Ответственность в гражданском судопроизводстве. Актуальные вопросы теории и процессуальной политики. Монография

2.3. Объективная сторона правонарушения

обязанностей (в форме действия или бездействия). Однако все ли составы нарушений, предусмотренных процессуальным законодательством, призваны обеспечить соблюдение именно гражданских процессуальных обязанностей? При анализе существующих составов следует дать отрицательный ответ.

По имеющемуся в науке гражданского процессуального права мнению, гражданское процессуальное правоотношение представляет собой урегулированное нормами гражданского процессуального права общественное отношение, возникающее в производстве по конкретному (определенному) гражданскому делу между судом и участниками гражданского процесса1. В свою очередь, гражданские процессуальные отношения охватывают своим содержанием только одно строго определенное соотношение правомочий и обязанностей между судом и одним из участников процесса2. Далеко не все составы нарушений, содержащиеся в ГПК РФ и АПК РФ, представляют собой нарушение гражданской процессуальной обязанности, реализуемой в рамках правоотношения со строго определенным субъектным составом «суд — участник процесса». Например, ст. 140 ГПК РФ предусматривает такой состав, как нарушение судебного запрещения другим лицам (нежели ответчик) совершать определенные действия, касающиеся предмета спора, в том числе передавать имущество ответчику или выполнять по отношению к нему иные обязательства. Данное запрещение может быть установлено и в отношении лица, которое вообще не является участником соответствующего процесса. Например, в том случае, если спор касается права собственности на недвижимое имущество, суд по ходатайству истца может запретить подрядной организации, с которой у ответчика заключен договор подряда на капитальный ремонт спорного имущества, приступать к исполнению договора до тех пор, пока гражданское дело не будет разрешено по существу. Очевидно, что предусмотренная определением суда обязанность подрядной организации воздержаться от совершения действий по исполнению договора не имеет процессуального характера в силу «ненадлежащего» субъектного состава,

1См.: Гражданское процессуальное право: учебник / под ред. М.С. Шакарян. М., 2004. С. 68.

2См.: Чечина Н.А. Избранные труды по гражданскому процессу. С. 19.

67

Глава 2. Основание и условия ответственности в гражданском судопроизводстве

ибо подрядная организация не является участником соответствующего гражданского процесса.

Аналогично, в соответствии со ст. 159 ГПК РФ судебный штраф за нарушение порядка в судебном заседании может быть наложен как на участников процесса, так и на лиц, не имеющих гражданского процессуального статуса, но присутствующих в судебном заседании (например, родственники участвующих в деле граждан или иные зрители в зале судебного заседания)1. В рассматриваемом случае обязанность соблюдать порядок в судебном заседании всеми присутствующими лицами носит не гражданский процессуальный характер (с точки зрения традиционного понимания гражданской процессуальной обязанности), а скорее сродни обязанности соблюдать порядок в помещениях органов государственной власти, а также подчиняться законным распоряжениям уполномоченных должностных лиц государства (в том числе судей). Следовательно, существующее в юридической литературе понимание объективной стороны исключительно как деяния, направленного на нарушение гражданской процессуальной обязанности, является неверным. В сферу производства по гражданскому делу вовлекается большое количество субъектов, многие из которых не связаны с судом отношениями, квалифицируемыми с точки зрения господствующей теории как гражданские процессуальные2. Указанные лица (вспомним пример с подрядной организацией), также как и лица, участвующие в деле, своим пове-

1Иного мнения придерживается О.В. Николайченко, которая считает, что действующая редакция ст. 159 ГПК РФ не позволяет привлечь к ответственности за нарушение порядка в судебном заседании истца и ответчика. См.: Николайченко О.В. Последствия несоблюдения гражданских процессуальных норм: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2007. С. 19. Считаем, что такая позиция основана на неправильном толковании соответствующей нормы процессуального законодательства.

2Традиционный перечень субъектов гражданских процессуальных отношений на современном этапе развития правовой системы не кажется уже столь исчерпывающим и неизменным. Один из примеров — постановление Конституционного Суда РФ от 20 февраля 2006 г. № 1-П «По делу о проверке конституционности положения статьи 336 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан К.А. Инешина, Н.С. Никонова и ОАО „Нижнекамскнефтехим“», благодаря которому «родился» новый участник гражданского процесса — лицо, не участвующие в деле, о чьих правах и обязанностях был принят судебный акт.

68

2.3. Объективная сторона правонарушения

дением могут оказать фактическое (но не юридическое) влияние на ход процесса. Недаром закон наделил суд организационными полномочиями не только в отношении участников процесса, но и вообще всех лиц, присутствующих в зале судебного заседания либо связанных с рассмотрением гражданского дела. Механизм юридической ответственности, предусмотренный нормами процессуального закона, с успехом может быть применен судом и в отношении лиц, формально не связанных с судом гражданскими процессуальными отношениями. Действительно, какие могут быть различия в механизме применения санкций за нарушение законных распоряжений судьи (направленных, например, на восстановление порядка в зале судебного заседания) в отношении участников процесса или иных лиц!

По нашему мнению, механизм ответственности в данном случае должен быть един (хотя возможны и незначительные различия, не влияющие, однако, на правовую природу соответствующих мер принуждения). Все лица, вовлеченные «в орбиту» гражданского судопроизводства и на которых, как следствие, распространяется в соответствии с законом распорядительная власть суда, обязаны подчиняться соответствующим судебным актам (в широком смысле слова). Подчиняться предписаниям суда, относиться с должным уважением к публичной судебной власти и лицу, наделенному такой властью для достижения общественно значимых целей, есть обязанность каждого, независимо от того, каким образом правовая доктрина квалифицирует складывающиеся между судом и указанным лицом правоотношения. В чем заключается смысл вывода за пределы процессуального механизма юридической ответственности огромного массива правонарушений, определенных в предыдущем параграфе как неуважение к суду, на том лишь основании, что их субъектами являются лица, не связанные с судом «гражданскими процессуальными отношениями»?

По нашему мнению, правовая теория не должна создавать искусственных, надуманных трудностей для реализации ее разработок на практике. Выше уже приводились положения КоАП РФ, предусматривающие применение специального механизма административной ответственности за нарушение распоряжений суда в гражданском судопроизводстве. Рядом авторитетных ученых-процессуалистов целесообразность реализации специальной процедуры привлечения к административной ответственности (с проведением всех предусмотренных КоАП РФ процедур, начиная с возбуждения дела об

69

Глава 2. Основание и условия ответственности в гражданском судопроизводстве

административном правонарушении, проведении отдельного судебного заседания и заканчивая исполнением постановления по делу и специальным порядком его обжалования) за правонарушения в гражданской процессуальной сфере обосновывается лишь тем, что обязанность, например, соблюдать порядок в судебном заседании не является исключительно гражданской процессуальной и, следовательно, соответствующие правонарушения являются административно-правовыми1! Представляется очевидной практическая эффективность привлечения правонарушителя к ответственности за «неуважение к суду» в рамках того же судебного разбирательства (не обязательного того же судебного заседания), в котором было совершено соответствующее правонарушение, тем же составом суда, в отношении которого было совершено неуважение к суду и которому правонарушение воспрепятствовало или могло воспрепятствовать реализовать задачи правосудия. Как отмечалось выше, процессуальное полномочие по наложению санкций должно принадлежать как правовой инструмент именно тому суду, на который государством возложено право и обязанность осуществлять руководство процессом для достижения его конечных целей. В связи с этим противоречивой и необоснованной является позиция А.Г. Новикова, который, с одной стороны, полагает, что «меры процессуальной ответственности преследуют цель… принуждения правонарушителя к выполнению процессуальных предписаний в этом же процессе», а с другой — предлагает рассматривать дела о привлечении к процессуальной ответственности в отдельном производстве другим судьей на основании норм КоАП РФ, поскольку судья «психологически склонен наказать лицо, не выполнившее судейские указания»2. Та-

1См.: Гражданский процесс: учебник / под ред. М.К. Треушникова. С. 206 (автор раздела — В.В. Молчанов).

2См.: Новиков А.Г. Гражданская процессуальная ответственность: автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 12–20. Согласимся с Г.Л. Осокиной, которая, полемизируя с А.Г. Новиковым, не считает возможным противопоставлять авторитет судебной власти и интересы судопроизводства в конкретном гражданском деле и выдвигает обоснованный тезис о том, что авторитет судебной власти не может существовать и поддерживаться независмо от осуществления гражданского судопроизводства по конкретному делу. См.: Осокина Г.Л. Некоторые аспекты правоприменения и толкования статьи 159 ГПК РФ // Гражданский процесс: наука и преподавание / под ред. М.К. Треушникова, Е.А. Борисовой. М., 2005. С. 359.

70

2.3. Объективная сторона правонарушения

ким образом, мы не считаем правильным определение объективной стороны процессуального нарушения через категории «нарушение гражданской процессуальной обязанности»1 и «субъект гражданских процессуальных отношений». Хотя следует признать, что большинство (но далеко не все) правонарушений, определенных как неуважение к суду, действительно представляют собой нарушение гражданской процессуальной обязанности. В итоге понятие «неуважение к суду» представляется нам более широким и богатым по юридическому содержанию понятием, нежели «нарушение (неисполнение) гражданской процессуальной обязанности субъектом гражданского процессуального отношения». Под гражданским процессуальным нарушением, по нашему мнению, следует понимать исключительно «неуважение к суду».

В связи с анализом гражданского процессуального нарушения возникает вопрос: представляет ли собой любое неисполнение гражданской процессуальной обязанности состав гражданского процессуального нарушения? В соответствии с ч. 2 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, установленные ГПК РФ и иными федеральными законами, а при неисполнении процессуальных обязанностей наступают последствия, предусмотренные законодательством о гражданском судопроизводстве. Приведенная формулировка не оставляет никаких сомнений — любое неисполнение процессуальных обязанностей должно влечь последствия (очевидно, негативные) для правонарушителя. Однако гражданское процессуальное законодательство содержит целый ряд норм, устанавливающих процессуальные обязанности (как лиц, участвующих в деле, так и других участников процесса), исполнение которых не обеспечено закреплением в законе соответствующих мер юридической ответственности. Безусловно, последствием несоблюдения некоторых из них являются негативные для правонарушителя меры, которые вряд ли могут быть обозначены как меры ответственности. Например, в соответствии с ч. 1 ст. 68 ГПК РФ в случае, если сторона,

1Большинство исследователей проблемы ответственности в гражданском судопроизводстве, в том числе А.Г. Новиков и Н.В. Кузнецов, придерживаются диаметрально противоположного мнения. См.: Новиков А.Г. Гражданская процессуальная ответственность: автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 8; Гражданский процесс России: учебник / под ред. М.А. Викут. С. 116–117 (автор раздела —

Н.В. Кузнецов).

71

Глава 2. Основание и условия ответственности в гражданском судопроизводстве

обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет и суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны. Однако исполнение многих процессуальных обязанностей вообще не подкреплено юридическими санкциями. Например, ч. 2 ст. 115 ГПК РФ предусмотрена обязанность лица, которому судья поручил доставить судебную повестку или иное судебное извещение, возвратить в суд корешок судебной повестки или копию иного судебного извещения с распиской адресата в их получении. В соответствии с ч. 2 ст. 188 ГПК РФ лицо, вызванное в качестве специалиста, обязано отвечать на поставленные судом вопросы, а также давать в устной или письменной форме консультации и пояснения, при необходимости оказывать суду техническую помощь, однако никаких неблагоприятных последствий в случае нарушения данной обязанности законодательством не установлено.

Достаточно трудно понять позицию законодателя, который оставил целый ряд процессуальных обязанностей без обеспечивающих их исполнение санкций. «Выборочный» подход к правонарушениям последовательно проводится и в ГПК РФ, и в АПК РФ. Так, ч. 1 ст. 105 ГПК РФ и ч. 1 ст. 119 АПК РФ предусматривают, что судебные штрафы налагаются судом только в случаях, предусмотренных процессуальным законодательством. Различия в конструировании юридических составов между ГПК РФ и АПК РФ, однако, заключаются в следующем. В ГПК РФ указание на противоправность и наказуемость соответствующего деяния законодателем осуществляется посредством установления определенного размера судебного штрафа

втой же норме, в которой установлена соответствующая обязанность (например, ч. 2 ст. 140 ГПК РФ). В АПК РФ законодатель указывает на противоправность неисполнения соответствующей процессуальной обязанности посредством включения в норму, содержащую соответствующую процессуальную обязанность ссылки на общие положения о судебных штрафах, содержащиеся в гл. 11 АПК РФ (например, ч. 5 ст. 154 АПК РФ). По нашему мнению, противоправность

вгражданском процессуальном праве неразрывно связана с наказуемостью. Какое значение имеет то обстоятельство, что определенное деяние является противоправным, если оно не наказуемо, т.е. его совершение не влечет для правонарушителя никаких неблагоприятных последствий, установленных законом?! Совершенно справедлива позиция Н.А. Чечиной о том, что санкция — необходимый элемент лю-

72

2.3. Объективная сторона правонарушения

бой гражданской процессуальной нормы1. Без санкции норма гражданского процессуального законодательства останется «беззащитной», а противоправность деяния по неисполнению процессуальной обязанности не имеет никакого юридического значения.

В соответствии со ст. 99 ГПК РФ со стороны, систематически противодействовавшей правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела (в том числе посредством неисполнения своих процессуальных обязанностей), суд может взыскать в пользу другой стороны компенсацию за фактическую потерю времени. Похожая норма содержится в ч. 2 ст. 111 АПК РФ, которая предусматривает, что арбитражный суд вправе отнести все судебные расходы по делу на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами или не выполняющее своих процессуальных обязанностей, если это привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрения дела и принятию законного и обоснованного судебного акта.

Представим себе следующую ситуацию. Ответчик в гражданском деле несколько раз нарушил наложенные определением суда меры по обеспечению иска, кроме того, несмотря на поручение суда, не вернул в суд корешок судебной повестки по извещению о судебном заседании третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований. В соответствии с законодательством нарушение процессуальной обязанности по соблюдению мер по обеспечению иска влечет применение мер ответственности в виде судебного штрафа, нарушение обязанности по возврату корешка судебной повестки не влечет применения мер ответственности2. Согласно ст. 111 АПК РФ неисполнение данной процессуальной обязанности влечет ответственность в виде возложения на правонарушителя судебных расходов в том случае, если неисполнение соответствующей обязанности привело к негативным процессуальным последствиям, а именно к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрения дела и принятию законного и обоснованного судебного акта. Однако по смыслу ст. 111 АПК РФ применение негативных последствий в виде возложения судебных расходов совсем не исклю-

1См.: Чечина Н.А. Избранные труды по гражданскому процессу. С. 604.

2Законом могла бы быть установлена мера ответственности в виде, например, судебного штрафа за указанное деяние.

73

Глава 2. Основание и условия ответственности в гражданском судопроизводстве

чает одновременное наложение судебного штрафа в том случае, если он предусмотрен процессуальным законодательством за неисполнение соответствующей обязанности (в том числе по соблюдению обеспечительных мер). Таким образом, и в ГПК РФ, и в АПК РФ ряд процессуальных нарушений «перекрываются» различными составами, установленными законодательством. В ряде случаев действует «общий» состав правонарушения по неисполнению процессуальных обязанностей (ст. 99 ГПК РФ и ст. 111 АПК РФ) и одновременно «специальный состав» (например, ч. 5 ст. 154 АПК РФ). Кроме того, не совсем ясно, неисполнение каких конкретно процессуальных обязанностей подпадает под состав правонарушения, предусмотренного ст. 99 ГПК РФ и ст. 111 АПК РФ, — всех обязанностей или только тех, неисполнение которых признается противоправным и наказуемым в соответствии со специальными нормами процессуального законодательства. По нашему мнению, указанные особенности правового регулирования составов гражданских процессуальных нарушений не имеют теоретического и практического обоснования и скорее вызваны недостатками юридической техники при подготовке текстов правовых актов.

При рассмотрении объективной стороны как элемента состава гражданского процессуального нарушения нельзя забывать о следующем. Гражданскую процессуальную обязанность, нарушение которой представляет собой неуважение к суду, необходимо отличать от установленного законом порядка реализации участниками процесса предоставленных им прав, который может устанавливаться также и актами суда, вынесенными в соответствии с законом. Несмотря на неразрывную связь гражданских процессуальных прав и обязанностей как важнейших составных частей правового статуса субъекта гражданских процессуальных отношений, эти два понятия далеко не идентичны. Например, ст. 125 АПК РФ установлены требования к форме и содержанию подаваемого в суд искового заявления. Но можно ли говорить о том, что данная норма устанавливает процессуальную обязанность лица, обращающегося за судебной защитой, составить исковое заявление в форме, установленной законом? По нашему мнению, в данном случае речь идет не о процессуальной обязанности, а об установленной форме реализации права на судебную защиту. Несоблюдение указанной формы влечет за собой невозможность реализовать процессуальное право, в том числе в связи с нарушением судебного акта, устанавливающего соответствующую форму

74

2.3.Объективная сторона правонарушения

ипорядок реализации права (например, неисполнение изложенных в определении суда об оставлении искового заявления без движения, требований о приведении его в соответствие с законом, влечет возвращение искового заявления). Именно поэтому считаем необоснованным отнесение к гражданским процессуальным нарушениям совершение такого рода деяний, как это делает А.Г. Столяров1. Кроме того, непонятно, какую опасность для осуществления правосудия представляют собой рассматриваемые действия. При подаче искового заявления или судебного ходатайства в ненадлежащей форме или в нарушение установленного порядка неблагоприятные последствия возникают только лишь для самого лица, совершающего определенное действие, которому суд отказывает в совершении процессуального действия. Иначе нам придется признать существование «преступлений против самого себя».

Анализ объективной стороны процессуального правонарушения как элемента состава был бы неполным без исследования вопроса об опасности соответствующего правонарушения, а точнее, опасности и вредоносности последствий совершения процессуальных нарушений. Тем более ряд исследователей предлагают считать степень опасности процессуальных нарушений их конститутивным признаком2. Опасность любого правонарушения очевидна, и правонарушения, предусмотренные нормами гражданского процессуального законодательства, не являются исключением. Не согласимся, однако, с теми исследователями (И.В. Погодина, З.В. Попова, Н.Н. Тумащик), которые рассматривают низкую степень опасности (так называемую общественную вредоносность) основным признаком процессуальных нарушений. Напротив, гражданские процессуальные нарушения характеризуются чрезвычайно высокой степенью опасности для нормального развития общественных отношений. Недаром целый ряд деяний, представляющих собой «неуважение к суду», квалифицируются как уголовные преступления. Правосудие представляет собой правовую и социальную ценность высшего порядка! Конститу-

1См.: Столяров А.Г. Судебные расходы как элемент гражданской процессуальной ответственности: дис. … канд. юрид. наук. С. 156.

2См.: Погодина И.В., Попова З.В. О понятии и составе процессуального правонарушения как основания применения процессуальной санкции // Правоведение. 2007. № 4. С. 119; Тумащик Н.Н. Процессуальная ответственность в судопроизводстве по гражданским делам: автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 4–5.

75

Глава 2. Основание и условия ответственности в гражданском судопроизводстве

ционный Суд РФ не раз подчеркивал, что правосудие обеспечивает реализацию прав и свобод человека и гражданина, которые, в свою очередь, являются высшей ценностью в соответствии с Конституцией РФ. Правосудие неразрывно связано с конституционным правом на судебную защиту, которое относится к основным неотчуждаемым правам и свободам и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, в силу ст. 56 (ч. 3) Конституции РФ оно не может быть ограничено ни при каких обстоятельствах. Право на судебную защиту предполагает гарантии эффективного восстановления в правах посредством правосудия1. Правосудие относится к важнейшим областям государственной деятельности. Оно призвано защищать права и законные интересы не только отдельных субъектов права, но и всю существующую в стране систему общественных отношений. Суд занимает весьма важное место в механизме государства2. Общепризнано, что деятельность государственных судов является высшей (основной, ведущей) формой защиты гражданских прав3.

В социальном плане правосудие представляет собой важный организующий и стабилизирующий фактор общественного развития, оказывающий позитивное влияние на правосознание и правовое воспитание граждан. Успешное решение задач, стоящих перед судебной системой, во многом зависит от поддержки ее гражданским обществом. Именно правосудие решает многие правовые проблемы взаимоотношений личности, общества, государства, адекватных современным социально-экономическим, политическими и духовным реалиям, в связи с чем его общественная значимость постоянно возрастает4. Идея эффективного и справедливого правосудия как основного инструмента защиты прав и законных интересов всех субъектов общественных отношений на современном этапе развития россий-

1См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 20 февраля 2006 г. № 1-П «По делу о проверке конституционности положения статьи 336 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан К.А. Инешина, Н.С. Никонова и ОАО „Нижнекамскнефтехим“».

2См.: Боннер А.Т. Избранные труды по гражданскому процессу. СПб., 2005. С. 17.

3См.: Вершинин А.П. Выбор способа защиты гражданских прав. СПб., 2000. С. 81; Баталова Л.А., Вершинин А.П. Способы защиты прав налогоплательщиков в арбитражном суде. СПб., 1997. С. 22.

4См.: Телегина В.А. Правосудие как социально-правовая ценность: вопросы теории: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2006.

76