Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Принципы права. Проблемы теории и практики. Часть 2 (разделы V–X). Материалы XI международной научно-практической конференции
.pdf
Климова Е. Л.
повой форме, утвержденной Постановлением Правительства РФ
от 29 июля 2013 г. №645. Стороны не могут изменить условия типовых договоров. Исключением являются только диспозитивные
условия типовых договоров, а также условия, идущие вразрез с требованиями ФЗ от 5 апреля 2013 г. №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»
1
при заключении договора
с государственным или муниципальным заказчиком.
Свобода публичного типового договора проявляется только
в отношении диспозитивных норм, однако и в этом случае действует и помогает разрешать спорные ситуации исходя из конкретных обстоятельств дела, а не по «шаблону».
4. «Принцип недопустимости ненадлежащего осуществления
гражданских прав». Учитывая, что сфера водоснабжения и водоотведения является сферой естественных монополий, антимонопольными органами осуществляется постоянный контроль за организациями водопроводно-канализационного хозяйства в целях
недопущения ограничения конкуренции, а также злоупотребления
доминирующим положением на рынке. Перечень предусмотренных законодательством действий, являющихся нарушением антимонопольного законодательства, не является исчерпывающим.
«Принцип недопустимости ненадлежащего осуществления гражданских прав» помогает в разрешении вопроса оплаты за первичное опломбирование приборов учета. Запрещено взимание платы
за первичное опломбирование коммерческих приборов учета ресурсов, в связи с тем, что данное опломбирование необходимо ресурсоснабжающей организации, а не абонентам. Антимонопольный
орган вправе применить к хозяйствующему субъекту меры воздействия даже в случаях, прямо не названных в Законе, если действия
этого субъекта ограничивают конкуренцию и ущемляют интересы
других лиц, т. е. отвечают общему определению понятия «злоупотребление доминирующим положением». И в этом случае указанный
«принцип» находит свое воплощение в полном объеме, т. к. не позволяет участникам правоотношений совершать «маневры» со сво-
1
ФЗ от 5 апреля 2013 г. №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок
товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных
нужд» // СЗ РФ. 2013. №14. Ст. 1652.
331
Принципы права: проблемы теории и практики
ими правами более тех диапазонов, в которых нарушается баланс
интересов других участников правоотношений.
5. «Принцип обеспечения восстановления нарушенных прав,
их судебной защиты». Дебиторская задолженность абонентов перед организациями водопроводно-канализационного хозяйства растет в последние годы в связи со сложившейся экономической ситуацией в стране.
В целях восстановления нарушенных прав, Правилами холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 29 июля 2013 г. №644, предусмотрена повышенная ответственность абонентов перед организациями
водопроводно-канализационного хозяйства за неисполнение
или ненадлежащее исполнение своих обязательств по оплате
за услуги водоснабжения и (или) водоотведения в размере двукратной ставки рефинансирования (учетной ставки) Центрального банка РФ, установленной на день предъявления соответствующего требования, от суммы задолженности за каждый день
просрочки.
При этом в соответствии с Постановлением Правительства РФ
от 8 декабря 2015 г. №1340 с 1 января 2016 г. по данным требованиям вместо ставки рефинансирования применяется ключевая
ставка Банка России, которая составляет 10,5 % годовых
1
. И хотя
повышенная неустойка не отменяется негативные последствия
для организации водопроводно-канализационного хозяйства за несвоевременную оплату задолженности абонентами, однако в этом
случае соблюдается требование о соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. Конечной целью взаимоотношений контрагентов является соблюдение баланса интересов
между абонентами и организацией водопроводно-канализационного хозяйства.
На основании вышеизложенного, «принципы гражданского
права» являются единственной возможностью осознания участниками правовых отношений законной позиции в условиях неоднозначного толкования норм права, а также необходимым ориентиром для судебных органов при реализации чувства справедливости
суда при разрешении споров.
1
Вестник Банка России. 2016. №56. 16 июня.
332
Князькин С. И.
Князькин С. И.
ст. преподаватель кафедры гражданского,
арбитражного и административного
процессуального права ФГБОУВО РГУП,
канд. юрид. наук
Проблемы реализации принципов права
в цивилистическом процессе
Взаимное восприятие опыта осуществления правосудия по гражданским и экономическим делам, вызванное объединением высших судебных инстанций, а также принятие Кодекса административного судопроизводства РФ (далее — КАС РФ) в очередной раз
потребовали переосмысления общих и специальных процессуальных институтов в их взаимосвязи. К числу основных институтов,
претерпевших существенные изменения, относится «система принципов цивилистического процесса». Так, законодательное закрепление получили «принцип справедливости судебного разбирательства» и «принцип активной роли суда».
Фундаментальной проблемой выступает смешение «принципов»
с «аксиомами», задающими нормальный ход осуществления правосудия, при котором не требуется фиксация его очевидных и необходимых параметров в так называемых принципах цивилистического процесса1. Понимание «аксиом» как «принципов» дает
искаженный результат не только на доктринальном уровне их понимания, но и в практической плоскости, в ходе их применения
в рамках специальных процессуальных институтов. Особое внимание следует обратить на противоречия, возникающие при попытке
реализации на стадии проверки судебных актов новых «принципов административного судопроизводства», — «справедливости»
и «активной роли суда».
Явным противоречием, на первый взгляд, имеющим формальный
характер, выступает закрепление этих новых «принципов» только
в рамках КАС РФ, при их отсутствии в ГПК РФ и АПК РФ. Буквальное толкование позволяет сделать вывод об отсутствии гарантии справедливости судебного разбирательства по гражданским
и экономическим делам и пассивном характере суда. Отсутствие
1
Фурсов Д. А., Харламова И. В. Теория правосудия. В 3-х тт. Т. 2. М., 2009.
333
Принципы права: проблемы теории и практики
новых «принципов» с большой долей вероятности свидетельствует
о расчете законодателя на их применение по умолчанию не только
по административным делам, но и по иным категориям дел посредством «аналогии закона». Такая ситуация подтверждает неопределенность места «принципов цивилистического процесса»,
их соотношения со специальными нормами процессуального права и практической значимости.
Дискуссионный характер представляет содержание «принципа справедливости судебного разбирательства». Редкие попытки
участников процессуальных отношений воззвать к суду и противоположной стороне к соблюдению в рамках рассматриваемого
спорного требования вызывают у других участников разбирательства иронию, вызванную их представлением об утопичности обращения к справедливости в целом.
Проблема заключается и в том, что даже на уровне прецедентного права Европейского Суда по правам человека (ЕСПЧ), являющегося ориентиром в реализации фундаментальных прав, «принцип
справедливого судебного разбирательства» не находит однозначного и четкого раскрытия его содержания
1
. Абстрактный характер
«справедливости» заставил ЕСПЧ выработать ее критерии применительно к правосудию во всех судебных инстанциях, выражаемые через другие, более узкие «принципы»: «равенство», «состязательность сторон», «публичность судебного разбирательства»,
«правосудность судебных решений» в широком смысле слова,
«разумный срок судебного разбирательства»2.
Представляется, что и такой подход не вносит определенность
в понимание «справедливости судебного разбирательства», каждый из предложенных компонентов которого сам по себе нуждается
в конкретизации. Попытка законодателя создать новые «принципы цивилистического процесса» представляет собой не закрепление передовых правовых идей или законодательное оформление
сложившейся прогрессивной судебной практики, а является отра-
1
Афанасьев Д. В. Подача жалобы в Европейский суд по правам человека.
Серия «Практика ЕСПЧ: комментарии, судебные прецеденты». Кн. 1. М.,
2012.
2
Нешатаева Т. Н. Уроки судебной практики о правах человека: европейский
и российский опыт. М., 2007.
334
Князькин С. И.
жением его отчаяния от многочисленных проблем с реальным воплощением справедливого суда и верховенства права.
Реализация «принципа справедливого судебного разбирательства» в рамках деятельности проверочных инстанций находит
сопротивление не в недобросовестном поведении суда и других
участников процесса, а в законодательных ограничениях полномочий судов, осуществляющих устранение судебных ошибок. Данные
ограничения всегда имеют рациональное объяснение специальным
статусом проверочного суда, недопустимостью подмены им суда
первой инстанции. Однако такой подход представляет собой подчинение частных аспектов деятельности судебных звеньев конечным целям правосудия, воплощением которых призваны быть
«принципы цивилистического процесса».
К числу ограничений можно отнести сокращение полномочий
суда апелляционной инстанции, которые он вправе осуществить
самостоятельно, а именно: понуждение апелляции направлять дело
на новое рассмотрение в первую инстанцию в случае наличия
определенных процессуальных оснований, отсутствие безусловной
и полной возможности по сбору доказательств. Такая модель
апелляции ставит под угрозу независимость суда, разумный срок
разбирательства, неизбежно увеличиваемый чрезмерным межинстанционным взаимодействием и рассматриваемый в качестве критериев справедливого судебного разбирательства.
Имеет место проблема реализации «принципа справедливости»
на уровне судов кассационной и надзорной инстанции. В данном
случае основным фактором выступает еще большая скованность
данных судов в реализации полномочий по вынесению правосудного акта и устранению судебных ошибок. Эта скованность проявляется на уровне искусственно ограниченного предмета проверки
и, как следствие, необходимости в подавляющем большинстве случаев перекладывать обязанность и ответственность по принятию
итогового акта на суд первой инстанции. Нарушением справедливости на уровне кассационной проверки будет выступать направление дела на новое рассмотрение при наличии возможности самостоятельно разрешить спор по существу.
Взаимосвязанной проблемой выступает конкуренция «принципа законности» и «принципа справедливости». Наибольшее проявление такая конкуренция находит на стадиях проверки вступив-
335
Принципы права: проблемы теории и практики
ших в силу судебных актов. Суды кассационной и надзорной
инстанции в своих определениях, отказывающих лицам в рассмотрении жалоб по существу или их удовлетворении в обоснование
своей позиции наиболее часто ссылаются на некомпетентность
по исследованию фактических обстоятельств спора, а сосредоточение исключительно на вопросах права. Искусственное разделение вопросов права и факта отдаляет суд не только от справедливого, но и от законного решения, на которое направлена их
деятельность.
Немало противоречий в апелляционном, кассационном и надзорном производстве породил такой новый «принцип административного процесса», как «активная роль суда». Национальные
и международные стандарты правосудия утверждают необходимость снижения роли суда при вторичном и последующих рассмотрениях одного и того же спора. Учитывая поинстанционное
уменьшение полномочий отечественных судов общей и арбитражной юрисдикции, можно сделать вывод о том, что призван быть
активным только суд первой инстанции. Однако такое усеченное
понимание этого «принципа» допустимо лишь в случае образцового осуществления правосудия на первом уровне. Но даже и в случае достижения таких благоприятных условий не исчезает необходимость наличия единых требований к судопроизводству
на всех его стадиях.
«Активность суда» выступает и средством достижения справедливого разбирательства. Пассивный характер суда, основанный
на гипертрофированном понимании диспозитивности, его упование
на добросовестное поведение сторон, едва ли будут способствовать
справедливости. «Пассивность суда» проявляется и в массовом перекладывании обязанности по рассмотрению спора по существу
на своих коллег из нижестоящих судебных учреждений, о чём свидетельствует практика кассационных судебных инстанций последних лет.
Перечисленные проблемы реализации «принципов цивилистического процесса» в ходе проверки судебных актов вызваны частой
сменой походов в данной деятельности, отсутствием единых представлений о предназначении каждой судебной инстанции. В этой
связи для достижения конечных целей правосудия представляется
целесообразным максимально приблизить процессуальный режим
336
Овчинникова Ю. С.
деятельности всех проверочных судебных звеньев к режиму деятельности суда первой инстанции, рассматривая при этом в качестве сопутствующих такие специальные цели, как, устранение
нарушений публичных интересов и обеспечение единообразия в применении и толковании судами норм права.
Овчинникова Ю. С.
научный сотрудник Института государства
и права РАН, канд. юрид. наук
Принципы гражданского и страхового права
Несмотря на многочисленные научные исследования, в науке
до сих пор существует много споров о правовой природе «принципа права». На наш взгляд, «принципы» той или иной отрасли права зависят прежде всего от целей соответствующих норм права.
Иначе можно сказать, что принципы права представляют собой
основы или начала, вытекают из общей направленности норм соответствующей отрасли права.
В гражданском праве «принципы права» сформулированы в специально посвященных для этого статьях. Так, в ГК РФ принципы
закреплены в частности, в ст. 1 ГК РФ — «равенство участников
гражданских правоотношений», «неприкосновенность собственности», «свобода договора», и др., а также в п. 2 ст. 6 ГК РФ — «добросовестность», «разумность» и «справедливость». Данные принципы впервые были введены в ч. 1 ГК РФ в 1994 г.
Вышеназванные «принципы» являются одновременно и «принципами страхового права», но только в части гражданско-правового
регулирования. Что касается собственно «принципов страхового
права» (таких как «принцип компенсации вреда и эквивалентности», «защиты слабой стороны» и др.), то они не закреплены в законодательстве, но вытекают из направленности страхового права.
Реализация «принципов гражданского права» и «принциров
страхового права» осуществляется с большими сложностями, что
связано прежде всего с проблемами законодательства — при этом
отмечаются как позитивные, так и негативные тенденции. К пози-
337
Принципы права: проблемы теории и практики
тивным относятся, например, следующие. В ГК РФ внесены существенные изменения в правовое регулирование договора присоединения
1
— это особенно актуально по отношению к договорам
страхования, т. к. условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования, принятых страховщиком (п. 1 ст. 943 ГК РФ). В данном
случае речь идет о реализации такого «принципа страхового права» как «защита слабой стороны». При этом, относится ли договор страхования к договорам присоединения — вопрос спорный
как в научной литературе, так и судебной практике. С точностью
можно сказать только о договорах ОСАГО — они относятся к договорам присоединения, т. к. согласно п. 13 Постановления Пленума ВС РФ «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев
транспортных средств» от 29 января 2015 г. №2,2 к договору в той
его части, в которой он заключен на условиях правил страхования, подлежат применению правила ст. 428 ГК РФ о договоре
присоединения.
По всей видимости данная неопределенность (как в отношении
договора страхования, так и других договоров) послужила причиной введения новеллы, согласно которой правила о договорах присоединения подлежат применению и к договорам, которые не являются договорами присоединения, при соблюдении следующих
условий. Во-первых, условия договора должны быть определены
одной из сторон. Во-вторых, другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных
условий договора (п. 3 ст. 428 ГК РФ). Под «неравенством переговорных возможностей» следует понимать договорные отношения
страховщика со страхователем — физическим лицом. При этом
определение условий договора одной из сторон применительно
к страховым правоотношениям означает присоединение к прави-
1
ФЗ от 8 марта 2015 г. №42-ФЗ «О внесении изменений в ч. 1 ГК РФ» //
РГ. 2015. №52. 13 марта.
2
Постановление Пленума ВС РФ от 29 января 2015 г. №2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской
ответственности владельцев транспортных средств» // РГ. 2015. №6592 (1).
4 февраля.
338
Овчинникова Ю. С.
лам страхования соответствующего вида. Так, согласно п. 1 ст. 943
ГК РФ, условия, на которых заключается договор страхования,
могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных
страховщиком. Присоединение к правилам страхования может
осуществляться двумя способами — посредством включения таких правил в договор страхования или путем указания в договоре
на действие таких правил.
При этом условия договора, которые не регулируются правилами страхования, подлежат согласованию между сторонами. Так,
ГК РФ определяет условия договора страхования, которые должны быть согласованы сторонами в обязательном порядке — речь
идет о существенных условиях договора страхования (ст. 942 ГК РФ)
1
В связи с этим можно прийти к следующему выводу — согласно
положениям, закрепленным п. 3 ст. 428 ГК РФ, одной из сторон,
т. е. страховщиком, следует считать те условия, которые регламентированы правилами страхования.
Правила о договоре присоединения (или договоре, который действует на этих правилах — в данном случае страхования) не подлежали изменению. При этом присоединившаяся к договору
сторона (в данном случае страхователь-физическое лицо) имеет
дополнительные права в отношении требования расторжения
или изменения договора, которые состоят в следующем. Во-первых, требование о расторжении и изменении договора может быть
предъявлено, если заключение договора лишает присоединившуюся сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого
вида. Во-вторых, ограничивает ответственность другой стороны (в данном случае, страховщика) за нарушение обязательств.
В-третьих, содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно
понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.
При наличии данных оснований по требованию страхователя
суд может изменить условия или расторгнуть договор. При этом
в п. 2 ст. 428 ГК РФ введена существенная новелла — в случае изменения (или, соответственно, расторжения) договора судом, он
.
1
См. Белых В. С. Страховое право России. М.: Норма, 2009 г. С. 227.
339
Принципы права: проблемы теории и практики
считается действовавшим в измененной редакции (или, соответственно, не действовавшим) не с момента вынесения решения
суда (как это было по прежней редакции), а с момента его заключения. Это новое правило, безусловно, имеет позитивное значение
и служит интересам страхователей. Так, например, в большинстве случаев обстоятельства, влияющие на увеличение степени риска, являются условиями, закрепленными в правилах страхования,
к которым присоединяется страхователь. Как известно, от степени риска зависит величина страховой премии — чем больше риск,
тем больше, соответственно, страховая премия. Допустим, суд
по требованию страхователя может признать включенные в правила страхования обстоятельства, влияющие на увеличение степени риска, обременительными для присоединившейся стороны (в данном случае, страхователя) — в этом случае, согласно п. 3
ст. 428 ГК РФ, страховая премия будет пересчитываться не с момента изменения договора по решению суда, а с момента заключения договора.
Иной подобный пример. Согласно п. 3 ст. 10 Закона РФ
«Об организации страхового дела в РФ»
1
страховщики не вправе
отказать в страховой выплате по основаниям, не предусмотренным законом или договором страхования. При этом на практике в договор страхования нередко включаются условия правил
страхования, которые содержат основания для отказа в страховой выплате. Если суд сочтет, что, заключение договора с таким
условием лишает присоединившуюся сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида (речь идет о страхователе), то на основании п. 2 и 3 ст. 428 ГК РФ данное условие договора может быть изменено решением суда. При этом если страховой
случай к моменту вынесения решения уже наступил, страховщик
будет обязан произвести страховую выплату, т. к. условия договора, которые изменены судом, действуют с момента заключения
договора.
Теперь о негативных аспектах реализации «принципа защиты слабой стороны». В Закон «Об организации страхового дела
в РФ» введена новелла-страховая выплата при наступлении
1
Закон РФ «Об организации страхового дела в РФ» от 27 ноября 1992 г.
№4015-1 (в ред. от 03.07.2016 г.) // РГ. 1993. №6. 12 января.
340
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]