История государства и права России с древних времен до октября 1917 года. Учебник

2.1. Возникновение Польского государства

древнепольского государства, позволившей ему одерживать победы в трех войнах против могущественной Германской империи»1. Цели физического выживания государства была подчинена и бурная внешнеполитическая деятельность первых польских королей, одним из результатов которой было создание польско-чешского союза 60– 80-х гг. X в., который, по-видимому, «рассматривался первоначально его создателями как инструмент сотрудничества в Центральной и Восточной Европе с Германской империей, уже в 70-е годы в связи с агрессивной политикой восточногерманских феодалов, пользовавшихся поддержкой императорского двора, превратился в орудие борьбы с Германией»2.

Целям же укрепления положения Польши на международной арене служило и принятие христианства западного образца, после чего большую роль в управлении государством стали играть церковные органы.

Иными словами, польская государственность, сложившись постепенно и естественным путем через усложнение социальной организации общества, с выходом на международную арену подверглась сильному влиянию со стороны прежде всего своих западных соседей, что существенно видоизменило ее дальнейшее развитие.

Проводя сравнение молодой польской государственности второй половины X в. с государственной организацией Киевской Руси IX в., мы можем отметить следующее.

Во-первых, оба государства возникли по одинаковому естественному пути, заключавшемуся в постепенном усложнении социальной организации общества и шедшему по направлению род – поселение – племя (ополье) – союз родственных племен (ополей) – суперсоюз – государство.

Во-вторых, и в Польше, и на Руси важнейшую роль в вышеобозначенном процессе играли города, которые выступали сначала как административно-политические центры объединений соответствующих уровней.

1 История Польши. Т. 1. С. 42.

2 Королюк В. Д. Указ. соч. С. 72.

61

Глава 2. Возникновение государства в Польше и Швеции

В-третьих, аппараты Древнерусского и Древнепольского государств были практически идентичны как по своей структуре, так и по назначению. Это князь (король), дружина, наместники с гарнизонами и подвластные князья племенных территорий. Аппарат имел целью удерживать господство центра над окраинами.

Из всего сказанного можно сделать вывод о том, что и по сущности, и по форме первоначально возникшие на Руси и в Польше государства были практически идентичны.

2.2. Возникновение Шведского государства

На самом севере Европы – на Скандинавском и Ютландском полуостровах – с незапамятных времен селилась северная ветвь германских народов. «В пору перехода от античности к средневековью скандинавские племена остались на периферии “великого переселения народов” III–V веков... Со времени “переселения народов” соци- ально-экономическое и культурное развитие скандинавов стало заметно отставать от развития прочих германских племен, осевших на территории Римской империи или, шире, в Западной и Центральной Европе»1. Во многом это отставание объяснялось неприветливостью территории, на которой расселилась скандинавская ветвь германцев. Низкие темпы экономического развития, проистекавшие из суровости климата, неплодородности почв и бедности природы, привели к задержке социального развития. «Первоначальное политическое объединение каждой из трех стран – Дании, Норвегии и Швеции – удалось лишь в X веке»2.

Население Скандинавского и Ютландского полуостровов состояло из множества племен, из которых к VIII в. начали выделяться три большие группы народов – датчане, норвежцы и шведы. Именно в период с VIII по XI в. в Скандинавии происходил процесс разложения племенного строя и становления государства. «Конец VIII – середина XI в. носит в истории скандинавских стран название “эпоха

1 Кан А. С. Указ. соч. С. 10–11.

2 Там же. С. 13.

62

2.2. Возникновение Шведского государства

викингов”. В этот период шведы, датчане и норвежцы непрерывно совершали грабительские набеги на страны Восточной, Западной и даже Южной Европы и Передней Азии»1.

Этот период скандинавской истории, первый с такой четкостью отображенный на страницах европейских хроник, был подготовлен предшествовавшими ему веками развития северогерманского общества. «Небольшая культурная территория могла прокормить сравнительно ограниченное число людей. Прибавочный продукт оставался низким. Вот почему беднота искала новых источников существования на чужбине, а знатные люди – новых источников наживы и эксплуатации. Успешные набеги и пиратские экспедиции могли быть проведены лишь при взаимодействии этих двух сил. Нужны были не только люди, но и корабли, вооружение, воинский и мореходный опыт, съестные припасы, а при переселении – также скот и сельскохозяйственные орудия. Первыми викингами были жители той из скандинавских стран, для которой море имело наибольшее значение, т. е. Норвегии. Их походы начались в июне 793 г., когда они привели в ужас монахов острова Линдисфарна в северо-восточной Англии... Датских викингов было больше, и организованы они были лучше, чем норвежские. Походы датчан – основной поток скандинавской экспансии, и это не случайно. Дания представляла собой наиболее развитую из скандинавских стран. Объединение в одно крупное королевство было здесь более легким делом, чем в обширных и малодоступных землях шведов

инорвежцев. Походы датских викингов – это не столько набеги, сколько планомерно организованные экспедиции. Их готовят, а то

ивозглавляют сами короли Дании, их родственники и приближенные... Швеция эпохи викингов была, бесспорно, более отсталой и менее населенной страной, чем Дания. Море здесь играло меньшую роль, чем в жизни Норвегии. Тем не менее общие предпосылки для походов викингов действовали и в Швеции. Именно у шведских викингов оказались наиболее благоприятные условия для торговли

1Ковалевский С. Д. Образование классового общества и государства в Швеции. М., 1941. С. 70.

63

Глава 2. Возникновение государства в Польше и Швеции

с Востоком. Напротив, для массового исхода населения серьезных предпосылок в Швеции, по-видимому, не было»1.

Хотя шведы и отправлялись в набеги реже, чем датчане и норвежцы, но все же и их дружины покрывали себя громкой славой. «Имеется множество данных об участии шведских викингов в набегах на Каролингскую империю, в завоевании Британии, в колонизации Исландии. Но главной ареной действия шведов была, естественно, Балтика»2. С. Д. Ковалевский пишет, что «около 190 шведских рунических надписей, большая часть которых датируется XI в., свидетельствуют о торгово-грабительских экспедициях шведских викингов. Из них в 93 надписях говорится об экспедициях на восток (в Прибалтику, Финляндию, на Русь и в Византию) и в 52 – на запад (в Англию, Францию и Италию)»3.

Подобное бурное участие скандинавов вообще и шведов в частности в международной жизни было бы невозможно без некоторой их внутренней организации, к анализу которой нам стоит обратиться.

Как уже упоминалось, древнешведская народность первоначально не была однородной. Известно, что «еще в XI в. на территории Швеции жило несколько разных племен, занимавших отдельные территории. Сильные пережитки племенного самосознания сохранились, особенно у гутов и вестъётов, в течение всего средневековья»4. Эти разнообразные племена все же подразделялись на две более крупные группы: свеев, занимавших определенную территорию, именуемую Свеаланд, и гетов, населявших Гёталанд. Единое же Шведское королевство было консолидировано под властью свейских королей путем покорения последними Гёталанда. Таким образом, для раскрытия процесса становления Шведского государства нам следует прежде всего обратить свой взор на историю развития свейских племен.

Каждое свейское племя населяло определенную территорию, получившую в науке название племенной области, которая также

1 Кан А. С. Указ. соч. С. 15–20.

2 Там же. С. 20.

3 Ковалевский С. Д. Указ. соч. С. 87.

4 Там же. С. 73.

64

2.2. Возникновение Шведского государства

не была однородной и распадалась на более мелкие территориальные единицы – сотенные округа, «херады» в Гёталанде и «хундари» в Свеаланде. Так, «в “Легенде о святом Зигфриде”, написанной около 1205 г., но описывающей события начала XI в., об области Веренд (в современном Смоланде) рассказывается следующее: “Было в той земле 12 третей (tribus), общественными делами которых в то время управляли по древним законам могущественные или знатные”... Следовательно, Веренд состоял из 12 “третей”... Во главе управления всей областью стоял, очевидно, совет из 12 старейшин... избиравшихся по одному от каждой трети»1. О сущности сотенных территориальных образований нам ничего точно не известно. Одни ученые считают, что «это было объединение группы деревень, население которых должно поставить в племенное ополчение сотню воинов»2, другие видят в подобных территориальных образованиях замену отмершему в VIII–X вв. в Скандинавии родовому делению, лишь впоследствии приспособленную к административным целям3. На слабость родовых связей в скандинавских странах указывает и тот факт, что вместо рода основным субъектом права там выступает свободный общинник – бонд, да и само существование развитой системы обычного права и органов его применения – народных собраний (тингов) – свидетельствует об оттеснении на задний план кровнородственных отношений и о замене их социальными. Поэтому, на наш взгляд, сотенные округа следует считать той формой социального общежития, которая была призвана заменить ослабленные рядом причин кровнородственные связи.

Из-за низкой урожайности земли, разбросанности населенных пунктов и небольшой плотности населения в них «сотни» (херады, хундари) стали насущной необходимостью для сохранения единства племени.

Сотенные округа имели свои органы управления, важнейшим среди которых по праву может считаться народное собрание – тинг.

1 Ковалевский С. Д. Указ. соч. С. 99–100.

2 История Швеции. М., 1974. С. 73.

3 Ковалевский С. Д. Указ. соч. С. 73–74.

65

Глава 2. Возникновение государства в Польше и Швеции

Система тингов пронизывала все свейское общество, и «даже меньшие территориальные единицы, так называемые сотни – херады, или хундары, – которые, может быть, получили свою организационную форму именно около этого периода, имели свои тинги»1. Точных сведений о народных собраниях на низовом уровне свейского общества очень мало. «Все, что мы действительно знаем о тинге, известно нам на основании предписаний областных законов, которые были записаны позже»2, а следовательно, относится уже к более высокой ступени интеграции. Однако, экстраполируя общее на частное, мы можем считать, что в работе тинга мог участвовать любой свободный человек (бонд) и что на нем решались наиболее важные для жизни сотни вопросы. Судя по всему, в каждом подобном округе должен был избираться руководитель (единоличный или коллегиальный), в компетенцию которого, по крайней мере, входило руководство тингом. Мог существовать в херадах также и постоянный совет старейшин.

Следующим звеном социальной организации свеев была племенная область, которая включала в себя несколько сотенных округов и населялась отдельным племенем, имевшим как собственное название, так и собственную власть, организованную следующим образом.

«Уже в VI–VIII вв. существовали племенные вожди – конунги, стоявшие во главе отдельных вполне самостоятельных свейских и гетских областей»3. А. С. Кан пишет, что «данные раскопок в сочетании с сообщениями литературных источников – англосаксонских и исландских – указывают на возникновение не ранее VI в. как раз

внаиболее плодородных и густонаселенных областях первых племенных княжеств с легендарными династиями во главе – Инглингов

вШвеции и Норвегии, Скьолдунгов в Дании»4. Должность конунга была выборной, хотя выбор, как правило, падал на представителей наиболее знатного рода, в результате чего и возникали указанные

1 Андерссон И. История Швеции. М., 1951. С. 53.

2 Там же.

3 История Швеции. С. 73.

4 Кан А. С. Указ. соч. С. 12.

66

2.2. Возникновение Шведского государства

выше династии. Полномочия конунга сводились лишь к роли военного предводителя. Ни в отправлении судебной власти, ни в гражданском управлении заметного участия он не принимал.

Основную массу полномочий сосредоточивало в своих руках народное собрание племени – областной тинг (ландстинг). «Он собирался в определенное время года в одном и том же месте»1. Ландстинг обладал всей полнотой власти, разрешая практически любые вопросы – от избрания конунга до наказания преступника. Понятно, что осуществление столь обширных полномочий было бы невозможно без каких-либо организующих начал. И они были отражены в «областных законах» и поддерживались специальными должностными лицами – лагманами.

«Древняя Швеция еще не имела общих писаных законов, но в каждой области страны существовало развитое устное право, восходившее своими корнями еще к эпохе родо-племенного строя, но отражавшее глубокие изменения, происшедшие в общественно-по- литической жизни за рассматриваемый период»2. И. Андерссон объяснял появление областных законов следующим образом: «Месть – ответ и быстрый и эффективный – проводилась в жизнь отдельным лицом при помощи рода, но и здесь уже с раннего времени было возможно регулирующее влияние общества, создавшего социальные нормы права. Применение этих норм было делом тинга, т. е. собрания вооруженных свободных людей»3.

Ранее нами уже отмечалось, что система обычного права призвана была заменить ослабевшие в силу объективных причин родовые нормы, основанные на кровнородственных связях. Как известно, в Швеции эпохи викингов тесных родовых связей уже не существовало, поэтому судьей при конфликтах между членами племени выступали не старейшины родов, а собрание всех членов племени, тинг.

Как уже упоминалось, на тинг собирались все свободные члены племени, бонды. Подобное собрание должно было быть доволь-

1 История Швеции. С. 75.

2 Там же. С. 77.

3 Андерссон И. Указ. соч. С. 53.

67

Глава 2. Возникновение государства в Польше и Швеции

но большим, и для его плодотворной работы необходимы были ка- кие-то организующие органы. «Еще в эпоху викингов в свейских и ётских областях возникла должность лагмана… Лагман обязан был помнить наизусть обычаи и законы области и “говорить”, а также “толковать” их на тинге. Иногда лагманы были создателями новых законов. Лагман был председателем ландстинга и в качестве такового первым утверждал вновь избранного короля на тинге. Он следил за правильностью судопроизводства на тинге и при вынесении приговоров обязан был точно следовать нормам обычного права. Из хроники “Лагманы вестъётов” явствует, что лагман управлял областью вместе с советом хёвдингов (очевидно, херадсхёвдингов), в котором он, по-видимому, также председательствовал. Вероятно, первоначально функции лагмана исполнял весь совет, члены которого все были “лагманами”, как это было на Готланде и в Норвегии»1.

Переоценить значение этой должности очень сложно. «Классическое изображение подобных собраний и их лагманов дал уже известный нам исландский скальд Снурре Стурлассон в своей новелле о лагмане Торгни, который от имени всего народа вел процесс против короля свеев Улофа Шетконунга»2.

Из всего вышеизложенного видно, что лагман был фактически первым лицом в племенной области при решении всех вопросов, кроме военных, где последнее слово оставалось за конунгом. Однако не следует и переоценивать его влияние, так как он был всего лишь должностным лицом ландстинга, на котором и избирался. «Лагман должен был быть сыном полноправного свободного человека (бонда), но, видимо, на деле избирался из числа наиболее родовитых бондов»3. Будучи избранным на тинге, лагман вынужден был защищать интересы большинства бондов, избравших его, так как, хотя, «по-ви- димому, лагманы избирались пожизненно, но могли быть смещены (очевидно, ландстингом)»4.

1 Ковалевский С. Д. Указ. соч. С. 100–101.

2 Андерссон И. Указ. соч. С. 53.

3 История Швеции. С. 76.

4 Ковалевский С. Д. Указ. соч. С. 102.

68

2.2. Возникновение Шведского государства

Подобная внутренняя организация древнешведских племен была достаточной для их автономного существования. Но Швеция эпохи викингов знала еще одну ступень интеграции – союз родственных племен. «Из сообщений Римберта, Адама Бременского и Снорри Стурлусона можно сделать вывод, что в IX–XI вв. Шведское королевство было конфедерацией нескольких племенных областей во главе с одним королем»1. Это было довольно непрочное объединение, но и оно сложилось не сразу, и в его основе лежала религиозная общность свейских племен. «Несомненно, что в дохристианскую эпоху королевская власть в Швеции имела сакральный характер. Короли, как правило, были верховными жрецами языческого храма всей Швеции в Упсале»2. Именно вокруг этого храма и племени, на земле которого он находился, и происходила интеграция свейских племен. «Религиозные празднества, регулярно собиравшие у Упсальского храма все население свейской земли, способствовали укреплению внутриплеменных связей и все большей консолидации племен. Во время празднеств встречались друг с другом конунги и знать отдельных областей Свеаланда; росло и укреплялось значение самого влиятельного из них – конунга Упсалы, игравшего ведущую роль в религиозных церемониях, опиравшегося и на духовный авторитет Упсальского храма, и на его богатства, и, возможно, земли»3. Именно на землях этого общесвейского центра, «согласно традиции исландских саг, сложилась династия Инглингов – верховных жрецов, бывших одновременно племенными вождями – конунгами. Они возглавляли сначала область Упланд, а затем постепенно подчинили себе и другие области земли свеев»4.

Однако положение шведских королей вряд ли могло быть прочным. Об этом говорит уже тот факт, что «короли Свеаланда избирались из представителей рода Инглингов на тинге»5. Речь идет об общесвейском тинге, который регулярно собирался во время рели-

1 Ковалевский С. Д. Указ. соч. С. 99.

2 Там же. С. 102–103.

3 История Швеции. С. 74.

4 Там же. С. 73.

5 Там же. С. 75.

69

Глава 2. Возникновение государства в Польше и Швеции

гиозных празднеств в Упсале. «На этом тинге раз в год полноправное мужское население Свеаланда обсуждало и решало основные государственные дела»1. Обсуждению, скорее всего, подлежали не экономические или управленческие вопросы, так как они составляли компетенцию ландстингов, а военные дела, споры между племенами и организация власти, т. е. выборы короля. Из-за ограниченности контактов между племенами и количество разрешавшихся на общесвейском тинге вопросов не было большим.

«Конфедерация шведских племенных областей имела только один общий орган власти – короля»2. Как уже говорилось ранее, должность короля была выборной и продолжала оставаться таковой вплоть до середины XIII в.3 Полномочия первых свейских королей вряд ли можно назвать обширными. Так как из-за слабой степени интеграции вся гражданская и судебная власть была сосредоточена на местах, то кроме сакральных функций королю отводилась лишь роль военного предводителя. Выступая в этом своем качестве, свейский конунг опирался прежде всего на народное ополчение. «Король имел собственную дружину. Но она была, по-видимому, немногочисленной»4. Во всяком случае, не настолько сильной, чтобы принести своему предводителю достаточную независимость от племенных органов.

«В этот период у короля отсутствовала постоянная резиденция. Государственная организация еще слишком слаба и примитивна, чтобы материально обеспечить постоянное пребывание короля и дружины в одном месте. Еще не существует ни регулярных налогов даже в натуральной форме, ни развитого административного аппарата, который мог бы собирать налоги и свозить их со всей страны в одно место. На данном этапе могла возникнуть лишь самая примитивная нерегулярная форма обложения свободного населения – сбор на местах продуктов, необходимых для прокормления короля и его дружины. И король, и его дружина используют подобное нату-

1 История Швеции. С. 75. Там же.

2 Ковалевский С. Д. Указ. соч. С. 102.

3 Андерссон И. Указ. соч. С. 62.

4 Ковалевский С. Д. Указ. соч. С. 110.

70