Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовое регулирование обязательственных и договорных отношений новеллы механизма и реализации компенсационной функции как формы защиты их участников.
.pdf
151
презумпцией оспоримости и ограничение круга лиц,
имеющих право предъявлять требования о признании
сделки недействительной. Ранее это могли быть любые
заинтересованные лица
С учетом стремления законодателя снизить количество оспариваемых сделок, представляет научный
интерес анализ норм нового ГК с точки зрения возможности защиты прав представляемого физического
или юридического лица при совершении сделок представителем в нарушение их интересов путем признания такой сделки недействительной.
Одной из таких норм является ст. 182 ГК, переработанная путем добавления абзаца 2 к пункту 3. Ранее
норма ст. 182 ГК содержала запрет на совершение сделок представителем в отношении себя лично и в отношении лица, представителем которого он является, за исключением случаев коммерческого представительства.
Таким образом, ГК содержал императивную норму, не позволяющую совершать представителям сделки в отношении себя лично, а также в отношении лиц,
представителями которых они одновременно являлись.
Такая сделка являлась ничтожной ввиду противоречия нормам закона. По мнению разработчиков Концепции, такое регулирование было излишне жестким,
ввиду того, что в первую очередь данное положение
должно быть направлено на защиту интересов представляемого от возможного их ущемления представителем в условиях конфликта интересов. Соответственно,
если интересы не нарушены, то и смысл в оспаривании
такой сделки отсутствует. Предлагалось дополнить п. 3
ст. 182 ГК указанием на то, что представляемое лицо
заранее или после заключения сделки представителем
в отношении себя лично или в отношении лица, представителем которого он одновременно является, может
152
выразить согласие на указанную сделку, а также предусмотреть, что сделка, совершенная с нарушением интересов представляемого вопреки ограничениям, установленным данным пунктом, может быть признана
недействительной по иску представляемого.
Так, с вступлением в силу Федерального закона
от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153
части третьей Гражданского кодекса Российской
Федерации»
172
(далее — Закон № 100-ФЗ) п. 3 ст. 182 ГК
был дополнен абзацем 2, согласно которому сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных
в абз. 1 п. 3 ст. 182 ГК, и на которую представляемый
не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов предполагается, если не доказано иное.
Представляется, что изменения вызваны собственно развитием общественных отношений и тенденциями в судебной практике, которая еще до внесения
изменений в отдельных решениях исходила из принципа оспоримости сделки, совершенной представителем в отношении себя лично.
В общем, позиция законодателя понятна, ведь наличие формальных оснований для признания сделки
недействительной не должно вести к признанию ее таковой, если лицо, предъявившее в суд соответствующее
требование, не аргументировало, в чем состоит нарушение его прав и законных интересов. Но если сделка
теперь является оспоримой, то при совершении такой
сделки представителем в отношении себя лично, а также в отношении другого представляемого суд может и не
172
См.: СЗ РФ. 2013. № 19. Ст. 2327.
153
признать ее недействительной, если интересы представляемого по такой сделке, по мнению суда, не будут
нарушены. Возникает вопрос: что понимается под нарушением интересов представляемого? Ведь до внесения изменений права представляемого по сделке считались нарушенными ввиду самого факта совершения
сделки представителем в отношении себя или в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является.
Интересы представляемого могут быть существенно нарушены в результате совершения недобросовестным представителем сделки от имени представляемого
в своих личных интересах. Так, например, директор компании, который по новым нормам ГК является представителем, может заключить сделку с другим
юридическим лицом, директором которого либо представителем по доверенности он является; представитель по доверенности может заключить сделку со своим
ребенком, представителем которого он является в силу
закона, сделка может быть совершена и непосредственно в отношении себя самого. Кроме того, случаи совершения сделки представителем в отношении другого
лица, представителем которого он не является, могут
также подпадать под действие ст. 182 ГК. Так, например, заключая договор с другим лицом своим супругом (супругой), представитель совершает сделку в отношении себя лично, так как в силу ст. 34 СК и ст. 256 ГК
имущество, приобретенное супругами в период брака,
является их общей совместной собственностью. Аналогичная позиция содержится в Методических рекомендациях по удостоверению доверенностей
173
, соглас-
173
утв. решением Правления Федеральной нотариальной палатой от 18.07.2016
(протокол № 07/16) // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
См.: Методические рекомендации по удостоверению доверенностей:
154
но которым один из супругов не может действовать
в качестве представителя по доверенности представляемого третьего лица и от его имени приобрести имущество на имя своего супруга, поскольку имущество супругов является совместной собственностью, если иное
не предусмотрено брачным договором, следовательно,
в данном случае сделка будет совершена в своих личных интересах, т. е. в отношении себя лично. К случаям, когда представителя и его контрагента по сделке
не связывают отношения совместной собственности,
например, когда есть брачный договор, упомянутая
норма неприменима.
В ст. 182 ГК прямо указывается, что нарушение интересов представляемого предполагается, если
не сказано иное. И поскольку законодательно закреплена презумпция нарушения интересов представляемого, то обязанность по доказыванию отсутствия такого
нарушения должна возлагаться на ответчика. Однако анализ постреформенной судебной практики свидетельствует об обратном. Так, в случае продажи имущества представляемого по заниженной стоимости своему
супругу суд посчитал, что интересы истца не нарушены, а совершение сделки в отношении супруга не запрещено законом.
В свете таких тенденций представляется необходимым определить некоторые критерии, позволяющие
определить, что права представляемого нарушены и,
следовательно, сделка должна быть признана недействительной. Как правило, нарушение интересов выражается в занижении стоимости реализуемого от имени
представляемого имущества.
Если ущерб причинен юридическому лицу действиями директора, то на этот случай уже есть постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ
155
от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения
убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»
174
, в котором дается определение невыгодной сделки, когда цена и (или) иные условия таковой
существенно в худшую для юридического лица сторону
отличаются от цены и (или) иных условий, на которых
в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Что касается отношений представительства в общем, то оценка того, нарушено право представляемого лица или нет, будет даваться по внутреннему
убеждению суда.
В случаях, когда товар имеет биржевую или рыночную стоимость, риск ущемления интересов невысок.
Однако если через представителя реализуется движимое имущество с износом (например, бывший в употреблении автомобиль), то разброс цен гораздо шире.
И в этом случае, хотя и нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное, скорее
всего на представляемого будет возлагаться бремя доказывания того, что его права нарушены.
Представляется, что интересы истца нарушены,
если представитель реализует его имущество по цене существенно ниже рыночной, но суды, отказывая в иске,
ссылаются на то обстоятельство, что цена не была согласована. Если представляемый оспаривает сделку,
значит, по его мнению, его интересы нарушены, и далее уже сам представитель должен доказывать, что действовал в интересах истца и его права не нарушены.
На наш взгляд, в целях защиты интересов лиц,
от имени которых совершается сделка в нарушение положений абз. 1 п. 3 ст. 182 ГК, необходимо определить,
в каких случаях эта сделка будет нарушать интересы
174
См.: Экономика и жизнь (Бухгалтерское приложение). 2013. № 34.
156
истца с целью признания ее недействительной. По аналогии с определением невыгодной сделки, сформулированным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ «О некоторых вопросах возмещения
убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», сделкой, совершенной в нарушение интересов представляемого, может считаться сделка, цена
и (или) иные условия которой существенно в худшую
для представляемого лица сторону отличаются от цены
и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Определение сделки, совершенной в нарушение интересов
представляемого, имеет серьезную практическую значимость. Решение вопроса о том, нарушены интересы
представляемого или нет, нельзя полностью отдавать
на усмотрение суда.
Отдельные вопросы вызывает формулировка
статьи. Согласно абз. 1 п. 3 ст. 182 ГК представитель
не может, как и прежде, совершать сделки в отношении себя лично и в отношении другого представляемого. Но, по смыслу следующего абзаца, законодатель
допускает, что такая сделка может быть совершена. Так может ли представитель совершить сделку
в отношении себя, имея предварительное согласие
представляемого?
В юридической литературе присутствует мнение,
что нынешняя редакция статьи устраняет препятствия
для совершения сделок в рамках двойного представительства, а также открывает возможности нотариусам
выдавать доверенности для совершения сделки представителем в отношении своего супруга. Представляется, что все-таки такие возможности не открываются,
так как абз. 1 п. 3 ст. 182 ГК в своей основной части звучит, как и прежде: «Представитель не может совершать
157
сделки от имени представляемого в отношении себя
лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является». Норма абз. 2
п. 3 ст. 182 ГК об оспоримости таких сделок не отменяет
запрета на совершение сделки в отношении себя.
Еще раз обратимся к Концепции, в которой предлагалось дополнить п. 3.ст. 182 ГК указанием на то,
что представляемое лицо заранее или после заключения сделки может выразить согласие на указанную
сделку. По смыслу нынешней редакции статьи наличие либо отсутствие согласия имеет значение только
при оспаривании уже совершенной сделки. Предварительное согласие, как и прежде, не дает представляемому права совершать сделку в отношении себя.
В частности, Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии, как и до изменений, не имеет законных оснований для регистрации
перехода права по такой сделке. Аналогичная ситуация с нотариатом.
Такое положение дел представляется не совсем логичным. Если законодатель хочет смягчить императивные нормы и допускает возможность совершения таких
сделок и не дает при этом возможности оспорить такую
сделку без наличия определенных условий, то почему бы не разрешить их совершать при условии предварительного согласия представляемого? Это внесло
бы правовую определенность в деятельность нотариата и регистрирующих органов. С учетом изложенного,
предлагаем изложить п. 3 ст. 182 ГК в следующей редакции: «Представитель не может совершать сделки
от имени представляемого в отношении себя лично,
а также в отношении лица, представителем которого он является, без предварительного согласия на совершение такой сделки. Согласие представляемого
158
должно быть нотариально удостоверено, оно также
может быть выражено в нотариально удостоверенной доверенности, выданной представителю».
Говоря о согласии на совершение сделки, необходимо также отметить некоторые проблемы в понимании его содержания. Какое именно согласие подразумевается в ст. 182 ГК? Согласие на совершение сделки
в общем или согласие на совершение сделки именно
в отношении себя или другого представляемого? Если
под согласием для целей ст. 182 ГК мы понимаем согласие на совершение сделки представителем в общем, то
в отношениях представительства по доверенности такое согласие всегда будет в наличии, поскольку оно выражено посредством выдачи доверенности.
На наш взгляд, из буквального толкования
ст. 182 ГК следует, что согласие должно быть не на совершение сделки в общем, а на совершение сделки представителем в отношении себя или в отношении другого
представляемого. Практическая значимость понимания данного вопроса состоит в том, чтобы при рассмотрении иска о признании сделки недействительной доверенность не рассматривалась как предварительное
одобрение сделки, совершенной представителем с нарушением положений абз. 1 п. 3 ст. 182 ГК. Иначе одно
из условий признания сделки недействительной в случаях с представительством по доверенности всегда будет отсутствовать.
До изменений, возможно, норма и была жесткой,
но совершая невыгодную для доверителя сделку в отношении себя, представитель понимал, что она ничтожна. Теперь же представляемый сможет защитить свои
права в суде только при наличии определенных условий, одно из которых сейчас устанавливается по усмотрению суда.
159
Представляется, что прежде всего необходимо
понимать смысл изменений. Они были направлены
на снижение количества оспариваемых сделок. И эта
позиция обоснована, ведь только ленивый не оспаривал сделку, если не мог исполнить свои обязательства.
Но кому, как не представляемому лицу, чье имущество
продал по заниженной стоимости или подарил представитель, давать такую возможность в первую очередь?
Данная категория сделок не относится к тем, в результате оспаривания которых «рушится» гражданский оборот. Напротив, представитель будет иметь в виду последствия совершения сделки, нарушающей интересы
представляемого им лица, и возможно будет сведено
к минимуму количество недобросовестных сделок.
Несмотря на необходимость снижения количества
оспариваемых сделок, у представляемого должна быть
реальная возможность защиты своего нарушенного права посредством признания сделки недействительной.
Смена презумпции ничтожности на презумпцию оспоримости не должна негативно влиять на возможность
защиты своих прав участниками гражданского оборота
от недобросовестных действий представителей.
160
В. В. Гущин
доктор юридических наук,
профессор кафедры гражданского
и предпринимательского права
ВГУЮ (РПА Минюста России)
А. В. Добровинская
кандидат юридических наук,
доцент кафедры гражданского
и предпринимательского права
ВГУЮ (РПА Минюста России)
ПОНЯТИЕ, ВИДЫ И ФОРМЫ
ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ
ОТВЕТСТВЕННОСТИ
ПО РОССИЙСКОМУ
ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ
Как известно, нормальное развитие гражданского
оборота обусловлено тем, что его субъекты надлежащим
образом должны исполнять свои обязательства. В тех
же случаях, когда обязательство не исполнено или исполнено ненадлежащим образом, речь идет о нарушении обязательства. Нарушение гражданско-правовых
обязательств может нанести вред не только конкретному лицу — участнику правоотношений, но и иным
участникам гражданского оборота в целом, так как нарушение в одном звене, как цепная реакция, приводит к перебоям в работе всего механизма отношений
в обществе. В целях недопущения подобных правонарушений и устранения их последствий ГК и предусмотрены нормы об ответственности. В некотором смысле
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]