Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Комментарий судебной практики разрешения споров по договору ипотеки
.pdf
II. Основные положения об ипотеке
В настоящее время изменился концептуальный подход законодателя к регулированию положения залогодержателя в случае возбуждения
против залогодателя дела о несостоятельности.
В случае возбуждения дела о несостоятельности залогодателя (причем, не имеет значения, является ли он должником по обеспечиваемому залогом обязательству или нет) права ипотечного кредитора на
получение преимущественного (за исключением кредиторов первой
и второй очереди) удовлетворения из стоимости заложенного имущества сохраняются (ст. 138 Федерального закона «О несостоятельности
(банкротстве) от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ). Пленум ВАС разъяснил, что возбуждение производства по делу о банкротстве не влечет
прекращения залоговых правоотношений и трансформации требований залогового кредитора в необеспеченное денежное обязательство
(Постановление Пленума ВАС от 15 декабря 2004 г. № 29, п. 15).
Весьма показательным является следующее дело.
Арбитражный управляющий обратился в орган по регистрации прав
на недвижимое имущество с заявлением о погашении записи об ипотеке
имущества, принадлежащего несостоятельному должнику, в связи с тем,
что в отношении последнего возбуждено дело о несостоятельности. Орган
по регистрации отказал в удовлетворении этого заявления, указав, что
факт возбуждения дела о несостоятельности не предусмотрен Законом
об ипотеке в качестве обстоятельства, прекращающего право залога на
имущество залогодателя. Арбитражный управляющий не согласился с
этим и обжаловал отказ в погашении записи в арбитражный суд.
Окружной суд, рассматривавший дело, рассуждал следующим
образом.
Из определения ипотеки, содержащейся в ст. 1 Закона об ипотеке,
следует, что залогодержатель является кредитором залогодателя независимо от того, выступает ли залогодателем сам должник по обязательству, обеспеченному ипотекой, или лицо, не участвующее в этом
обязательстве (третье лицо).
Согласно ст. 126 Закона о несостоятельности с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об
открытии конкурсного производства снимаются ранее наложенные
аресты на имущество должника и иные ограничения распоряжения
имуществом должника. По смыслу ст. 11 Закона об ипотеке ипотека
рассматривается как обременение имущества, заложенного по догово-
31
Комментарий судебной практики разрешения споров по договору ипотеки
ру об ипотеке, и к ограничениям, о которых идет речь в ст. 126 Закона
о несостоятельности, не относится.
Из ст. 131, 134, 138 Закона о несостоятельности следует, что залоговые
правоотношения сохраняются и на стадии конкурсного производства.
Имущество, являющееся предметом залога, учитывается в составе имущества должника отдельно и подлежит обязательной оценке. Требования
кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, учитываются в составе требований кредиторов третьей очереди и
удовлетворяются за счет стоимости предмета залога преимущественно
перед иными кредиторами. Таким образом, открытие конкурсного производства не является основанием для снятия обременения с имущества,
заложенного по договору об ипотеке, и погашения регистрационной записи об ипотеке (ФАС СЗО от 10 июня 2005 г. № А21-8418/04-С1).
Аналогичный подход (даже в условиях действия прежнего законодательства о банкротстве) был высказан и другим окружным судом,
который оценивал правомерность действий органа по регистрации
прав, погасившего запись об ипотеке имущества, предоставленного
несостоятельным лицом для обеспечения обязательств третьего лица
по кредитному договору.
Суд первой инстанции в удовлетворении заявленных требований
отказал. Суд сделал вывод о том, что в результате снятия всех ограничений на имущество залогодателя, признанного банкротом, запись об
ипотеке его имущества обоснованно прекращена в соответствии с законодательством о банкротстве. Постановлением суда апелляционной
инстанции решение суда оставлено в силе. Довод заявителя о том, что
залог не относится к ограничениям по распоряжению имуществом,
которые снимаются с момента признания должника банкротом, был
признан судом несостоятельным.
Окружной суд, рассматривавший жалобу на состоявшиеся по
делу судебные акты, решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции отменил и вынес новое решение об
удовлетворении исковых требований. Суд указал, что в данном деле
залогодержатель не является кредитором залогодателя, поэтому его
имущественное требование необоснованно включено конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов несостоятельного должника
для участия в конкурсе. Соответственно суд первой инстанции, по
мнению окружного суда, неправильно применил ст. 98 Федерального
закона от 8 января 1998 г. № 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротст-
32
II. Основные положения об ипотеке
ве)» о снятии ограничений по распоряжению имуществом должника,
которое обременено залогом в пользу банка. В данном деле подлежали
применению нормы п. 1 ст. 25 Закона об ипотеке: регистрационная
запись об ипотеке может быть погашена на основании совместного заявления залогодателя и залогодержателя либо на основании решения
суда, арбитражного суда или третейского суда о прекращении ипотеки
(ФАС ЗСО от 25 июля 2005 г. № Ф04-4805/2005(13400-А70-21)).
Этот же подход был продемонстрирован судом и в более поздних
делах. Например, в одном из дел окружной суд признал неверной позицию органа по регистрации прав на недвижимое имущество, полагавшего, что на основании решений суда о признании должника
банкротом и введения в отношении его конкурсного производства
регистрирующий орган вправе прекратить регистрацию залога имущества должника. Суд счел, что подобная позиция противоречит положениям не только ст. 25 Закона об ипотеке, но и ст. 131, 134, 137, 138
Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», которые
устанавливают, что в составе имущества должника отдельно учитывается и подлежит обязательной оценке имущество, являющееся предметом залога, устанавливается очередность удовлетворения требований
кредиторов третьей очереди и особенности удовлетворения кредиторов третьей очереди по обязательствам, обеспеченным залогом (ФАС
ЗСО от 10 января 2007 г. № Ф04-8337/2006(29345-А45-8); см. также:
ФАС ЗСО от 25 июля 2005 г. № Ф04-4805/2005(13400-А70-21)).
Мнение о том, что открытие конкурсного производства не является основанием для снятия обременения с имущества, заложенного
по договору об ипотеке, и погашения регистрационной записи об ипотеке, поддерживается и ФАС СЗО (см.: ФАС СЗО от 10 июня 2005 г.
№ А21-8418/04-С1; ФАС СЗО от 5 февраля 2007 г. № А56-45310/2005).
10. Является ли возбуждение дела о несостоятельности в отношении
залогодателя, предоставившего свое имущество в залог по обязательствам
третьего лица, основанием для прекращения права кредитора по обязательству, обеспеченному ипотекой, на преимущественное перед иными
кредиторами удовлетворение из стоимости заложенного имущества?
Нет, не является.
Приведем такой пример из судебной практики.
Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заяв-
лением о признании недействительными постановлений судебного
33
Комментарий судебной практики разрешения споров по договору ипотеки
пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства
и о запрете отчуждения имущества, принадлежащего несостоятельному должнику и являвшегося предметом залога.
Также заявитель просил обязать судебного пристава-исполнителя прекратить исполнительное производство по делу об обращении
взыскания на заложенное имущество и передать ему исполнительный
лист по данному делу.
Требования заявителя были мотивированы нарушением судебным
приставом норм Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку объект недвижимости входит в состав конкурсной
массы лица, признанного решением суда несостоятельным (банкротом), и за счет него могут быть удовлетворены требования кредиторов
этого должника.
Суд первой инстанции заявленные требования удовлетворил, указав, что нормы гражданского законодательства об исполнении обязательств не могут быть применены, так как после признания должника
несостоятельным исполнение его обязательств осуществляется только
в порядке, предусмотренном главой 7 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». Постановлением суда апелляционной
инстанции решение суда первой инстанции оставлено в силе.
Окружной суд, рассматривавший дело по кассационной жалобе
службы судебных приставов, состоявшиеся по делу судебные акты
отменил, указав следующее.
Из содержания п. 1 ст. 334 ГК следует, что в силу залога кредитор по
обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право
в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно
перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом. Исходя из
смысла п. 2 ст. 138 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются за счет средств, полученных
от продажи предмета залога, преимущественно перед иными кредиторами после продажи предмета залога, за исключением обязательств
перед кредиторами первой и второй очереди, права требования по которым возникли до заключения соответствующего договора залога.
С учетом положений п. 1 ст. 335 ГК и ст. 1 Закона об ипотеке о том,
что залогодателем по договору залога может выступать как должник
34
II. Основные положения об ипотеке
по обязательству, обеспеченному залогом, так и лицо, не участвующее в таком обязательстве, требование залогодержателя подлежит
удовлетворению за счет предмета залога даже в случае, если этот залогодержатель не является кредитором должника в основном обязательстве.
Следовательно, возбуждение судебным приставом в отношении
залогодателя исполнительного производства, запрещение (арест)
отчуждения заложенного имущества, обремененного залогом в рамках гражданско-правового обязательства между другими лицами, не
нарушает права несостоятельного должника и не противоречит положениям гражданского законодательства об обеспечении исполнения обязательств в соотношении с действующим законодательством
о несостоятельности (банкротстве). При указанных обстоятельствах
суд первой инстанции неправильно применил ст. 126 Федерального
закона «О несостоятельности (банкротстве)» о снятии ограничений
по распоряжению имуществом должника, которое обременено залогом в пользу ипотечного кредитора (ФАС ЗСО от 13 ноября 2006 г.
№ Ф04-6473/2006(27038-А75-21)) (см. также вопрос 9).
11. Является ли в соответствии с Федеральным законом«О несостоятельности (банкротстве)» требование залогового (ипотечного) кредитора
к залогодателю – третьему лицу денежным требованием?
Вопрос о том, является ли требование об обращении взыскания на
предмет залога имеет особенно важное значение при рассмотрении дел
о несостоятельности (банкротстве) залогодателей, давших согласие на
залог принадлежащего им имущества по обязательствам других лиц.
Изучение судебной практики свидетельствует о том, что у судов
отсутствует общая позиция по этому вопросу.
По одному из дел, предметом спора в котором было определение
правомерности прекращения производства по делу об обращении
взыскания на предмет залога, предоставленный третьим лицом, ВАС
высказался следующим образом: требование к залогодателю об обращении взыскания на предмет залога не может рассматриваться в деле
о банкротстве (Президиум ВАС от 17 сентября 2002 г. № 2860/02).
По сути это означает, что залоговый кредитор не является реестровым
кредитором несостоятельного залогодателя – третьего лица, следовательно, его требование к несостоятельному залогодателю не является
денежным.
35
Комментарий судебной практики разрешения споров по договору ипотеки
Приведем такой пример из судебной практики.
Сбербанк Российской Федерации обратился в арбитражный суд
с жалобой на действия арбитражного управляющего закрытого акционерного общества, в которой оспаривался отказ арбитражного
управляющего включить банк в реестр требований кредиторов с
суммой денежных требований на основании договора залога недвижимого имущества. Заявитель просил удовлетворить данное требование во внеочередном порядке как возникшее в ходе внешнего
управления.
Суд первой инстанции определением, оставленным без изменения
постановлением апелляционной инстанции, отказал в удовлетворении жалобы. При этом две судебные инстанции исходили из того,
что требование кредитора к залогодателю не является денежным и
должно рассматриваться не в рамках дела о банкротстве последнего,
а в исковом порядке.
Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Сбербанк
обратился в окружной суд с кассационной жалобой, в которой просил
отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции ввиду нарушения норм материального права.
По мнению заявителя, залоговое обязательство в силу ст. 1 Закона
об ипотеке носит денежный характер. Арбитражный управляющий,
по мнению банка, в соответствии с п. 1 ст. 106 Федерального закона
«О несостоятельности (банкротстве)» 1998 г. должен был установить и
удовлетворить спорное требование вне очереди как возникшее в ходе
внешнего управления.
Окружной суд согласился с выводами нижестоящих судов и указал
следующее. В силу п. 4 ст. 11 и п. 1 ст. 57 Федерального закона от 8 января 1998 г. № 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с момента
вынесения арбитражным судом определения о принятии заявления о
признании должника банкротом имущественные требования к должнику могут быть предъявлены только с соблюдением порядка предъявления требований к должнику, установленного данным Законом.
При этом под имущественными требованиями подразумеваются
требования по денежным обязательствам и об уплате обязательных
платежей. По смыслу ст. 15 Закона о несостоятельности в реестр требований кредиторов также включаются требования по денежным
обязательствам и обязательным платежам. Денежное обязательство –
обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную
36
II. Основные положения об ипотеке
сумму по гражданско-правовому договору и по иным основаниям,
предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации
(ст. 2 Закона о несостоятельности).
Требование Сбербанка РФ основано на договоре залога недвижимого имущества и предъявлено должнику как залогодателю. В силу
ст. 334 ГК кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого
обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного
имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя). Залогодатель, являющийся должником по делу о банкротстве, не является заемщиком
по кредитному договору, у него отсутствует денежное обязательство
перед кредитором по возврату суммы займа. В рассматриваемом случае Сбербанк РФ по отношению к должнику вправе требовать лишь
обращения взыскания на предмет залога.
Окружной суд посчитал, что при указанных обстоятельствах нижестоящие суды правомерно сделали вывод о неденежном характере
требования кредитора, подлежащего рассмотрению в исковом порядке, и признал законными действия арбитражного управляющего об
отказе во включении спорной суммы в реестр требований кредиторов
(ФАС ВВО от 13 января 2004 г. № А43-4341/2002-18-112/11).
Аналогичное мнение было высказано и другим окружным судом.
Так, рассматривая спор о невключении в реестр требований кредиторов несостоятельного должника требования ипотечного кредитора
об обращении взыскания на заложенное имущество, суд указал следующее.
По смыслу ст. 71 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в рамках дела о банкротстве рассматриваются требования
кредиторов к должнику по денежным обязательствам.
Согласно ст. 2 этого же Закона денежное обязательство представляет собой обязанность должника уплатить кредитору определенную
денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному ГК РФ основанию.
Дав оценку условиям договора ипотеки и правильно применив при
этом нормы материального права о залоге и Закон о банкротстве, первая и апелляционная инстанции обоснованно, по мнению окружного
суда, признали, что обязательство несостоятельного лица перед банком,
вытекающее из договора ипотеки, не является денежным. Залогодатель
37
Комментарий судебной практики разрешения споров по договору ипотеки
отвечает за исполнение обязательств по кредитному договору не денежными средствами, а предметом залога – недвижимым имуществом.
Рассматривая требование об обращении взыскания на предмет залога,
суд не выносит решения о взыскании с залогодателя каких-либо денежных средств. При таких обстоятельствах вывод судебных инстанций о том, что требование банка к должнику не вытекает из денежного
обязательства и поэтому не подлежит рассмотрению в рамках дела о
банкротстве в порядке ст. 71 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», был признан окружным судом законным и обоснованным (ФАС ДО от 14 марта 2006 г. № Ф03-А59/06-1/110).
Однако существует и иная точка зрения, высказанная, в частности,
ФАС ЗСО. В одном из дел суд отменил решение суда апелляционной
инстанции, в котором констатировался неденежный характер требования залогодержателя к залогодателю – третьему лицу по отношению
к должнику по обеспечиваемому обязательству. Суд указал следующее.
В соответствии с ч. 1 ст. 1 Федерального закона «Об ипотеке» по договору о залоге недвижимого имущества одна сторона – залогодержатель, являющийся кредитором по обязательству, обеспеченному
ипотекой, имеет право получить удовлетворение своих денежных требований к должнику по этому обязательству из стоимости заложенного
недвижимого имущества другой стороны – залогодателя преимущественно перед другими кредиторами залогодателя. Поскольку в отношении залогодателя открыто конкурсное производство, то в соответствии с положениями Федерального закона «О несостоятельности
(банкротстве)» снимаются все ограничения по распоряжению имуществом должника и все имущество должника, имеющееся на момент
открытия конкурсного производства, составляет конкурсную массу.
В силу ч. 3 ст. 109 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» 1998 г. требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, подлежат удовлетворению за
счет всего имущества должника, в том числе не являющегося предметом указанного залога. При принятии решения о признании должника
банкротом и об открытии конкурсного производства обязательства,
вытекающие из договора залога, прекращаются, а все права залогодержателя трансформируются в его право получить удовлетворение
своих требований в льготную третью очередь (ФАС ЗСО от 16 апреля
2003 г. № Ф04/1691-511/А45-2003; см. также: ФАС ЦО от 4 октября
2001 г. № А14-4238-01/175/17).
38
II. Основные положения об ипотеке
Последний подход представляется оправданным при условии, что
залоговые права при возбуждении дела о несостоятельности прекращаются. Именно так и обстояло дело в период действия Федерального
закона «О несостоятельности (банкротстве)» 1998 г. Однако ныне действующее законодательство о банкротстве исходит из иного принципа – принципа сохранения права залога и удовлетворения кредитора из
стоимости заложенного имущества.
12. Обладает ли кредитор по договору, обеспеченному залогом недвижимости, преимущественным правом удовлетворения своих требований
из стоимости предмета залога перед кредиторами несостоятельного лица
по текущим платежам?
Нет, не обладает. Это следует из следующего постановления Пре-
зидиума ВАС, принятого в порядке надзора.
Обсуждая вопрос о наличии или отсутствии у залогового кредитора возможности получить удовлетворение из стоимости заложенного
имущества преимущественно перед кредиторами по текущим обязательствам, Суд указал следующее.
Статьей 134 Закона о несостоятельности установлена очередность
удовлетворения требований кредиторов в процедуре конкурсного производства. В п. 1 названной статьи перечислены обязательства, которые отнесены к текущим и погашаются вне очереди за счет конкурсной массы. Такие требования не подлежат включению в реестр.
Пунктом 4 указанной статьи предусмотрены три очереди удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, и установлен специальный порядок погашения требований залоговых
кредиторов.
В силу ст. 138 Закона, касающейся только требований залоговых
кредиторов, эти требования учитываются в составе требований кредиторов третьей очереди (п. 1).
Согласно п. 2 данной статьи упомянутые требования удовлетворяются за счет средств, полученных от продажи предмета залога, преимущественно перед иными кредиторами после продажи предмета
залога, за исключением обязательств перед кредиторами первой и
второй очереди, права требования по которым возникли до заключения соответствующего договора о залоге. При этом понятие «иные
кредиторы» в законе не конкретизировано.
39
Комментарий судебной практики разрешения споров по договору ипотеки
Аналогичное правило содержится в абзаце четвертом п. 4 ст. 134
Закона, определяющем очередность удовлетворения включенных в
реестр требований.
Анализ названных правовых норм позволяет сделать вывод о том,
что преимущественным правом на удовлетворение своих требований за
счет стоимости предмета залога залоговый кредитор обладает только по отношению к кредиторам, включенным в реестр, а именно: перед
иными кредиторами третьей очереди, а также кредиторами первой и
второй очереди, обязательства должника перед которыми возникли
после заключения соответствующего договора о залоге.
Такое право может быть использовано лишь после удовлетворения
не входящих в реестр текущих требований. При этом текущие платежи
могут производиться за счет продажи всего имущества должника, в
том числе и находящегося в залоге (Президиум ВАС от 4 сентября 2007 г.
№ 3646/07). В последующем этот подход весьма прочно утвердился
как в практике самого Суда, так и в практике окружных судов (см. также: Определение ВАС от 6 февраля 2008 г. № 11232/07, от 12 февраля
2008 г. № 17139/07; ФАС ДО от 4 марта 2008 г. № Ф03-А24/08-1/422;
ФАС ЗСО от 17 марта 2008 г. № Ф04-1508/2008(1720-А67-38)).
13. Может ли договор ипотеки обеспечивать исполнение обязательств должника перед поручителем, которые могут возникнуть вследствие привлечения поручителя к ответственности перед кредитором
должника?
В судебной практике (причем в практике одного окружного суда –
ФАС УО) могут быть обнаружены два противоположных ответа на этот
вопрос.
Первая точка зрения заключается в том, что обеспечение ипотекой
возможных обязательств должника перед поручителем невозможно.
Это мнение было высказано ФАС УО в следующем деле.
Предметом изучения в суде кассационной инстанции стал договор
ипотеки, заключенный между поручителем и должником по обязательству, обеспеченному поручительством, в соответствии с которым должник заложил принадлежащее ему недвижимое имущество в обеспечение
удовлетворения требований поручителя, которые могут возникнуть у
последнего после удовлетворения требований кредитора к должнику.
Суд кассационной инстанции поддержал мнение апелляционной
инстанции о том, что такой договор ипотеки является ничтожной
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]