Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:История политических и правовых учений. Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности 021100 «Юриспруденция»
.pdf
Абсолютное знание невозможно, всякое знание относительно.
Все относительно — вот единственный абсолютный принцип, по
О. Конту.
Выступая в роли «преобразователя наук», особенное внимание
мыслитель уделял наукам общественным. Он выдвинул идею социологии как науки о законах связи и развития общественных явлений. По его мысли, это должна быть абстрактная, обобщающая
наука о явлениях общественной жизни.
Он говорит, что в своей области социология должна разрешить
такие же задачи, какие в других областях знания разрешают физика, химия, биология, в отличие от конкретных наук (минералогии,
ботаники, зоологии), задачей которых является описание конкретных явлений, а не установление их законов.
Социология мыслится О. Контом как наука об общественных
явлениях вообще, законы которой одинаково применимы ко всем
временам и ко всем народам. Она призвана была обосновать своими научными «законами» незыблемость и «естественный» характер
отношений капиталистического общества.
Мыслитель делит социологию на две основные части: статику,
которая изучает условия сосуществования общественных явлений, и
динамику, которая занята изучением последовательного движения
общественных явлений, излагает учение о прогрессе человеческого
общества.
«Порядок и прогресс» — эти слова стоят на обложке «Системы
позитивной политики» О. Конта. Это две главные темы его социальной философии. Он стоит за порядок, то есть за сохранение существующего общественного строя, за незыблемость капиталистических отношений, и за прогресс, то есть за мирное, не прерываемое революционным преобразованием развитие буржуазного общества.
С укреплением позитивизма западно-европейское общество, по
О. Конту, будет освобождено одновременно от «анархической республики» и от «реакционной аристократии». Установится, как он
говорит, гармоническая организация общества — социократия.
Он предлагает рассматривать общество как единое органическое
целое, в котором все части должны составлять гармоническое единство и где каждый индивид как составная часть целого должен выполнять свою определенную функцию. Индивид, взятый как «отдельное существо», — абстракция.
О. Конт не отрицает деления общества на классы — он отрица-
ет лишь неизбежность борьбы этих классов и призывает их к солидарности.
Идея солидарности является основной в контовской социоло-
гии и позитивной политике. «Солидарность» и гармония, утвержда-
181
ет О. Конт, представляют собой закон вселенной. В общественной
жизни этот закон должен получить особенно полное и ясное выражение. Задача политики, по О. Конту, состоит в том, чтобы укреплять общественную солидарность и установить гармонию между
целым и частями общественной системы.
Он утверждает, что всякое общество характеризуется наличием
общей цели и представляет собой некоторое гармоническое единство. Гармония существует всюду, где есть какая-либо система.
Никакое общество, заявляет мыслитель, не сможет существо-
вать, если низшие не будут уважать высших, а сильные — господствовать, отдаваясь служению слабым. Исходя из солидарности,
которая, по мнению О. Конта, господствует в обществе, он обрушивается на права личности, заявляя, что позитивная политика не
признает никаких прав, кроме права исполнять свой долг. Понятие
права, говорит он, должно исчезнуть из области политики, как понятие причины — из области философии. Люди рождаются с обязанностями и с обязанностями проводят всю жизнь. Все права
должны быть уничтожены.
Проект новой организации общества сводится у О. Конта к сле-
дующему. Парижскому населению предоставляется избрать некоторых выдающихся пролетариев, которые будут возведены в звание
верховных начальников французской республики и облечены диктаторской властью. Однако при них будет состоять собрание из капиталистов, располагающих всеми материальными средствами.
Преемниками пролетариев на посту диктаторов явятся уже крупные
промышленники, перевоспитанные в духе новых принципов диктаторами-пролетариями. Власть пролетариата должна иметь главным
образом моральный характер и проявляться в чисто нравственном,
воспитательном воздействии на другие группы общества. Пролетариат делает указания жрецам — руководителям духовной стороны
жизни общества и патрициату — капиталистам. Реальная сила, однако, остается в руках капиталистов. Но и моральная сила принадлежит не только одному пролетариату: он сам находится под воспитательным воздействием других классов. И если пролетариат не
подчинится никакому влиянию, а будет преследовать только свои
цели, правительство по указанию жрецов должно будет образовать
«материальную силу, способную изменить не прямым образом их
намерения» (по-видимому, имеется в виду использование находящихся в руках господствующего класса 80 тысяч жандармов, которыми О. Конт рекомендует заменить армию).
Социократия изображается О. Контом как сотрудничество клас-
сов, основанное на их взаимодействии, при котором сохраняются в
полной неприкосновенности капиталистическая эксплуатация и
подавление трудящихся буржуазией, поскольку воздействие проле-
182
тариата остается чисто моральным, в то время как капиталисты могут опираться на свое богатство и пускать в ход вооруженную силу.
§ 4. Немецкий либерализм Л. Штейна
Идея надклассового государства, призванного примирять клас-
совые антагонизмы, была выдвинута в политической и правовой
литературе с особенной силой в 40-х гг. XIX в.
В роли ее защитника выступил немецкий либерал, профессор
Лоренц Штейн (1815—1890), стоявший на гегельянских позициях.
Подобно Г.В.Ф. Гегелю, он различал общество и государство.
В своем определении общества он придает универсальное значе-
ние буржуазному гражданскому обществу, в котором господствует
частная собственность. Форму отношений капиталистического общества он изображает как вечную, присущую всем временам и народам.
В обществе, говорит Л. Штейн, с одной стороны, высшие классы
притязают на господство, на исключительность, с другой стороны,
низшие предъявляют свои односторонние требования. Возникает
борьба, порождается взаимная ненависть. Примирение дается государством, которое Л. Штейн считает носителем общих интересов.
Разрешение всех общественных противоречий достигается в
«независимой государственной власти». Государство, заявляет профессор, имеет в виду не выгоды одного какого-либо класса, а
«пользу всех». Это — «естественный защитник притесненных».
Отстаивая либеральную идею надклассового государства,
Л. Штейн вынужден, однако, признать, что далеко не всегда государство удовлетворяет тем требованиям, которые должны быть к нему
предъявлены. В действительности нередко в государстве складывается господство имущих классов — «владычество высших». Неизбежным следствием этого являются притеснение слабейших и разложение государства, которое перестает быть представителем общих интересов. С точки зрения Л. Штейна, такое положение является как бы
извращением идеи государства.
Мыслитель осуждает июльскую монархию во Франции, которая,
по его мнению, соединила свои интересы с интересами имущих
классов, тогда как должна была занять самостоятельную позицию в
происходившей во Франции борьбе классов.
Особенно резко Л. Штейн отзывается о «владычестве низших» в
государстве, которое, по его мнению, ведет к «грубому деспотизму»:
народное полновластие — это «негосударственная форма общежития». Впрочем, всякая республика представляется ему извращением
идеи государства: это — государство, подчиненное обществу.
Он считает, что свое подлинное осуществление идея государства
получает в монархии, и притом не в абсолютной, а в конституци-
183
онной, которую он признает государством, не зависимым от общественных сил. Только в конституционной монархии, говорит
Л. Штейн, государство находит свою самостоятельность как союз,
возвышающийся над обществом.
Профессор не жалеет слов для восхваления конституционной
монархии, для того, чтобы представить ее как подлинное воплощение той надклассовой сущности, которую он приписывает государству. Он пытается доказать, будто конституционная монархия стоит
выше всяких частных интересов, предупреждает притеснение одного класса другим, осуществляет общие интересы и приводит всю
жизнь народа к «гармоническому единству».
В представлении Л. Штейна монарх — это верховное средото-
чие государства, личное начало, соединяющее в себе и законодательство, и управление. Конституционная монархия должна быть
правовым государством, в котором «развитому и сильному организму» правительственной власти противополагаются закон, самоуправление и право отдельного гражданина. Однако мыслитель
расширил понятие управления, считая, что деятельность государственных органов, охватываемая этим понятием, выходит далеко за
пределы простого исполнения законов, и поэтому выдвигал не требование соответствия административной деятельности закону, а
требование ее соответствия конституции.
Л. Штейн пытался представить полуфеодальную юнкерскую
прусскую монархию как правовое государство.
В монархии он искал средство от революции. Монархия должна
была «нейтрализовать» острую классовую борьбу, примирить противоречивые интересы, стать надклассовым государством.
184
Глава
15
ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ
УТОПИСТОВ-СОЦИАЛИСТОВ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ
В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX В.
Развитие капитализма в начале XIX в. вызвало обострение
всех общественных противоречий, рост нищеты рабочих и мелких производителей, все в большей мере испытывавших на себе последствия анархии производства, кризисов, массовой
безработицы и других бичей капиталистического строя.
Выражением стихийного возмущения рабочих и полупролетарских масс против новых, капиталистических порядков, против угнетения и нищеты, выражением их поисков путей к иному,
единственно справедливому социальному строго и явились политические учения утопистов-социалистов А. де Сен-Симона,
Ш. Фурье, Р. Оуэна.
§ 1. Политические взгляды А. де Сен-Симона
Анри де Сен-Симон (Клод Анри де Рувруа Сен-Симон) (1760—
1825) — выдающийся представитель французского утопического
социализма начала XIX в., через все труды которого красной нитью
проходит идея справедливого решения судьбы «самого многочисленного и самого бедного класса».
В своих воззрениях на характер и причины развития человече-
ского общества А. де Сен-Симон в основном придерживался концепции французских материалистов XVIII в. Как и для последних,
для А. де Сен-Симона характерен взгляд на прогресс философских
воззрений, разума, просвещения, науки и морали как на решающие
факторы, определяющие развитие человеческого общества, преобразования в экономическом и политическом строе общества.
Анализируя историю развития человечества с древних времен,
он утверждал, что каждый крупный переворот в экономической и
политической жизни общества являлся лишь следствием переворота
в философских воззрениях общества.
В «Письмах женевского обитателя к современникам» мыслитель
указывает на разделение общества на три класса: 1) класс ученых,
художников и всех людей, разделяющих либеральные идеи; 2) класс
собственников, за исключением лиц, входящих в первый класс;
3) класс неимущих. Последний класс, «объединяемый идеей равенства, заключает в себе остальное человечество».
В своих работах, относящихся к более позднему периоду, он
придерживается несколько иного деления общества на классы, под-
185
черкивая, что основным в этом делении является разграничение
общества на два класса: 1) паразитов и 2) «промышленников». Паразитический класс, по А. де Сен-Симону, составляют дворяне,
военные, рантье, государственные чиновники и «легисты» (юристы
на службе паразитического класса). Этому меньшинству противостоит класс «промышленников», к которому принадлежит подавляющее большинство нации.
Мыслитель в своих сочинениях критикует несправедливость
существующего строя, при котором трудящееся большинство общества подчинено меньшинству. Он осуждает существующий строй
как безнравственный, вопиюще несправедливый. Вместе с тем А. де
Сен-Симон выступает против того, чтобы сами трудящиеся и неимущие массы непосредственно проявили инициативу переустройства общества на новой, справедливой основе. Он полагает, что
опыт революции показал неспособность непросвещенных неимущих масс руководить обществом.
Свои надежды на успешное проведение необходимых общест-
венных преобразований он поэтому возлагал только на наиболее
активную, наиболее просвещенную, по его мнению, часть класса
«промышленников» в лице фабрикантов, торговцев, банкиров. А. де
Сен-Симон полагал, что в интересах обездоленных, но не способных к самостоятельному решению своей судьбы неимущих масс
руководство обществом должно перейти мирным путем из рук
«праздных» сословий в руки просвещенных «промышленников».
Он считал, что установление политического господства «про-
мышленников» приведет к окончательной ликвидации основного
деления общества на управляющих и управляемых, что политическая власть, бывшая до того властью над людьми, превратится во
власть, осуществляющую чисто административные функции — распоряжения и управления производством в целях удовлетворения
всех общественных потребностей.
Планы общественного переустройства у А. де Сен-Симона це-
ликом исходят из идеи мирного разрешения всех социальных противоречий, идеи мирного сотрудничества и солидарности всех классов общества.
Отвечая на вопрос, какими путями и средствами должен быть
совершен переход от старого, феодального строя к новому, «промышленному», он во всех своих работах решительно отвергает путь
революционного насилия, путь классовой борьбы.
Главным средством преобразования общества мыслитель считал
мирную проповедь новой морали, «нового христианства», направленную на освобождение трудящихся от эксплуатации, подъем их
материального и культурного благосостояния. Но проповедь эта
должна быть, по А. де Сен-Симону, обращена прежде всего к наи-
186
более просвещенной части общества, а именно к имущим классам,
ибо «бедный класс», будучи непросвещенным и отсталым в умственном отношении, не способен добиться своего освобождения. В
связи с этим он двигает тезис, что «с наибольшим жаром трудятся
над установлением нового строя не те, кто наиболее заинтересован
в нем».
Основным политическим средством для осуществления этих
преобразований А. де Сен-Симон считает королевскую власть. Он
стремится «побудить королей воспользоваться предоставленной им
народом властью для осуществления ставших необходимыми политических перемен».
Мыслитель рассматривает королевскую власть как надклассо-
вый институт, который имеет «всеобщий характер, отличающий его
и ставящий его выше всех других институтов», и существование
которого «не связано ни с какой политической системой вообще».
Отсюда А. де Сен-Симон делал вывод, что этот институт «будет
подходить одинаково ко всем системам социальной организации,
установления которых может потребовать прогресс цивилизации».
Именно поэтому королевская власть, по его мнению, может и
должна в тесном союзе с «промышленниками» стать во главе движения за образование новой, более справедливой общественнополитической системы.
В своих проектах политической организации будущего «про-
мышленного» строя А. де Сен-Симон целиком исходит из сохранения наследственной королевской власти как института, венчающего
новую организацию общества, ведущей силой которого является
союз «промышленников» и ученых.
В его проектах сохраняются совет министров и двухпалатная
парламентская система. Но между властью короля и властью палат
должны быть созданы, по его мнению, две новые промежуточные
инстанции: 1) совет ученых, руководящий всей умственной жизнью
страны, образуемый из представителей академий наук и искусств и
составляющий совет инициативы при короле (этот совет разрабатывает планы необходимых социальных преобразований); 2) совет
промышленников в составе виднейших представителей промышленности, торговли и банковского капитала, важнейшей задачей
которого является, помимо рассмотрения проектов социальных
преобразований, принятых советом ученых, составление проекта
бюджета и проверка его исполнения, после чего этот проект поступает в совет министров и на рассмотрение обеих палат.
Акт королевской власти, призывающий к управлению страной
вместо дворян и духовенства «просвещенных промышленников» и
ученых, — самый простой, рациональный и бескровный, по А. де
Сен-Симону, способ осуществления перехода от неразумной, фео-
187
дальной системы к новой, справедливой, «промышленной» системе,
от «правительственной» системы — к «административной», управляющей общественным производством, а не людьми.
Таким образом, А. де Сен-Симон стремился дать морально-
религиозное обоснование своей идее мирного установления нового
общественного строя, обращенной к имущим классам и к коронованным главам правительств Европы.
§ 2. Политические идеи Ш. Фурье
Наряду с А. де Сен-Симоном идеи утопического социализма в
начале XIX в. были выдвинуты таким замечательным мыслителем,
как Шарль Фурье (1772—1837).
Мировоззрение Ш. Фурье даже в большей степени, чем миро-
воззрение А. де Сен-Симона, окрашено в морально-религиозные
тона. Он провозглашает себя пророком, которому бог открыл истинные закономерности общественного развития и поручил указать
человечеству путь ликвидации существующих несправедливых общественных порядков и установления нового строя всеобщей «гармонии» и всеобщего благоденствия. Ш. Фурье заявляет, что бог
управляет природой и обществом по своему соизволению, но сообразуясь с законами математики. Бог устанавливает законы развития
как природы, вселенной в целом, так и человеческого общества.
Муки и бедствия человечества, запутавшегося в паутине неспра-
ведливой капиталистической цивилизации, объясняются, по
Ш. Фурье, тем обстоятельством, что до сих пор общество не сумело
познать предусмотренный богом истинно справедливый «социальный кодекс». Этот божественный социальный кодекс, честь открытия которого случайно выпала на долю Ш. Фурье, исходит, по его
мнению, из признания главным и решающим фактором общественного прогресса естественных природных свойств отдельного человека, его страстей, являющихся орудием осуществления воли
божьей, направленной на благо всего человечества. В учении
Ш. Фурье о роли естественных, природных свойств и страстей человека явно чувствуется, несмотря на все своеобразие этого учения,
влияние теории естественного права.
Вся история человечества представляет собой, по мнению мыс-
лителя, лишь определенные этапы на пути постижения божественного социального кодекса. Это — путь от социальной «беспорядочности», «бессвязности», «дисгармонии» к социальной гармонии, к
справедливому социальному строю.
Человеку, замечает он, присущи согласно божьему провидению
естественные страсти и влечения, полное удовлетворение которых
может быть обеспечено лишь вступлением общества в эпоху «гар-
188
монии», когда оно будет полностью руководствоваться познанным
им божественным социальным кодексом.
Мыслитель делит всю предшествующую историю человечества
на следующие периоды: дикость, варварство, патриархат, цивилизация. В высшей степени примечательно, что одним из главных факторов, обусловливающих переход от одного периода к другому, он
считает, наряду с таким фактором, как изменение правового положения женщины в обществе, уровень развития промышленности. В
частности, Ш. Фурье обнаруживает понимание прогрессивного значения развития крупной промышленности, а также науки и техники
в период цивилизации, под которой он разумеет господство буржуазных отношений как необходимых объективных предпосылок, обеспечивающих возможность перехода от «дисгармонического», «цивилизованного» строя к строю «гармонии» или «ассоциаций».
Право ничто, если человек не имеет материальных гарантий для
его осуществления: «На деле право является иллюзорным, когда не
можешь осуществить его. Свидетельство тому — конституционное
право на суверенитет, которое имеет народ. Вопреки этой блещущей великолепием прерогативе плебей не имеет даже возможности
пообедать, если у него нет ни су в кармане. А ведь очень далеко от
притязания на суверенитет до притязания пообедать. Так много
прав существует на бумаге, но не в действительности, и предоставление их становится оскорблением для того, кто не может достигнуть прав, во сто крат меньших». В своей критике апологетов цивилизации Ш. Фурье высказывает мысль о решающем влиянии права
на труд в системе прав человека в обществе; он указывает, что эти
апологеты, говоря о правах человека, забывают «выдвинуть в качестве принципа право на труд, которое воистину неосуществимо при
цивилизации, но без которого ничего не стоят все остальные права».
Ш. Фурье считает основной паразитарной, хищнической соци-
альной группой, занимающей, по его мнению, господствующее положение в обществе, не капиталистов, владельцев промышленных
предприятий, а главным образом торговцев-спекулянтов и биржевиков-ростовщиков. Он обнаруживает выдающийся талант в разоблачении механизма всевозможных мошенничеств и надувательств,
применяемых купцами, спекулянтами, биржевиками для своего
обогащения за счет разорения и порабощения народных масс. Этот
механизм, заявляет Ш. Фурье, «во всех отношениях являет собой
лишь искусство грабить бедняков и обогащать богачей».
Его идеал — это мирное сотрудничество всех классов, мирное
преобразование существующего неразумного, несправедливого
строя цивилизации в строй справедливый, где царствует «социальная гармония» на основе дружественного союза всех социальных
групп в рамках производительных ассоциаций, или, по терминологии Ш. Фурье, фаланг.
189
Каждая фаланга, по проекту мыслителя, должна представлять
собой земледельческо-промышленное объединение, охватывающее
примерно 1600—1700 человек. Разделение труда в фалангах целиком
должно быть приспособлено к индивидуальным страстям и способностям каждого члена фаланги. Люди, обладающие примерно одними и теми же влечениями и страстями, объединяются внутри фаланги в соответствующие производственные «серии», или группы.
Вся производственная, бытовая и культурная жизнь членов фа-
ланги должна регулироваться, по Ш. Фурье, механизмом человеческих страстей, которые при строе цивилизации всячески подавляются и находятся в разладе друг с другом, а при строе ассоциаций
впервые образуют гармоническую, стройную и согласованную систему. Этот механизм включает двенадцать страстей: пять чувственных (вкус, осязание, зрение, слух, обоняние), четыре душевных
(дружба, честолюбие, любовь, отцовство) и три «распределительных», или управляющих (страсть к интригам, страсть к разнообразию и страсть, выражающаяся в энтузиазме, воодушевлении). Решающее значение в деятельности механизма страстей Ш. Фурье
придает именно последним трем, то есть «распределительным»
страстям. Только в условиях строя ассоциаций, основанного на учете природных свойств и влечений каждого ее члена, «все двенадцать страстей будут развиты и удовлетворены у каждого отдельного
человека и, следовательно, каждый достигнет счастья, которое заключается в полном свободном развитии страстей». Эту свою доктрину Ш. Фурье провозглашает единственно соответствующей «заветам природы и предугадываемым предначертанием бога».
Мыслитель полагал, что, так как в ассоциации будет обеспечен
свободный переход ее членов из одной производственной группы в
другую, максимально разовьется творческое соревнование между
представителями всех видов и родов физического и умственного
труда. В результате труд, являющийся в строе цивилизации, как
правило, принудительным, внушающим человеку отвращение, превратится для членов фаланги в наслаждение, в естественную жизненную потребность. Все это приведет к необычайному повышению производительности труда, обеспечивающему возможность
всестороннего удовлетворения материальных и культурных потребностей и желаний членов фаланги. Ш. Фурье подчеркивает, что в
этих условиях самый бедный член фаланги будет богаче и счастливее самого богатого человека строя цивилизации.
§ 3. Политическое мировоззрение Р. Оуэна
Политическое мировоззрение Роберта Оуэна (1771—1858) ñêëà-
дывалось в Англии, в которой промышленное развитие и острота
190
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]