Фразеология романских языков. Этнолингвистический аспект. Монография

о брюнетке в белом платье) и широкой it. Essere come una mosca nel latte «резко выделяться, бросаться в глаза». Несмотря на то что формальная

исмысловая близость между ними очевидна, эта близость не достигает степени эквивалентности. Их можно причислить лишь к МФВ.

Что касается румынской ФЕ, тоже сравнительной, она отличается от предыдущих основой сравнения: не пространственное соположение двух предметов — мухи и молока, но действие мухи, ее попадание в молоко. Это действие вызывает в сознании интерпретатора (этноса) отрицательную коннотацию, которая оформляется в иллокуцию осуждения. Это последнее

иобусловило смысл ее префразеологического аспекта и, следовательно, фразеосемему «совать нос, куда не следует». Семиотическая связка данного фразеологизма имеет следующий вид: A se băga ca musca-n lapte → АСС «вмешиваться как муха в молоко» → «вмешиваться в чужие дела».

Важным для румын в поведении мухи по отношению к молоку является не курсивность, а ингрессивность ее действия.

Следующим локативом является нос и, следовательно, диада муха — нос, которая является популярной только в итальянской фразеологии.

Виспанской отмечена только одна ФЕ como una mosca en la nariz «источник раздражения, досады; помеха; ~ как бельмо на глазу», во французском

ирумынском — ФЕ с данной диадой не зарегистрированы. Итальянская же диада mosca — naso образовала серию ФЕ с эпидигматическими связями: пять ФЕ произошли из осмысления одного и того же первичного десигната «прыжок мухи на нос», с одной и той же интерпретацией «это вызывает раздражение, злость»: it.avere la mosca al naso (АСС «иметь муху на носу») → «a) рассердиться, b) выйти из себя», it. gli è saltata la mosca al naso (АСС «ему муха прыгнула на нос») → «ему кровь бросилась в голову».

«Закрытый рот» является следующим локативом для агенса «муха».

Взакрытый рот муха не попадет. Данный первичный десигнат послужил основой для французской и итальянских ФЕ, находящихся в отношении МФВ с одной и той же ФС «береженого бог бережет»: fr. bouche serrée, mouche n’y entre, it. in bосса chiusa non c’entran mosche. Первичный десигнат в испанском фразеологизме por esta boca no entran moscas, в котором смыслобразующую роль выполняет дейктик esta (АСС «в этот рот не влетят мухи»), проинтерпретирован иначе и поэтому имеет другую фразеосемему «уговор дороже денег; слово — не воробей…; давши слово, держись». Эта ФЕ имеет второе значение, которое соотносится со сферой карточной игры: «от объявленного хода не отказываются; карте место»). Испанская ФЕ выступает как пароним в отношении к вышеуказанным французской и итальянской ФЕ: большое (но не полное) лексическое сходство в АСС и абсолютно разные ФС.

211

Из четырех языков лишь в двух — испанском и итальянском — употребляется диада «муха — паутина»: esp. mosca — telaraña, it. mosca — ragnatela, но образует она три разных ФЕ, не совпадающих ни по структуре АСС, ни по значению, т. е. все три (одна испанская и две итальянских) являются идиоэтническими. Ср.: esp. como las telarañas para las moscas «путы, обуза, кабала», it. le leggi sono come le ragnatele: le mosche ci rimangono, le rondini le sfondano prov. «Закон — что паутина: шмель проскочит, муха завязнет, а ласточка порвет», it. I mosconi rompon le ragnatele prov. «Шмель в паутине не застрянет» (АСС «крупные мухи разрывают паутину»).

Диады румынской парадигмы весьма специфичны по сравнению с ФП западноевропейских языков, поэтому ее идиоэтничность является высокой. Ср. musca — căciulă «муха — шапка», семиотическая связка: АСС «быть с мухой на шапке» → ФС «выдать невольно то, что пытаются скрыть», что соответствует русской пословице «на воре шапка горит» → ФЕ A fi cu musca pe căciulă. Другая диада musca — perete «муха — стена», семиотическая связка: АСС «когда муха писала на стене» → ФС «с незапамятных времен, давным-давно» → ФЕ De cînd se scria musca pe perete. Третья диада muşte — băligar «мухи — навоз», семиотическая связка: АСС «если ты идешь за мухой, то придешь в навоз» → ФС «с кем поведешься, того и наберешься» → ФЕ Dacă te iei după muşte, ajungi la băligar.

Столь разные локативы (мед, сахар, уксус, молоко, нос, рот, паутина, шапка, навоз) исключают четырехъязыковую эквивалентность в рассматриваемой фразеологической парадигме «Муха».

Фразеологическая парадигма «Клопы»

(fr. punaise, esp. chinche, it. cimice, roum. ploşniţă)

Клопы представляют собой один из самых многочисленных отрядов вредных насекомых, так как они распространены по всему земному шару, обитая на суше, в воде, растениях, животных, а также в жилищах человека. Во фразеологию вошли фреймы, связанные со сферой жизни человека.

Фразеологичнеские парадигмы четырех языков неравноценны по численности — от 1 ФЕ в итальянском до 15 ФЕ в испанском.

Каковы актуальные координаты первичных десигнатов, включающих названных представителей?

В итальянском фразеологизме имя данного насекомого cimice подключено к варьированию c сonilio «кролик», pulcino «блошка», чтобы с ними сравнить трусливого человека: it. cuore di cimice (di сonilio,di pulcino) «мелкая душонка, трус».

Клопы, блохи и вши относятся к разряду не только вредных насекомых, но и паразитов.

Несмотря на это, лексемы, их обозначающие, содержат положительнгые коннотативные семы. Каждый народ отдает предпочтение тому или иному насекомому, не вспоминая об отвратительных ассоциациях.

212

Врусском языке существует шутливое обращение к малышу — «клопик». Во французском — ласкательное — ma puce, mon pou.

Всемантическом плане между ними нет общих сем. Есть общие координаты, но осмысление их разное. Особый интерес представляет их употребление в испанском языке во фразеологических речевых актах, которые благодаря фразеологизации выполняют различные прагматические функции: шутливую — ¡a volar, que hay chinches! (АСС «на вылет, здесь клопы») → Арг., шутл. «а ну, выкатывайтесь! катитесь колбасой! выметайтесь! отчаливайте!», ироническую — ¡me alegro por las chinches! (АСС «я рад за клопов») → ирон. «скажите, как интересно!; кому это интересно? мне-то что?», победную — ahora que me entren chinches (АСС «теперь пусть у меня появятся клопы») → «теперь мне все нипочем; теперь я кум королю! мне теперь море по колено!»

Коннотат данной парадигмы связан с реальной жизнью людей. Теснота, много забот, много неприятностей, надоедливый, несносный характер человека — все эти коннотации проистекают из реального опыта народов, но закрепились они только во фразеологии испанцев: caer como chinches (en invierno): caen como chinches en invierno (АСС «падать как клопы (зимой)») → «мрут как мухи», (fastidioso) como chinche (АСС «надоедливый, как клоп») → «назойливый как муха, несносный, надоедливый», molesto como chinche (АСС «надоедливый как клоп») → «несносный, надоедливый, назойливый как муха».

Во французской культуре вредность рассматриваемых насекомых как будто и не замечается. Их названия на основе сходства или по функции переносятся с животных на конкретные предметы небольшого размера: punaise — клоп, кнопка, puce — блоха, красно-коричневый цвет: manteau puce. Даже в новейшей терминологии по электронике puce занимает «почетное» место среди наиважнейших деталей: микрокарта

сэлектронной памятью: acquitter le péage avec une carte à puce «оплатить проезд с помощью микрокарты». Поэтому фразеологическая парадигма фразеолексы, например, punaise, включает компаративный фразеологизм, в котором осуществлен перенос по форме: plat comme une punaise «плоский как щепка» (АСС «плоский как клоп»), образная перифраза en écraser des punaises «спать», soufflet à punaises → арго «1) винтовка, 2) аккордеон». Как видно, никаких соответствий с ФЕ других языков нет.

Фразеологическая парадигма «Моль»

(fr. mite, esp. polilla it. tarma)

Фразеолекса «моль» во французских и итальянских ФЕ выступает в составе диад, которые отражают координату «среда обитания». В итальянской ФЕ — диада реальная сукно — моль, благодаря чему образуется

213

эмпирическая ФЕ: it. in pano fi no sta la tarma (АСС «в тонком сукне заводится моль») → «богатство родителей — порча детям». А во французской ФЕ — диада воображаемая легкие — моль: fr. avoir des éponges bouffées aux mites (АСС «иметь губки (т. е. легкие), съеденные молью»), чем и объясняется образное значение «быть туберкулезным, чахоточным». Данная семиотическая связка обязана своим рождением разговорной речи, которая отличается повышенной экспрессивностью. Ср.: профессиональное выражение пульмонологов les poumons mités.

Виспанской парадигме polilla отражаются сущностные действия моли — поедать, проникать, размножаться, образуя эмпирические ФЕ.

Ааспект взаимодействия человека с молью ближе к фантазии — «не иметь ее на языке». Семиотическая связка в данной парадигме простирается от первичного десигната с фреймом «моль» к четырем различным семантическим полям: 1) ФСП «Душевное состояние» с отрицательной коннотацией: se coma de polilla (АСС «его ест моль») → «его гложет какой-то червь»; 2) ФСП «Физическое здоровье»: Entrarle la polilla a uno (АСС «к нему входит моль») → «к нему всякая хворь пристает»; 3) ФСП «Речевые способности»: no tener uno polilla en la lengua (АСС «не иметь моли на языке») → «откровенно высказывать свое мнение» (ср. esp. syn. no tener pelos en la lengua). Четвертая ФЕ соотносится не с архиполем «Человек», подобно трем вышеназванным, а с априорным понятием «распространяться с разрушительной силой: ФЕ сomo la polilla (АСС «как моль»).

Фразеологическая парадигма «Шершень»

(fr. frelon, esp. abejorro, it. calabrone, roum. gărgăun)

Виспанской фразеологии abejorro «шершень» выступает поющим: Cantar como el abejorro (АСС «петь как шершень») → «петь плохо, драть козла» — и плачущим: Llorar como el abejorro (АСС «плакать как шершень») → «канючить, хныкать (о плаксивом ребенке)».

Французский шершень «frelon» является «обитателем» эмоциональной среды, так как фразеологизм Irriter les frelons (АСС «раздражать, дразнить шершней») → «раздражать людей вспыльчивых, склонных к агрессии» (syn. éveiller le chat qui dort). Румынские фразеологизмы, наоборот, все находятся в ФСП «Умственная деятельность», в его отрицательном секторе: a avea gărgăuni în cap (АСС «иметь шершней в голове») → «сумасбродствовать» и a scoate cuiva din cap Gărgăun (АСС «вынуть у кого-л. шершни из головы») → «ыышибить дурь из головы», a -şi băga gărgăuni în cap (АСС «вложить себе в голову шершни») → «вбить себе что-л. в голову». А в итальянском коллективном сознании шершень появляется в банке, о чем свидетельствуют диады calabrone — orcio, calabrone — fiasco: avere il calabrone nel’orciolo (АСС «иметь шершень в банке») →

214

ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Отсутствие исследований идиоматического материала с применением научных апробированных методов порождает точку зрения о преобладании интуитивного подхода к решению фразеологических проблем, что, естественно, вызывает справедливую критику языковедовфразеологов. Именно этому состоянию дел были посвящены две публикации Д. О. Добровольского, одного из видных представителей молодого поколения фразеологов, в журнале «Вопросы языкознания», в которых был поставлен вопрос «Категория национально-культурной специфики: Реальность или фикция?» [Добровольский 1997: 39]. Выскажем свои соображения по этому поводу.

Известно, что фразеология многих языков подпитывается символами и образами античной культуры. Одним из таких образов является пальмовая ветвь — символ воинской и спортивной победы в Древней Греции, лексическое обозначение которой пришло в европейские языки из латыни через метафорическое переосмысление palma «ладонь, рука», «пальма, финик», «награда за победу, победа» [КЛРС: 406]. Во многих трудах он цитируется как образ, вошедший во фразеологизмы многих языков и потому считающийся интернациональным: французский, испанский, итальянский, английский, русский имеют фразеосемему «награда за победу». Подчеркнем, что во фразеосемеме как любой дискретной единице плана содержания нужно видеть прежде всего ноэму (см. 1.2.4., а также [Pottier 1974: 13]), в отвлечении от ее материальной одежды, т. е. АСС, с которым она связана. Эта связь является односторонне импликативной: жесткой от формы к значению, и не жесткой от значения к форме. Это значит, что если мы говорим palme de la victoire, то неизбежно понимаем «награда за первенство», если же нам нужно выразить мысль (ноэму) «награда за первенство», то совсем необязательно прибегать к иносказательному обороту palme de la victoire. Мы это делаем при соответствующей интенции. Поэтому в языках, где данный образ, заимствованный из латинского, расширяет свою фразеологическую парадигму, есть почва для выражения различных интенций. И вот в этой части каждый из них проявляет свою индивидуальность, позволяющую говорить о национальной специфике фразеологии.

Последняя как объект изучения успешно поддается изучению методом сопоставительного анализа фразеологических парадигм, а не фразеологизмов. Применение данного метода показывает, что одинаковых парадигм не существует. Данная парадигма — не исключение. Сравнение четырех романских языков показывает, что парадигма palme имеет свой портрет в каждом языке. Так, в испанской фразеологии она характеризуется,

216

вотличие от других языков, следующими чертами: а) имеет серию из 9 фразеосемем, в которых доминирует сема превосходства: andar uno en palmas «вызвать всеобщее восхищение, пользоваться всеобщим вниманием», «быть баловнем судьбы», Recibir a uno en/con palmas «встретить кого-л. восторженно, с почестями», ganar las palmas «заслужить лавровый венок, удостоиться награды», en palmas «превосходно»; б) имеет несколько вариантов как в глагольной части, где глаголы претерпевают десемантизацию salir en palmas «снискать похвалу, одобрение», ganar uno la palma (вар. alcanzar, llevarse) «обогнать, опередить, одержать верх над кем-л., завоевать пальму первенства», так и в именных дериватах с уменьшительными аффективными суффиксами llevar en palmas a uno (вар. Palmillas, palmitas) «баловать, угождать, во всем потакать кому-л., носиться с кем-л.»; в) опорная фразеолекса меняет показатели числа; г) преобладание адвербиальной позиции в большинстве ФЕ способствовало рождению новой ФЕ en palmas «превосходно». Две фразеосемемы (в добавление к 9) фразеологизма ganar uno la palma «прийти в школу раньше других», «прийти первым в условленное место» утратили оценочную сему, уступив место временной.

Итальянская ФП менее разнообразна и сближается с французской ФП, но без полного совпадения. Отметим межъязыковые соответствия

вданной парадигме. Начнем с эквивалентов. Нет ни четырех-, ни трехъязыковых эквивалентов. Двухъязыковые МФЭ только в одной паре языков (три пары МФЭ): fr. — it. la palme de la victoire, La palma della vittoria (АСС «пальма победы») → «Пальма первенства», Disputer la palme, Contendersi la palma (АСС «оспаривать пальму») → «Оспаривать пальму первенства», donner la palme, Dare la palma (АСС «дать пальму») → «Отдать предпочтение». Но есть трехъязыковые МФВ: fr. — esp. — it. Remporter la palme, llevarse la palma, Ottenere la palma (АСС «унести, поднять пальму, добиться пальмы») → «Одержать победу»; двухъязыковые МФВ: fr. — it. le Dimanche des rameaux (АСС «воскресенье веток»), La domenica delle palme (АСС «воскресенье пальм») → «Вербное воскресенье». В румынском латинский этимон palmă существует с соматическим значением «ладонь», из которого проистекает вся полисемия данного существительного, а также и фразеологизмы. Культурологического значения, связанного с греческими традициями, данная лексема не имеет. Фразеосемема, которую мы наблюдаем, присутствует в румынской фразеологии в ином образе: roum. a primi laurii victoriei (АСС «получать лавры победы») → «получить пальму первенства» и соответственно laurii victoriei «пальма первенства». Для последнего выражения в румынском существует также и лексема întîietate «первенство» [Bolocan, Voronţova: 238]. Следовательно, румынские ФЕ вступают в отношения синонимии, образуются МФС между французской,

217

испанской и итальянской ФЕ, с одной стороны, и румынской — с другой: фразеосемема «получить пальму первенства»: fr. — esp. — it. Remporter la palme, llevarse la palma, ottenere la palma = roum. a primi laurii victoriei. Таким образом, румынская фразеосемема имеет в языке иной алгоритм, иную фразеосемиотическую связку.

Во французской и итальянской фразеологических парадигмах отражено и другое символическое значение пальмовой ветви — символ мученика за веру, существующий в христианской религии. Во фразеологии этих двух языков они образуют пару МФЭ: fr. — it. palme du martyre, palma del martirio «награда за мученичество, подвижничество».

Отметим, кроме того, сугубо идиоэтнические ФЕ: it. Messa delle palme (АСС «месса пальмы») → «длинная история», esp. enterrarle a uno con palma «похоронить девственницу».

И. А. Бодуэн де Куртене признавал существование чутья языка, присущего народу. Он писал следующее: «Чутье языка народом не выдумка, не субъективный обман, а категория (функция) действительная, положительная, которую можно определить по ее свойствам и действиям, подтвердить объективно, доказать фактами» [Бодуэн де Куртене 1964: 271]. О фразеологии как «сугубо-национальном явлении» писали не только советские ученые, которые по этому вопросу проявляли и проявляют почти полное единодушие, но и зарубежные: Casares, Hristea, Rey и др., которым, в силу их эрудиции и одаренности, нельзя отказать в способности чувствовать специфику языка. Поэтому, приняв сначала данное мнение о самобытности идиом каждого языка на веру, можно выразить уверенность, что изучение национальной специфики фразеологии научными методами не за горами. Это вопрос времени.

Р. А. Будагов писал о том, какую важную роль в языке имеют такие «кванты», как почти, как бы или чуть-чуть. Они «действительно вдыхают в грамматику жизнь, без которой сама грамматика существовать не может». И далее: «Так обстоит дело не только с грамматикой, но и с лексикой. …Понятие оттенка опирается на взаимодействие сходного и несходного. Причем это несходное — обычно “чуть-чуть несходное”, “чуть-чуть неадекватное”» [Будагов 1974: 19].

«Чуть-чуть не так» оборачивается другим, зеркальным выражением «чуть-чуть так и совсем не так». Если повсюду чуть-чуть не так,

то можно сказать «в основном не так».

218

Условные сокращения

1. В схеме фразеологического знака

D1 — Первичный десигнат

D2 — Вторичный десигнат

V — Имя (знака, материальная форма)

S — Сигнификат

С— Коннотат

Z1 — Контекст этимологический

Z2 — Контекст актуальный

X — Интерпретанта

Y— Интерпретатор

АСС — Атомарное словосочетание ФЕ — Фразеологическая единица

219

М.— Мексика.

П— Перу.

П.-Р. — Пуэрто-Рико. Ц. Ам. — Центр. Америка.

Ч.— Чили.

220