Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Советская культурная дипломатия в условиях Холодной войны. 1945–1989. Коллективная монография
.pdf
Южно-Уральский государственный университет
Советская
культурная дипломатия
в условиях Холодной
войны
1945–1989
Коллективная монография
РОССПЭН
Москва
2018
УДК 94(47+57)
ББК 63.3(2)63
С56
Издание осуществлено при финансовой поддержке Российского научного фонда,
грант № 16-18-10213
О. С. Нагорная, доктор исторических наук
О. Ю. Никонова, доктор исторических наук;
А. Д. Попов, кандидат исторических наук;
Н. А. Трегубов, кандидат политических наук
доктор исторических наук, профессор Елена Зубкова
(Институт российской истории РАН, Москва)
(Германский исторический институт в Москве)
Авторы разделов и глав:
(руководитель авторского коллектива);
Т. В. Раева, кандидат исторических наук;
Рецензенты:
профессор, доктор Николаус Катцер
Советская культурная дипломатия в условиях Холодной
войны. 1945–1989 : коллективная монография / [науч. ред.,
С56
рук. авт. коллектива О. С. Нагорная]. – М. : Политическая энциклопедия, 2018. – 446 с.
ISBN 978-5-8243-2282-8
Глобальное противостояние второй половины ХХ века нашло свое отражение не только в дипломатических баталиях, гонке вооружений и локальных
конфликтах. Холодная война вторглась в научные лаборатории и аудитории
университетов, на сцены театров и экраны телевизоров, в пространство выставок и маршруты туристических поездок, изменив жизненные миры обывателей во всех странах мира и эмоциональное восприятие ими целой эпохи. В условиях декларируемого идеологического антагонизма именно проницаемость
«железного занавеса» для институтов и участников культурной дипломатии
придавала системе определенную гибкость и позволила избежать прямого вооруженного конфликта между сверхдержавами, создав не только военно-стратегический, но и в известном смысле культурно-символический баланс сил в
разделенном мире.
Представляемая монография посвящена истории советской культурной
дипломатии в условиях Холодной войны. На основе широкого круга малоизвестных источников авторы реконструируют дискурсивное, институциональное, инструментальное и персональное измерения системы внешнеполитических репрезентаций СССР. Перед читателем раскрываются насыщенные
конфликтами и противоречиями транснациональные коммуникационные пространства послевоенного периода, трансграничные культурные сети «полпредов без мандата», наиболее значимые советские информационные стратегии и
самые яркие медийные образы.
Издание адресовано научно-педагогическим работникам, изучающим и
преподающим послевоенную историю СССР, международные отношения,
историю дипломатии, политологию, а также широкой аудитории.
УДК 94(47+57)
ББК 63.3(2)63
ISBN 978-5-8243-2282-8
© Коллектив авторов, 2018
© Политическая энциклопедия, 2018
Оглавление
Предисловие .....................................................5
Глава 1. Хитросплетение дефиниций: «культурная дипломатия»
и связанные с ней понятия в исследованиях зарубежных и отече-
ственных авторов ................................................8
1.1. История понятия культурная дипломатия
(О.Ю. Никонова) ..............................................8
1.2. Роль культуры во внешней политике: эвристический
потенциал теории власти (Н.А. Трегубов) .....................23
Глава 2. Не МИДом единым: организационные основы советской
культурной дипломатии в послевоенный период
(Н.А. Трегубов) ..................................................36
2.1. Аппарат партийного и государственного управления
советской культурной дипломатией ..........................38
2.2. Организации-исполнители в системе советской культурной
дипломатии .................................................60
Глава 3. Репрезентации СССР в пространствах межкультурной
коммуникации эпохи Холодной войны ..........................86
3.1. «Витрины советских достижений»: СССР
на международных выставках товаров народного потребления
(О.С. Нагорная) ..............................................86
3.2. Культурная дипломатия научного сотрудничества
и образовательных обменов в эпоху Холодной войны
(О.С. Нагорная) ..............................................96
3.3. Участие СССР в организации и проведении всемирных
фестивалей молодежи и студентов (А.Д. Попов) ..............121
3.4. Олимпиада-80: внутренние и внешние проекции
советского мегасобытия (А.Д. Попов) ........................169
3.5. Историческая память как инструмент советской культурной
дипломатии (О.С. Нагорная, О.Ю. Никонова, А.Д. Попов) .....202
Глава 4. Миротворчество «по-советски»: дискурсы, практики,
ритуалы .......................................................226
4.1. Против огня войны: риторическое оформление советского
миротворчества (Т.В. Раева) .................................228
3
4.2. Институционализация советского миролюбия в условиях
биполярного противостояния (Т.В. Раева) ...................239
4.3. Практики советского миротворчества в контексте
Холодной войны (Т.В. Раева) ................................250
4.4. Международные Ленинские/Сталинские премии мира
в советском миротворческом проекте (О.С. Нагорная) ........276
Глава 5. Международные туристические связи СССР
1950–1980-х гг. как инструмент «мягкой силы» (А.Д. Попов) ....291
5.1. Иностранный (въездной) туризм в СССР и советские
«техники гостеприимства» ..................................292
5.2. «Высоко держать честь и достоинство…»: советские туристы
как репрезентанты СССР за рубежом ........................311
5.3. Специфика международного молодежного туризма эпохи
Холодной войны. ...........................................332
Глава 6. «Полпреды без мандата»: действующие лица и целевые
группы советской культурной дипломатии .....................349
6.1. Сталинские писатели в когорте послов советской культуры:
кейс Константина Федина (Т.В. Раева, О.С. Нагорная) ........350
6.2. Лауреаты Международных Ленинских премий мира
в орбите интересов советской культурной дипломатии
(О.С. Нагорная) .............................................363
6.3. Детское обаяние в арсенале советской культурной
дипломатии (О.С. Нагорная, А.Д. Попов, Т.В. Раева) ..........367
Заключение ...................................................391
Список сокращений ............................................407
Cписок цитируемой литературы и источников ..................411
ПредислОвие
Наблюдаемое сегодня обострение международных отношений,
обозначаемое аналитиками как «новая Холодная война» или «ледяная война» (Ice War), актуализировало интерес к изучению различных измерений глобального противостояния второй половины ХХ в.,
в том числе на коммуникативном и символическом уровне. Исторический опыт показывает, что в условиях декларируемого идеологического антагонизма именно проницаемость «железного занавеса» для
институтов и акторов культурной дипломатии придавала системе
определенную гибкость и позволила избежать прямого вооруженного конфликта между сверхдержавами, создав не только военно-стратегический, но и в известном смысле культурно-символический баланс сил в разделенном мире.
Изучение культурной дипломатии – феномена, первую попытку
описания которого предпринял ещё в середине ХХ в. американский
советолог Фредерик Баргхорн, за последние двадцать лет превратилось в динамично развивающееся научное направление. Исследовательское поле, сложившееся на стыке анализа культуры, дипломатии
и международных отношений, стало местом осмысления истории
трансатлантической и социалистической интеграций, внутриблоковой и межблоковой коммуникации, культурного противоборства и
вынужденного диалога двух, на первый взгляд, предельно враждебных по отношению друг к другу миров. Однако вплоть до последнего десятилетия в научном ландшафте наблюдалось доминирование
США как объекта изучения международных отношений, дипломатической истории и культуры Холодной войны1. Устранение данного дисбаланса путем обращения к анализу культурной дипломатии
СССР в послевоенный период открывает возможности для понимания многих явлений, пока не нашедших удовлетворительного объяснения в существующих исследовательских моделях: относительной
стабильности блоковых структур и социалистической интеграции,
1
Рассматривая Холодную войну как глобальный политический и социокультурный феномен, оказавший на развитие человечества столь же мощное
влияние, как и Первая, и Вторая мировые войны, авторы монографии предпочитают подобное написание термина – с прописной буквы.
5
возникновения (н)остальгии по социалистическому прошлому,
устойчивости отдельных транснациональных коммуникативных сетей и брендов, переживших крах биполярного мира.
Представляемая читателю коллективная монография является результатом реализации исследовательского проекта «Советская культурная дипломатия в условиях Холодной войны» (проект
№ 16-18-10213), выполнявшегося в Южно-Уральском государственном университете при поддержке Российского научного фонда на
протяжении 2016–2018 гг. В задачи исследования входила реконструкция специфики транснациональных культурных пространств в
условиях Холодной войны и места в них советских культурно-дипломатических усилий, анализ дискурсивного, институционального и
медийного оформления внешнеполитических репрезентаций СССР,
описание коммуникативных практик целевых групп и агентов советской культурной дипломатии.
Актуальность обращения к изучению советской культурной дипломатии в период Холодной войны заключается в смене исследовательского ракурса с детерминистского подхода, оценивающего вторую половину ХХ в. на основе знания о неизбежном развале Советского Союза и крахе социалистической системы, на более дисперсное представление механизмов их функционирования, в том числе
в международном контексте. На сегодняшний день в исторической
науке назрела необходимость отказа от весьма распространенного, но
очень упрощенного образа монолитной «советской империи», основанной исключительно на насильственных методах, в пользу гибких
объяснительных моделей её функционирования, направленных на
изучение роли Советского Союза в стабилизации и развитии международных отношений, стремление к сочетанию национальных, транснациональных и
глобальных перспектив. Исследование советской
культурной дипломатии в послевоенный период – период интенсификации и демократизации транснациональных контактов – позволит сместить исследовательскую оптику на уровень акторов, изучить
партисипативные претензии и культурную активность отдельных
граждан и общественных групп на фоне глобального противостояния государств, политических режимов и социально-экономических
систем.
Авторский коллектив выражает благодарность Российскому научному фонду за создание условий для реализации исследовательского проекта, сотрудникам российских и зарубежных архивов и
библиотек за помощь, оказанную во время работы с документальными и книжными фондами, руководству и сотрудникам Германского
исторического института за создание атмосферы плодотворных научных дискуссий по проблемам культурной дипломатии социализ-
6
ма в ХХ в. Авторы благодарят коллег из России, Германии, Австрии,
Венгрии, Чехии, Швейцарии, Финляндии, Польши и Словакии за
ценные замечания и комментарии, которые стали важным интеллектуальным вкладом в развитие теоретической концепции исследования и осмысление его отдельных тематических полей.
Оксана Нагорная,
Ольга Никонова,
Алексей Попов,
Татьяна Раева,
Никита Трегубов
глава 1
Х
итрОсПлетение дефиниций: «культурная диПлОматия»
и связанные с ней ПОнятия в исследОванияХ зарубежныХ
и ОтечественныХ автОрОв
1.1. истОрия ПОнятия «культурная диПлОматия»
Развал Восточного блока и крах СССР придали мощный импульс
развитию научных концепций изучения Холодной войны, формирование которых началось уже в 1960-е гг. и происходило под влиянием быстро набиравших популярность социально-исторических
и культурно-исторических подходов к интерпретации прошлого
Можно утверждать, что сегодня в сообществе исследователей, изучающих послевоенный мир, существует консенсус, хорошо выраженный Жилем Скотт-Смитом: «Нарратив об абсолютном антагонизме
Холодной войны, кажется, все больше и больше рассматривается как
вводящий в заблуждение и ошибочный, как нарратив, который необходимо заменить на более дифференцированную и интеллектуально
привлекательную интерпретацию». Широкую популярность завоевывает трактовка Холодной войны Берндта Штëвера, предложившего рассматривать ее как конфликт, который «не только повлиял
на развитие глобально, но и пытался охватить каждый уголок общественной и частной жизни»2. Динамичное развитие таких направлений, как глобальная и транснациональная история, поставило вопрос
о расширении национально-ориентированной перспективы анализа
тенденций Холодной войны до панорамного взгляда на историю феноменов, для которых границы не были непроницаемыми, историю
трансфера и взаимовлияний, историю «своего» в «интернациональном контексте», влияния глобальных тенденций на национальное и
региональное развитие. Перенастройка исследовательской оптики
под влиянием культурно-исторического подхода привела к появле-
1
.
1
Размышления о причинах эволюции Cold War studies см. подробнее в:
Mitter R., Major P. (eds.) Across the Blocs. Cold War Cultural and Social History.
London, 2004. Р. 1–5.
2
Stoever B. Der Kalte Krieg, 1947–1991. Geschichte eines radikalen
Zeitalters. Muenchen, 2007. S. 464, 465.
8
нию обширного корпуса научной литературы, посвященной культуре Холодной войны, благодаря которой сегодня можно увидеть не
только различия и борьбу двух миров, но и их сходство, не только
соревнование политическое и экономическое, но и конкуренцию идеологий и культурных ценностей. Результатом стало понимание особой роли культуры в эпоху Холодной войны, четко сформулированное в словаре транснациональной истории Акира Ирие и Пьер-Ива
Саньера: «Культура и идеология были ключевыми темами борьбы за
умы людей и территории, на которых они жили. В результате в Европе, Латинской Америке, на Ближнем Востоке и в Азии Холодная
война способствовала тому, что культура и культурные отношения
стали беспрецедентно привилегированной сферой… Никогда ранее
(и никогда более) правительства, доминирующие власти, некоммерческие организации и индивидуумы не инвестировали столько денег,
энергии и интеллектуальных усилий в продвижение науки, политического диалога, искусства, академических обменов и культурную
саморепрезентацию»3.
Концепцию культурной дипломатии можно считать попыткой отразить специфику Холодной войны за пределами военно-политического противостояния, борьбу и сотрудничество в области культуры
и идеологии. За последние 20 лет ее изучение превратилось в этаблированное научное направление4. Термин «культурная дипломатия»
был введен в научный оборот в начале 1960-х гг., хотя признаки явления, которое он описывает, современные исследователи фиксируют в различных исторических эпохах. Ричард Т. Арндт – бывший
представитель американской культурной дипломатии, культурный
атташе США в различных странах и автор книги «Тhe First Resort of
Kings: American Cultural Diplomacy in the 20th Century» – открывает
свое исследование характеристикой культурных отношений (cultural
relations), которые он относит к культурно-дипломатическим феноменам и считает неотъемлемой частью социальной жизни людей начиная с бронзового века5. Наиболее последовательными сторонниками целенаправленной внешней культурной политики эпохи Нового
времени он считает французов, которые с эпохи Ришелье и «короля-
3
Iriye A., Saunier P.-Y. (eds.). The Palgrave Dictionary of Transnational
History. Macmillan Publishers LTD, 2009. P. 175–176.
4
Gienow-Hecht J.C.E. What Are We Searching For? Culture, Diplomacy,
Agents and the State// Gienow-Hecht J.C.E., Donfried M.C. (eds.). Searching for
a cultural diplomacy. Berghahn Books, 2013. P. 3.
5
Arndt R.N. Тhe First Resort of Kings: American Cultural Diplomacy in the
20th Century. Washington, 2005.
9
солнца» стремились раздвинуть рамки франкофонии за счет популяризации французского языка и культуры6.
К числу пионеров использования термина «культурная дипломатия» для целей научного анализа чаще всего относят американского
советолога Фредерика Баргхорна. В 1960 г. он опубликовал аналитическое исследование «культурного наступления» СССР, начавшегося при Н.С. Хрущеве7. Через год после выхода книги в США она была
переведена на русский язык и издана в СССР для ограниченного
пользования. Вернее всего, концепт культурной дипломатии попал
в научный дискурс из американской политической практики, как это
произошло десятилетие спустя с публичной дипломатией8. Джессика Гинов-Гехт упоминает, что за год до публикации книги Баргхорна
Госдепартамент США определил культурную дипломатию как «прямые и прочные контакты между народами разных стран, существующие для того, чтобы помочь создать атмосферу роста международного доверия и понимания, в рамках которой будут развиваться официальные отношения»9. Американская историография, изучавшая в тот
период трансфер культурных ценностей и культурные связи США
с заграницей, оперировала тогда понятием «внешняя политика в области культуры»10.
С момента своего появления термин «культурная дипломатия»
неоднократно истолковывался и интерпретировался в научной литературе в связи с развитием различных подходов в политической науке, теории международных отношений и истории, но так и не был
«отлит» в четкую формулировку и операционализирован, то есть
сведен к набору индикаторов, позволяющих «измерить» эффективность культурной дипломатии. Необходимо отметить, что сегодня
достаточно часто термин культурная дипломатия встречается в научной литературе как common sense – понятие, не требующее специального пояснения. Ситуация осложняется тем, что концептов, описывающих сферу взаимодействия различных государств, лежащую
6
Arndt R.N. Тhe First Resort of Kings… Р. 8–10; Gienow-Hecht J.C.E.,
Donfried М.C. The Model of Cultural Diplomacy. Power, Distance, and the
Promise of Civil Society // Searching for a cultural diplomacy… Р. 16–17.
7
Barghoorn F.C. The Soviet Cultural Offensive. The Role of Cultural
Diplomacy in Soviet Foreign Policy. Princeton, 1960.
8
См.: Gregory B. Public Diplomacy: Sunrise of an Academic Field // Annals.
AAPSS. 2008. № 616. P. 274–290.
9
Gienow-Hecht J.C.E., Donfried М.C. The Model of Cultural Diplomacy…
P. 13.
10
См.: Цветкова Н.А. Публичная дипломатия как инструмент идеологической и политической экспансии США в мире, 1914–2014 гг. Дис. … д-ра
ист. наук. СПб., 2015. С. 105.
10
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]