Криминальное рейдерство в России. Монография

Преступные действия судьи помогли Бурштейну получить свидетельство о праве собственности на здание склада, после чего оно было продано и несколько раз поменяло своих собственников1.

Как представляется, такая практика становится возможной не только благодаря коррупции, но и тому, что судами по делам известного рода:

1)применяются не всегда достаточно суровые мер наказания к виновным;

2)предъявляются повышенные требования к доказательственной базе, что зачастую приводит к вынесению оправдательных приговоров.

В заключение в рамках анализа проблем дисфункциональности судебной власти отметим, что не способствует разрешению ситуации отсутствие компетентных разъяснений по делам о преступлениях рейдерского характера Президиума Верховного суда Российской Федерации, а также избыточные, не поддающиеся логическому объяснению ограничения на применение в отношении судей установленных Конституцией и федеральными законами мер по борьбе с преступностью.

Практически трехступенчатая система внутрикорпоративной защиты судей от уголовного преследования в сочетании с отсутствием эффективных механизмов, как внешнего, так и внутреннего, — со стороны судейского сообщества — контроля за деятельностью судей создают возможность для беспрепятственного воздействия на суд, как со стороны представителей других ветвей государственной власти, так и со стороны других участников уголовного и гражданского процесса.

Существенным образом продуцирование рейдерской активности

âРоссии обусловлено дисфункциональностью законодательной составляющей государственной власти. На первоначальных этапах формирующаяся законодательная база зачастую не только не предотвращала, но и, напротив, стимулировала появление рейдерской активности. Так ФЗ «Об акционерных обществах»2 в изначальной редакции дал инструментарий для вытеснения миноритарных акционеров путем консолидации акций, а также обеспечивал широкие возможности для корпоративного шантажа. Особую роль в перераспределительных процессах на российском рынке корпоративного контроля сыграл ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»3 1998 г. Именно с его вступлением в силу многие эксперты связы-

1Рейдер сядет на три года http://www.klerk.ru/law/news/?122830

2Об акционерных обществах: Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. ¹ 208-03.

3О несостоятельности (банкротстве): Федеральный закон от 8 января 1998 г. ¹ 6-03.

141

вают интенсификацию передела собственности на рубеже 1990— 2000-х годов. Дело в том, что данный закон предусматривал жесткие критерии банкротства, разработанные в ведомствах А. Чубайса и П. Мостового. По мнению американских специалистов, применение этих критериев в США позволило бы признать 80% предприятий банкротами. Кроме того, изначальная редакция закона о банкротстве вовсе не предусматривала возможности участия собственников (акционеров, участников), а также самого предприятиядолжника в процессе возбуждения производства по делу о банкротстве. Закон позволял, накопив необходимый объем просроченной задолженности, ввести процедуру наблюдения и перехватить контроль над предприятием-должником, назначив своего внешнего управляющего1. Как результат, банкротами в России признавались даже успешно работающие предприятия, выполняющие государственный заказ, с которыми государство не рассчиталось за произведенную продукцию. Больше того, подведение под банкротство серьезно поощрялось: банкротами становились наиболее развитые, наукоемкие и технологичные современные производства, после чего они переходили в собственность новым владельцам, которых можно назвать рейдерами расцвета приватизации. Комиссия, проверявшая деятельность Госкомимущества в 1996 г., в своем заключении отметила: «Анализ показывает, что целенаправленно разрушаются отрасли оборонной промышленности. За распродажу имущества обанкротившихся предприятий Госкомимущества А. Чубайса полу- чало 4%, а Федеральное управление по делам о несостоятельности П. Мостового — 20% выручки»2. Остается добавить, что приватизацию в Росии А. Чубайсу помогали осуществлять два кадровых разведчика ЦРУ: А. Шлейфер и Д. Хэй3.

Показательным является опыт приватизации Горьковского автомобильного завода. В середине 1994 г. государственная комиссия, снимавшаяся специальным инспектированием обстоятельств приватизации этого крупнейшего автомобильного предприятия, обнаружила свидетельства, подтверждающие покупку ГАЗом через 15 различных подставных фирм на чековом аукционе своих же акций. Цифры говорят сами за себя: администрация предприятия, получив от государства около 100 млрд неденоминированных рублей на различные цели, в том числе инвестиционные, в форме отсрочек платежей автозавода в бюджет, выделила 46,5 млрд неденоминированных рублей на приобретение ваучеров через различные фирмы.

1Устюжанина Е. Проблемы развития отношений собственности в современной российской экономике: Монография. М., 2006.

2Öèò. ïî: Плахов В. Приватизация по-Чубайсу.

3Американские миллиарды Чубайса <http:// rusref.nm/ru.harvard.htm>.

142

Стало известно, что ГАЗ незаконно заключал с этими посредниками договоры о содействии на фондовом рынке, которые, по сути, являлись договорами комиссии. Через эти структуры руководство сумело скупить от 80 до 90% всех выставленных на продажу акций1.

Таким образом, именно несовершенство и противоречивость законодательства, допускающего безнаказанное нарушение практи- чески любых правовых и деловых норм ведения бизнеса, стало одной из основных причин распространения «диких» методов передела и силовой реализации прав собственности

Разумеется, сложно требовать от законодателя совершенной регламентации в этой сфере, поскольку данный вид экономических преступлений для нашей страны относительно нов. Как было заме- чено В. Плескачевским, «корпоративному праву в нашей стране всего 15 лет. За такой короткий срок ни одному государству в мире не удалось бы создать полноценную правовую защиту собственника. Развитые государства строили эти отношения столетиями, у них корпоративное право на 80% вообще не право, а обычаи делового оборота. И нам ждать формирования этих обычаев еще очень долго»2.

Вместе с тем имеются и обстоятельства субъективного значения, поскольку правовое поле на сегодняшний день не создает нормальных условий для противодействия рейдерству еще и потому, что формируется волнами, при этом разные законы и кодексы готовятся бессистемно, разными командами разработчиков, с разными идеологическими установками и правовыми пристрастиями, в отрыве друг от друга.

Надо сказать, что работа над формированием юридической основы ведется. В этом плане обращает на себя внимание факт внесения Минэкономразвития и комитетом Госдумы по собственности в нижнюю палату проекта федерального закона, получивший название «антирейдерский пакет». Данный законопроект вносит поправки в Арбитражный процессуальный кодекс РФ (АПК), Налоговый кодекс РФ, Трудовой кодекс РФ, в Кодекс РФ об административных правонарушениях и в некоторые другие законодательные акты. Продвижение его застопорилось, но сам по себе факт говорит о многом. Дума уже приняла пакет «антирейдерских» поправок в Административный и Процессуальный кодексы. Делаются попытки развить институт коллективных исков, ввести экспертизу исков, подаваемых по делам о защите прав собственника, звучат мнения о необходимости усложнения системы перерегистрации предприятий,

1Романова Н. Как ГАЗ скупал себя на аукционе // Коммерсант-уикли. 1994. ¹ 6. С. 31; Судный день для руководства ГАЗа // Коммерсант-уикли. 1994. ¹ 7. С. 9.

2Плескачевский В. Рейдерство в России приобрело угрожающий масштаб для развития экономики // ФК-НОВОСТИ. 22 марта 2007 г.

143

но этого мало. Имеются и вполне реальные успехи в этом плане. По мнению многих экспертов, Закон «О несостоятельности (банкротстве)», принятый в спешном порядке в 1992 г., и последующие его редакции приблизил стагнацию российской экономики в 1998 г. и превратился в инструмент перекачки государственных ресурсов в карманы рейдеров. Однако Закон от 26 октября 2002 г. ¹ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» поставил заслон на пути рейдеров, практикующих захват предприятия с использованием соответствующих схем.

Работа с переменным успехом ведется и по другим направлениям. В этом смысле стоит упомянуть первые основополагающие правовые акты, призванными коренным образом изменить наш экономический базис: Закон СССР «О кооперации» (принят в 1988 г.), законы «О собственности в РСФСР» (принят 24 декабря 1990 г.) и «О предприятиях и предпринимательской деятельности» (принят 25 декабря 1990 г.), вступившие в силу с января 1991 г. Было принято немало и других законов и нормативных актов, регулирующих предпринимательскую деятельность. Однако до принятия Государственной думой 21 октября 1994 г. Гражданского кодекса Российской Федерации, вступившего в действие с 1 января 1995 г., они касались лишь отдельных сторон экономического организма, не соответствовали, а часто и просто противоречили друг другу. С принятием Гражданского кодекса Российской Федерации большая часть этих законов и других нормативных актов была отменена, а положения, содержащиеся в них, более детально разработаны. Факт принятия ГК РФ не решил все правовые вопросы, связанные с предпринимательской деятельностью, так как осталось множество пробелов в правовом регулировании предпринимательской деятельности. Это позволяет в целом оценить нормативно-правовую базу, регламентирующую отношения собственности, функционирование хозяйственных (особенно акционерных) обществ, обращение ценных бумаг, правоприменительную практику и т.д., как отличающуюся нечеткостью, противоречивостью, фрагментарностью.

Более того, в отдельных отраслях законодательства отмечаются «зияющие дыры», располагающие к действиям рейдерского характера. «Дыры» можно наблюдать в проекте нового Гражданского кодекса РФ. Так, благодаря поправкам в ГК РФ впервые в России может появиться институт защиты владения, известный многим европейским странам. Если рейдеры захватили имущество собственника, то последнему для восстановления справедливости можно будет доказать лишь факт того, что отбор собственности произошел против его воли.

Однако такие новшества вызывают опасения вызывают обоснованные опасения. В этом смысле мы согласны с мнением старшего

144

юриста АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Всеволода Байбака, по мнению которого такая трактовка рождает ситуацию палки о двух концах: механизм для защиты владения получает как законный, так и незаконный владелец, так как в новой редакции защищено не право, а сам факт владения. В результате получается, что за защитой может обратиться даже вор. Сложно представить, какие последствия это может иметь в России, с ее рейдерской практикой и существующими недостатками в судебной практике1.

Далее, корпоративное право за пару десятилетий своего существования не стало системным, охватывающим все многообразие и сложность отношений в корпоративной сфере. Этим пользуются рейдеры, особенно в части оборота акций. Законодательство определяет их как нематериальный объект. Пользуясь этим, мошенники незаконно приобретают недвижимость, особенно мелких ОАО, путем захвата реестра акционеров.

Еще одна проблема состоит в возможности регистрации фирмклонов. Действующее законодательство позволяет осуществить государственную регистрацию юридического лица в той же организа- ционно-правовой форме, с тем же фирменным наименованием и по тому же адресу, где находится выбранная для захвата организация, которой, в свою очередь, принадлежит интересующий рейдеров объект недвижимости. Данная схема использует правовой пробел, который должен был бы заполнить специальный федеральный закон о порядке регистрации и использования фирменных наименований, принятие которого прямо предусмотрено ст. 54 части первой Гражданского кодекса РФ. Пункт 4 указанной статьи говорит о том, что юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, должно иметь фирменное наименование, и юридическое лицо, фирменное наименование которого зарегистрировано в установленном порядке, имеет исключительное право его использования. Однако такая процедура не нашла соответствующего отражения в принятом в августе 2001 г. Федеральном законе «О государственной регистрации юридических лиц».

В регистрационном законодательстве введен с 1 июля 2002 г. упрощенный порядок государственной регистрации юридических лиц и упрощенный порядок внесения изменений в Единый государственный реестр юридических лиц2. Установленный этим законом порядок предусматривает ответственность уполномоченного

1 Госдума получила в работу новый Гражданский кодекс РФ http://pravo.ru/ review/view/70714/

2 В соответствии с Федеральным законом от 8 августа 2001 г. ¹ 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц» (сейчас — Федеральный закон «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»).

145

органа в сфере государственной регистрации юридических лиц и его должностных лиц только в случаях:

ξнеобоснованного отказа в государственной регистрации, т.е. не соответствующего основаниям, указанным в названном Федеральном законе (такими основаниями являются: непредставление всех необходимых документов, представление документов не в тот орган, регистрация после внесения записи в Единый государственный реестр о нахождении юридического лица в процессе ликвидации);

ξнеосуществления государственной регистрации в установленные сроки или иного нарушения порядка государственной регистрации, установленного названным Федеральным законом (в данном случае можно вести речь только о несоблюдении регистрирующим органом пятидневного срока регистрации);

ξнезаконного отказа в предоставлении или несвоевременного

предоставления содержащихся в государственных реестрах сведений и документов, иных предусмотренных названным Федеральным законом документов.

Федеральный закон связывает возможную ответственность регистрирующего органа за ущерб, причиненный отказом в государственной регистрации, только с вышеперечисленными случаями. По существу, отсутствие требования о проведении надлежащей проверки представляемых на государственную регистрацию документов влечет отсутствие ответственности регистрирующего органа. Именно снижение уровня административных барьеров на пути создания и повседневной деятельности бизнеса стало отправной точкой для развития нового вида экономических преступлений — корпоративного грабежа (захвата бизнеса, или рейдерства)1.

Также заслуживает внимания «дыра» в земельном законодательстве (имеется в виду, прежде всего, отсутствие завершенного и четкого кадастра объектов недвижимости, что создает основу для захватов земли рейдерами), а также факты, когда вновь принятые нормативно-правовые акты не всегда оказываются до конца продуманными. Так, с 1 июля 2006 г. начали действовать новые положения Закона об АО, призванные сделать более прозрачным и контролируемым выкуп значительной доли акций (более 30%). Для этого установлены процедуры обязательного и добровольного предложения о приобретении акций, а интересы акционеров защищены механизмом гарантии выкупа ценных бумаг общества лицом, при-

1 Усович Л.В. Может нотариат помочь в борьбе с рейдерами? // Нотариус. 2006. ¹ 3.

146

обретшим более 95% голосующих акций. В то же время закон допускает возможность обхода правил формирования цены выкупа че- рез «демпинговые» сделки с аффилированными лицами.

Дисфункциональность законодательной власти в известном плане мы связываем с отсутствием юридической основы для борьбы с собственно рейдерством как социально-негативным феноменом. До сих пор нет сформулированного на законодательном уровне понятия рейдерства, что не позволяет его отграничивать от смежных явлений; нет специальной нормативно-правовой базы, нацеленной непосредственно на борьбу с ним. В итоге, по словам Фархада Ахмедова, сенатора и совладельца компании «Нортгаз», выступившего на заседании Совета Федерации, «рейдерство широко шагает по стране, пронизывая почти все отрасли экономики. Проблема рейдерства обсуждается в кулуарах и СМИ, исследуются методы борьбы с этим злокачественным явлением, предлагаются многочисленные рецепты исцеления от него, но, к сожалению, предлагаемые меры борьбы с корпоративными захватами часто выпадают из поля зрения законодателей — то есть тех, кто призван оперативно восполнять пробелы законодательства, используемые пиратами-рейдерами»1.

А между тем примечательна та оперативность, которая демонстрируется в западных странах, в странах так называемого развитого капитализма. К примеру, в Англии проявилось всего два случая недружественного захвата предприятий, после этого Палата общин в течение месяца приняла необходимый закон, а еще через две недели Палата лордов его утвердила, увидев опасность развала производственного сектора своей страны.

Наконец, недоработанным на сегодняшний день представляется законодательство уголовное. Успех правовых мер в системе противодействия криминальному рейдерству во многом зависит не только от адекватности норм гражданского и предпринимательского (корпоративного) законодательства, но и от законодательства уголовного.

Известно, что в Уголовном кодексе РФ нет специальной статьи, регламентирующей ответственность за рейдерство. Вместе с тем, на практике большинство рейдерских «методик» вполне могут быть квалифицированы действующими статьями Уголовного кодекса.

В этом плане особо можно выделить:

ξпреступления против свободы, чести и достоинства (ст. 126 «похищение человека», 127 «Незаконное лишение свободы», 129 «Клевета»);

1 Чубаха И. Человек шагает как хозяин http://www.bfs.ru/libs/ lid_966.html

147

ξпреступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина (ст. 137 «Нарушение неприкосновенности частной жизни», ст. 138 «Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений» и др.);

ξпреступления в сфере экономики (ст. 159 «Мошенничество», ст. 169 «Воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности»; ст. 170 «Регистрация незаконных сделок с землей»; ст. 174 «Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем»; ст. 183 «Принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения; ст. 186 «Незаконные получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну»; ст. 202 «Злоупотребление полномочиями частными нотариусами»; ст. 204 «Коммерческий подкуп» и др.);

ξпреступления против государственной власти. Это, прежде всего, ст. 290, 291 «Дача и получение взятки», ст. 285 «Злоупотребление должностными полномочиями», ст. 286 «Превышение должностных полномочий», ст. 292 «Служебный подлог» и ч. 3 ст. 327 «Использование заведомо подложного документа», а также ч. 1 ст. 327 «Подделка, изготовление или сбыт поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков», ст. 299 «Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности», ст. 301 «Незаконные задержание, заключение под стражу или содержание под стражей», ст. 302 «Принуждение к даче показаний», ч. 2, 3 ст. 303 «Фальсификация доказательств по уголовному делу», ст. 305 «Вынесение заведомо неправосудного решения или иного судебного акта», ст. 306 «Заведомо ложный донос», ч. 1 ст. 325 «Уничтожение, повреждение или сокрытие официальных документов, штампов или печатей», ст. 330 «Самоуправство» и др.

Таким образом, в УК РФ содержится весьма обширная база для борьбы с рейдерством. Вопрос в том: достаточна ли она, чтобы создать условия для предотвращения рейдерских захватов?

На заре истории российского рейдерства, в начале 90-х годов прошлого века, оно было несвободно от очевидного криминала, который имел решающее значение в захвате чужого имущества; схемы в известном смысле были примитивны. Потому существующих тогда и ныне уголовно-правовых форм противодействия было достаточно, чтобы вполне эффективно противодействовать рейдерству такого формата. Однако качественное развитие рейдерства как явления преступности, в том числе за счет исключения из своей

148

деятельности примитивного криминала, привело к тому, что все сложнее стало, по свидетельству сотрудников компетентных структур, «подводить» то или иное деяние под конкретную статью УК РФ. На это обстоятельство весьма авторитетно было указано известным специалистом в области исследований экономической преступности Н. Лопашенко, которая, в частности, отмечает, что перемена собственника или владельца бизнеса осуществляется и методами, под уголовно-правовое воздействие не подпадающими. Схем подобных недружественных захватов изобретено в мире великое множество. Российские или действующие на российском рынке компании, применяя негативный зарубежный опыт, приспосабливают его к своим условиям и создают новый, свой собственный. Самые распространенные схемы захвата — скупка акций, двойной реестр ценных бумаг, двойной менеджмент, судебные решения, спровоцированные чаще всего миноритарным акционером. Часто используется сразу несколько схем, например, инициирование судебной защиты миноритарного владельца ценных бумаг (в связи с якобы невозможностью миноритарного акционера, живущего за тридевять земель от реестродержателя, совершить сделку со своими акциями), что влечет — путем использования судебных решений — восстановление нарушенного права и появление нового реестра; смена менеджмента компании, которая выступала целью рейдера; обвинения «старого» реестродержателя в недобросовестности с инициированием против него судебных процессов и пр.1

Прогрессирующую неадекватность действующего уголовного законодательства современному рейдерству можно проследить на многих примерах.

Так, на сегодняшний день мошенничество рассматривается многими авторами не иначе как русскоязычный аналог понятия «рейдерство»2. Вместе с тем в действиях рейдера, как правило, вызывает трудности вопрос фиксации в уголовном деле факта наличия прямого обмана бывшего собственника бизнеса и, тем более, злоупотребления его доверием.

Кроме того, если говорить о рейдерстве как форме мошенниче- ства, а значит, в конечном счете, как форме хищения, то уголовные дела за соответствующие действия, по свидетельству опрошенных сотрудников правоохранительных органов, не «проходят», во всяком случае, судебные инстанции и возвращаются на новое рассмотрение, поскольку по общему правилу хищение считается доказан-

1Лопашенко Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 8.

2См.: В России готовится закон по борьбе с рейдерством http://top.rbc.ru/ society/21/05/2008/169433.shtml

149

ным только тогда, когда пойман похититель. В случае рейдерского захвата имущество перепродается многократно, а в итоге субъект мошеннических действий может вдруг оказаться добросовестным приобретателем, «обернувшись» из обвиняемого в истца. Вот и выходит, что правы те, кто говорит, что сегодня, если у вас украли машину, то это уголовное преступление, а если завод — то это не преступление, а спор хозяйствующих субъектов. Так работает в настоящее время уголовный закон.

Примечателен в этом смысле пример с попыткой перехвата управления ЗАО «Беломорская нефтебаза». Тогда в налоговые органы было подано заявление, содержащее недостоверные данные о прекращении полномочий генерального директора этого общества и назначении на эту должность Ю. Сибасова, а также подложное решение единственного акционера на этот счет. По этому факту было возбуждено уголовное дело, но на рассматриваемом этапе рейдерского захвата (установление управленческого контроля над компанией) признаки мошенничества не были очевидны, так как невозможно было установить направленность умысла рейдера на хищение), поэтому следователь в целях пресечения вывода активов из компании применил ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ. При установлении предварительной суммы хищения следователь применил сомнительную с точки зрения уголовного закона методику подсче- та, указав, что согласно законодательству о хозяйственных обществах, а также уставу ЗАО «Беломорская нефтебаза» гендиректор вправе без одобрения сделки советом директоров или общим собранием акционеров распоряжаться имуществом общества, не превышающим 25% балансовой стоимости его активов. Исходя из этого, как сказано в постановлении о возбуждении уголовного дела, сумма хищения была определена в размере 72,6 млн руб. при общей балансовой стоимости имущества общества в 290,4 млн руб. Законность и обоснованность как самого решения о возбуждении уголовного дела по ст. 159 УК РФ, так и установленной суммы хищения вызвало сомнение, так как, во-первых, не очевиден умысел лица, представившего документы для внесения недостоверных сведений о единоличном исполнительном органе общества, а вовторых, единоличный исполнительный орган имеет возможность распорядиться имуществом компании в полном объеме и без одобрения сделки. Суды неоднократно разъясняли, что сделки, совершенные с нарушением правил об одобрении крупной сделки, являются оспоримыми (п. 30 постановления Пленума ВАС РФ от 18 ноября 2003 г. ¹ 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах»»). Кроме того, такие сделки могут быть одобрены и после их совершения. Таким образом,

150