История европейской ментальности. Учебное пособие

ББК 71.0 В 19

Рецензенты:

доктор философских наук, профессор

Ю. П. Ивонин

доктор филологии, профессор

Маша Масарская

Васильева, Г. М.

В19 История европейской ментальности : учебное пособие / Г. М. Васильева. — 2-е изд., стер. ; Новосиб. гос. ун-т экономики и управления. — Новосибирск : НГУЭУ, 2017. — 228 с.

ISBN 978-5-7014-0831-7

Проблема ментальности рассматривается в пособии как историко-культур- ная и проективная. Она исследуется в трех важных аспектах: история философии, взятая в культурном контексте эпохи; анализ опорный: понятий социальных и гуманитарных дисциплин; перевод и непереводимость как особая форма мысли в культуре. Работа дает представление о направлениях современных исследований отечественных и зарубежных ученых. Их наследие помогает сохранить формообразующие, продуктивные элементы понимания мира. Свой путь к освоению проблемы ментальности и менталитета народов автор ищет в сопоставлении различных «времен» и «мест» возникновения понятия, в их историкоэпистемологическом изучении.

Работа предназначена для студентов, обучающихся по направлениям «Международные отношения» и «Зарубежное регионоведение», а также для культурологов, филологов и тех, кого интересуют проблемы ментальности и традиций в исторической перспективе.

Я был в Риме. Был залит светом. Так, Как только может мечтать обломок! На сетчатке моей золотой пятак. Хватит на всю длину потемок.

Иосиф Бродский «Римские элегии», 1981 г.

Введение

При любом исследовании необходимо прежде всего реконструировать «горизонты», «жизненный мир» культуры, в соотнесении с которым только и можно постичь смысл отдельных понятий. До сих пор живо представление, согласно которому культурные модели, действующие в обществе, возникают на его верхах, затем постепенно распространяются в глубинах общества, трансформируясь и вульгаризуясь. В большей мере так это, видимо, и происходило. Но ракурс рассмотрения многих проблем неизбежно меняется. Уч¸ные занимаются исследованием картин мира и способов поведения людей, принадлежащих к разным странам, а не к одной лишь интеллектуальной или правящей элите. Мы испытываем потребность узнать, а что же скрывается там, под покровом высокой культуры и религиозности, не только в социальных низах, но и в нижних пластах любого человеческого сознания.

Âданной работе речь пойд¸т об истории ментальности, о развитии верований, обрядов и формировании устойчивых традиций. Даже в наши дни они продолжают играть столь важную роль, что без уч¸та их – и без знания их корней – едва ли можно полностью понять и оценить то, что происходит в Европе.

Âкурсе «История европейской ментальности» особый интерес представляет лингвофилософское исследование отдельных (пусть очень широких) языковых категорий. Современная этимология – наука о происхождении и истории слов. Этимологизирование древних ставило перед собой совершенно иные задачи: они стремились при помощи анализа слов прийти к познанию реального мира.

Некоторые сюжеты присутствуют в учебном пособии на правах пояснений, призванных доказывать, развивать и дополнять его основные положения, лежащие совсем в иной сфере. Поэтому они представлены по необходимости кратко, в форме тезисов и выводов, а за подробностями можно обратиться к другим работам, указанным в списке литературы.

Нормативную базу исследования составили Устав Лиги Наций, Устав ООН и учредительные акты Европейского союза. Использованы нормативные акты вторичного права, такие как регламенты, директивы, решения, документы рекомендательного и рабочего характера, подготовленные ООН, ЮНЕСКО, а также институтами и органами ЕС; документы, касающиеся переговорных инициатив.

Âоснову данной работы положен междисциплинарный подход, призванный помочь избежать односторонности, к которой неизбежно приводит ложно понятая «специализация». На помощь в данном случае пришли геополитика, история общественнополитической мысли, психология, философия и литература, не говоря уже о вспомогательных исторических дисциплинах. Этим объясняется наличие ряда экскурсов по достаточно частным вопросам, относящимся к разным дисциплинам, но неизбежно связанным с главной темой.

Раздел I

Концептуальные основы курса «История европейской ментальности»

Глава 1 Развитие и интерпретация понятия «ментальность»

1.1. «Онтологическая» этимология и корень men

Для человека важно знание значения – исходного и/или скрытого. В древности именно на этом знании был основан социальный престиж жреца, шамана, прорицателя, поэта. Они являлись открывателями и толкователями новых смыслов, обладая способностями, не только постигали мир, но и контролировали его в том фрагменте, с которым соотнесено данное понятие, управляли миром: отво¸вывали его у хаоса и упорядочивали словом.

В языкознании появился новый раздел науки – «онтологическая» (философская) этимология1. Е¸ нельзя недооценивать при толковании религиозно-мифологических, философских и собственно поэтических текстов. «Онтологическая» этимология отч¸тливо начинается с «Упанишад» и сочинений Платона. Опыт многих поэтов, пророков, провидцев изобилует примерами этимологии этого типа. Об этом говорят мистические сочинения разных времен, разных культурных и языковых традиций – «Веды», «Брахманы», «Пураны», многие буддийские тексты, размышления Гесиода – вплоть до наших дней. Немецкий лингвист Г. Э. М. Шухардт в связи с данной проблемой вспоминал о предложении Ницше объявить конкурс на сочинение «Что да¸т языкознание, и особенно этимологическое исследование, для истории развития моральных понятий?»2.

Сформировалась новая наука – глоссогенетика (îò ãðå÷. glossa – язык, наречие; перевод или толкование непонятного слова, выражения). Появились выдающиеся результаты и идеи3. Глоссогенетика опирается на данные широкого круга наук о человеке – как естественных, так и гуманитарных. В глоссогенетической перспективе всегда нужно помнить о начале языка, о том, что ему предшествовало и как это «что» стало истоком. Можно выделить основные категории элементов языка – слов и формантов, – которые (пусть условно) относятся к числу «первообразных» и, несомненно, к ключевым. «Онтологическая» этимология ориентирована на словаконцепции. В ней предполагается обретение интенсивного, глубинно-языкового

1Ñì. îá ýòîì: Топоров В. Н. Исследования по этимологии и семантике: В 3 т. Т. 2 // Индоевропейские языки и индоевропеистика. Книга 1–2. – М.: Языки славянской культуры, 2006. – 538 с.

2Шухардт Г. Э. М. Избранные статьи по языкознанию / Пер. с нем. Л. Ю. Брауде, В. М. Павлова. – М., 1950. – С. 234.

3См., например: Елизаренкова Т. Я., Коряков Ю. Б. Языки мира: Индоарийские языки древнего и среднего периодов. – М.: Академия, 2004. – 160 с.; Макаев Э. А. Общая теория сравнительного языкознания. – М.: Едиториал УРСС, 2004. – 224 с. – (Серия «Лингвистическое наследие XX века»).

из-ум-ляться толкуется как «из ума выводимое», «из понимания происходящее». Поэтому его отличительный, корпоративный знак – глаза, изумл¸нно распахнутые в мир. Вс¸ на свете незнакомо и удивительно для широко раскрытых глаз. Изумление – радость, недоступная футболисту, но она-то и пьянит философа на земных дорогах. Его примета – заворож¸нные зрачки. Слова óì è разум, если производить их от -åìëþ è разнимаю, будут соответствовать синтетическому и аналитическому действию мыслительной способности.

Итак, выделим основные значения корня -men-:

•во-первых: корень -men- обозначал (по крайней мере, на индоевропейском горизонте) мелко-дрожательное движение чуткой материи, которое преодолевало косность, давало начало мысли, воспоминанию, мнению. Он выражал вид «тонкого» возбуждения, позволяющего открыться и воплотиться особым творческим способностям – дару слова, памяти о прошлом, предвидению будущего, постижению сути. Это ментально-душевное движение позволяет субъекту men-состояния установить связь с объектом этого действия-состояния (воспоминание). «Я» человека связано с понятиями души, духа, дыхания, чуткой ментальной (психической) силы;

•во-вторых: наиболее ранними значениями этого корня в индоевропейских языках были «бить», «резать», «гнуть»6. Одно из древних представлений: Божество рассекло Хаос и мироздание обрело порядок, гармонию;

•в-третьих: понятие «любовь» имеет значение «ломать, разбивать». По преданию, после того, как были разбиты Хаос и Мировое Яйцо, из бездны Яйца возникли Небо, Земля и Любовь. Она должна была скрепить верхний, средний и нижний миры (ср. и.-е. men è íåì. Minne – любовь). Например, слово help (англ.) cоотносится с и.-е. kel (резать). Half (àíãë.), Halb (нем.) – половина. Хаос рассеч¸н в центре, поэтому половина, середина – символ божественного творения («найти свою половину»). Типологически русск. возле – âî-çëå (то, что не в центре). Значение «резать» могло переходить в значение «наделять» (счастьем), «делать счастливым» (с-частье). Понятие «рождать» соотносится с понятием «разрезать», «разрывать» (ср. «вылупиться»). Ср. также переход значений «отверстие – судьба»: судок – посуда – судно – судьба. Во время сна происходит отделение (отдирание) души от тела: отсюда др.-инд. drati (спать). Лексемы, имеющие значение «любовь», могут принимать значение «пустой, зияющий», «бездна»: англ. love (любовь) в древнеанглийском языке имело значение «ноль, пустота». Порог, порожний – рок (рог – символ божественной силы, по форме он полый). И.-е. -men- – «любить»;

•в-четвертых: вечное, божественное начало связывается с вертикальной линией – men означает «вздыматься вверх». Интересны случаи соотношения понятий «разум», «понимать, думать» с понятиями вертикального и горизонтального положения в пространстве: например, англ. understand, íåì. verstehen. Íåì. Mensch (человек) озна- чает, собственно, «мыслитель»;

•в-пятых: понятие человека с древности ассоциировалось с движением. Любое движение рассматривалось как перемещение от периферии к центру или наоборот. И.-е. корень -men- означает «двигаться».

Несомненно, история ментальностей не может развиваться без помощи филологов. Лексикологи предоставляют фундаментальные данные, например, перечни слов, употреблявшихся в ту или иную эпоху. Необходимо рассматривать изменения словаря, устанавливать потери, приобретения и трансформации в значениях слов. История

6Маковский М. М. Сравнительный словарь мифологической символики в индоевропейских языках. Образ мира и миры образов. – М.: ВЛАДОС, 1996. – С. 69.

ментальностей интересуется языковыми истоками формулировок, семантикой, вокабулярием (словарным запасом) и его специфическими оттенками, общим горизонтом значений в церемониях, обрядах и символах, символическими действиями.

1.2. Слова с корнем men и их семантическое гнездо

Главным состоянием в структуре человеческого сознания является мысль. Мысль – это не только суждение и умозаключение. Она находится на уровне вещей, обозначаемых словами «достоинство», «достояние» – то, до чего человек «достоялся». Мысль, равная достоинству, стягивает разбросанные пространства и времена в ту точку, где стоит человек. Такое сознание воспринимает весь мир по латинской пословице «De te fàbula narrator» – «О тебе эта сказка». Вс¸ происходящее оно относит к себе. Зло любого человека говорит многое о каждом из нас. Мышление отличается от реакции: акт мысли покоится на акции, но не реакции.

В современном языке смысл глагола ó-ìå-òü ст¸рся. Кажется странным сочетание глагола с объектом в винительном падеже – уметь грамоту. И мы заменяем его предложением «уметь читать и писать». Но в старинном глаголе умети главное – вопрос не внутренней возможности и внешнего разрешения, а способности чувственного и «умного» восприятия объекта, в данном случае – грамоты. В глаголе умети легко восстанавливается мотивировка: связь со словом óìú. Умный умеет: он замечает, воспринимает, воплощает, связывает в зрительные и акустические образы. Глагол уметь отсылает к наблюдательности человека, к совести, к смыслу.

Человек неотделим от смысла (праслав. sú-myslú). Что же такое смысл? И.-е. sú-su означает «свой, хороший, благой, добрый»7. «Сво¸» в современном русском языке утрачивает это значение, но подобная семантика сохраняется в этимологически родственных словах с этой частицей: ñûí, з-доровье (доброе дерево, в смысле «хорошая материя»). Та же связь воплотилась в германских языках: нем. Kind (ребенок) имеет этимологическое соответствие с англ. êind (родной и добрый). Необходимо обратить внимание на слова, имеющие приставку ñ: со-весть, со-знание, со-бытие, с-мирение. Часто ñî-трудничество рассматривается как альтернатива конфликтного развития. Сотрудничество в международных отношениях можно определить как совместное, координированное стремление уйти от любых кризисных проявлений, как конструктивные действия на пути к новому миропорядку.

Дело любви состоит в воссоединении людей: Minne (нем.) – любовь. Неудивительно, что в Средние века философия и другие абстрактные дисциплины представлялись (даже графически) в образе прекрасной Дамы, а их поклонники (уч¸ные, чаще всего монахи, чуждые плотской любви) – в образе рыцарей, сражающихся за своих дам на диспутах-турнирах.

Èòàê, ñ-ìûñë родственен «благой мысли». Означает возможность правильных, «благих» истолкований, проникновение в тайны. Это мысль, открытая единству с другими мыслями и направленная на благо. Ведийское sumna по происхождению – тоже сложное слово: хорошая (благая) мысль. Отсюда реконструируется и.-е. su-men/ mon, представленное в праслав. sú-münenije, сомнение.

К смерти человек готовится и надеется, что она будет, в соответствии с его жизнью, «своей», хорошей. Праслав. sü-mürtü – буквально «хорошая смерть», по мере

7Иванов В. В., Топоров В. Н. Санскрит. – М.: Изд-во восточной литературы, 1960. – 134 с. – (Серия «Языки зарубежного Востока и Африки»).