Ответственность в гражданском судопроизводстве. Актуальные вопросы теории и процессуальной политики. Монография

2.5. Субъект правонарушения

го нарушения (неуважения к суду) являются отношения, возникающие при осуществлении руководящей процессуальной деятельности суда, направленной на реализацию задач гражданского судопроизводства. Очевидно, что субъектом соответствующего правонарушения может быть любое лицо, к которому распорядительные акты суда могут быть обращены и для которого они являются обязательными в соответствии с законом1. Например, согласно ст. 119 АПК РФ судебные штрафы могут быть наложены арбитражным судом на граждан, должностных лиц государственных органов и органов местного самоуправления, а также организации (юридические лица). Под гражданами, по нашему мнению, по смыслу процессуального законодательства следует понимать не только граждан Российской Федерации, но и вообще любых физических лиц, независимо от гражданства. В гражданском судопроизводстве могут участвовать и граждане иностранных государств, и лица без гражданства, которые также должны подчиняться законным актам суда, рассматривающего дело. Потому было бы необоснованным исключение их из круга субъектов гражданских процессуальных нарушений. Выше было выяснено, что гражданское процессуальное нарушение как правовая категория охватывает не только случаи неисполнения гражданской процессуальной обязанности как элемента содержания отраслевого гражданского процессуального правоотношения, но включает в себя все случаи проявления неуважения к суду. Следовательно, и круг субъектов гражданских процессуальных нарушений не может исчерпываться лишь субъектами гражданских процессуальных правоотношений2.

1Субъектом процессуальной ответственности может являться лишь лицо, к которому обращено императивное, обязательное для исполнения в соответствии с законом требование суда. См.: Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 9 апреля 2008 г. по делу № А41-К2-22117/07.

2Считаем необоснованной позицию тех юристов, которые ограничивают круг субъектов процессуальной ответственности лишь субъектами гражданских процессуальных отношений. Например, Н.Н. Кузнецова считает, что субъектами процессуальной ответственности могут быть только лица, выполняющие определенные процессуальные функции. См.: Кузнецова Н.Н. Процессуальная ответственность: миф или реальность? // Концепция развития судебной системы и системы добровольного и принудительного исполнения решений Конституционного Суда РФ, судов общей юрисдикции, арбитражных, третейских судов и Европейского суда по правам человека: сб. науч. статей. С. 457. Аналогичное мнение

107

Глава 2. Основание и условия ответственности в гражданском судопроизводстве

В то же время нельзя не признать, что субъекты гражданских процессуальных отношений, в особенности лица, участвующие в деле, на практике являются, хотя и не единственной, но основной категорией субъектов процессуальных нарушений, ибо они участвуют в каждом гражданском деле, без них сам гражданский процесс невозможен. На эту категорию лиц распространяется и подавляющее большинство распорядительных актов суда в ходе рассмотрения гражданского дела.

Только один субъект гражданских процессуальных правоотношений не может быть признан субъектом гражданского процессуального правонарушения. Этим единственным исключением является суд,

аточнее суд, рассматривающий соответствующее гражданское дело. В противном случае пришлось бы констатировать парадоксальную ситуацию, при которой суд проявил бы неуважение сам к себе. Специфика объекта гражданских процессуальных нарушений предполагает исключение суда из круга потенциальных субъектов процессуального нарушения. Не вызывает сомнений, однако, что законодательством на суд возложено большое количество обязанностей, исполнение которых направлено на реализацию задач правосудия. Например, согласно ч. 4 ст. 67 ГПК РФ результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом,

атакже основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими. Невыполнение соответствующих процессуальных обязанностей судом влечет неприменение к нему мер юридической ответственности, понимаемых как неблагоприятные для самого суда последствия неправомерной деятельности, а «активацию» установленного законом механизма обжалования незаконного или необоснованного акта суда. Справедливо мнение Г.А. Жилина, который под целью апелляционного или кассационного производства понимает устранение судебной ошибки1. Цель отмены незаконного судебного акта — не наказание суда, вынесшего решение, а восста-

высказывает Н.В. Кузнецов. См.: Гражданский процесс России: учебник / под ред. М.А. Викут. С. 116–117 (автор раздела — Н.В. Кузнецов).

1См.: Жилин Г.А. Апелляция и кассация в системе гражданского процесса // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. СПб., 2006. С. 134.

108

2.5. Субъект правонарушения

новление законности. Суд как орган государственной власти не может быть подвергнут юридической ответственности, так как не может быть субъектом правонарушения (в отличие от конкретного судьи). По этой причине следует согласиться с теми исследователями, которые полагают, что отмена судебных постановлений вышестоящими судами не может рассматриваться как мера процессуальной ответственности1. Правы те юристы, которые выделяют презумпцию добросовестности судьи, которая тесно связана с презумпцией законности и обоснованности вынесенного судом акта реализации судебной власти2. В противном случае доверие к судебной власти и судебным постановлениям было бы безнадежно подорвано.

Презумпция добросовестности судьи сродни презумпции добросовестности и разумности действий конституционных органов, выявленной Конституционным Судом РФ3. По нашему мнению, презумпция добросовестности судьи в гражданском судопроизводстве является неопровержимой4, в том смысле, что она не может быть опровергнута в том самом процессе, в котором участвует состав суда, который заподозрен в недобросовестности. Опровержение презумпции добросовестности судьи возможно только в специальном, экстраординарном порядке, предусмотренном нормами уголовного и уголовно-процессуального законодательства (вспомним

1См.: Тумащик Н.Н. Процессуальная ответственность в судопроизводстве по гражданским делам: автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 14.

2См.: Громов Н., Колесников Е. Принципы судопроизводства должны распространяться и на Конституционный суд // Российская юстиция. 2002. № 2. С. 19–20; Алиев Т.Т., Афанасьев С.Ф. К вопросу об основаниях для пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам решений, определений суда, вступивших в законную силу, предусмотренных ГПК РФ // Арбитражный и гражданский процесс. 2004. № 5. С. 29–33.

3Постановление Конституционного Суда РФ от 5 июля 2001 г. № 11-П «По делу о проверке конституционности Постановления Государственной Думы от 28 июня 2000 года № 492-III ГД „О внесении изменения в Постановление Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации «Об объявлении амнистии

всвязи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов»“

всвязи с запросом Советского районного суда города Челябинска и жалобами ряда граждан».

4Несмотря на мнение ряда ученых о том, что в российском гражданском процессе все презумпции опровержимые. См.: Решетникова И.В. Доказательственное право Англии и США. 2-е изд., перераб. и доп. М., 1999. С. 132.

109

Глава 2. Основание и условия ответственности в гражданском судопроизводстве

ст. 305 УК РФ «Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта»), а также положениями процессуального законодательства о пересмотре судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам. Но даже в том случае, если презумпция добросовестности судьи была опровергнута, механизм юридической ответственности судьи реализуется в рамках уголовной или дисциплинарной ответственности, а лицо, выполнявшее функции представителя судебной власти, становится субъектом не гражданского процессуального нарушения, а преступления или дисциплинарного проступка. Законодательством о статусе судей предусмотрена ответственность лиц, наделенных судейским статусом за совершение ими ряда правонарушений. Например, ст. 12.1 Закона о статусе судей1 предусматривает ответственность судей за совершение дисциплинарного проступка, однако в данном случае речь идет о дисциплинарной ответственности, а не ответственности в гражданской процессуальной сфере, даже в том случае, если основанием применения к судье соответствующей санкции является нарушение норм процессуального закона при осуществлении своей профессиональной деятельности2.

F В итоге суд не может быть признан субъектом граждан-

ского процессуального нарушения.

После того как вопрос о суде как субъекте процессуальных нарушений был разрешен, продолжим исследование вопроса о субъектах гражданских процессуальных нарушений как элементе состава.

1Конституционность данной нормы была недавно подтверждена Конституционным Судом РФ. См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 28 февраля 2008 г. № 3-П «По делу о проверке конституционности ряда положений статей 6.1 и 12.1 Закона Российской Федерации „О статусе судей в Российской Федерации“ и статей 21, 22 и 26 Федерального закона „Об органах судейского сообщества в Российской Федерации“ в связи с жалобами граждан Г.Н. Белюсовой, Г.И. Зиминой, Х.Б. Саркитова, С.В. Семак и А.А. Филатовой».

2Еще Е.В. Васьковский указывал, что судьи не могут быть ни бесконтрольны, ни безответственны, напротив, за их деятельностью необходим бдительный надзор, а ответственность за нарушение обязанностей службы должна быть даже строже, чем для других должностных лиц ввиду особой важности возложенных на них функций. При этом, подобно прочим должностным лицам, судьи могут подлежать за неправильные действия при исполнении служебных обязанностей в том числе дисциплинарной и уголовной ответственности. См.: Васьковский Е.В. Курс гражданского процесса. Т. 1. С. 221–231.

110

2.5. Субъект правонарушения

Для того чтобы очертить круг потенциальных субъектов, необходимо определиться с правовым понятием деликтоспособности применительно к гражданскому процессу. В гражданском праве деликтоспособность понимается как способность нести самостоятельную имущественную ответственность. Деликтоспособность является существенным элементом содержания гражданской дееспособности1. Понятие гражданской процессуальной дееспособности достаточно хорошо изучено, кроме того, определения процессуальной дееспособности содержатся в процессуальных кодексах. Статья 37 ГПК РФ предусматривает, что способность своими действиями осуществлять процессуальные права, выполнять процессуальные обязанности и поручать ведение дела в суде представителю (гражданская процессуальная дееспособность) принадлежит в полном объеме гражданам, достигшим возраста 18 лет, и организациям. Согласно ст. 43 АПК РФ способность своими действиями осуществлять процессуальные права и исполнять процессуальные обязанности (процессуальная дееспособность) принадлежит в арбитражном суде организациям и гражданам.

Что представляет собой категория гражданской процессуальной деликтоспособности как элемент гражданской процессуальной дееспособности? Прежде всего заметим, что сам термин «деликтоспособность» присущ гражданскому праву, ибо деликт — исключительно гражданское правонарушение. Для целей настоящего исследования под деликтоспособностью будем понимать способность лица быть субъектом правонарушения и, как следствие, нести ответственность за свои деяния2. В отношении лиц, которые законом наделены гражданкой процессуальной дееспособностью, ситуация более или менее ясна. Поскольку они наделены законом процессуальным статусом, в соответствии с которым соответствующие лица (участники процесса) самостоятельно исполняют процессуальные обязанности, то совершенно естественным представляется и наделение их деликтоспо-

1См.: Гражданское право: учебник. Ч. I / под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 117.

2Проблема деликтоспособности в контексте гражданского процессуального права комплексно ранее никогда не исследовалась. Ряд ученых считают, что выделение из состава процессуальной правосубъектности деликтоспособности «не вызвано необходимостью». См.: Новиков А.Г. Гражданская процессуальная ответственность: автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 15.

111

Глава 2. Основание и условия ответственности в гражданском судопроизводстве

собностью. В противном случае неисполнение процессуальных обязанностей не будет влечь за собой применение санкций. Например, если в порядке, предусмотренном ст. 91 АПК РФ, суд своим определением запретил ответчику совершать определенные действия, касающиеся предмета спора, то в случае нарушения обеспечительной меры ответчик станет субъектом процессуального нарушения, проявив неуважение к суду. В этом смысле гражданская процессуальная дееспособность предполагает наличие и деликтоспособности как способности нести ответственность за свои деяния.

Не так однозначна ситуация с теми лицами, которые гражданской процессуальной дееспособностью (по смыслу процессуального законодательства) в конкретном гражданском деле не обладают, но на которых распространяется организационная власть суда, воплощаемая в его законных актах и распоряжениях, например, зрители в зале судебного заседания, лица, обязанные совершить действия (воздержаться от совершения действий) в соответствии с частным определением суда или определением о применении обеспечительных мер, и т.д. Могут ли они быть субъектами гражданских процессуальных нарушений? По нашему мнению, ответ должен быть утвердительным. Исключать данных лиц из круга субъектов «неуважения к суду» нельзя. В противном случае к ним не могут быть применены меры ответственности в рамках гражданского процессуального режима, а действие принципа судебного руководства процессом будет необоснованно ограничено1. Но перечисленные субъекты не являются субъектами гражданских процессуальных правоотношений и, как следствие, не обладают процессуальным статусом в рассматриваемом судом деле. По сути, на них возложена лишь одна обязанность в процессе — подчиняться законным актам и распоряжениям судьи, проявлять должное уважение к суду. Кроме того, какое значение имеет абстрактная процессуальная дееспособность или ее отсутствие

1Иное мнение высказано Н.А. Жильцовой и М.М. Голиченко, которые полагают, что существенное отличие между уголовной и гражданской процессуальной ответственностью заключается в том, что уголовная ответственность применима ко всем лицам, посягающим на порядок осуществления правосудия по гражданским делам, тогда как гражданская процессуальная ответственность применима только к участникам гражданского судопроизводства. См.: Жильцова Н.А., Голиченко М.М. Гражданская процессуальная ответственность: Понятие и основания // Арбитражный и гражданский процесс. 2008. № 7. С. 2–6.

112

2.5.Субъект правонарушения

втом случае, если правонарушитель не является участником процесса в том гражданском деле, в ходе которого он совершил правонарушение?! Например, совершенно очевидно, что присутствующее в зале судебного заседания лицо, достигшее возраста 16 лет (при нормальном психическом развитии), вполне может осознать необходимость проявления должного уважения к суду в процессе и соблюдения установленного порядка в зале судебного заседания. В то же время лица, не достигшие возраста 18 лет, в соответствии с ГПК РФ не обладают процессуальной дееспособностью в полном объеме. Но для признания их субъектами такого правонарушения как неуважение к суду гражданская процессуальная дееспособность как способность своими действиями осуществлять процессуальные права, выполнять процессуальные обязанности и поручать ведение дела в суде представителю для защиты прав, свобод и законных интересов никакого значения не имеет! В данном случае важна лишь психическая способность лица воспринимать суд и правосудие как ценности, посягательство на которые карается в соответствии с законом1. Кроме того, как было выяснено, часть потенциальных субъектов гражданских процессуальных нарушений вовлекаются в орбиту гражданского судопроизводства не в связи с защитой их прав и законных интересов

вматериально-правовом смысле. Следовательно, для наделения таких субъектов правами и обязанностями процессуального характера материальная правоспособность указанных лиц юридического значения не имеет2. В этом смысле гражданская процессуальная дееспособность (как и правоспособность) не связана с правоспособностью

1В связи с этим интересной представляется позиция М.А. Викут, в соответствии с которой процессуальная дееспособность присуща всем участникам процесса, а не только лицам, участвующим в деле, а процессуальная дееспособность свидетеля, например, признается за ним судом в каждом отдельном случае в зависимости от особенностей обстоятельств конкретного гражданского дела, возраста гражданина и степени развития его психики. См.: Гражданский процесс России: учебник / под ред. М.А. Викут. С. 59–61.

2Таким образом, представляется сомнительным довод о неразрывной юридической связи гражданской процессуальной правоспособности с материальной правоспособностью, который давно уже стал аксиомой гражданского процесса. См.: Загайнова С.К. К вопросу о гражданской процессуальной правоспособности // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. СПб., 2005. С. 97.

113

Глава 2. Основание и условия ответственности в гражданском судопроизводстве

соответствующего лица в материальном праве1, поскольку целый ряд лиц, являющихся субъектами гражданских процессуальных нарушений, никакой юридически значимой заинтересованности в исходе определенного гражданского дела не имеют, однако обязаны подчиняться законным актам суда в конкретном деле.

По смыслу процессуального законодательства гражданская процессуальная дееспособность (ст. 37 ГПК РФ) принадлежит лишь одной категории участников процесса — лицам, участвующим в деле. Понятно, что зрители в зале судебного заседания (без специального процессуального статуса) лицами, участвующими в деле, не являются2, т.е. в соответствии с действующим законом гражданской процессуальной дееспособностью (и, следовательно, деликтоспособностью) не обладают. Разделение лиц, которые в гражданском деле обязаны подчиняться распорядительным действиям суда, на обладающих гражданской процессуальной деликтоспособностью и не обладающих таковой, не имеет смысла. Действительно, в чем будет заключаться процессуальность соответствующей деликтоспособности? Только лишь в том, что она обеспечивает исполнение гражданских процессуальных обязанностей (в рамках гражданских процессуальных правоотношений в их традиционном понимании). Но мы выяснили, что специфика гражданских процессуальных нарушений заключается в их особом объекте, а не формальной трактовке таких правонарушений лишь как неисполнения процессуальной обязанности!

Нельзя забывать о том, что все лица, вовлеченные в орбиту гражданского судопроизводства, но не обладающие статусом лица, участвующего в деле, потенциально могут стать субъектами правоотношений с судом, которые квалифицируются как гражданские процессуальные. Произойдет это в том случае, если указанное лицо допустит совершение акта неуважения к суду и, как следствие, станет участником судебной процедуры по привлечению к процессуальной ответственности, в которой оно будет обладать целым комплексом процессуальных прав и обязанностей (правом на подачу ходатайств

1Иное мнение высказывается большинством ученых-процессуалистов. См.: Гражданское процессуальное право: учебник / под ред. М.С. Шакарян. С. 77.

2Поскольку не имеют самостоятельного юридического интереса в итоговом решении суда по существу гражданского дела.

114

2.5. Субъект правонарушения

суду, на представление доказательств своей невиновности, на подачу заявления о сложении штрафа и т.д.). Заметим, что в гражданском праве совершение правонарушения (причинения вреда другому лицу) само по себе является юридическим фактом, т.е. основанием возникновения гражданских прав и обязанностей (ст. 8 ГК РФ). При рассмотрении понятия гражданской процессуальной правоспособности через призму категории деликтоспособности1 придется признать, что совершение процессуального нарушения является юридическим фактом и основанием возникновения гражданских процессуальных правоотношений охранительного характера независимо от того, являлся ли субъект правонарушения участником процесса на момент его совершения (например, в случае нарушения порядка в зале судебного заседания). То есть для целого ряда лиц «активация» гражданской процессуальной правоспособности (элементом которой является процессуальная деликтоспособность) происходит не с момента вступления их в гражданское дело в качестве лиц, участвующих в деле, и иных участников процесса, а с момента совершения ими гражданского процессуального правонарушения. Данный вывод ставит под сомнение всю существующую в отечественной науке концепцию гражданского процессуального правоотношения и процессуальной правоспособности. Напомним, что юридическими фактами в гражданском судопроизводстве сейчас признаются процессуальные действия лишь участников процесса и суда2; для того чтобы стать субъектом процессуального правоотношения, необходимо совершить действие (бездействие), которое является юридическим фактом в силу закона3.

Круг юридических фактов (точнее, юридических составов), с которыми законодательство связывает наделение лица процессуальным статусом в определенном гражданском деле, четко и исчерпывающе определен самим законом (включает в себя, например, принятие судом иска — для вступления в дело сторон, определение суда

1Ряд исследователей выдвигают тезис о существовании уголовно-процессуальной деликтоспособности. См.: Липинский Д.А. Проблемы совершенствования процессуальной ответственности // Право и политика. 2004. № 11. С. 37–43.

2См.: Сахнова Т.В. Курс гражданского процесса: теоретические начала и основные институты. С. 166.

3См.: Чечина Н.А. Избранные труды по гражданскому процессу. С. 33.

115

Глава 2. Основание и условия ответственности в гражданском судопроизводстве

опризнании третьим лицом — для привлечения третьих лиц, вызов свидетеля судом — для привлечения свидетеля, определение суда

оназначении экспертизы — для привлечения эксперта и т.д.). Закон в настоящее время необоснованно не рассматривает совершение процессуального правонарушения как юридический факт, сам по себе являющийся основанием для наделения соответствующего лица процессуальным статусом (если до этого он им не обладал), возникновения гражданских процессуальных правоотношений, вступления его в процесс в качестве самостоятельного субъекта. Представим себе следующую ситуацию. Присутствующий в судебном заседании 16-летний родственник истца (не имеющий специального процессуального статуса) не выполнил законное требование суда о прекращении действий, препятствующих нормальному ведению судебного заседания (разговор по мобильному телефону в зале суда). Суд вынес определение о наложении на правонарушителя судебного штрафа за неуважение к суду. Но указанное лицо может не обладать процессуальной правоспособностью по смыслу действующего законодательства! Норма ст. 36 ГПК РФ, предусматривающая наделение процессуальной правоспособностью всех лиц, обладающих согласно закону правом на судебную защиту прав, свобод и законных интересов, не имеет никакого отношения к указанной ситуации, поскольку действия правонарушителя не связаны с защитой своих субъективных прав в суде. Критерий наличия правоспособности в материальноправовом смысле в данном случае неприменим, а материальноправовой статус правонарушителя при привлечении к процессуальной ответственности безразличен. Совершенно очевидно, однако, что в результате совершения правонарушения у соответствующего лица возникли правоотношения с судом, содержание которых предусмотрено процессуальным законодательством1. Но без наделения лица процессуальной правоспособностью он не может считаться правонарушителем, а отказ в признании его дееспособным влечет невозможность самостоятельно представлять свои интересы при привлечении к процессуальной ответственности, что нельзя признать обоснованным!

1Не только нормами о процессуальной ответственности, но и положениями об отводах, доказательствах и доказывании, судебных извещениях и вызовах, порядке судебного разбирательства, обжаловании судебных актов и т.д.

116