Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Реализация конституционного принципа разделения властей в субъектах Российской Федерации. Монография
.pdf
та палата, членом которой является обвиняемый в совершении общественно
опасного преступления
1
. В данных утверждениях видятся определенные
зачатки позднее получившего распространение института депутатской
неприкосновенности. Однако и сейчас наличие неприкосновенности у
депутатов парламента, а также определение пределов ее распространения
является предметом оживленных дискуссий.
Резюмируя изложенное, можно отметить, что доктрина Ш. Монтескье
отражала лишь некоторые особенности устройства европейских государств
середины XVIII в. и вряд ли
могла быть применена в них в полной мере. Вместе
с тем теория разделения властей стала не только идейной основой первых
конституционных актов и катализатором прогресса политико-правовых
взглядов. Уже в конце XVIII в. отдельные ее положения получили нормативное
закрепление в качестве конституционного принципа как во Франции, так и в
других государствах, и
были практически реализованы.
Во Франции первыми нормативными правовыми актами, в которых была
отражена теория разделения властей, явились Декларация прав человека и
гражданина, принятая Национальным Собранием 26 августа 1789 г., и
Конституция от 3 сентября 1791 г.
Во французской Декларации 1789 г. провозглашение этого
конституционного принципа звучит категорично: «общество, в котором не
обеспечено пользование правами и
конституции»
2
. Конкретизировавшая данный тезис Конституция 1791 г.
не проведено разделение властей, не имеет
установила, что «суверенитет принадлежит нации: он един, неделим,
неотчуждаем и неотъемлем»; законодательная власть вверяется Национальному
Собранию, состоящему из представителей, избранных народом; власть
исполнительная вверена королю; власть судебная вверена судьям, избираемым
народом
1
См.: Монтескье Ш. Указ. соч. С. 297.
2
Конституции и законодательные акты буржуазных государств XVII–XIX вв. Англия, США,
Франция, Италия, Германия : сборник документов / под ред. П.Н. Галанзы. М., 1957. С. 251.
3
См.: Там же. С. 255.
3
.
21
Верно отмечено, что историю доктрины разделения властей следует
рассматривать в двух аспектах – как историю развития идеи и как историю
практического воплощения этой идеи в жизнь
1
. Наиболее прагматичны и
практически значимы исследования американских политиков – авторов
фундаментальных нормативных правовых актов, и по сей день
регламентирующих отношения в области государственного устройства
Соединенных Штатов Америки. Разделение властей стало рассматриваться ими
не как абстрактная теория, а как важнейший конституционный принцип, на
основании которого обязаны функционировать все ветви государственной
власти. Сформулированная
Ш. Монтескье идея взаимного контроля и
равновесия властей приобрела более четкие формы, получив название система
«сдержек и противовесов» (checks and balances).
Особый вклад в развитие теории разделения властей был внесен
выдающимися американскими мыслителями-федералистами А. Гамильтоном,
Д. Мэдисоном, Д. Джеем
2
.
Федералисты были против простого обособления отдельных ветвей
власти. Так, в противоположность идее Т. Джефферсона, возлагавшего
функции контроля над законодательной, исполнительной и судебной властью
на весь народ, они говорили о том, что эти три ветви власти на практике не
могут сохранить ту степень раздельности, которая согласно аксиоме Монтескье
необходима свободному правлению
3
. При этом допускалось некое смешение
властей при разрешении смежных вопросов в целях установления деловой
конкуренции между ветвями власти, как справедливо замечает А.М. Барнашов
4
Вместе с тем ни одно из ведомств, по их мнению, «не должно пользоваться,
1
См.: Конституционная экономика / П.Д. Баренбойм, Г.А. Гаджиев, В.И. Лафитский,
В.А. Мау. М., 2006. С. 205.
2
См. подр.: Каленский В.Г. Мэдисон. М., 1981. С. 65–99; Мишин А.А. Принцип разделения
властей в конституционном механизме США. М., 1984. С. 7–33; Остроумов С.В.
Формирование конституционной доктрины американских федералистов : автореф.
дис. … канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2002. С. 23–24.
3
См.: Федералист. Политическое эссе А. Гамильтона, Дж. Мэдисона, Дж. Джея / под общ.
ред. Н.Н. Яковлева. М., 1994. С. 331.
4
См.: Барнашов А.М. Указ. соч. С. 43.
.
22
прямо или косвенно, правом отменять решения других при осуществлении
своих соответственных полномочий»
1
. Именно в этих целях американскими
федералистами была разработана система «сдержек и противовесов», которая,
получив нормативное закрепление в Декларации независимости Соединенных
Штатов Америки 1776 г. и Конституции Соединенных Штатов 1787 г.,
действует в США и в настоящее время
2
.
Важно отметить, что в Северной Америке принцип разделения властей
был первоначально воплощен в политическую жизнь отдельных штатов,
которые в результате борьбы за независимость были объединены в
конфедерацию. Затем, после принятия в 1787 г. Конституции США,
содержащей наряду с другими положениями правовые нормы о разделении
властей, было образовано единое федеративное государство. Рецепция
региональных норм в федеральную Конституцию не стала поводом для
исключения из конституций штатов принципа разделения властей. Как
известно, этот конституционный принцип и ныне действует в США не только
на федеральном уровне, но и на уровне субъектов федерации. Полагаем, что
первоначальное региональное происхождение принципа разделения властей в
Соединенных Штатах в некоторой степени
сопоставимо с условиями
российской действительности постсоветского периода, где процесс построения
новых федеративных отношений также во многом зависел от воли отдельных
субъектов в составе России.
Своеобразно видел проблему разделения властей современник
американских федералистов, основоположник теории утилитаризма англичанин
И. Бентам (1748–1832). Выступая за разделение властей на законодательную,
исполнительную и судебную, Бентам вместе с
тем являлся противником
абсолютной независимости отдельных ветвей власти. «Взаимная зависимость
этих трех властей заставляет их подчиняться неизменным законам, сообщает
1
Федералист. Политическое эссе А. Гамильтона, Дж. Мэдисона, Дж. Джея. С. 331–332.
2
См.: Конституции и законодательные акты буржуазных государств XVII–XIX вв. Англия,
США, Франция, Италия, Германия. С. 167
–170, 178–190.
23
им систематическое и выдержанное направление»1. Таким образом, идея
сдержек и противовесов имела место и в рамках утилитарного подхода.
Французский либерал Б. Констан (1767–1830) в своем понимании теории
разделения властей отличался от иных мыслителей. Будучи сторонником
конституционной монархии, он в качестве самостоятельной ветви выделял
«нейтральную власть», которую, по замыслу Б. Констана, олицетворяет собой
конституционный монарх. К компетенции
монарха относится контроль за
законодательной, исполнительной и судебной властью. В частности,
французский мыслитель настаивал на наличии у главы «нейтральной власти»
права отлагательного вето, утверждая, что «когда государь способствует
созданию законов и когда его согласие необходимо, то недостатки законов не
достигают той степени, нежели когда законодательный корпус принимает
решения, которые невозможно
обжаловать»2. «Нейтральная власть», согласно
идее Б. Констана, выполняя регулятивную функцию, не входит ни в одну из
трех общепризнанных ветвей власти. Следует отметить, что конституционноправовой статус монарха в концепции Б. Констана имеет определенное
сходство с современным положением Президента Российской Федерации,
который, являясь главой государства, не относится ни к одной из ветвей
государственной власти.
Выдающийся немецкий философ Г.В.Ф. Гегель (1770–1831) также не был
согласен с общепринятым разделением властей на законодательную,
исполнительную и судебную. Рассматриваемую проблему он представлял
следующим образом. Согласно его концепции «политическое государство
распадается на власть определять и устанавливать всеобщее, законодательную
власть; на власть подводить особенные сферы и отдельные случаи под
всеобщее, правительственную власть; на власть субъективности как последнего
волерешения, княжескую власть, в которой различные власти объединяются в
1
Бентам И. Принципы законодательства. О влиянии условий времени и места на
законодательство. Руководство по политической экономии. М., 1896. С. 69.
2
История политических и правовых учений : хрестоматия / под ред. О.Э. Лейста. М., 2000.
С. 339.
24
индивидуальное единство, которая, следовательно, есть вершина и начало
целого, конституционной монархии»
1
. Судебную власть Гегель не считал
«третьим моментом понятия, ибо ее идентичность лежит вне указанных сфер»,
и относил ее к правительственной власти
2
.
Философ выступал против абсолютной самостоятельности властей в
отношении друг друга. «Самостоятельность властей, законодательной и
исполнительной, как их обыкновенно называют, или непосредственно начинает
собой разрушение государства… или является началом борьбы, кончающейся тем,
что одна власть подчиняет себе другую»
3
. Решение проблемы взаимной борьбы
властей он видел в единстве и подчиненности всех властей государственному
суверенитету. Носителем суверенитета, по идее Гегеля, являлся конституционный
монарх. Таким образом, концепция Гегеля существенным образом отличалась не
только от классической теории разделения властей, но также не совпадала с
распространенными демократическими идеями о народном суверенитете.
Следует отметить,
что наряду с появлением в литературе различных
трактовок рассматриваемой теории сторонниками разделения властей было
образовано критическое направление, отвергающее постулаты классической
идеи разделения властей. Как представляется, его основателем стал
Ж.-Ж. Руссо (1712–1778). Вместе с тем некоторое авторы, напротив, ставят его
концепцию в один ряд с идеями бесспорного основоположника теории
разделения властей
Ш. Монтескье4.
Думается, что идеи Ж.-Ж. Руссо можно толковать двояко. С одной
стороны, он действительно различал законодательную и исполнительную
власть. Философ отмечал: для того чтобы в государстве существовало
равновесие, необходимо, чтобы при всяких условиях существовало равенство
между могуществом правительства и силой суверена, обладающего
законодательной властью. С этой целью законодательная власть вправе
1
Гегель Г.В.Ф. Сочинения. М.; Л., 1934. Т. 7. С. 295.
2
См.: Там же. С. 295.
3
Там же. С. 294.
4
См., напр.: Гранкин И.В. Указ. соч. С. 11–12.
25
осуществлять контроль над правителем. С другой стороны, Руссо утверждал,
что суверенитет или общая воля неделимы. При этом он осуждал своих
предшественников, которые, по его мнению, делят единый суверенитет на волю
и силу, т. е. на законодательную и исполнительную власть. Руссо оставлял без
рассмотрения судебную власть, которую, очевидно, причислял к власти
исполнительной
.
Разобраться в сути политико-правовых идей французского философа
возможно, уяснив, какой смысл он вкладывал в понятия «законодательная
власть» и «исполнительная власть».
Для Руссо термины и стоящие за ними понятия «законодатель» и
«законодательная власть» не были идентичными. Законодатель у Руссо – это
лицо, которое занимается законотворчеством и которое не наделено никакими
властными
иметь никакой законодательной власти…»
полномочиями. «Тот, кто сочиняет законы, не имеет или не должен
1
. Для того чтобы законы были
мудрыми, необходимо, чтобы «люди до законов были такими, какими должны
их сделать законы», т. е. для создания того или иного закона требуется наличие
объективных предпосылок. В этом случае законодателю не потребуется наличие
властных функций, с помощью которых возможно давление на народ.
Единственное требование к лицу,
создающему законы, – быть мудрым, «великим
и могучим гением». Законодательная власть в целом может принадлежать только
суверену – всему народу, без каких бы то ни было ограничений
2
.
В связи с тем, что законодательная власть непогрешима, требуется лишь
простой исполнитель законодательной воли, сила, которая ее выполняет. При
этом исполнительная власть не может принадлежать целому обществу. Народу
необходим лишь «агент», являющийся связующим звеном между сувереном и
подданными.
Таким образом, Руссо, считающий, что власть неделима и может
принадлежать только народу,
1
Руссо Ж.-Ж. Об общественном договоре. М., 1938. С. 35.
2
Там же. С. 48.
в само понятие власти вкладывал иной смысл,
26
нежели Ш. Монтескье. В связи с этим, не отрицая значимости взглядов
Ж.-Ж. Руссо в деле развития теории демократии, отметим, что причисление его к
основоположникам учения о разделении властей безосновательно и ошибочно,
хотя отдельные аспекты его воззрений о государстве и власти имеют отношение к
этой концепции.
Выдающийся немецкий философ И. Кант
(1724–1804) в работе
«Метафизика нравов» по-своему трактует доктрину разделения властей. По его
мнению, всякое государство имеет три власти: законодательную
(принадлежащую только суверенной «коллективной воле народа»),
исполнительную (сосредоточенную у законного правителя и подчиненную
законодательной верховной власти) и судебную (назначаемую властью
исполнительной)
1
. Как справедливо замечал Н.Н. Алексеев, описывая
истолкование И. Кантом теории Ш. Монтескье, «отношения властей строятся
как бы по типу силлогизма: законодательная власть составляет как бы большую
посылку, исполнительная – меньшую, а судебная – умозаключение в виде
судебного приговора. Оттого в системе Канта первенствующее положение
занимает законодательная власть, и единство закона составляет
которой происходит сотрудничество властей»
2
. В этом смысле воззрения
ту основу, на
И. Канта на государственное устройство в большей мере созвучны взглядам
Ж.-Ж. Руссо, чем Ш. Монтескье.
Одним из фундаментальных критиков теории разделения властей являлся
Ф. Энгельс (1820−1895). В частности, он замечал: «Разделение властей, которое
… рассматривают как священный и неприкосновенный принцип, на самом деле
есть не что
иное, как прозаическое деловое разделение труда, примененное к
государственному механизму, в целях упрощения и контроля. Подобно всем
другим вечным, священным и неприкосновенным принципам, и этот принцип
применяется лишь в той мере, в какой он соответствует существующим
1
См.: Кант И. Основы метафизики нравственности. М., 1999. С. 690.
2
Алексеев Н.Н. Указ. соч. С. 284.
27
отношениям»1. Как представляется, точка зрения Ф. Энгельса во многом
созвучна политико-правовым воззрениям мыслителей Древнего мира, которые
обосновывали необходимость распределения властных полномочий между
должностными лицами в целях упрощения государственного управления.
Классик марксизма не рассматривал разделение властей в функциональном
измерении и значительно упрощал содержание теории разделения властей.
Между тем приведенное выше суждение
направления в советской обществоведческой науке
Ф. Энгельса стало основой целого
2
. Надо отметить, что
советские исследователи анализировали разделение властей преимущественно
сквозь призму представлений Ф. Энгельса и в связи с этим существенно сужали
содержательную сторону рассматриваемой теории.
В России теория разделения властей стала наиболее популярной к концу
XVIII в. в эпоху «просвещенного абсолютизма» Екатерины II. Однако
отдельные мысли о необходимости ограничения абсолютной власти монарха
теми или иными средствами высказывались гораздо раньше. Светскую власть
верховного правителя предлагалось ограничивать моральными критериями и
божественной властью (митрополит Иларион); созданием органов,
выполняющих законосовещательные функции (Владимир Мономах, Даниил
Заточник, Ф. Прокопович)
3
; ответственностью за действия подданных (епископ
Семен (Симеон))
4
; посредством закона и выборов в определенных случаях не
только законосовещательного органа, но и верховного правителя (Максим
Грек, Ф. Карпов, И.С. Пересветов, А.М. Курбский, И.С. Тимофеев)
5
возможностью неподчинения народа правителю, не соответствующему
1
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 5. С. 203.
2
См.: Судеревский И.С. Проблемы разделения труда. М., 1963. С. 34, 42; Каск Л.И. Признаки
государства // Правоведение. 1963. № 4. С. 30; Немченко В. Общественное разделение труда
// Коммунист. 1966. № 16. С. 59
социалистическом обществе. М., 1968. С. 38
3
См.: История политических и правовых учений : хрестоматия / под ред. Г.Г. Демиденко,
Г.А. Борисова. Белгород, 1999. С. 95–102, 108–125.
4
См.: Памятники литературы Древней Руси: XIII век. М., 1981. С. 465.
5
См.: История политических и правовых учений : учебник для вузов / под общ. ред.
В.С. Нерсесянца. М., 2001. С. 192
–195, 201–204, 209–216, 219–233.
–61; Тихомиров Ю.А. Власть и управление в
–41; Барнашов А.М. Указ. соч. С. 8–11.
28
;
существующим критериям оценки личности (Иосиф Волоцкий)1; посредством
принятия законов, которые имеют обязательный характер не только для народа,
но и для самого носителя власти – монарха (С. Полоцкий, Ю. Крижанич,
А.Л. Ордин-Нащокин, И.Т. Посошков, И.А. Третьяков, Екатерина II,
Н.И. Панин); необходимостью выражения согласия всех подданных при
утверждении власти монарха и делегировании законодательных полномочий
должностным
лицам (В.Н. Татищев)2; созданием парламента (М.М. Щербатов)3.
Первые значительные теоретические разработки прообраза разделения
властей в России осуществил С.Е. Десницкий (1740−1789), живший в эпоху
царствования Екатерины II. Отметим, что взгляды этого мыслителя еще в
советское время стали предметом оживленного научного дискурса. Так,
советский правовед С.А. Покровский, исходя из самого названия проекта
С.Е. Десницкого – «Представление о учреждении
законодательной,
судительной и наказательной власти в Российской империи», полагал, что
автор в этой работе отстаивал популярную на Западе теорию разделения
властей
4
. Это утверждение было подвергнуто критике со стороны
П.С. Грацианского, который в качестве контраргумента приводил идею о том,
что в проекте С.Е. Десницкого не все органы государства входят в состав
законодательной, судительной и наказательной власти
5
. Однако, как в
дальнейшем показала практика современной России, государственные органы,
не относящиеся ни к одной из ветвей власти, могут вполне эффективно и
независимо осуществлять свои полномочия. Более убедительной в этом смысле
представляется точка зрения В.Н. Струнникова, полагающего, что
С.Е. Десницкий отказался «от основной идеи теории разделения властей – идеи
о взаимном равновесии, взаимном ограничении властей»6.
1
См.: Волоцкий И. Просветитель. Казань, 1896. С. 258.
2
См.: Татищев В.Н. Избранные произведения. Л., 1979. С. 149.
3
См.: Антология политической мысли : в 5 т. Т. 3. Политическая мысль в России. X – первая
половина XIX в. М., 1997. С. 523.
4
См.: Покровский С.А. Политические и правовые взгляды С.Е. Десницкого. М., 1955. С. 97.
5
См.: Грацианский П.С. Десницкий. М., 1978. С. 72.
6
Струнников В.Н. С.А. Покровский. Политические и правовые взгляды С.Е. Десницкого //
Советское государство и право. 1956. № 1. С. 148.
29
Скорее всего, С.Е. Десницкий был сторонником абсолютизма и абсолютист-
ского понимания сущности власти
1
. Носителем суверенитета, по его мнению, был
монарх. В связи с этим разделение власти, согласно взглядам этого российского
мыслителя, было чисто формальным. Говоря о верховенстве Сената как
законодательного органа, он наделял данный орган лишь совещательными
полномочиями. Властные прерогативы отдаются императору. Единственным
реальным ограничением власти монарха, по С.Е. Десницкому, был лишь
закон.
Идеи С.Е. Десницкого, несомненно, свежи и прогрессивны для той эпохи.
По сути, в своих работах он сделал важные обобщения и подвел определенный
итог более чем вековому толкованию разделения властей с позиций доктрины
«просвещенного абсолютизма».
Начало XIX в. характеризовалось появлением новых толкований
классической теории разделения властей в контексте монархического
конституционализма.
Наиболее значим в этом плане проект реформирования
государственной власти М.М. Сперанского (1772−1839). В литературе
высказывается мнение, что принцип разделения властей впервые в России
получил обозначение именно в работах этого государственного деятеля
2
.
Отдавая предпочтение власти императора, реформатор склонялся к такой
форме государственного устройства, существовавшей у «народов
европейских», в основе которой лежала идея разделения властей.
М.М. Сперанский первым в России задал вопрос: «Каким образом, не разделяя
власти в существе ее, так распределить действие ее по разным частям
государственного управления, чтоб каждая из
1
См. подр.: Баркалов О.В. С.Е. Десницкий о разделении властей // Вопросы политологии и
политической истории : сборник статей. Барнаул, 1994. С. 9
зрения. В частности, В.С. Нерсесянц настаивает на том, что С.Е. Десницкий в своих взглядах
симпатизировал конституционной монархии. См.: История политических и правовых
учений : учебник для вузов / под общ. ред. В.С. Нерсесянца. С. 359.
2
См.: Климов И.П. Политико-правовая мысль России XIX – начала XX вв. о разделении
властей и ее значение для современного этапа // Разделение властей в современной России:
проблемы и перспективы : материалы Всероссийской научно-практической конференции
(21–22 октября 2008 г.) / под ред. М.С. Матейковича. Тюмень, 2008. С. 53.
них имела свое постоянное
–14. Существует другая точка
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]