Метафора в аспектах языка, мышления и культуры. Монография

объект лингвистического исследования с точки зрения его формальной, содержательной и целостной органичности. А это значит, что естественный язык находит свое отражение и применение только в текстах, определяемых в качестве смысловой связи языковых знаков в определенной линейной последовательности (Weinrich, 1992). Фактор горизонтального (линейного) развертывания текста регулируется определенными стереотипами и порядком сцепления текстовых единиц и переплетений номинационных цепочек и сеток.

Этим можно объяснить тщательные лингвистические исследования взаимодействия линейных и объемнопространственных совокупностей номинативных единиц (Воробъева, 1993; 22), которые способствуют выявлению имманентного свойства текста, а именно, его аспектуальной целостности.

Определение аспектуальной целостности текста открыло ряд проблем, связанных с обнаружением ее языковых сигналов: грамматических, лексических и стилистических средств.

Грамматическимисредствами,реализующимикатегорию аспектуальной целостности, являются временные формы глагола, артикли, позиции членов предложения, виды придаточных предложений и виды связей между предложе-

ниями (Boost, 1949; 7-15; Bierwisch, 1965; 49-65; Heidolph, 1966; 274-281; Фридман, 1966; 23-32; Pfütze, 1967; 155-164; Brinkmann, 1971; 284; Isenberg, 1976; 49; Москальская, 1981б; 134-144; Фридман, 1984; 113).

К лексическим средствам реализации категории аспектуальной целостности относятся различные виды лексических повторов, слова-субституты, лексические синонимы, а также союзные наречия (Bellert, 1970; 345-357; Isenberg, 1976; 196, 199, 200).

191

Важное место в определении стилистических средств выражения аспектуальной целостности текста занимают исследования, в которых большое внимание уделяется анализу метафорических единиц в аспекте экспликации аспектуальной целостности текста (Арнольд, 1982; 102-106; Lang, 1977; 20-25; Lerchner, 1984; 20-24).

Категория аспектуальной целостности текста определяется не только наличием определенных грамматических, лексических, стилистических средств, но и обязательным смысловым единством, заключающимся в том, что тема составляет смысловое ядро в виде обобщенного концентрата всего содержания текста и может быть определена в иерархии таких понятий как “макротема” и “микротема”

(Аgricola, 1976; 15; Москальская, 1981б; 17), «макрострук-

тура» и «микроструктура» (ван Дейк, 1989, 78)

В лингвистической теории текста, наряду с аспектуальной целостностью, определяются и другие текстовые категории - завершенность, относительная самостоятель-

ность, связность (Viehweger, 1976, 199; Helbig, 1980; 256265), намерение, адекватность восприятия, информативность,ситуативнаяобусловленность,внутритекстоваясвязь

(de Beaugrande, Dressler, 1981; 3-13; Сущинский, 1991), ре-

троспекция, проспекция, партитурность (Бекбалаев, 1990; 95), реккуренция семантических признаков, единая тема-

тическая принадлежность (Grosse, 1974; Agricola, 1976, Motsch, 1996), общественная легитимность, единство сочетаемостных возможностей, грамматичность (Funktionalkommunikative Sprachbetrachtung, 1981; 20), которые мож-

но принципиально классифицировать как семантические и структурные.

Принцип диалога, предложенный Х.Вайнрихом, базируется на критерии коммуникативной значимости (Москальская, 1981б; 16-17). Он определяется как грамматикосмысловая модель лингвистического описания в виде ком-

192

муникативной диады “говорящий/пишущий — слушаю-

щий/читающий” (Weinrich, 1993; Ehlich, 1984; 131; Motsch, 1996,22). Наряду с критерием смыслового единства он играет огромную роль при разработке проблем, связанных с текстом и указывает на то, что каждый коммуникативный акт представляет собой совокупность процессов продукции

ирепродукции. Важнейшим условием является ориентация адресанта на адресата в качестве активного участника коммуникативного процесса. С ними солидарен в этом вопросе

иГрайс, утверждающий, что текст существует в качестве средства посредничества между адресантом и адресатом

(Grice, 1968).

Вслед за авторами известной коллективной моногра-

фии (Funktional-kommunikative Sprachbetrachtung, 1981; 20)

Х.Вайнрих признает, что оба участника коммуникации социально зависимы, однако каждый из них имеет свое субъективное восприятие, обусловленное определенным социальным и жизненным опытом.

Важную роль при этом играют и контекстуальные условия. К ним относятся особенности использования слова в качестве средства отражения действительности или в качестве средства воздействия на действительность, способы получения передаваемой информации и способы воспроизведения ее безотносительно к источнику, а также статичный или динамичный характер отражаемой действительности (Золотова, 1995; 99-109; Онипенко, 1995; 91). Контекстуальные условия образуют фон, на котором разворачиваются разные коммуникативные ситуации.

Спринципом диалога тесно связан принцип инструкции. Он заключается в выражении прагматической направленности языкового взаимодействия. Все значения слов представляют собой инструкции к действию при образовании текста и функционировании языковых единиц в нем

(Weinrich, 1993).

193

Принцип инструкции раскрывает опредмеченную в текстах способность строить речевую цепочку и указывает на способность адресанта организовать речевое общение. Адресант привлекает собеседника, разбирается в нем

иего внутренних качествах, обращает внимание адресата на себя, на целях и мотивах своего сообщения, заинтересовывает его в совместной посткоммуникативной деятельности, мотивируя тем самым ее. Адресату задаётся некоторая совокупность правил смыслового восприятия текста, обеспечивающих понимание его содержания и адекватную реакцию, свидетельствующую об определенном уровне владения языком, на котором продуцируется и репродуцируется текст.

Особую важность приобретает понятие “владение языком”. Оно разлагается на три составных умения: 1) “уметь выражать заданный смысл разными способами, 2) уметь извлекать из сказанного на данном языке смысл, 3) уметь отличать правильные в языковом отношении высказывания от неправильных” (Апресян, 1980; 2). Их совокупность означает способность к перефразированию, употреблению синонимичных и омонимичных конструкций, отличию ложного высказывания от истинного.

Большинство лингвистов согласны с тем, что всякий тип текста характеризуется прагматической направленностью, в которой ведущее место принадлежит прагматиче-

скому компоненту (Rosengren, 1996; Kotschi, 1996, 248),

составляющими параметрами которого являются фактор адресата, фактор адресанта и фактор ситуации общения.

Фактор адресанта складывается из коммуникативной интенции говорящего, его социальных, психологических

иидеологических установок. Фактор адресата составляют социально-психологические параметры адресата, его коммуникативные и прагматические пресуппозиции. Фактор ситуации общения предполагает определенное количество

194

коммуникантов, определяющее публичность или непубличность типа текста. Степень согласованности взаимодействия колммуникантов между собой находится в тесной связи с функциональным стилем текста. Не менее важным обстоятельством в этой связи выступает форма презентации текста в его письменном или устном выражении.

Принцип языковой культуры указывает на непосредственную связь или лучше сказать, на принадлежность текста к культуре той страны, на языке которой он написан и создает возможности для изучения межкультурного своеобразия текстов разных этносов. При этом культура “внутренняя”, направленная от индивидума к тем или иным целям образует с культурой внешней, направленной от неких общих целей к индивиду (Сепир, 1993; 475) некую органичную совокупность, вписанную в единую ткань текста. Всякое индивидуальное “я” проявляет себя в конкретном тексте, что в глобальных масштабах равносильно акту приобщения к миру в стремлении разобраться в нем. Поэтому не вызывает сомнений постулат о том, что культура той или иной страны, того или иного этноса представлена в виде многообразия текстов и в разнообразии жанров, возникших как много веков назад, так и в современный период развития общечеловеческой культуры.

Принципнаглядностисвязываетсяскоммуникативноантропологическойконфигурациейдиалогическоговзаимодействия партнеров по коммуникации и является наименее всего изученным до сих пор в плане текстовой ориентации. Он сопровождает эмоциональный тип мышления и находит свое отражение в употреблении разных выразительных языковых средств, одним из которых является метафора.

Представители третьей точки зрения считают, что всякий текст представляет собой самостоятельную величину, имеющую специфические принципы организации, элементарными единицами которой являются предложения

195

(Linke, Nussbaumer, Portmann, 1994, 224). Текст с такой по-

зиции рассматривается как некое структурное, тематическое и концептуальное целое взаимосвязанных языковых единиц, с помощью которых адресант производит определенное речевое действие с определенным коммуникативным эффектом. Важное значение придается взаимосвязи когезии, когерентности и активной позиции адресанта к тексту.

Когезия понимается вслед за Бограндом и Дресслером. Когерентность вскрывает отношения на уровне глубинной структуры и находит свое выражение в виде изотопных цепочек, пресуппозиций, фреймов и сценариев, тема-рематического развертывания и сплетения ассоциа-

тивных цепочек (Linke, Nussbaumer, Portmann, 1994, 226).

Авторы считают, что особую роль выполняют такие факторы, как активность взаимодействия коммуникантов, их личностный тезаурус и общий социокультурный фон.

На основании выше изложенного, объектом функционирования метафорических единиц будем считать текст в письменной форме его реализации. Он характеризуется определенной номинативной и коммуникативной значимостью, прагматической направленностью, некоторой долей наглядности, экспрессивностью, образностью, имеет эстетическую и культурную значимость.

статус метафоры-текста в лИнгвИстИческой теорИИ

Выявление и описание метафоры-текста имеет под собой достаточное обоснование, обусловленное изоморфизмом языковых единиц. Предлагая признать в качестве следующего члена вторичной косвенной номинации метафору-текст, вполне логично определить данную вели-

196

чину в терминах теории метафоры и в терминах лингвистики текста.

Для этого рассмотрим басню М.Лютера “Лягушка и мышь”. M.Luther. Untreue. Vom Frosch und der Maus:

Eine Maus wäre gern über ein Wasser gekommen und konnte nicht und bat einen Frosch um Rat und Hilfe. Der Frosch war ein Schalk und sprach zur Maus: Binde deine Fuβ an meinen Fuβ, so will ich schwimmen und dich hinüberziehen. Da sie aber aufs Wasser kamen, tauchte der Frosch hinunter und wollte die Maus ertränken. Indem aber die Maus sich wehrte und mühte, flog eine Weihe daher und erhaschte die Maus, zog den Frosch auch mit heraus und frass sie beide.

Каковы же маркеры метафоричности у этого текста? Исходными метафорами являются именные метафоры die Maus, der Frosch, соотносящие формативы слов с двумя денотатами из разных семантических сфер - мир животных, с одной стороны, мир человека, с другой. Повествование разворачивается благодаря проявлению синтаксической и семантической валентности упомянутых выше именных метафор. Их развертывание происходит на синтактико-семантическом уровне, в результате чего образуются метафоры-предложения (МП), соединенные между собой посредством последовательного контактного сцепле-

ния по схеме:

МП1__________МП2________МП3__________

МП4_________МП5

Каждое метафорическое предложение характеризуетсясвоимособымметафорическимсмыслом,асовокупность пяти метафорических смыслов порождает метафорический смысл всего текста басни. Все пять метафор-предложений разноструктурны, но соотносимы с одним тематическим рядом “животные на воде”: die Maus - der Frosch - der Fuss

197

- schwimmen - hinüberziehen - das Wasser - hinuntertauchen - ertränken - herausziehen, образуя единое семантическое пространство.

Если предположить, что весь текст как единое целое представляет собой сложный форматив в виде определенной линейной последовательности языковых знаков, то вполне обоснованно можно говорить о том, что этот форматив перенесен с одной денотативной ситуации (причем ситуации более многомерной, чем денотативная ситуация, лежащая в основе форматива предложения) на другую.

В качестве фиктивной денотативной ситуации в данном случае выступает ситуация встречи мышки с жабой на берегу речки, их неудачная попытка переправиться через реку, когда мышка не смогла быть потоплена жабой, а, в результате, обе были съедены лунью.

Реальная денотативная ситуация данной метафоры предстает в следующем виде — отношение между слабым и наивным человеком, с одной стороны, и более хитрым человеком, с другой стороны.

Соотношение двух семантически разноплановых денотативных ситуаций вскрывает существующая в античных и древних баснях мораль, выраженная в данном тексте эксплицитно:

Lehre: Sieh dich vor, mit wem du handelst. Die Welt ist falsch und der Untreue voll. Denn welcher Freund den anderen vermag, der steckt ihn in den Sack. Doch schlägt Untreue allzeit ihren eigenen Herrn, wie dem Frosch hier geschieht.

Сложный языковой знак переносится с фиктивного сложного денотата на реальный сложный. В поведении персонажей в этой ситуации проявляются координативные ассоциативные связи.

Таким образом, конститутивными признаками метафоры, выраженной текстом басни, являются следующие: 1) принцип переноса форматива с одного денотата на дру-

198

гой, 2) наличие ассоциативных иллокутивных и координативных связей, 3) наличие ассоциативного сходства между сравниваемыми сложными денотатами, 4) имплицитно выраженная константа сравнения, 5) ярко выраженная асимметрия плана выражения и плана содержания.

Каковы же маркеры рассматриваемой величины как объекта лингвистики текста?

Анализ и обобщение теоретического материала по исследованию текста позволяет сделать вывод, что всякий текст должен удовлетворять принципам: 1) когезивен, 2) когезии, 3) интенциональности, 4) адекватности восприятия, 5) информативности, 6) ситуативной обусловленности, 7) интертекстуальности, 8) соотнесенности с общим культурным фоном общества.

Постараемся определеить, насколько метафоратекст отвечает названным принципам. Когезия и когерентность составляют две неотъемлемые части аспектуальной целостности текста. Аспектуальная целостность анализируемого текста басни находит свое выражение в грамматических, лексических и стилистических средствах. К грамматическим средствам реализации аспектуальной целостности относятся: а) употребление прошедшей формы глаголов в тексте повествования lief, hatte, sah, wähnte, wäre, schnappte, tat auf, entfiel, führte weg, verlor, б) употре-

бление неопределенного артикля eine, einen в начале текста и употребление соответствующих определенных артиклей der, die на протяжении всего текста, в) прямой порядок слов в повествовательных предложениях, обратный — в придаточном преодложении образа действия, г) характер синтаксической связи внутри предложений: большинство предложений содержат однородные сказуемые.

Лексическими показателями аспектуальной целостности метафоры-текста являются: а) пятикратное повторение слова die Maus и четырехкратное повторение слова

199

der Frosch, б) слова-субституты, роль которых выполняют личные местоимения ich, dich, sie, в) союзное наречие da, г) повторная номинация по отношению к словам ein Schalk

иder Frosch.

Кстилистическим средствам экспликации аспектуальной целостности относятся именные метафоры die Maus, der Frosch. Они проявляют присущее им свойство метафорической валентности и осуществляют семантическое, контактное, последовательное сцепление на синтагматической оси. Единство коммуникативной перспективы происходит за счёт последовательной тема-рематической прогрессии: исходному данному соотвествует новое, которое становится данным для следующей цепочки темарематических отношений:

T1 - R1 (eine Maus - ein Wasser)

T2 - R2 (das Wasser - ein Frosch)

T3 - R3 (der Frosch - schwimen)

T4 - R4 (schwimmen - eine Weihe)

T5 - R5 (die Weihe - fressen)

Принцип диалога позволяет представить метафорутекст в качестве коммуникативной диады “адресант/адресат”. Индикатором принципа диалога, тесно соприкасающегося с принципом инструкции, является мораль, ориентированная, прежде всего, на адресата, направляя его на адекватное понимание метафоричности смысла всего текста на фоне определенного социального и жизненного опыта. Поучительная тональность общения в морали свидетельствует об определенной прагматической ориентированности басни и связана теснейшим образом с принципом инструкции, помогая адресату извлечь из сказанного смысл, отличить метафорический смысл от неметафорического смысла.

Фактор адресанта составляют морально-этические воззрения Мартина Лютера. Фактор ситуации опреде-

200