Очерки сравнительного правоведения. Учебное пособие для вузов

Но цель моего доклада несколько иная. В заключение я хочу об­ратиться к «вечной» проблеме о соотношении государства и пра­ва. Спор между сторонниками теорий естественного права, эта­тистского позитивизма и социологического позитивизма, с моей точки зрения, лишен смысла. Каждый подход имеет свою прав­ду и право на существование. Кроме того существует объективно. Как писал Маркс, законодатель сродни естествоиспытателю, он не изобретает право, а лишь формули­рует его, и именно здесь нередко проявляется субъективизм за­конодателя. Вопрос заключается в том, кто и как «формулирует» право. Ответ в европейской позитивистской традиции прост — это государство. Если это всегда так, то мы должны лишить ста­туса права право иудейское и мусульманское, что противоречило бы реальному положению дел и здравому смыслу. Евреи, как из­вестно, потеряли не только государство, но и национальную тер­риторию и не имели ни того, ни другого вплоть до образования государства Израиль. Однако иудейское право успешно развива­лось благодаря без государственного правотворчества. Мусульманские государ­ства существовали и существуют. Однако законодателем ислам признает только Аллаха. Разумеется, в современных мусульман­ских государствах этому принципу следуют лишь формально. Но классическое мусульманское право — это право судей-право­ведов. Кажется, что иудейское право более изощренное, чем му­сульманское. Это одновременно является и священником, что расширяет возмож­ность судейского усмотрения. Судья легко может переходить от юридической к морально-религиозной аргументации. В исламе же возможности «назначенного» судьи ограничены. Но, тем не менее, и его вклад в развитие права значителен.