонников мира в СССР. М., 1988. С. 94.
242
сованности в расширении своей региональной сети, за исключением
некоторых идеологически значимых территорий (например, Ленинграда, Сталинграда/Волгограда, Киева и др.), включенных в программу «культпоказа». Внутренняя структура отделений могла различаться в зависимости от местных условий, степени вовлеченности
региона в систему советской миротворческой деятельности и самодеятельной инициативы партийных кураторов и борцов за мир республики/края/области. Нередко в структуре присутствовали комиссии
для адресной работы с различными категориями населения (по пропаганде и агитации, по работе среди ветеранов войны, творческой интеллигенции, молодежи, женщин и т. д.). Актив отделений так же, как
в центре, формировался из числа местных партийных, профсоюзных,
комсомольских работников и представителей интеллигенции45.
Советская интервенция в Венгрию в 1956 г. способствовала нарастанию международной критики в адрес СССР и спровоцировала
глубокий кризис всего миротворческого движения. Его зарубежные
участники все настойчивее требовали проведения более независимой
от советского влияния политики и расширения представительства в
ВСМ некоммунистических сил. Отклик получила доктрина «равной
ответственности» СССР и США за гонку вооружений и усиление напряженности в мире. Советская позиция, обосновывающая принципиальное отличие войн с участием социалистических и капиталистических стран и роль ядерного оружия СССР как залога мира, стремительно утрачивала убедительность. В ситуации парадигмального
и институционального кризиса отчетливо проявилась разница в понимании
функций миротворческого движения со стороны советских
партийных органов, деятелей СКЗМ и представителей иностранных
организаций. Перед лицом событий в Будапеште последние пытались
использовать каналы интернациональных контактов по линии пацифистских организаций и направляли через советских коллег призывы
к правительству СССР «действовать в соответствии с требованиями
46
и духом Объединенных Наций»
. Руководители СКЗМ традиционно облекали ответы на подобные послания в размытые формулировки о недопустимости «сгущения туч Холодной войны, так ненавистной всем народам…» С другой стороны, во внутренней переписке ими
было выдвинуто несколько инициатив, расширяющих пространство
собственных действий, прежде всего на международной арене, в част-
45
ОГАЧО. Ф. П-398. Оп. 1. Д. 83. Л. 25, 26.
46
Письмо вице-председателя Комитета связей между Востоком и Западом Религиозного общества друзей Геральда Бейли в Советский комитет
защиты мира А.Е. Корнейчуку // Советская культурная дипломатия в годы
Холодной войны... С. 90.
243
ности, предложение организовать встречу комитетов социалистических стран в Венгрии, а также акцию по сбору материальной помощи
венгерскому движению мира и отправку представителя СКЗМ для
адресного вручения посылок47. Можно предположить, что подобные
инициативы «снизу» не вписывались в стратегическое видение партийным руководством роли СКЗМ. Его активность в большей степени стала переориентироваться на внутренние акции. За пределами
СССР в конфликтной среде глобального движения за мир советские
внешнеполитические репрезентации следовало продвигать проверенным общественным деятелям типа И. Эренбурга, Н. Тихонова,
А. Фадеева, А. Корнейчука.
Вопреки декларируемому общественному характеру, центральные и местные структуры СКЗМ действовали под контролем партийно-государственных органов СССР (ЦК, его отделов и комиссий, региональных комитетов компартии и др.). Модель руководства
СКЗМ отличалась достаточной гибкостью, не предполагая жестких
директив и регулярной отчетности. Общие установки, регламентирующие миротворческую деятельность, транслировались по партийной
линии от ЦК и местных комитетов КПСС к членам актива СКЗМ
соответствующего уровня. В рамках этой модели допускалась «низовая» инициатива, но действовало множество фильтров для отсечения
нежелательной активности и обеспечения управляемости организации, прежде всего полная финансовая, материальная, техническая и
кадровая зависимость от Инстанции. Все инициируемые СКЗМ мероприятия требовали согласования, координации усилий и доступа
к ресурсам целого ряда структур, что было возможно только при условии одобрения и при посредничестве соответствующих партийных
органов48. По воспоминаниям сотрудника Международного отдела
ЦК КПСС и члена руководящего актива Советского комитета защиты мира О.С. Хархардина, принятие решений, касающихся деятельности СКЗМ, осуществлялось следующим образом: сначала вопросы
и предложения подготавливались в аппарате Комитета, затем согласовывались с руководителями соответствующего отдела или сектора, после этого документ за подписью Председателя СКЗМ (или его
заместителя) вносился в ЦК. Окончательное решение могло прини-
47
РГАНИ. Ф. 5. Оп. 28. Д. 502. Л. 2.
48
См. подробнее: Раева Т.В. «Крепим дело мира»: местные отделения
миротворческих организаций в контексте советской культурной дипломатии (на материалах челябинского архива) / Наука ЮУрГУ. Материалы 69-й
научной конференции. Секция социально-гуманитарных наук. Челябинск,
2017. С. 365–371.
244
маться как на уровне руководства Международного отдела, так и на
заседании Секретариата ЦК или Политбюро49.
Подконтрольность Советского комитета защиты мира руководству КПСС воспринималась внутри страны как норма. Убеждение
в «правильности» существующей практики их взаимоотношений
публично высказывали участники миротворческого движения: «Мы
служим делу мира по велению сердца. Иной раз диву даешься... что
какой-то начальник не разрешает собираться на встречу солидарности, говорит, сверху никаких указаний не было. Если сердце наполнено гневом негодования омерзительной вакханалией американского империализма и есть потребность выразить свой протест, то какое
же распоряжение нужно для этого сверху?! Но это не значит, что мы
должны действовать стихийно, анархично, мы должны работать в
тесном контакте с партийными органами»50. Более того, в восприятии
советских миротворцев успех их деятельности, не без основания, напрямую связывался с участием в ней ЦК, обкомов и горкомов. Представители местных КЗМ в своих выступлениях на заседаниях Пленумов, Бюро, на региональных семинарах неизменно заявляли о важности патронирования, оказания идеологической, организационной
и иной помощи со стороны партийных комитетов, при отсутствии
которой невозможно было осуществить выпуск пропагандистских
материалов, провести массовые мероприятия, а порой и просто получить известность и доверие населения51. Активисты тех региональных отделений, которые несвоевременно снабжались идеологически
выверенными рекомендациями и указаниями, не получали ожидаемой поддержки от партийных органов, нередко складывали с себя
полномочия: текучка и недостаток кадров, бездеятельность местных
структур были серьезными препятствиями в развитии советской системы борьбы за мир в течение всего времени ее существования.
Зависимость миротворческих институций от ЦК и комитетов
партии на местах неизбежно создавала проблему внутренней целостности, размывала организационное единство СКЗМ и приводила к
сбоям в функционировании его управленческой вертикали. Региональные отделения зачастую согласовывали свою деятельность напрямую с обкомами или гор/райкомами, минуя руководящие органы
Советского комитета защиты мира52. Открыто об этих проблемах заговорили только в конце 1980-х гг., критикуя СКЗМ за слабую связь
49
Хархардин О.С. Между Старой площадью и Проспектом мира // Пути
к безопасности. Вып. 1–2. М., 2002. С. 98–99.
50
ГА РФ. Ф. Р-9605. Оп. 1. Д. 96. Л. 236.
51
Там же. Д. 52. Л. 29; Д. 95. Л. 102; Д. 236. Л. 98.
52
Там же. Д. 214а. Л. 16.
245
со своими местными организациями53. До этого недовольство выражалось лишь косвенно: в жалобах на отсутствие внутренних распорядительных материалов, инструкций и планов работы54.
Аффилиация СКЗМ с партийными органами, которая внутри
страны воспринималась как норма, на внешнеполитической арене
становилась причиной обвинений его в идеологической ангажированности и недоверия со стороны зарубежной общественности.
Стремление преодолеть стигму прогосударственной организации
и укрепить свой авторитет в международном движении сторонников мира заставляло советских миротворцев формировать систему
аргументов, главным из которых являлось указание на массовый
(многомиллионный) состав движения. По мнению пропагандистов,
оно должно было продемонстрировать невозможность управления
и принуждения к чему-либо такого количества людей. Вторым аргументом в пользу общественного характера Комитета стало создание
27 апреля 1961 г. Советского фонда мира. Публично было заявлено о
его стихийном складывании по инициативе советской общественности, стремящейся во имя мира финансировать мероприятия СКЗМ55.
Идея аккумулировать денежные средства обычных людей для
поддержки миротворческой деятельности появилась еще в 1950 г.: на
Пражской сессии бюро Постоянного комитета ВКСМ обсуждалось
предложение о создании Международного фонда мира. Оно было реализовано лишь в 1957 г. и преследовало цель не только обеспечить
сбор необходимой ВСМ валюты, но и в условиях кризиса движения
сторонников мира исключить обвинения в финансовой зависимости от СССР. Вслед за учреждением МФМ Советский комитет защиты мира выступил с инициативой создания собственного фонда.
С 1958 г. он начал действовать как структура при СКЗМ, а в 1961 г.
оформился в самостоятельную организацию. Согласно закрепленным в Уставе СФМ целям он должен был способствовать расширению связей советских сторонников мира и зарубежных миротворцев.
В этой части деятельность Фонда почти полностью совпадала с целями СКЗМ, однако его принципиальным отличием являлась возможность оказывать финансовую поддержку организациям и лицам,
содействующим сохранению и укреплению мира, развитию дружбы,
взаимопонимания и солидарности между народами, всеобщему и
полному разоружению. Устав предписывал СФМ выделять средства
на проведение конгрессов, конференций, фестивалей, выставок и др.,
53
Советский комитет защиты мира. Правление Советского фонда мира.
Информационный бюллетень. М., 1988. С. 2.
54
ГА РФ. Ф. Р-9605. Оп. 1. Д. 51. Л. 108–109, 121, 123, 138.
55
Там же. Д. 1. Л. 2.
246
способствующих развитию движения за мир, финансировать научные
исследования по проблемам мира, изготовление материалов, отражающих тему мира и дружбы между народами56. Более поздние редакции Устава (1978, 1984) допускали оказание Фондом материальной
помощи жертвам империалистических агрессий, геноцида, массовых
стихийных бедствий, а также поддержки организациям, движениям и лицам, борющимся за национальную независимость и свободу,
обязывали его вести пропаганду миролюбивой внешней политики
СССР и поддерживать контакты с аналогичными зарубежными фондами и организациями57. Эти изменения отражали смещение фокуса
внимания советских миротворческих организаций с западных аудиторий на страны третьего мира и отказ от маскировки своей реальной
деятельности в контексте нового витка Холодной войны.
Советский фонд мира имел сходную с СКЗМ структуру – высшим
органом являлось Общее собрание членов СФМ, созываемое один
раз в два года (с 1978 г. Всесоюзная конференция, созываемая один
раз в пять лет). В период между общими собраниями/конференциями не реже двух раз в год (с 1978 г. ежегодно) собирались пленарные заседания Правления СФМ, которое для руководства текущей
работой из своего состава избирало Бюро, а в целях оперативного
решения вопросов организационно-исполнительного характера создавало Секретариат. Общее руководство аппаратом Советского фонда мира возлагалось на председателя Правления58. На местах СФМ
формировал отделения в республиках, краях и областях, внутренняя структура которых повторяла структуру центральных органов,
и комиссии (группы) содействия на предприятиях, в учреждениях и
организациях59. На деле в большинстве регионов продолжительное
время роль отделений Фонда выполняли местные комитеты защиты
мира, и даже после возникновения самостоятельных структур СФМ
сохранялась практика их коллаборации. Она обусловливалась сходством задач организаций, убеждением в невозможности обеспечить
взносы в Фонд без активной пропаганды борьбы за мир, проводимой
Комитетом, а также нормами учредительных документов, которые
предполагали избрание отделениями Фонда мира своих Правлений
на совместных конференциях региональных активов СКЗМ и СФМ.
56
Устав Советского фонда мира. М., 1965. С. 5–6.
57
Устав Советского фонда мира. М., 1978. С. 2–3. Устав Советского фон-
да мира. Ст. II // ОГАЧО. Ф. П-398. Оп. 1. Д. 46. Л. 1 об. – 2 об.
58
Устав Советского фонда мира. Ст. IV–VI // Там же. Л. 3 об. – 6.
59
Устав Советского фонда мира. Ст. VIII // Там же. Л. 6 об. – 7; Положение об отделениях Советского фонда мира, комиссиях (группах) содействия
Советскому фонду мира // ОГАЧО. Ф. П-398. Оп. 1. Д. 46. Л. 8–12 об.
247
В составе Правления СФМ, так же как и в СКЗМ, преобладала
творческая и научная интеллигенция, укреплению связей и согласованию деятельности организаций служила практика двойного
членства (например, в СКЗМ и СФМ), а для высшего руководства
была характерна кадровая стабильность: должность председателя
Правления СФМ в течение десятилетий занимали Б.Н. Полевой
(1961–1981) и А.Е. Карпов (1982–1992). Выдвижение последнего
вписывалось в общий советский культурно-дипломатический тренд,
сложившийся под влиянием глобальной медийной революции, который предполагал смену акторов от писателей к спортсменам и космонавтам. Партийный контроль за работой СФМ осуществлялся в
рамках модели, действующей в отношении СКЗМ. Однако стремление кураторов ЦК КПСС использовать возможности Фонда для привлечения средств иностранных жертвователей и не допустить обвинений в его псевдообщественном характере заставляло тщательным
образом подготовить учредительные документы, формулируя положения Устава обтекаемо, завуалировано, не выпячивая деятельность,
которая проводится СФМ60. К работе над текстом привлекались эксперты по международному праву, изучался опыт зарубежных организаций – Фонда Карнеги, Фонда Рассела и др. Длительная подготовительная работа обусловила столь позднее появление Устава СФМ
(1963), полный же презентационный комплект, включавший в себя
Устав на иностранных языках, брошюру о СФМ, значки и эмблему,
получил широкое распространение в СССР и за его пределами только с 1965 г.
Дальнейшее
нарастание инерционности системы советской борьбы за мир не позволило ей осуществить необходимое обновление в
ответ на усиление международной напряженности в конце 1970-х –
начале 1980-х гг. Лишь в ходе развернувшейся в период перестройки
критики недостатков в работе миротворческих организаций – формализма, заорганизованности, институциональной аморфности и др.,
по существу, производных от особенностей их институционального
устройства, было обновлено руководство (Ю.А. Жукова на посту
председателя сменил более молодой Г.А. Боровик) и высказаны предложения о реформировании СКЗМ и СФМ путем освобождения от
партийного контроля, превращения их в подлинно общественные организации, расширения финансовой самостоятельности и т. д.
61
60
ГА РФ. Ф. Р-9605. Оп. 1. Д. 12. Л. 2.
61
Советский комитет защиты мира. Правление Советского фонда мира.
Информационный бюллетень. М., 1988. С. 2–60.
248
В 1989 г. на IV Всесоюзной конференции СФМ был утвержден
новый Устав Фонда, который определял его как самоуправляемую
общественную организацию62. В Уставе открыто заявлялось, что
Фонд осуществляет свою деятельность в тесном сотрудничестве с
партийными, советскими, профсоюзными, комсомольскими, научными и творческими организациями, с СКЗМ и другими общественными объединениями, выступающими за мир. В условиях реальной
демократизации в СССР этот факт не рассматривался как основание
для критики и аргумент в пользу партийного контроля деятельности
СФМ. В определении целей Фонда Устав почти не претерпел изменений, но в духе «нового мышления» было обозначено стремление
решать глобальные проблемы на основе приоритета общечеловеческих ценностей и содействовать построению всеобъемлющей системы международной безопасности – идея солидарности в борьбе за
национальную независимость оказалась отброшена. Задачи СФМ
отражали дискуссии конца 1980-х гг. о роли и месте организации в
современных условиях. Они предполагали совершенно новые для
Фонда осуществление учета поступающих средств и контроль за их
целевым использованием, создание предприятий и организаций для
реализации уставной деятельности, содействие решению социальных
проблем советского общества, развитию международных обменов.
Демократизация устройства и деятельности Фонда, закрепленная
Уставом, предусматривала его право самостоятельно распоряжаться средствами, поступающими в СФМ, утверждать бюджет и сметы
организации, обязательство ежегодно публиковать финансовую отчетность, формировать руководящий состав на основе
ных выборов и осуществлять его ротацию
63
. Однако реализовать на
действитель-
практике эти положения уже не удалось, как не удалось превратить
СКЗМ в общественную организацию, способствующую развитию
различных форм «народной дипломатии» и повышению активности
советских людей в решении важнейших внутриполитических и международных проблем.
62
Устав Советского фонда мира / Советский комитет защиты мира.
Правление Советского фонда мира. Информационный бюллетень. М., 1989.
С. 48–69.
63
Правление Советского фонда мира, Советский комитет защиты мира.
Информационный бюллетень. М., 1991. С. 1–23; Отчет Советского фонда
мира об основных направлениях расходования средств в 1990 году. М., 1991.
С. 1–56.
249
4.3. Практики сОветскОгО мирОтвОрчества
в кОнтексте ХОлОднОй вОйны
Решение советского руководства использовать антивоенные настроения международной общественности для продвижения внешнеполитических целей СССР обусловило его активное участие в
процессе институционального оформления движения сторонников
мира. Организационные, финансовые и иные усилия были приложены для подготовки и проведения 20–25 апреля 1949 г. в Париже и
Праге первого Всемирного конгресса сторонников мира. Установка
на массовость при организации нового миротворческого движения
принципиально отличала советскую послевоенную культурную дипломатию от межвоенного периода, когда адресатами ее усилий оставались представители международного левого движения и видные
интеллектуалы64. Стремление объединить под лозунгами борьбы за
мир не только коммунистические, но и некоммунистические силы,
профсоюзные, молодежные, женские, религиозные и другие организации, которых могла оттолкнуть информация об участии Москвы в
формировании нового движения, требовало от СССР усилий по вуалированию своей роли в структурах ДСМ. До начала 1960-х гг. Советский Союз не давал согласия на предложения сторонников мира
разных стран о проведении конгрессов на его территории; количество советских представителей в Постоянном комитете ВКСМ/ВСМ
уступало европейским, собственные инициативы выдвигались от
лица «западных друзей». Контраргументом на обвинения в финансировании движения должна была служить сложившаяся на начальном
этапе практика формирования его бюджета за счет взносов национальных комитетов-участников, а также создание в 1957 г. Международного фонда мира. Однако состав ДСМ, представленный преимущественно левыми силами, а также советское патронирование
(интенсивность которого варьировалась в зависимости от ситуации
Холодной войны) не позволили ПК ВКСМ/ВСМ избавиться от обвинений в просоветском характере. Необходимо отметить, что такая
критика звучала и со стороны некоторых участников движения, настаивавших на независимости от какого бы то ни было государства
и недопустимости использования темы мира в идеологических целях. В периоды внешнеполитических кризисов, когда потребность
Советского Союза в мобилизации мирового общественного мнения
возрастала, открытая критика несогласных отрицательно влияла на
имидж и роль СССР в рядах движения [так, например, случилось
после событий в Венгрии 1956 г., когда от движения отошла группа
64
Дэвид-Фокс М. Витрины великого эксперимента... С. 27.
250
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]