Фразеология романских языков. Этнолингвистический аспект. Монография

Семантическим центром этого плана является фраза с фразеологизмом faire peau neuve: “Je fais peau neuve”, disait Sylvaine. В ней концентрированно передано настроение Сильвены: честолюбие, самодовольство, желание победить соперниц. Синтаксис фразы соответствует ее содержанию: она коротка, состоит только из подлежащего и сказуемого, звучит убежденно, оптимистично. В ней завязка текста. Фраза Sa peau neuve lui coûtait cher, сказанная от лица автора, в смысловой структуре текста выполняет роль ремы. Здесь имеет место тот случай фразеологии, когда «отношение знака к интерпретатору само становится предметом десигнации» [Моррис 1983: 70].

Таким образом, на примере зоонимического фразеологизма faire peau neuve, имеющего фразеосемиотическую связку АСС делать новую кожу → изменить свой образ жизни, можно видеть функционирование фразеологизма в качестве прагмемы, т. е. единицы, представляющей собой сплав объективной и субъективной информации с преобладанием последней. Субъективная информация, более того, находится в фокусе намерений говорящего.

Итак, субъективная информация возрастает вследствие трансформации фразеологизма, вместе с которой усиливается перлокутивный эффект фразы. Вся сила инновации приходится на трансформацию того, что менее всего считается подходящим для трансформирования, т. е. устойчивые обороты языка.

3.2. Фразеосемантическое поле и его структура

3.2.1. Общие положения

Фразеосемемы как единицы плана содержания ФЕ имеют в качестве денотата, т. е. фрагментов внеязыковой действительности, вторичный десигнат. Фреймы вторичного десигната расположены в основном не в полях «Природы» и «Космоса», а в супер-поле «Человек», в его трех ипостасях «Человек как физическое существо», «Человек как чувствующий и мыслящий субъект», «Человек как социальное существо».

План содержания фразеологической системы представляет собой иерархию фразеосемантических категорий: фразеосемантические поля (ФСП), фразеосемантические ряды (ФСР), фразеосемантические группы (ФСГ), фразеосемемы (ФС). ФСП может объединять в себе фразеологизмы разных ФТП, что и лежит в основе фразеологической синонимии, причем не только межъязыковой, но и внутриязыковой. Путь интенции от ее зарождения до материального воплощения в «нужной» форме, наверное, можно сравнить с ручейком, пробивающим себе дорогу либо среди песка, либо меж камней, отчего его траектория становится раз-

111

ной. Фразеосемантическая система каждого языка, имея много общего с другими языками, отмечена все же индивидуальностью в силу некоторой произвольности членения семантической карты языка. Все это оформляется в понятие ФКМ, которая признается специфической для каждого языка.

Причины этой специфики находятся в работе сознания по освоению объективной действительности, чему посвящены многие труды В. И. Абаева, в частности [Абаев 1970: 232–262].

Выдающийся советский языковед предвосхитил идеи французского лингвиста Б. Потье о трех видах соотношения предмета объективной действительности и человеческого сознания — латентности, сальентности и прегнантности (см. об этом: 1.2.6.). В. И. Абаев писал о трех операциях, совершаемых нашим сознанием, которые и «определяют лексикосемантическую систему каждого языка», подчеркивая в этом решающую роль социального фактора. Приведем фрагмент из этой статьи, чтобы продемонстрировать преемственность идей двух выдающихся ученых. В квадратных скобках — наш комментарий.

«Работа сознания по активному освоению объективной действительности включает с самого начала три основные операции: селекцию, обобщение, классификацию. <…>

Начнем с селективной работы сознания (выделено нами. — Н. К.). Элементарное наблюдение показывает, что не вся объективная действительность доходит до сознания. Тысячи вещей, явлений, признаков, существуя объективно, могут не существовать для нас. Они воспринимаются, т. е. воздействуют на наши воспринимающие органы, но не осознаются [латентность у Потье]. Между восприятием и осознанием существует порог, который переходят только некоторые элементы действительности. Происходит это потому, что, в отличие от восприятия, которое пассивно, сознание обладает активно-селективной направленностью. Из пестрого калейдоскопа мелькающих явлений оно выбирает или отбирает лишь некоторые элементы. В зыбкий, колеблющийся туман восприятий, впечатлений и образов оно вносит свой организующий и классифицирующий принцип. Чем определяется этот принцип? Общественной природой сознания. В отличие от восприятия, которое есть акт психо-физиологический, осознание есть акт социальный.

Общественная практика людей определяет, что попадает в поле сознания и что выпадает из него. Осознается то, что существенно с точки зрения этой практики. Остается за порогом сознания то, что для нас безразлично. Иными словами: любой предмет осознается человеком лишь постольку, поскольку он становится для него общественным предметом [салиентность у Потье ] <…>

112

Различные языки дают многочисленные примеры поразительной “слепоты” людей к некоторым явлениям и отношениям объективной действительности и столь же поразительной “зоркости” к другим. Простейший пример — обозначение цвета и красок. …Различие между, скажем, голубым и синим цветом отлично воспринимается всеми. В этом отношении никакой разницы между народами нет. Разница между ними может быть только в том, что не для всех это различение одинаково актуально и поэтому не у всех оно подымается от ступени восприятия на ступень осознания-наречения. Синий и голубой цвета не различаются потому, что это различение в данных условиях хозяйства и быта не является общественной необходимостью. Наоборот, хозяйственно важные оттенки (масти домашних животных у скотоводов, тончайшие оттенки красок у ковровщиц и т. п.) получают точную и дифференцированную терминологию… Но естественное лишь постольку вовлекается в сферу языкового выражения, поскольку оно получает общественное значение.

Из предметов, явлений и признаков объективного мира нарекается только то, что осознано, а осознается только то, что имеет значение для коллектива [прегнантность у Потье]» [Абаев 1970: 247–249].

Для выявления тенденций, существующих в сфере притяжения семантических полей как плана содержания фразеологии и тематических полей как плана выражения ФЕ, укажем методику проведения сопоставительного исследования по семантическому инварианту, т. е. по идеограмме.

3.2.2. Идеограмма как единица исследования фразеосемантического поля

Термин и понятие идеограмма применительно к фразеологии разработан Т. З. Черданцевой в ее докторской диссертации и описан в монографии [Черданцева 1977: 66–67]. Этот термин успешно применен к раскрытию фразеологической семантики авторами «Итальянско-русского фразеологического словаря», что объяснено в предисловии «Состав фразеологического словаря» [Черданцева 1982а]. Им обозначается «нейтральный эквивалент фразеологической единицы, представляющий собой слово или словосочетание, содержащее классему и основные элементарные смыслы (семы) фразеологизма». Идеограмма является метаязыковой единицей, передающей значение и синтаксические потенции ФЕ и поэтому «является необходимым элементом толкового или двуязычного словаря любого языка» [Черданцева 1977: 67]. Роль идеограммы трудно переоценить во время сопоставительных исследований, цель которых — выявление семантических сходств и различий. Ни одна семантическая проблема

113

фразеологии не может обойтись без использования данного понятия. В сопоставительных работах идеограмма является tertium comparationis между сравниваемыми фразеологизмами. Из десяти типов соответствий, которые были описаны в разделе 2.4, такие разряды межъязыковых фразеологизмов, как эквиваленты, синонимы, варианты, векторные, могут быть установлены только с помощью получения идентичных идеограмм. Например, французская ФЕ savoir sur le bout des doigts и испанская ФЕ saber una cosa al dedillo имеют одинаковую идеограмму «знать что-л. очень хорошо» (МФВ), it. essere un pesce fuori d’acqua (АСС «быть рыбой вне воды»), roum. a nu fi în apele lui (АСС «не быть в своей воде») тоже имеют одинаковую идеограмму «чувствовать себя неуютно», но являются синонимами.

Понятие идеограммы разработано на фразеологическом материале и применимо в основном к фразеологии. Оно вызвано тем, что фразеология как «наиболее самобытное, сложное и компликативное явление» нуждается, по мнению многих фразеологов, в переводе не только с одного языка на другой, но и внутри одного языка. Неоднократно подчеркивалось, что во фразеологии особенно ярко отражена национальная специфика языка. Поэтому она объединяет как ФЕ, бытующие во многих или нескольких языках благодаря универсальным свойствам человеческого мышления или по причине заимствования, так и идиоматические единицы, обладающие неповторимыми этнолингвистическими особенностями.

Как первые, так и вторые имеют денотативно-сигнификативный (фразеосемема) и коннотативный компоненты значения. Для обозначения денотативно-сигнификативного компонента значения и служит таксономический термин «идеограмма».

Фразеосемема является той основой, на которой строится речевое общение и достигается взаимопонимание между людьми, говорящими на одном и том же или на разных языках. Если процесс коммуникации совершается на разных языках, то понимание достигается с помощью переводчика. В деятельности переводчика, состоящей из двух этапов: восприятия и понимания речи на языке оригинала и порождении речи на языке перевода — идеограмма ФЕ входит в ту часть, которая является общей при понимании (анализе) и при порождении речи (синтезе), — латентный этап деятельности. Лишь после этого переводчик осуществляет поиск ФЕ на языке перевода, наиболее адекватной по сигнификативным, коннотативным и стилистическим параметрами ФЕ языка оригинала. Идеограмма при этом чаще всего остается имплицитной (при переводе фразеологизма фразеологизмом), либо эксплицитной. Например, имплицитная: Mamette fut aussitôt sur ses gardes «моя теща сразу же перешла

114

вбоевую готовность» [Bazin 1960: 48], эксплицитная: Par précaution du reste Mamette rompait les chiens «на всякий случай Мамуля перевела разговор на другую тему».

Таким образом, термин идеограмма имеет большое значение там, где необходима передача понятий с одного языка на другой (фразеография, перевод).

Кроме этого, роль идеограммы возрастает при семантическом описании фразеологии как одного языка, так и нескольких языков. Последнее особенно важно для сопоставительных исследований.

По мнению Ю. Н. Караулова, описание лексики одного языка должно начаться с установления единицы описания, в качестве которой он выдвигает «элементарное значение» [Караулов 1976: 314], утверждая, что оно (в отличие от слова или понятия) может служить основой для выполнения сопоставительно-типологических исследований благодаря таким его свойствам, как элементарность и универсальность [Караулов 1976: 313].

На наш взгляд, во фразеологической семантике элементарному значению в лексике соответствует идеограмма, что позволяет ее считать фразеологическим аналогом элементарного значения в лексике. Значение идеограммы сохраняет высшую степень обобщенности и поэтому оно элементарно. Что касается универсальности, то это свойство идеограммы подтверждается фактом универсальности самой фразеологии. Поскольку фразеология представляет собой одну из универсальных категорий языка, а идеограмма является неотъемлемым элементом фразеологизмов, то, следовательно, и ей присуще свойство универсальности.

Итак, в данной работе идеограмма принимается за основную единицу описания фразеосемантической системы двух и более языков сопоставительно-типологическим методом.

Фразеосемантическую систему можно представить в виде фразеологического пространства, ограниченного числом фразеологических значений, т. е. идеограмм, поскольку «число идеограмм равно числу фразеологических значений» [Черданцева 1982: 8]. Фразеологическое пространство, таким образом, предстает как дискретное пространство, поддающееся количественному описанию: достаточно подсчитать число идеограмм в языке, чтобы определить его границы и сравнить с границами фразеологического пространства другого языка. На первый взгляд данная процедура кажется простой, так как речь идет о чисто арифметическом приеме. Однако в действительности она едва ли является выполнимой

всилу динамики языка. Даже самая совершенная фразеография не способна отразить абсолютно все идеограммы языка, так как язык динамичен, а фразеография статична. Поэтому за фразеосемантическую систему

115

изучаемого языка можно лишь условно принять определенную совокупность идеограмм, организованную согласно структуре объективного мира и отражающую ее (структуру).

Идеограмма редко употребляется в тексте и это закономерно: будучи элементарной, она не является достаточной для передачи многообразных смысловых и стилистических оттенков текстовых значений ФЕ. В двуязычных фразеологических словарях бросается в глаза нечастое совпадение перевода ФЕ в контексте с ее идеограммой.

3.3.Фразеологические поля во фразеологии

3.3.1.Фразеосемантическое поле «Комфорт»

ФСП понимается как совокупность ФЕ, относящихся к одной понятийной сфере и характеризующихся определенными системными отношениями между собой, например, ФСП со значением умственной деятельности, физического здоровья, материальной обеспеченности и т. п.

Если какая-либо совокупность единиц называется семантическим полем, то предполагается, что она имеет определенную структурную организацию, а именно ядро, центр и периферию, находящихся и иерархических отношениях, т. е. в отношениях подчинения. Ядро, как правило, образует единицы с наиболее обобщенным понятийным содержанием. Центр включает единицы, имеющие конкретное значение. Периферию составляют единицы, способные входить и в другие семантические поля, т. е. многозначные ФЕ.

Поле, как правило, представляет собой большую величину, включающую в себя максимальное число единиц, стремящихся к пределу, но никогда его на достигающих, так как язык находится в постоянном развитии. Единицы, составляющие поле, образуют систему, которая на основе определенных семантических признаков распадается на некоторое число микросистем, или субполей. Например, ФСП «Комфорт» подразделяется на ФСП комфорта и дискомфорта, последние на ФСП материального комфорта, морального комфорта, материального дискомфорта, морального дискомфорта.

Согласно грамматическим классемам, ФЕ поля «комфорт/дискомфорт» группируются в следующие грамматические разряды:

1)быть в комфорте/дискомфорте;

2)каузировать комфорт/дискомфорт другого лица;

3)выходить из состояния дискомфорта;

4)выводить кого-л. из состояния дискомфорта;

5)находиться в состоянии «между комфортом и дискомфортом».

116

Фразеологизмы, в которых реализуются архисемы, составляют ядро поля. Они характеризуются высокой степенью обобщенности значения и выступают в качестве гиперонимов по отношению к ФЕ, составляющим центр поля. Так, ФСП «Комфорт» — ФЕ со значением «чувствовать себя хорошо, жить в достатке». Такими ФЕ во французском языке являются être à l’aise, aller bien, а в испанском estar bueno, в итальянском stare bene, в румынском a se simţi bine, a fi la largul său. Ядро ФСП «Дискомфорт» составляет ФЕ со значением «быть в затруднительном положении» — fr. être mal à l’aise, esp. No tenerlas todos consigo, it. Essere a mal partito, essere a mal passo, roum. A nu se simţi la largul său, a-i fi cuiva oarecum.

Структура центра поля находится в зависимости от числа и характера дифференциальных сем, выступающих на первый план во фразеологизмах. Такова, например, структура центра ФCП «Комфорт»:

1.0.Субполе материального благополучия.

1.1.Субъект испытывает материальное благополучие:

1.1.1.«устройство дел»;

1.1.2.«увеличение богатства»;

1.1.3.«иметь много денег»;

1.1.4.«владеть богатством»;

1.1.5.«хорошо зарабатывать».

1.2.Субъект каузирует материальное благополучие объекта:

1.2.1.«предоставление средств жизненно необходимых для объ-

екта»;

1.2.2.«иметь на иждивении».

2.0.Субполе морального благополучия.

2.1.Субъект испытывает моральное благополучие:

2.1.1.«улучшение эмоционального состояния»;

2.1.2.«хорошее настроение»;

2.1.3.«удовольствие, наслаждение»;

2.1.4.«радость»;

2.1.5.«моральное благополучие по причине воздействия объекта»;

2.1.6.«иметь власть, командовать»;

2.1.7.«иметь авторитет, признание»;

2.1.8.«одержать победу»;

2.1.9.«иметь свободу действий»;

2.1.10.«иметь успех»;

2.1.11.«жить в согласии»;

2.1.12.«пользоваться покровительством».

2.2.Субъект каузирует моральное благополучие объекта:

117

2.2.1.«субъект оказывает хороший прием объекту»;

2.2.2.«субъект выражает благодарность объекту»;

2.2.3.«субъект льстит объекту»;

2.2.4.«субъект выводит из морального неблагополучия»;

2.2.5.«субъект предоставляет свободу действий объекту». 3.0. Субполе морального и материального благополучия.

3.1. Субъект испытывает моральное и материальное благополучие:

3.1.1.«наслаждаться жизнью»;

3.1.2.«быть счастливым, везучим»;

3.1.3.«быть в благоприятном положении»;

3.1.4.«выйти из затруднительного положения».

3.2. Субъект каузирует моральное и материальное благополучие объ-

екта:

3.2.1.«устроить благополучие другого»;

3.2.2.«проложить дорогу»;

3.2.3.«поставить объект в особо выгодное положение»;

3.2.4.«способствовать объекту»;

3.2.5.«помогать объекту, жертвуя собой»;

3.2.6.«предоставить удобный случай»;

3.2.7.«вывести объект из затруднительного положения».

3.3.2. Семиотическая связка в макрополе

Континуум фразеологического поля имеет двойное измерение: он представляет собой совокупность вторичных десигнатов, обозначенных ФСП, и совокупность первичных десигнатов, имеющих форму ФТП. Таким образом, одно поле ФСП надстраивается над другим — ФТП, хотя оба поля имеют разные конфигурации. Создается модель субстратносуперстратных взаимоотношений, регулярный характер которых делает их стереотипными. Стереотипным является все то, что характеризуется устойчивостью, регулярностью, повторяемостью. Под фразеологическим стереотипом понимаются регулярные связи с взаимной импликацией между определенными ФТП и ФСП.

Отношения между субстратом и суперстратом представим в виде схемы, в которой квадрат EFGH есть субстрат, представляющий совокупность всех ФТП, а квадрат АBCD изображает суперстрат, включающий в себя суперполя IJKL, состоящий из двух полей ФСП «Вселенная» MIJP и ФСП «Человек» MPKL, и суперполя «Априорные категории», представленного на схеме в виде треугольников в рамках ABCD, но за пределами IJKL. Коды полей см. на рис. 2.

118

Рис. 2. Соотношение ФТП и ФСП (субстрата EFGH и суперстрата ABCD) во фразеологии

Координаты фразеотематических (ФТП) и фразеосемантических полей (ФСП) «Вселенная» и «Человек»:

Предположим, что квадрат ABCD есть ФСГ «Семья». В этом случае ФЕ enfant changé en nourrice, как по форме, благодаря фразеолексе enfant, так и по содержанию — «ребенок, непохожий на своих родителей», входит в ФТП и ФСП «Семья», идеографически код которых В3А1. Поэтому данные ФЕ занимают место в треугольнике DOL квадрата ABCD, а в другой ФЕ faire l’enfant «притворяться наивным» планы выражения и содержания не совпадают, располагаясь в идеографических полях В3 (Семья) и В2 (Внутренний мир человека) соответственно. ФЕ mettre le doigt entre l’arbre et l’écorce «вмешиваться в чужие семейные дела, становиться между мужем и женой», содержащая фразеолексы ФТР В1С «Названия частей тела» и А3В «Растительный мир. Деревья» занимает место в двух пространствах GOC и BOF также в рамках квадрата ABCD «Семья».

119

Мотивированные ФЕ тем и отличаются от немотивированных, что

вних смыслообразующая фразеолекса и как тематическая лексема, и как фразеосемема находятся в одной и той же клетке субстрата и суперстрата. Поэтому ФЕ faire l’enfant, несмотря на его структурную простоту, отстоит дальше от субстрата, чем enfant changé en nourrice. Сравнение функционирования лексемы в качестве фразеолексы и одновременно фразеосемемы представляют собой значительный интерес и в количественном, и в качественном отношении. Например, ФЛ mariage образует около 38 ФЕ преимущественно с одноименной семантикой, например, mariage de la carpe et du lapin «странный противоестественный союз» (не только о супругах), но как семема «супружество» она «живет»

вФСГ, насчитывающей около 90 ФЕ: marier la faim et la soif «поженить двух бедняков» (АСС «поженить нужду с голодом»), it. sposarci con l’aqua dell’insalata «повенчаться вокруг ракитового куста» (АСС «пожениться / окропить водой из-под салата»), fr. prendre la vache et le veau «жениться на беременной» (АСС «взять корову и теленка»), fr. faire de la poire de curé «выйти замуж за любовника, жениться на любовнице» (АCC делать/изображать грушу (принадлежащую/для) кюре»), la lune de miel «медовый месяц». Приведенные ФЕ относятся к одной и той же ФСГ «Брачные взаимоотношения», но их тематический «субстрат» расположен в разных ФТП — «Растительный мир», «Голод и жажда», «Животный мир», «Небо».

Фразеология как часть общеупотребительного языка произрастает из общественной жизни определенного этноса. Sui generis: она содержит

всебе характерные черты его менталитета. В этой сфере значимыми являются так называемые социальные стереотипы, т. е. суждения повторяемые, широко используемые в обществе. Преимущественной формой их функционирования являются словосочетания с большей или меньшей степенью устойчивости, метафоризированные или с расширительной семантикой, т. е. фразеологизмы.

Впрактике семантических исследований известен метод стереотипного анализа, который позволяет разграничить в языковом знаке компоненты, обусловленные социализацией данного знака.

Под стереотипом автор данного метода [Fradin 1984: 63–83] понимает совокупность свойств и характеристик, приписываемых объекту в силу влияния социокультурного фактора. Анализируя семный состав лексемы вода Фрадэн сему жидкая называет семантическим маркером, а другую сему утоляющая жажду — стереотипом, так как она присутствует в данном слове только благодаря устоявшемуся представлению человека об этом свойстве воды [Fradin 1984: 63]. К этим семам можно еще добавить семы, зарождающиеся во фразеологизмах, например, испанская фразео-

120