История европейской ментальности. Учебное пособие

Íomo viatorius, homo movens – человек путешествующий, человек движущийся. Быть в пути – условие встреч, получения информации, знаний. В немецком языке есть клише для разрешения трудных ситуаций: «Da kam der Wanderer…» («И здесь подошел путешественник…»). Вероятно, он вс¸ объяснил. Земная «информированность» по-своему примечательна. Она предполагает информативность пути как такового. Тот, кто продвигается, должен видеть, слышать и усваивать многое и разное, накапливать информацию и передавать е¸ другим. Отсюда обозначение тканья по признаку движения (сновать) и вошедший в обиход термин «челнок». Понятие «ткать» вводит движение в мифологический контекст, в парадигму творения – навивания, ткания мира. Творческое движение было причиной возникновения мира.

Средневековых студентов, вагантов, называли «пыльноногими», покрытыми пылью дорог. Жизнь в учении и есть подлинная судьба школяра, вес¸лого мученика науки, освоившего уч¸ность школьного порядка как праздник игры.

В ХIV–ХVII вв. в Японии были популярны путевые заметки, «отч¸ты» о путешествиях, предпринятых с религиозными целями буддийскими монахами. Эти путешествия считались развитием практики дз¸:г¸: саммай (сосредоточение через очи- щающую ходьбу). Она противопоставлялась дзэнской практике дз¸:дза саммай (сосредоточение через очищающее сидение). Целью их путешествий (не всегда осознанной) было вступление в мистический контакт с духами-божествами данной местности. Среди практиковавших дз¸:г¸: саммай было много монахов-поэтов. Стимулом для их странствий являлось желание приобщиться к божествам тех мест, которые «вдохновили» поэтов прошлого.

Термины «миграция», «эмиграция», «иммиграция» имеют одно общее значение: процесс перемещения людей. Сегодня, когда открыты границы, возрастает мобильность людей. Миграция стала естественным и неизбежным процессом.

Homo ludens – человек играющий. От «играющего мальчика» Гераклита до образов людей – живых игрушек Плотина античная мысль движется в русле только общемировой рефлексии, вроде «все – игра» и «игра – это вс¸». Слово «игра» восходит к др.-греч. agos – священный трепет. Оно родственно слову ejati (санскр. движение, трепет). В игре всегда есть исполненность бытия.

Французский поэт Патрис де Ла Тур дю Пен (1911–1975) стремился создать «сумму поэзии». Она должна была объединить «три величайшие игры в мире» – игру человека наедине с собой, игру человека в мире и игру человека перед Богом. Он успешно завершил первые две части своего грандиозного труда, но третью часть – «Вторая игра» («Le second jeu», 1959) – до конца осуществить не сумел.

Разъясняя суть международных переговоров и наиболее рациональную линию поведения в различных ситуациях, американские авторы применяют постулаты математической теории игр. Согласно этой теории, все игры делятся на два типа:

•игры с нулевой суммой, в которых выигрыш одного участника точно равен проигрышу другого, и поэтому сумма выигрышей равна нулю;

•игры с ненулевой суммой, в которых никто не выигрывает и не проигрывает; прич¸м игроки больше выигрывают, если сотрудничают друг с другом.

Наиболее выгодный для себя результат участник игры получает в зависимости от того, насколько ему уда¸тся распознать план действий другой стороны. С уч¸том этого он предполагает оптимальный вариант стратегии26. Один из авторов теории игр, американский экономист Т. Шеллинг, пишет, что переговоры должны пред-

26Шеллинг Т. Стратегия конфликта / Пер. с англ. Т. Н. Даниловой. – М.: ИРИСЭН, 2007. – С. 109– 111. См. также: Ковалев А. Г. Азбука дипломатии. – М.: Интерпракс, 1993. – С. 158.

ставлять собой игру с ненулевой суммой. Для этого проблемы нужно решать комплексно.

Как отмечают политологи, вопрос использования теории игр в реальных переговорных ситуациях сложен. Авторы не принимают во внимание многие субъективные факторы, такие как манипулирование информацией и е¸ сокрытие, конфликтность переговорщиков и т.д.27 Примечательно, что в текстах К. Райс и М. Олбрайт часто встречалось выражение «игра с нулевой суммой», но в ином контексте. Например, утверждение, что отношения России и США «являются не игрой с нулевой суммой, а игрой, где каждый выигрывает достаточно»28.

Homo ridens (sorridens) – человек смеющийся (улыбающийся). Íomo festivus – человек вес¸лый. Аристотель писал в трактате «О душе»: «Из всех живых существ только человеку свойствен смех» (кн. 3, гл. 10). Эта мысль неоднократно повторялась в истории культуры. Агеласт (не умеющий смеяться, от греч. gelos – смех) надеется отнять у филогела (любителя смеха) философское обоснование оптимизма. Концептуализация смеха стала в последнее время наукой, получившей даже сво¸ имя – гелотология.

В русском языке есть заметная лакуна: отсутствие имени деятеля (субстантивного) для смеха и плача. Она особенно оттеняется регулярным выражением этого смысла посредством причастий. Вряд ли без такой лакуны могла бы так долго сохраняться на правах грамотного перевода фраза «Человек, который сме¸тся». При поиске русского соответствия англ. laughing (смеющийся) едва ли не первыми приходят в голову смехачи В. Хлебникова. Homo festivus также и «человек праздничный». В России именно придворные арапы покупали новогодние подарки, украшения для ¸лок. Возможно, их рождественская «миссия» была связана с евангельским сюжетом о дарах тр¸х волхвов – Каспара, Мельхиора и Бальтазара. Мавр Бальтазар в западноевропейской традиции (начиная с эпохи Великих географических открытий) олицетворял собой представителей черной расы или одну из частей света – Африку.

Íîmo harismaticus – человек харизматический. Сейчас стало модным словосоче- тание «харизматический лидер». Раннее христианство использовало слово charisma (греч. «дар, милость, милосердие») для обозначения дара исцеления или глоссолалии (говорения на неизвестных языках). Но харизма, вероятно, – всецело дохристианский феномен. Афина наделяет Ахилла харизмой, окружая его голову «золотистым свечением» и пронзая тело «ярким светом». Она да¸т харизму Одиссею в стране феаков: он становится «выше и крепче», волосы утолщаются, как «цветущий гиацинт», он излучает «обаяние и привлекательность». Это понятие классической античности по смыслу напоминает слово glamour (шотл. «очарование, волшебное сгущение воздуха вокруг людей или предметов»). Харизма – сияние, возникающее при взаимодействии мужских и женских стихий одаренного человека.

Homo militans – человек воюющий. Апофеоз победителя, культ военного божества и удачи, успеха принадлежит к социально-психологическому наследию человечества, доставшемуся ему от античности. О психологии искуш¸нных в войнах римлян многое говорит один факт. Они устраивали возвращающемуся из похода победоносному полководцу триумфальное шествие через свой город. Он мог быть специальным государственным решением объявлен богоподобным, а вместе с ним и народ, который таким образом приучался «любить удавшееся». Но они помещали рядом с героем на триумфальную колесницу раба, который должен был постоянно повторять ему:

27Василенко И. А. Политические переговоры. – М.: Гардарики, 2006. – С. 26.

28Secretary Condoleezza Rice. Interview With Aleksey Venediktov of Ekho Moskvy Radio. Moscow, Russia. April 20, 2005 // Материалы официального сайта Госдепартамента США. – URL: http:// www.state.gov/secretary/rm/2005/44968.htm

«Помни, триумфатор, что ты – смертный!». Первоначально слово «дерзкий» подразумевало смелое выступление навстречу врагу. Правила поведения человека воюющего сформулированы в рыцарском этосе (стиле жизни). Меч мог выступать лишь против меча. В одной фламандской хронике рассказывается, как во время крестовых войн группа рыцарей встретилась с толпой крестьян, вооруж¸нных вилами и косами. Все рыцари предпочли умереть без сопротивления, чем обнажить свой меч против крестьянских жердей.

Метаморфозой рыцарского этоса является концепция джентльмена. В е¸ основе – этос познания: побеждают оружием аргументов, а не бряцаньем доспехов. Джентльмену любую минуту следовало использовать для пополнения знаний. Нужно брать пример с Августина Аврелия: так как свечи не было, он покрыл стену над своим ложем воском и в темноте записывал мысли, приходившие ему в голову.

Уже в ХХ в. стойким пережитком рыцарства была дуэль. В Польше она просуществовала до Второй мировой войны. Джентльмен, как и рыцарь, не мог подчиниться чужой воле. В 1919 г. был напечатан «Польский кодекс чести». Из числа джентльменов исключались: доносчики; мужчины, находящиеся на содержании у женщин; люди, не отдающие вовремя долгов. Ещ¸ один пережиток рыцарской традиции – преувели- ченная деликатность в денежных вопросах. Английский этикет не допускал разговоров о долгах в светском кругу.

Термины, описывающие обмен остроумными репликами, – выпад, защита, парировать, отпор – пришли из фехтования. Взаимосвязь языка и битвы в западной культуре проявляется в словесном поединке. Даже стол переговоров превращается в поле битвы.

Homo outopicus – человек утопический. В «Двенадцатой ночи» Шекспира действие происходит в выдуманной стране Иллирии – краю, где золотые стрелы любви – единственное оружие, способное ранить людей. Сторонники европейских социальных утопий, «эразмианцы» (сторонники Эразма Роттердамского) и многие деятели церкви были убеждены, что открытие Нового света стало открытием «земли обетованной». Другая точка зрения: завоеватели столкнулись с проявлением диавольской мощи аборигенов и их обрядов, которой необходимо противостоять всеми силами христианской культуры, духовными и физическими. Этот вопрос положил начало одной из крупнейших философско-политических дискуссий в постренессансной Европе.

Net-homo – сетевой человек. Понятие сети (network) и анализа сети (network analysis) пришло из английской и американской социологии. Одно из главных исследований на эту тему было проведено Элизабет Ботт в 1957 г. Она опросила при помощи анкеты около 20 современных лондонских пар. Анкета состояла из пяти больших тем, раздел¸нных на 23 рубрики. Е¸ целью было воссоздать сеть личных взаимоотношений каждой из этих семей. Одна из тем была посвящена внешним неформальным взаимоотношениям, и было выделено три группы: родственники, друзья, соседи29. Сейчас данное определение чаще появляется в контексте разговоров о компьютерносетевой виртуальной реальности.

Слово «культура» вплоть до ХХ в. употреблялось только в единственном числе, в значении нормы и образца; понимание множественности культур возникало постепенно, но уже к концу ХХ века множественное число стало преобладать в употреблении этого термина – в антропологии, истории, этнографии, в так называемых «культурных исследованиях». Не произойд¸т ли на рубеже XXI века сходная метаморфоза с понятием «будущее», которое из нормативно-обязательного единст-

29Bott Å. Family and Social Network. Roles, Norms and External Relationships in Ordinary Urban Families. – Londres, Tavistock Publications, 1971.

венного числа – то, что непременно «будет», – перейдет во множественное число: многообразие того, что «может быть»? Тем более, что в русском языке это понятие уже имеет потенциально исчисляемую форму «будущность». Дискредитированное утопическими идеологиями и тоталитарными режимами понятие «будущее» может быть оправдано для будущего как сосуществования и взаимодействия разных будущностей.

2.7. Гуманитарные проекты ЮНЕСКО

Руководители государств, считающих образование приоритетной областью, всегда приводят один аргумент: главная гуманитарная проблема – формирование человека.

Âтечение многих лет существования ЮНЕСКО сфера образования оставалась центральным направлением е¸ работы. Одна из важнейших задач, стоящих пред ЮНЕСКО, – содействие борьбе с неграмотностью (что записано в Уставе).

Основное положение концепции, принятой ЮНЕСКО и действующей со времени е¸ создания: образование должно быть непрерывным на протяжении всей жизни человека. Данное положение нашло сво¸ отражение в правительственных программах30; воплощается в деятельности частных образовательных учреждений31, научных школ32. Идея «life-long education» сегодня популярна на Западе.

Проект ЮНЕСКО «Образование для всех» объединяет программы и подпрограммы; у них общие цели – претворение в жизнь права на образование, равный доступ к образованию, обеспечение возможностей успешной учебы.

Â1993 г. создана Международная комиссия по образованию XXI в. В 1996 г. Комиссия, работавшая под председательством бывшего президента Европейской комиссии Жака Делора, представила доклад «Образование: сокрытое сокровище».

Âоснову этого документа положены четыре столпа образования: «научиться познавать, научиться делать, научиться жить вместе и учиться жить».

Борьба с расизмом, дискриминацией, ксенофобией и нетерпимостью в той же степени является приоритетной задачей ЮНЕСКО33. ЮНЕСКО направляет свои усилия на создание международных нормативных документов, содержащих принципы, концепции и универсальные критерии оценки понятия дискриминации34.

ЮНЕСКО активно участвовала в подготовке и проведении в 2001 г. в Дурбане (Южная Африка) Всемирной конференции по проблемам расовой дискриминации, ксенофобии и нетерпимости. Эта встреча стала, несомненно, одним из наиболее значимых событий третьей Декады ООН по борьбе с расизмом (1994–2003 гг.).

Âоктябре 2003 г. ЮНЕСКО приняла Комплексную стратегию. В ней определены приоритетные направления деятельности ЮНЕСКО в этой сфере:

•содействие проведению научных исследований и дискуссий по проблемам расизма, дискриминации и ксенофобии;

30Welsh Assembly Government. – URL: http://wales.gov.uk/topics/educationandskills/?lang=en

31SCAN learning centre. – URL: http://www.scannj.com/n.index.shtml

32Сообщество партнеров ЮНЕСКО. – URL: http://typo38.unesco.org/ru/unesco-home/organization/ secretariat/unesco-networks.html

33Устав ЮНЕСКО. – C. 8. – URL: http://unesdoc.unesco.org/images/0012/001255/125590r.pdf#constitution

34Разработка Комплексной стратегии борьбы против расизма, дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости. – C. 2. – URL: http: //unesdoc.unesco.org/images/0013/001312/ 131202r.pdf

Глава 3 Европейские опыты «воспитания чувств»

3.1. Личность и различие

Те, кто бывал в Эрмитаже и видел копию статуи Вольтера работы Ж. А. Гудона (1781), знают о е¸ удивительном свойстве: когда вы обходите скульптуру, у не¸ меняется выражение лица. Вольтер плачет, издевается, смотрит на мир трагически и задыхается от смеха. Казалось бы, мрамор недвижим, но меняется наша точка зрения – и меняется лицо скульптуры. Точно так же не только мы изменяемся пред лицом мира, но и мир изменяется пред нашим лицом.

Начало упорядочения Вселенной – различение. Это напоминает игру «секретарь», известную российскому образованному обществу XIX в. Нужно было найти сходство и различие между двумя несопоставимыми объектами. Например, «Бык и роза» В. А. Жуковского:

Ó ðîçû èãëû åñòü, ðîãà åñòü ó áûêà.

Вот сходство. Разница ж: легко любви рука Совь¸т из роз букет для милого предмета; А из быков никак нельзя связать букета.

Мир, к которому примерена проблема тождества и различия, становится сложнее и многообразнее. Оказывается, внешне тождественное не всегда является таким в глубине, в скрытой своей сути. Так же и различное нередко вводит в заблуждение, обнаруживая в особых условиях исходное тождество. Discernere inter bonum et malum, verum et falsum (лат. «Разделять хорошее и плохое, истинное и ложное»). Этот дар человека становится основой, на которой возникают этика и наука. Ветхозаветный пророк Иона жалел Ниневию, в которой «более 120 тысяч человек, не умеющих отличить правой руки от левой» (Иона 4:11).

М. К. Мамардашвили, ссылаясь на Г. В. Лейбница, пересказал одну философскую истину: «Бог создал определ¸нный мир не тогда, когда Он создал правую руку, а определил мир тогда, когда после создания правой руки создал левую руку. И тем самым мир определился»1. Различение начинается с простых пар противоположностей: вода – твердь, нагота – наряд. Ветхозаветный термин «тоху-боху» (Бытие, 1:2) обозначал дотворческое состояние мира, нераздел¸нность воды и песка. В переносном смысле – «ни то, ни с¸». Мир появился, когда в н¸м появилось различное. Кембриджские генетики предложили шуточную расшифровку имени God: Generator of Diversity – «генератор разнообразия». Она близка к истине.

1Мамардашвили М. К. Классический и неклассический идеал рациональности // Мой опыт нетипичен. – СПб.: Азбука, 2000. – С. 219–246.

В русском языке счастливо срослись в одном корне слова личность è различие. Почти – повелительная форма глагола «почитать» – как бы приглашает слушателя оказать почтение разнице, мимо которой мы обычно проходим, не задумываясь. В той же функции употребляется частица «чуть», имеющая первоначальное значение «чувствуй».

Платон в диалоге «Теэтет» устами Сократа подч¸ркивает, что значение есть обособление, выделение из среды остального. Знание – всегда узнавание отличительного признака. Процесс овладения знанием соотносится с рождением (лат. in-genium, gigno) и обретением формы знания – знака. Слова восходят к одному индоевропейскому корню g’en: знание – рождение – знак. Параллельно выстраивается другой ряд: мудрость – усвоение – обособление – символ. София-мудрость всегда интенсивна, самоуглубл¸нна и находится в процессе становления. Выделение через распознавание влеч¸т новое углубление смысла (слав. o-sobiti, ob-osobiti с идеей выделения – с-по-собный, усобить, понять, усвоить, усобистый, т.е. умный). София понимается как некий ñ-ïî-ñîá (ñð. по-собие), технический при¸м, в частности, в мыслительной сфере. Он имеет целью обособление мысли и придание ей интенсивного, рефлексивного углубляющегося движения. Слово «пособить» тоже обозначает помощь: отчуждение чего-то от себя в пользу другого.

Множество понятий нес¸т этот смысл «различения». Логос – разумное собирание речений, мыслимое слово (и.-е. leg – выделять, собирать, избирать). Понятие «категория» (др.-греч. katågoreî) имело смысл облечения (определения) вещи в том, что она, собственно, есть. А греческое слово «знак, гробница» (ταϕος) связано с древнеиндийским dhyama (мысль). Распознав знак ушедшего человека, можно увидеть посвятительный знак.

3.2. «Узнай своё само»

Âдревнегреческом городе Дельфы на фронтоне храма Аполлона Пифийского начертана фраза «Ghoti Seaton» («Узнай сво¸ само»). Рядом с нею буква Å; îíà ÿâíî

не похожа на орнамент. Это самый короткий диалог. Узнай себя – говорит божество. Человек откликается: ειμαι – ты есть. Глагол «есть» здесь – не просто свойство в ряду других (существующий, великий), но имя собственное: Есть, Бытие. Поставлена задача найти и понять свою «самость».

Интеллигент, homines intellectus (лат.), – значит «понимающий». Речь ид¸т о понимании как такой силе, которой нельзя воспользоваться для своей самозащиты.

ÂСредние века интеллигенциями называли и бесплотных ангелов, и смысловые энергии. Они исходят от начального единства и укрепляются в мире, чтобы оформить, направить его. В мире как открытом целом человек узна¸т себя. В первой таблице аккадского «Эпоса о Гильгамеше» говорится: «В дальний путь ходил, но устал и смирился» (7-й стих, перевод И. М. Дьяконова). Человек завещал не свои достижения в покорении мира, но терпение и примирительность. Усталость Гильгамеша – не слабость. Без «смирения» Гильгамеш не был бы «Вс¸ видавшим» (как переводится это имя). Это не отчаяние, а достоинство, трезвый отказ от возможности завладеть миром.

Здесь можно было бы указать на одну особенность. Во многих языках слово «понимание» описывается с помощью глаголов «присваивать», «брать» и «стоять». Åpistamai (др.-греч. «я понимаю») означает буквально «я стою на этом». «Понимание» указывает на необходимость присвоения не мира, но того, что понял. «Понять» исторически связано с глаголом «взять». Understand (англ.) толкуется в словарях с

помощью глагола grasp (схватывать). Get (англ.) сочетает в себе разные значения: «схватить», «получить», «становиться», «понимать», «осознавать».

Человек проникается сознанием приоритета целого. Главным грехом в древнейших этиках (например, в греческой, египетской) является алчность: умножение себя за счет других. Это приводит к надменности, переполненности мнениями. Так, по легенде, индийский мудрец, которому было сделано замечание, что наливаемая им чашка давно переполнена, прогнал наблюдательного посетителя. Он уже ничему не смог научить того, кто переполнен мнениями, как эта чашка – чаем.

3.3. Человек куртуазный, цивилизованный

Античность видела призвание поэта и дело Орфея в «умягчении нрава». На рубеже ХI–ХII веков в Провансе (юго-восток Франции) возникла культура трубадуров. Нигде и никогда на таком небольшом пространстве и за такой короткий отрезок времени не была создана поэзия, которая отличалась бы подобным разнообразием, столь широким распространением и влиянием в мире. Эта поэзия стала школой «воспитания чувств» для европейской культуры. Трубадуры определили модели любовного переживания. Даже простые правила благовоспитанности, не говоря уже об усложн¸нных формах этикета, пронизаны рефлексами куртуазного мироощущения. Оно восходит, в конечном сч¸те, к поэзии трубадуров. Слово куртуазный (ôð. ñourtois – учтивый, рыцарский, придворный) введено в культуру французским историком Гастоном Парисом в конце ХIХ в. Оппозиция куртуазный–некуртуазный универсальна и наполняется различным содержанием, но главное – изящество, галантность, учтивость. Можно привести пример из истории XV в. Королева Англии Маргарита Анжуйская была низложена и бежала вместе с сыном в Нидерланды. Ей оказали поч¸т, подарили две тысячи золотых крон и вежливо выпроводили из герцогских владений. Вся эта церемониальная почтительность – не лицемерие. К Маргарите, королеве и женщине, отнеслись с уважением. Подобное действие лежит в сфере куртуазности. Политическому противнику отказали в убежище. Это уже сфера дипломатии: бургундские герцоги поддерживали дружественные отношения с Йорками.

Среди тех требований, которые куртуазия предъявляет к влюбл¸нному, следует назвать чувство меры (фр. mesura). Имеются в виду такт, самоконтроль, что отнюдь не свидетельствует об ослаблении страсти. Обязательным требованием является также jovens – юность. Она означает не «молодость» (juventus), а бодрость духа, благородство, широту натуры. Восстанавливается исходное значение слова «юный» как воплощение вечности (вечно юный). Истоки такого понимания jovens находятся, вероятно, в арабской литературе. Арабское слово fate означает и молодость, и благородство.

Важное куртуазное правило: ben celare (лат. «хорошо спрятаться» от ñelum – небо). Не следует настойчиво искать биографические сведения о человеке. Оставим недосказанное недосказанным в залог следующей встречи. Человек, как и небо, скрывает тайны. Необходимо создать пространство вокруг человека. Судить человека по внешнему рисунку его поведения может только тот, кому открыта книга души, но нет гарантий полноты самопознания, тем более знания другого.

Традиции провансальских трубадуров были продолжены в Германии миннезингерами – певцами нежной любви (Minne îò è.-å. men). Ум и понимание связаны с приятием и любовью. Человек в своем существе воплощает философию: любящее мудрствование, принимающее понимание.

Пик куртуазного «сезона» в Англии приходился на день Св. Георгия. Он занимал совершенно особое место в календаре так называемых торжественных дней (state days). Св. Георгий считался официальным покровителем Ордена Подвязки. Его день отмечался торжественной процессией кавалеров в орденских одеждах во главе с самой королевой. Она как правящая государыня считалась главой Ордена. Уместно напомнить, что Орден Подвязки появился в период острого англо-французского противостояния в годы Столетней войны. Атмосфера этого праздника в постреформационной Англии неизбежно придавала куртуазной риторике привкус национализма.

Человек цивилизованный. Во французском языке слова civil (XIII â.) è civilité (XIV в.) связаны со своими латинскими предшественниками. Глагол civilizer появляется позже. Одно из его значений – приводить в цивилизованное состояние, т.е. делать цивильными и мягкими манеры людей. Обработка внешности вещей и людей не обходится без некоторого насилия. Однако же затрата энергии возмещается экономией, которую обеспечивает смягчение нравов и манер. Эта идея может быть развита до более общего смысла. Законы и институции обеспечивают мягкость и гладкость общения между людьми, отношений народов в целом. Учтивый è приученный к порядку (poli, police) – фонетически весьма близкие слова. Французские писатели XVII–XVIII вв. обыгрывают их сходство и иногда пользуются ими как взаимозаменимыми. Общеизвестно различие их этимологии: одно происходит от глагола polire (лат. «полировать»), другое же – от слов police, politeia (ãðå÷.) è politie, police (фр. «порядок», позднее – «полиция»). Их взаимное притяжение носит не только фонетический, но также семантический характер. Родственными являются глаголы ðolir (фр. «цивилизовать людей, их манеры и язык») и policer (фр. «приучать к порядку»). Существуют цивилизующие инстанции, например, словесность, искусство и время, «самый честный парень», как говорят итальянцы («tempo – uomo piùonesto»).

«Столичность» была как бы оболочкой человечности – этикетом общения. Обходительность, учтивость, изящество, л¸гкость, остроумие воспитывались чуть¸м

èопытом, на пробах и ошибках. В ХIII в. Иоанн Гарландский написал нравственное руководство для школяров «Morale sсolarium». Он перечисляет семь качеств, которые должны отличать культурного, мыслящего человека. Для обозначения этих качеств он пользуется определением urbanus, произв¸денным от слова urbs. Главные свойства культурного человека – urbanus proprietas – состоят в том, чтобы быть трезвым и умеренным в своих частных делах, с легким вес¸лым видом (genis hilaratis) вести дела общественные, быть любезным (affabilis) в отношении людей знакомых и незнакомых; всеми силами избегать спора с товарищами, когда они возбуждены; веселым смехом «покрывать» безобразное, оставаясь безупречным в собственных мыслях; оказывать гостеприимство, уметь быть стойким в тяж¸лых обстоятельствах

èумеренным в радости. В этом перечислении возникает идеал студента, сочетающего л¸гкий шутливый нрав с разумностью и достоинством.

3.4. Патематика и тип «трудного пути»

«Трудный путь» в европейской культуре является богословским термином. Это путь искупления; крестный путь Иисуса на Голгофу с особо выделенными четырнадцатью остановками – от смертного приговора до смерти на кресте, от Вознесения до Воскресения. Значимо и ценно то, что связано с предельным усилием, с ситуацией «или-или», в которой происходит становление человека.

В разных языках мира актуализируется идея препятствий на пути, сложностей. Пишущий древний грек взял у пашущего древнего грека манеру письма: непрерывно

справа налево и далее слева направо (бустрофедон – поворот быка). В книге Лао-цзы «Дао Дэ Цзин» («Канон Пути и его Благой Силы») речь ид¸т о пути. Он обозначается вс¸ тем же иероглифом – извилистой линией пути и головой вола, бредущего по дороге. Steig (нем. «крутая тропинка») ориентирует на трудности, связанные с подъемом (steigen), на непрямоту при движении снизу вверх (Stiege – лестница). Время восходит к и.-е. uertmen, uert – вертеть, вращать, т.е. круг, поворот, оборот. То, что вращается, возвращается. Корень uert применяется для обозначения судьбы, а также для номинации разв¸ртывания пространства: vart-man (др.-инд.) – путь, тропа; versus (лат.) – ряд, линия, борозда; съвърсть (церк.-слав.) – одинаковый возраст.

У слова есть культурная память. Необходимо подчеркнуть актуальную семанти- ческую мотивировку понятия òðóä в русской языковой традиции. Для нас òðóä è работа являются синонимами: труд – понятие об усилии, работа – о производстве самого дела. Но когда-то они отличались весьма резко. Слово òðóä употреблялось также в смысле бедствия, болезни, страдания2. Это не просто некое занятие, выполнение задачи. Труд прежде всего мучителен. Работа означала не только дело, но и рабство.

Этимология слова «труд» обнаруживает мотив бремени жизни, вынужденного и принудительного: treud (è.-å.) îò ter – давить, мять, защемлять, толкать. Корень ter (òðè) присутствует во многих ключевых словах. Составим семантическое гнездо:

три, тереть (ñð. т¸ртый калач), трезвый, терзать. Трезвость при таком понимании – знак опыта человека, прошедшего через трудности, их терзания и усвоившего урок. Это совокупность всех испытаний, препятствий, мучений жизни. Человек в разных культурных традициях проходит через три мира (нижний, средний и верхний). Три космологические сферы образуют преисподняя, земля, небо. Три состояния – смерть, временная жизнь, вечная жизнь. Третий брат в русских сказках проходил три царства и возможные состояния, вс¸ испытав, и только после этого обретал счастье. В языке воплощ¸н трудный путь нашей жизни: печальный – печь; стыд – студить; опытный – пытать; битка (тертый калач) – бить и т.д.

Патематика – научение через претерпевание. Слова «страдание» и «страсть» в русском языке не стали терминами. Поэтому лучше воспользоваться транслитерацией слова «pathos» (греч.). В сочинениях Аристотеля изображен патос трагического героя: «претерпевания», испытываемые им под влиянием внешних обстоятельств, порождаемые ими изменения (Метафизика, V, 21:1022b 15–18). Это чувства напряж¸нные и бурные; состояние homo patiens, привед¸нное в расстройство. Что касается слова «пафос», то оно приобрело в европейских языках неопредел¸нно-возвышенное значение. Параллельное понятие ýòîñ (ethos) обозначает неизменные внутренние черты, характер человека.

ÌóêÀ è ìÓêà – два одинаковых слова с разными ударениями. Во многих языковых клише «хлеб» метафорически означает человека или его жизнь. Вот так же пшеница страждет в жерновах и под рукою хлебоделателя. Слово печаль через соответствующий глагол «печь» отсылает к образам горения, огня, пламени. Печение хлеба не являлось просто ежедневным бытовым занятием. Это действие сохраняло свое ритуальное значение. Приготовление хлеба – одна из типичных реализаций мифа об испытании, страдании, смерти и обретении новой жизни. Хлеб проходит весь путь страданий и только затем становится средством, обеспечивающим человеку жизнь.

2Срезневский И. И. Словарь древнерусского языка: В 3 т. – Т. III. – Ч. 2. – М.: Книга, 1989. – С. 532. См. также: Топоров В. Н. Святость и святые в русской духовной культуре: В 3 т. – Т. I. Первый век христианства на Руси. – М.: Гнозис, 1995. – С. 704.