Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Основные тенденции в правовом регулировании цифровых технологий. Сравнительно-правовое исследование. Коллективная монография
.pdf
ешений в области обеспечения и защиты»
-
й
»
й
-
-
е-
орма
ера возможного поведе
-
й
-
й
-
ескольк
б
й
-
-
)
-
б
-
-
ф
-
роизво
.
g
у
.
, их осмысление в целях
огащения юридического содержания и устранения неопределен
ности в вопросах объема, гарантий при «цифровом» осуществлении
условливают потребность «конкретизации прав и свобод человека
и гражданина применительно к цифрово
реальности
В связи с этим стоит обратить внимание на формирование
(в какой-то степени оформление) вектора оценки прав и свобод в
цифрово
среде с позиции выделения такой сущности, как «цифро
вые права» (которые также именуются на разных площадках обще
ния в рамках правовых и иных документов интернет-правами, сет
выми или коммуникационными правами). В качестве релевантного
для их оценки можно рассматривать термин «цифровые свободы»
(«интернет-свободы»). Полагаем, цифровые права человека как
н
тивно установленная м
ния и ее кри
ерии (в собственно правовом отношении) вряд ли можно считать
усто
чивыми.
чевидно, выделение названной категории прав определено не
олько понятийно-теоретическими причинами, которые рассма
риваются, прежде всего, как связанные с потребностями обобще-
ния и определения относящихся в то
или иной степени к цифровой
реде совокупности прав и свобод. Первичным является обозначе
ние проблемы так называемых старых новых прав, которую можно
матривать в н
их ипостасях.
ассмотрение следует начинать с установления взаимосвязи
цифровых прав с признанными основными правами, сво
которые применительно к цифрово
среде могут изменяться по па
одами,
раметрам реализации, в результате чего иногда требуют обновлен
ной оценки в части объема правопритязаний (который может быть
гарантирован
, его ограничений с точки зрения обязанностей и от
ветственности. Подобная «проработка» важна, в частности, в свете
доказанной осложненности действия ряда основных прав
ез юри
дического уточнения параметров их осуществления (гарантирова
ния) в рассматриваемых условиях. Соответственно, закономерен
вопрос, являются ли ци
ровые права совпадающими со сложивши
мися (применительно к обычной (физической) среде) правами или
п
дными от них
Право на неприкосновенность частной жизни в цифровую эпоху. Резолюция от 14 ноября
2018 г. URL: https://undocs.or
Зорькин В.Д. Право в цифровом мире. Размышление на полях Петербургского междуна-
родного юридического фор
/pdf?symbol=ru/A/C.3/73/L.49/Rev.1 (дата обращения: 01.02.2022).
ма // Российская газета. № 115(7578)
В ряде случаев нельзя исключать признания в рамках пробле
-
охож
а-
-
-
аками
-
й
-
ожно отнес
раз
еск
б
-
ф
б
-
-
ф
-
.
S
2002
–
.
g
g
_
w
.
/
д
2019/06
2.
.
матики цифровых прав «новых прав», которые хотя и могут быть
п
и на производные права, но по своим существенным призн
кам более относимы к правам, требующим признания в качестве
амостоятельных. Заметим, что в современном правоведении не
редко данная проблематика масштабируется– при попытках дать
бобщенное представление о том, обладают ли цифровые права как
аковые (без контекста конкретных прав, их действия) самостоя
льными призн
«Внимание» к ним обусловлено выделением всей совокупности
аких прав в рамках официально и неофициально (на уровне само
регулируемых сообществ)
как правило, разъяснительно-рекомендательны
выпущенных документов, имеющих,
характер
. С этим
вязано и стремление к обозначению на базе складывающегося ка
алога цифровых прав и свобод их основного ряда. К последнему
м
до социально-экономических, равно как и
ти
личные категории прав– от лично политич
олее «экзотичные» пра
их
ва, до соотносящихся с привычными правами. С одной стороны, в
перечень могут включаться права на ци
цифровое гражданство, на достоинство и сво
ровую идентичность, на
одное развитие ин
дивидуальности в контексте технологического развития, на эффек-
ивную защиту при цифровых конфликтах. С другой– права на до
туп к электронным устройствам и коммуникационным сетям, на
защиту персональных данных, на ин
ормационное самоопределе
ние, на анонимность, на забвение, на свободную передачу и распро-
транение информации
См., например: Fetscherin M. CDPresent State and Emerging Scenarios of Digital Rights
Management
171; Blaschke Y. Digital rights as a security objective: New gateways for attacks. URL: https://edri.org/
onate/ (дата обращения: 01.02.2022)
Первичными субъектами, обеспечивающими обращение и распространение категории
идеи) цифровых прав, являются саморегулируемые интернет-сообщества, принимающие
акты рекомендательного характера: в их числе, например, объединение European Di
EDRi), включающее европейские правозащитные организации из более чем двадцати стран,
существляющие деятельность по продвижению, защите и поддержке фундаментальных прав и
вобод человека в цифровой среде, в частности, на основании утвержденного каталога – хартии
цифровых прав (URL: https://edri.or
eb.pdf (дата обращения: 01.02.2022))
См., например: Декларация о правах в интернете, одобренная парламентом (от 28 июля
15 г.). URL: https://www.camera.it/application/xmanager/projects/leg17/commissione_internet
TESTO_ITALIANO_DEFINITVO_2015.pdf (дата обращения: 01.02.2022); Хартия о правах граж-
ан в цифровую эпоху, принятая Ассоциацией адвокатов Барселоны. URL: http://www.fbe.org/
barreaux/uploads/
df (дата обращения: 01.02.2022)
ystems // The International Journal on Media Management. Vol. 4, № 3,
/wp-content/uploads/2014/06/EDRi_DigitalRightsCharter
/Barcelona-Charter-of-Citizens-%E2%80%98Rights-in-the-Digital-Era-
, p. 164
ital Rights
ежду тем признание цифровых прав в качестве «целостного
(
-
б
-
Н
й
-
-
-
й»
й
-
ф
-
(
)
б
-
1
-
-
й
-
еска
ростого преодоле
орога
-
»
2019
.
.
.
б
2022).
явления» в современной правовой жизни
в рамках международно
правовой или конституционно-правовой концепции) по-прежнему
остается про
лемой. И в ее основе– отсутствие единства к определе
нию их производности или отличий по отношению к традиционным
(сложившимся) группам прав с учетом их деления по поколениям,
отраслевой характеристике, защищаемым благам, степени универсальности.
из… сущностно
апример, справедливо замечается: «Eсли исходить
специфики прав человека разных поколений, то
обоснование появления нового поколения предполагает возникно
вение в результате развития социальной организации прав челове
ка принципиально иной юридической природы по сравнению с пра
вами первого и второго поколени
Обращаясь к понятию цифровых прав, нельзя не отметить их
определение в научно
литературе преимущественно в широком
социологическом) значении: «расширение и применение универ
сальных прав человека к потребностям общества, основанного на
ин
ормации». Это обусловлено наличием общей модели отношения
национальных правовых систем к универсальным или, более юри
дически точно, общепризнанным правам, обычно утверждаемым
в процессе их конституционализации
включения ряда прав во многие конституционные тексты
о
основанной конституционными формулами, связывающими га
прежде всего, посредством
, в целом
рантии конституционных прав с общепризнанными правами. Так,
согласно ч.
ст.55 КонституцииРФ перечисление в ней основных
прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление
других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина.
менно в этом контексте (в части признания, гарантирования об
щепризнанных прав применительно к цифровой сфере) звучит ут
верждение о необходимости увеличения масштаба конституционной
среды под влиянием цифровых процессов, поскольку де
но «невозможно представить, что человеч
п
ния п
виртуального мира теряет конституци
я деятельность путем
ствитель
нную защиту
Варламова В.А. Цифровые права – новое поколение прав человека? // Труды Института
государства и права.
См., например: Беккер К. Словарь тактической реальности. М., 2004. URL: http://you-books
om/book/K-Bekker/Slovar-takticheskoj-realnosti-Kulturnaya-intellige (дата обращения: 01.02.2022)
Celeste Ed. The Irish Constitution and the Challenges of the Digital Age. Is it Time for a Bunreacht
na hEireann 2.0? URL: https://ulsites.ul.ie/law/papers-constitution-80-conference (дата о
1.02.
. Вып. 14. № 4
ращения:
Проблема «общепризнанного» применительно к правовому по
-
ре
еском контек-
-
-
-
ерриториа
арак-
(
-
ерса
ексте
ерсализа
-
-
-
б
-
-
ф
ародно-правового ре
а-
-
-
реализа
еловека
-
-
-
-
еско-
бр
.
ложению личности получает собственное измерение в цифровом
ми
– при принятии ее естественным в технологич
те пространством, обладающим эффектом универсализации поло
жения лиц– участников цифровой коммуникации. Это определено
динством технологической природы (соответствующих информа
ционно-цифровых платформ и услуг) коммуникации и, как след
твие, во многом трансграничным и внет
льным х
ером сферы возникновения и реализации «цифрового» статуса
лиц
для чего достаточно не столько правового признания, сколько
ехнологической доступности). В случае признания вненациональ-
ного (трансграничного) характера цифровых прав, их можно счи
ть основными в унив
номерно прогнозировать тренд по унив
льном конт
, в связи с чем вполне
ции правового
режима их обеспечения
Между тем соответствующий (трансграничный) ракурс рассмо
рения цифровых прав и свобод все же вряд ли позволяет свиде
ельствовать о разрешении вопроса их общепризнанности по при
роде (происхождению) и последствиям (хотя бы по причине иного
понимания такой общепризнанности в цифровом мире). В то же
время юридическое развитие данной про
лематики является за
логом поступательного функционирования современных техно
логий, в том числе с учетом общности оценки отдельных рисков
в связи с «трансграничным» осуществлением ци
тмечаемых и в рамках междун
ровых прав,
гулиров
ния. В числе таких рисков «слежение за сообщениями, включая
кстерриториальное слежение за сообщениями и/или их пере
хват… особенно в массовом масштабе, которые могут иметь не
гативные последствия для осуществления и
ч
»
ции прав
емаловажно, что региональные и национальные модели га
рантирования прав применительно к цифровой среде отнюдь не де
монстрируют единства оценки содержания таких прав как «обще
признанных», по крайней мере, в части их расширительного или
граничительного понимания. Чаще встречается более дифферен
цированное внимание, в том числе к подходам по их юридич
му включению, к приоритетам при регулировании прав и свобод
Право на неприкосновенность частной жизни в цифровую эпоху. Резолюция ООН от 14 но-
я
я 2018 г
применительно к цифровой среде, со стороны разных правовых ре
-
.
-
раз
режде всего
й
-
-
-
ю-
ара
В
состояща
ески связа
о-
а
осредство
раз
-
-
ернет-операторо
росо
б
б
-
-
б
(
-
-
акого вреда
б
01.02.2022).
g
р
-
g
.
.
бр
.
имов
свете национальных правопорядков стоит отметить тенден
цию по
применительно к цифрово
витию специального регулирования, п
среде в целом, значимым принципам
,
и подходам обращения к ней (при ее использовании), в числе ко
орых первостепенное внимание отведено обеспечению гарантий
и установлению пределов осуществления прав и свобод в Интер
нете. Так, в Законе Бразилии о порядке использования Интер
нета, именуемом бразильской «интернет-конституцией» кл
чевое внимание уделено принципам и г
нтиям использования
нтернета с учетом признания его трансграничной глобальной
природы и значения.
истема,
частности, под Интернетом понимается
я из совокупности логич
нных прот
колов, структурированных в глобальном масштабе для всеобщего
и неограниченного использования, в целях обеспечения передачи
д
нных между терминалами п
м использования
лич
ных сетей. При этом основным предметом регулирования Закона
тали права и гарантии пользователей Интернета, обеспечение до
тупа к последнему, равно как и формы, пределы ответственности
инт
пу
личной власти в соответствующей сфере. Более специальное
назначение имеет Акт Новой Зеландии о пагу
муникациях
устанавливающий условия и пределы кибервоздей
в, регулирование воп
в участия органов
ных цифровых ком
твия с учетом предупреждения угроз нежелательных цифровых
коммуникаций, идентифицируемых посредством о
законе критериев
принципов) поведения в интернет-среде. В це
означенных в
лом закон нацелен на уменьшение вреда, причиняемого физиче
ким лицам с помощью цифровых коммуникаций (в том числе за
чет установления ответственности за причинение т
,
Закон Бразилии о порядке использования Интернета от 23 апреля 2014 г. (автор перевода
М.Б. Касенова). URL: http://pircenter.org/media/content/fi les/13/14243576660.pdf (дата о
ния:
Предисловие М.Б. Касеновой к тексту Закона Бразилии о порядке использования Интернета. URL: http://pircenter.or
01.02.2022); Касенова М.Б. Закон Б
нятия и гарантии порядка использования интернета. URL: http://naukarus.com/zakon-braziliimarco-civil-da-internet-osnovnye-printsipy-ponyatiya-i-
дата обращения: 01.02.2022)
Harmful Digital Communications Bill, 13.07.2013 (2014 No 168-2). URL: https://www.parliament
nz/en/pb/bills-and-laws/bills-digests/document/50PLLaw21661/harmful-digital-communicationsbill-2013-2014-no-168-2 (дата о
раще-
/media/content/fi les/13/14243576660.pdf (дата обращения:
азилии «Marco Civil Da Internet»: основные принципы, по
arantii-poryadka-ispolzovaniya-interneta
ащения: 01.02.2022)
7
-
.
в
-
-
б
(
-
й
-
-
е
-
ержа
й
б
-
-
-
-
-
-
о признание ее на конс
ара
ро-
ого характера
б
2020
2019
6.
.
вплоть до уголовной), предоставление жертвам вредоносных циф
ровых коммуникаций быстрых и эффективных средств правовой
иты
Тем самым вполне оправданным может быть
ифференцирован-
ый подход к оценке «общепризнанного» объема цифровых пра
(взависимости от контекста конкретного права, его природы и ха
рактера осуществления), определяемого в сочетании их с действую
щими основными правами с учетом имеющихся режимов и уровней
правового о
можно рассматривать с точки зрения их различения
еспечения последних. В частности, цифровые права
по категори
м): сочетаемые с действующими правами и требующие специаль-
ных гаранти
в цифровой среде; претерпевающие определенную
рансформацию по режиму признания и пределам осуществления;
ребующие собственного юридического признания в рамках ката
лога основных прав. Такое различение предполагается на основе
кладывающихся в юридической мысли и получающих оформле
ние/закрепление в правовой практике концептов и представлений
проблематике прав и свобод в цифровой сред
Так, в числе сочетаемых (практически отождествляемых) по объ
му сод
применительно к цифрово
ния с конституционно предусмотренными правами
среде можно в первую очередь упомя-
право на неприкосновенность частной жизни. Оно во многом
пределяет квинтэссенцию отношений по поводу оборота и защиты
информации, что представляет
азовую ценность в условиях разви
ия цифровых технологий.
При этом, будучи относимым к правам первого поколения, дан
ное право в обычном контексте его использования прежде всего де
ерминировано возможностью субъективного контроля за его осу
ществлением (в этом государству отводится незначительная роль,
олько по «невмешательству»). Обращаясь к конституционной цен
ности неприкосновенности частной жизни (ч. 1 ст. 23 Конститу
цииРФ), Конституционный СудРФ (далее– КС РФ) подчеркнул,
чт
титуционном уровне означает и г
нти
ванную государством возможность контролировать информацию о
амом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интим-
н
. Между тем такой контроль может утрачиваться,
1
См., например: Черемисинова М.Е. Правовой статус су
канд. юрид. наук. М.,
Института государства и права РАН.
Определение КС РФ от 10 февраля 2016 г. № 224-О
; Талапина Э.В. Эволюция прав человека в цифровую эпоху // Труды
. Том 14. № 3. С. 122–14
когда речь идет о его реализации с помощью средств цифровой ком
-
б
-
.
ере про
осредством раз
-
-
-
ра
реализуемос
осколь-
-
а
ара
б
-
ространстве
б
б
-
б-
еского
б
-
-
-
lf-d
-
.
муникации. Достаточно обратиться к современным социологиче-
ким оценкам технологической угрозы обеспечению приватности и
«тайны переписки». Наи
олее часто это обсуждается в связи с воз
действием технологий наблюдения («слежки») и больших данных,
установлением взаимосвязи между получением социальных благ и
ормированием «цифрового портрета личности»
Обеспечение неприкосновенности частной жизни по меньшей
м
является в двух аспектах – п
вития пред
тавлений об обязательствах по ее гарантированию, при предмет
ном внимании к «цифровому объему» данного права (с целью не
допущения его ограничения). В противном случае (при отсутствии
юридических и технологических условий) частная жизнь может
ут
чивать свою защищенность и, значит,
ть, п
ку данное право в связи с масштабом информационно-технологиче
кого обеспечения обмена личной информацией, персональными и
иными д
рых в современных условиях невозможно
нет-п
Наи
рассматриваемого права в целом развивается за счет о
нными относится к категории прав, г
нтирование кото-
ез реализации в интер
.
олее часто встречаются оценки того, что гарантирование
означения
го «цифровых проекций», проявляющих в рамках права на част
ную жизнь меру правопритязаний индивида в цифровой среде.
аждое из таких притязаний в силу его специфики требует со
твенного технологич
и юридико-регуляторного внимания.
е исключено также, что происходит эволюция права на частную
жизнь, в которой информационный аспект становится прео
лада
щим.
то сопровождается постепенным развитием и признанием на ос
нове правовой идеи защиты частной жизни конституционного пра
ва на информационное самоопределение (theright to informational
se
etermination), что в немалой степени также опосредуется и
т.24КонституцииРФ. Такое «самоопределение» пронизано идеей
нституционного запрета на вмешательство в частную жизнь ли
ца без его согласия, прежде всего в ее информационном выражении
формируемом с помощью средств цифровой связи). Также принятие
См.: Комментарий к Конституции Российской Федерации (постатейный). 2-е изд., пере-
мотренное / Под ред. В.Д. Зорькина. М.: Норма; Инфра-М, 2011
Например, Федеральный конституционный суд ФРГ в решении от 4 апреля 2006 г.
пределил границы превентивного систематического розыска террористов с применением
получают режимы регулирования права на конфиденциальность
-
-
-
.
-
б
-
-
арственно-юр
еско
режима са-
-
-
-
браб
а
»
й
-
-
-
у
у
у
р
у у
у
Ф
06.
б
2022).
the right to confi dentiality), права на защиту данных (the right to
ata protection), права на анонимность (therighttoanonymity), пра
ва на забвение (theright to be forgotten). Данные права обозначают
ся составляющими притязания на частную жизнь, метафорично рас
сматриваемого как требование быть оставленным в покое (theright
o be let alone)
Обоснованно признать, что гарантирование неприкосновен
ности частной жизни в цифровой период сопряжено не столько
с негативными, сколько с позитивными о
язательствами го
сударства. Последние предполагают установление как на го
уд
идич
м уровне, так и в рамках
морегулирования (субъектов технологического обеспечения),
распространения данных – способов и режимов гарантирова
ния условий «контроля информации о самом себе» со сторо
ны индивидов, их коллективов. Важно, что в рамках пробле
матики защиты данных установленные принципы и стандарты
такой защиты повышаются «до обязательств, возлагаемых
на о
д
нных
отчиков данных, с целью соблюдения прав субъектов
В целом справедливо согласиться, что взаимодействие путем
средств цифрово
коммуникации может затруднять внимание к ин
формации, подлежащей обмену, с позиции ее рассмотрения в каче
стве частной или личной. Отдельные сомнения привносит и пробле
матика персональных данных (определения их статуса в контексте
электронной системы обработки данных, обозначив условия совместимости такого ро-
ыска с правом на информационное самоопределение. В частности, Федеральным кон-
титуционным судом ФРГ отмечено, что такой розыск совместим с основным правом
на информационное самоопределение лишь в том сл
мере одна конкретная
тве обычной предварительной меры подобный систематический розыск (с применени-
м названной системы обработки данных) не соответствует требованиям Конституции
1BvR518/02). В Решении от 11 марта 2008 г. (1BvR2074/05, 1BvR1254/07) Суд ФРГ от-
метил, что право на информационное самоопределение
ти, которые возникают для лица, особенно в условиях современной обработки данных, в
вязи с информационными мероприятиями. Это право сопутствует защите основных прав
и
асширяет ее в части свободы выбора варианта поведения и приватности; оно обеспе-
чивает защит
амоопределение не ограничивается информацией, которая по своему виду является кон-
иденциальной и уже поэтому охраняется Основным законом. См.: Избранные решения
Федерального констит
тельство
. 1
URL: https://journals.sagepub.com/doi/full/10.1177/2053951716686994 (дата о
1.02.
гроза в отношении наиболее значимых правовых благ; в каче-
же при наличии самой угрозы. Объем охраны права на информационное
онда Конрада Аденауэра в Российской Федерации. М.: Инфотропик Медиа, 2018.
McDermott Y. Conceptualising the right to data protection in an era of Big Data. 2017.
ционного суда Германии / Сост. Ю. Швабе, Т. Гайсслерю. Представи-
чае, если существует по меньшей
читывает угрозу и вред лично-
ращения:
4
0
о
за
б
-
-
б
-
касаетс
-
-
б
ф
-
-
)
б
-
у
у
у
.
-
-
б
б
С
.
р
у
у
у
у
у
.
996
3
681
б
-
Ф
-
.
феры частной жизни), что становится предметом доктринальног
и юридико-прикладного анали
Закономерен вопрос об идентификации пространства частной
жизни в связи с основаниями и спосо
ами реализации конститу
ционного условия обращения к «личной» информации при усло
вии получении согласия. Известно, что понятие «частная жизнь»
включает ту о
ится к отдельному лицу,
ласть жизнедеятельности человека, которая отно
я только его и не подлежит кон
ролю со стороны общества и государства, если она носит непро
ивоправный характер. При наличии технической возможности
получать и распространять (практически из любой точки мира)
информацию с момента ее фактического размещения о
в сети стало заметно меньше определенности в оценке ин
ладателем
орма
ции как личной или персональной, требующей конфиденциально
ти (и не рассматриваемой как сведения публичного характера
а значит, исключения распространения такой информации
огласия обладателя
См., например: Телина Ю.С. Конституционное право гражданина на неприкосновенность
астной жизни, личную и семейную тайну при обработке персональных данных в России и заруежных странах: дис. … канд. юрид. наук. М., 2016; Талапина Э.В. Защита персональных данных
в цифров
и права РАН. 2018. Т. 13. № 5; Солдатова В.И. Защита персональных данных в
нения цифровых технологий // Lex russica (Р
тандартом понимается не единообразно в различных правопорядках. Например, подчеркива
тся: «Конституционный суд Германии разработал понятие «информационное самоопределе
ние», вытекающее из конституционного принципа достоинства, в то время как во Франции суды
начали применять права на защиту данных как компонент права на сво
се же это появление права было далеко не универсальным для европейских правовых систем
и
титуционными концепциями в тех государствах, которые разработали это право… Поэтому
уместно изучить, какие ценности лежат в основе права на защиту данных».
onceptualising the right to data protection in an era of Big Data. 2017
ние в России о пе
ции по правам человека, которое нашло место в постановлениях Европейского с
еловека от 24 июня 2004 г. по делу «Фон Ганновер (Принцесса Ганноверская) (Von Hannover)
против Германии» и от 17 октября 2019 г. по дел
тив Испании» и согласно котором
не поддаваясь исчерпывающем
идентификации личности, не исключая профессиональн
URL: http://papers.ssrn.com/sol
Про
матривалась с позиции оценки необходимости (ее отсутствия) получения согласия субъекта
таких данных на их обработку и Конституционным Судом Р
нного Суда РФ от 25 мая 2021 г. № 22-П)
ю эпоху: российское право в Европейском контексте // Труды Института государства
Так, защита персональных данных в сочетании с обеспечиваемым ею аксиологическим
ыло сформулировано в довольно разных терминах, будучи связанным с различными кон-
Определение Конституционного Суда РФ от 9 июня 2005 г. № 248-О.
Подчеркнем, что, как было отмечено Конституционным Судом РФ, правовое регулирова-
сональных данных соотносится и с тем толкованием Европейской конвен-
См.: Федотов М.А. Конституционные ответы на вызовы киберпространства // Lex russica.
16. № 3; Lessig L. Reading the Constitution in Cyberspace. 45 Emory Law Journal. 1
лематика обработки цифровых данных (имеющих общественно значимый характер) рас
. Полагаем, для обеспечения неприкосновен
сский закон). 2020. № 1(2)
концепция частной жизни, отраженная в статье 8 Конвенции,
определению, распространяется на аспекты, относящиеся к
/papers.cfm?abstract_id=41
«Лопес Рибальда (Lopez Ribalda) и другие про-
ю и деловую деятельность
(дата обращения: 01.02.2022).
(см.: Постановление Конституци
словиях приме-
оду самовыражения.
м.:
cDermott Y.
да по правам
4
ез
. № 3 //
ности частной жизни важны не только ее границы в физическом
р
-
-
-
-
-
б
-
С
-
-
-
)
-
-
ф
-
й
б
б
-
-
-
-
)
-
-
д
б
д
значении, во многом связанные с ха
актером передаваемой ин
ормации и ее сохранностью, но также цели и выбранный субъек
ом способ размещения, что могло бы свидетельствовать о ее зна
чении для субъекта.
Можно обратить внимание на технологическую (и иную ресурс
ную) сложность таких «установлений», тем более что проблема воз
можности обезличивания, как и идентификации (персонализации)
данных, продолжает прора
атываться. С одной стороны, массо
вый характер размещения и обработки информации по технологии
ольших данных усложняет возможность ее «индивидуализации»
в цифровой среде.
другой стороны, введение регулирования в от
ношении механизма идентификации во многом позволяет свиде
ельствовать о возможности преодоления обезличивания и персо
нификации любых данных (имеющих первоначальный цифровой
источник
. В России соответствующая тенденция также проявляет-
я, например, в связи с принятием так называемого закона об «уда
ленной идентификации»
В целом режим правового регулирования обеспечения (гаранти
рования) приватности в цифровой среде вводится не единообразно
как в пространственном отношении, так и с точки зрения с
ер пра
вового воздействия. При этом «драйвером» такого гарантирования
часто является активное развитие цифрово
несмотря на, казалось
ы, риски для информационного положения
экономики, которая,
личности (как в случае коммерческого значения оборота данных),
во многом о
условлена вовлечением в хозяйственно-экономиче
кий процесс личности, способной себя идентифицировать и в ко
нечном счете становиться субъектом такого оборота.
ельзя не отметить, что немалое число вопросов правового по
ложения личности в связи с цифровизацией лежит в плоскости
кономико-правового регулирования. Это обусловлено рассмо
рением проблематики цифровых прав (понятийно введенных
гражданским законодательством
в основном применительно к
вопросам имущественного оборота (для защиты субъектов эко
номической деятельности, при обозначении их имуществен
ных прав). Закономерно, что в российском законодательстве
См.: Федеральный закон от 31 декабря 2017 г. № 482-ФЗ «О внесении изменений в от-
ельные законодательные акты Российской Федерации». Также принят Федеральный закон от
29 дека
ря
ля удаленной идентификации при получении финансовых и государственных услуг.
г. № 479-З, посвященный использованию единой биометрической системы
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]