История государства и права России с древних времен до октября 1917 года. Учебник

1.1. Зарождение и формирование идей государства и права в Древней Руси

единственной организационной структурой, охватывавшей всю Русь и поддерживавшей общенациональное единство. Но сакральное понимание природы государственной власти в правосознании св. Владимира не простиралось на его власть над церковью, не позволяло вторгаться в сферу вероучения. В киевский период и в начале периода северно-русского церковь была свободна от государства, что позволяло требовать от носителей княжеской власти подчинения некоторым идеальным началам не только в личной, но и в политической жизни – верности договорам, миролюбия, справедливости.

Начиная со святого Владимира зарождается особое русское понимание права, суть которого заключается не просто в регулировании общественных отношений, а «в смысле их исправления по идеям высшей правды»1. Древнерусское право рождалось в единстве христианского и римского правопонимания. Большинство русских философов права именно вслед за князем Владимиром отказывались от позитивистского отождествления права и закона, однако именно консерваторы фиксировали эту черту русского правосознания как неотъемлемую константу православного правопонимания.

Благодаря князю Владимиру происходит закладка ряда архетипов русской политической и правовой культуры, среди которых можно выделить следующие. Во-первых, это архетип «Русская земля» как символ земного места совершения спасения и восхождения в Царство Божие. Во-вторых, «Святая Русь» как образ огромного дома, обители русского народа и православной христианской веры. В-третьих, «князь» как защитник веры и земли Русской, отвечающий перед Богом за ее судьбу и судьбу ее людей. Обязанности князя рассматривались как данные свыше, от Бога, и наипервейшая среди них – забота о спасении своего народа. Соответственно, внешнеполитическая задача князя – обеспечение мира, необходимого для тихой и кроткой христианской жизни.

Так в России постепенно складывалась самодержавная монархическая идеология. Самодержавие – монархическая форма правления

1Соловьев В. Духовные основы жизни // Социальное значение религиозной личности. Вышний Волочек, 1903. С. 125.

21

Глава 1. Возникновение Древнерусского государства

в России, при которой носителю верховной власти – царю или императору – принадлежала вся полнота власти.

Следует обратить особое внимание на великого киевского князя Владимира Мономаха (1053–1125). О его взглядах мы можем судить по тексту «Повести временных лет», а также по собственным произведениям князя – «Поучение детям», «Отрывок (автобиография)», «Послание Олегу Черниговскому», объединенным под общим названием «Поучение Владимира Мономаха»1. В этих книгах содержатся нормы нравственного характера, необходимые для самоограничения правителя: все дела великому князю следует решать с советом дружины, уважать «старейшего» князя; суд вершить по правде; не творить смертной казни; не мстить; не иметь вражды с другими князьями, все усилия направлять на поиски мира. Владимир Мономах считает важным преодолевать пожелание захвата чужих княжеств. В ответ на зов братьев захватить волость Ярославичей он говорит: «Хоть вы и гневайтесь, не могу я ни с вами пойти, ни крестоцелование преступить». По его взглядам, разрушение политического договора, в основу которого положено крестоцелование, является религиозным преступлением. Поэтому нравственность правителей – стержень единства Русской земли2.

Одним из первых богословско-правовых и политических русских трактатов, в которых изложены идеи государственного права, было «Слово о законе и благодати» киевского митрополита Илариона. Оно было написано для целого ряда богословских, аксиологических, политических задач, среди которых отвержение иудейского вероучения с его узкой трактовкой закона, разрешение вопроса о соотношении Ветхого и Нового заветов, христианства и иудаизма, а также затрагивало проблему независимости Русского государства и русской церкви от Византии.

1Золотухина М. Н. Владимир Мономах и развитие русской правовой культуры // Советское государство и право. 1982. № 5. С. 71; История русской литературы X–XVII вв.: учеб. пособие / под ред. Д. С. Лихачева. М., 1979. С. 99.

2Сосенков Ф. С. Об идеях государственного единства в политико-правовых взглядах Владимира Мономаха // История государства и права. 2014. № 9. С. 37–40.

22

1.1. Зарождение и формирование идей государства и права в Древней Руси

Начинается произведение такими словами: «О Законе, через Моисея данном, и о Благодати и Истине через Иисуса Христа явленной, и как Закон отошел, (а) Благодать и Истина всю землю наполнили, и вера на все народы распространилась, и до нашего народа русского (дошла). И похвала князю нашему Владимиру, которым мы крещены были. И молитва к Богу от всей земли нашей». Важным Илариону видится образ идеального князя, воплощением которого был живший ранее князь Владимир, чья власть была ограничена религиозно-нравственными нормами. Прежде всего, недопустимо властвовать над людьми ради власти: власть должна употребляться праведно. Князь должен быть единодержцем всей земли, творить милостыню и быть щедрым к своим подданным, заботится о сирых, болящих, вдовых и всех иных, требующих милости, а также о церквах и монастырях. Иларион сравнивает князя Владимира с императором Константином Великим – основателем Византии – и указывает на продолжателя дела Владимира, его сына Ярослава.

Следует иметь в виду, что институт самодержавия вовсе не противоречил демократизму в управлении народом. В Русской Правде имеются сведения о том, что вся русская земля в смысле уплаты вир по уголовным делам была разделена на общины, называвшиеся вервями. В статьях Русской Правды по гражданским делам имеются также указания на общинное устройство русской земли.

Важным для понимания государственно-правовых взглядов и конституционного правосознания правителей, общественных деятелей и всего народа Древнерусского государства представляется «Моление Даниила Заточника, написанное им своему князю Ярославу Владимировичу». Моление – памятник древнерусской литературы, возникший в начале XIII в. Основой текста является послание Даниила к переяславско-суздальскому князю Ярославу Всеволодовичу. Его произведение показывает потребность в укреплении великокняжеской власти, единство которой было необходимо для обороны государства. Центральной политической идеей произведения, его основой служит описание образа великого князя. Князь должен быть внутренне прекрасен милосердием, мужеством и твердостью в принятых решениях, управление его должно быть справедливо

23

Глава 1. Возникновение Древнерусского государства

(«дуб крепок множеством корения, тако и град наш твоею державою»). Даниил сравнивает князя с капитаном корабля и считает верховным главой своим людям («кораблю глава кормник, а ты, князь, людом своим»). В том случае, если в его народе анархия, в державе нет порядка, то сильное государство может погибнуть. Держать совет князь должен с «думцами», которые подбираются по уму и справедливости. Поэтому для князя важно научиться их выбирать. Кроме того, князь должен собрать хорошее войско во главе с хорошим начальником, которое и есть его сокровище – «богатство во множестве храбрых и мудрых людей». Присутствует в произведении и тема «царской грозы», царского гнева на неправду, творимую подчиненными. Следует сказать, что данная гроза не является проявлением «дурной агрессии», так как ограждает «яко плодом твердым». Гроза необходима для ограничения произвола со стороны боярского самоуправства, которое разрушает централизованное управление: «конь тучен яко враг смыслит на князя злое», а «боярин богат и силен, и он на князя своего мыслит все злое». «Гроза» нужна и для внутренних врагов, и для внешних. Благодаря ей будет восстанавливаться нарушенная справедливость.

1.2. Эволюция взглядов на возникновение Древнерусского государства

«Откуда есть пошла Русская земля…». Этот вопрос волнует умы ученых на протяжении многих веков. Поставленный еще древним летописцем, он до сих пор продолжает оставаться в центре исторических баталий. Споры по этому вопросу, то затихая, то вновь разгораясь, ведутся с самого начала становления отечественной исторической науки, но до сих пор еще ни одна сторона не может со всей уверенностью сказать, что точно знает ответ на него.

XVIII век. Отсталая как в экономическом, так и в социально-по- литическом развитии Россия пытается догнать давно ушедшую вперед Европу. Петр I проводит целый ряд реформ, затрагивающих многие сферы общественной жизни страны. Одной из этих реформ было

24

1.2. Эволюция взглядов на возникновение Древнерусского государства

учреждение Санкт-Петербургской Академии Наук. Из-за недостатка, даже отсутствия отечественных ученых для создания академии вынуждены были приглашать зарубежных профессоров. Часть их признала Россию своей новой родиной и служила ей добросовестно, но часть, во главе с секретарем академии И.-Д. Шумахером, проводила политику недопущения в науку исконно русских кадров1. Вот в такой обстановке и родилась отечественная историческая наука. И само собой разумеется, так как история того или иного государства не пишется с середины, уже первые российские ученые-историки попытались отследить процесс становления Древнерусского государства. И в подобной работе их внимание не могло не привлечь богатейшее наследие русского летописания.

«Русское летописание дошло до нас в более чем двухстах летописных текстах XIV–XVIII вв., хранящихся теперь в разных рукописных собраниях»2. За минувшие два с лишним столетия это богатейшее наследие подвергалось исследованию со стороны не одного поколения ученых. Однако и по сей день признается, что «изучение списков в их взаимном отношении далеко еще не закончено»3. Без комментариев понятно, что в XVIII в. положение вещей было иным.

Древнейшим летописным сводом, говорящим о начальном этапе отечественной истории, является «Повесть временных лет», составленная в Киеве в первой четверти XII в. и известная также под названием «Начальная летопись». «Она представляет сначала прерывистый, но чем дальше, тем более последовательный рассказ о первых двух с половиной веках нашей истории, и не простой рассказ, а освещенный цельным, тщательно выработанным взглядом составителя на начало отечественной истории»4. Древний летописец, начав свое повествование с библейских легенд, переводит его затем в русло сначала общеславянской истории, а впоследствии и истории Киевской Руси.

1Алпатов М. А. Варяжский вопрос в русской дореволюционной историографии // Вопросы истории. 1982. № 5. С. 33.

2 Приселков М. Д. История русского летописания XI–XV вв. Л., 1940. С. 13.

3 Там же. С. 14.

4 Ключевский В. О. Сочинения: в 9 т. М., 1987. Т. 1. С. 90.

25

Глава 1. Возникновение Древнерусского государства

Называя «Повесть временных лет» летописным сводом, следует несколько пояснить значение как этого, так и других терминов в сфере изучения летописания.

«Можно различать разные типы летописной работы: летописные записи, ведущиеся за известный отрезок времени, чаще всего как приписки к известному законченному моменту летописной работы; летописцы, т. е. памятники местного летописания (княжеского или епископского), не соединявшие своих материалов с другими летописцами и сводами; наконец, летописные своды, в которых мы встречаем сплетение как летописных же сводов, так и местных летописцев и летописных записей и приписок… От XI до конца XV в., как уже говорилось, ни один летописный свод в своем подлинном виде не сохранился. Все они дошли до нас только в списках, а чаще в составе того или иного позднейшего свода, как его часть»1. Не является исключением и «Повесть временных лет». Это произведение дошло до нас во множестве списков с последующих сводов (Лаврентиевская, Ипатьевская, Радзивилловская летописи) в качестве одной из их частей. Выделение «Повести» в качестве самостоятельного свода произошло лишь после долгих исследований. «Произведения нашей древней письменности, с точки зрения текста, могут быть изучаемы и разлагаемы на свои источники благодаря особому приему литературной работы тех веков, когда автор, используя труд предшественника по теме, не устранял в своих заимствованиях ни личного элемента, внесенного этим предшественником в свой труд, ни явных противоречий, иногда получавшихся при таком заимствовании»2. Подобным соединением практически всех доступных в то время автору источников является и «Начальная летопись». Для ее составления, вероятно, были использованы и народные придания, и более ранние русские и иностранные (греческие, болгарские) летописи, и составленные ранее летописные своды, и личные припоминания авторов. Кроме того, «Повесть», возможно, неоднократно подвергалась редактированию3.

1 Приселков М. Д. Указ. соч. С. 14.

2 Там же. С. 17.

3 Там же. С. 21–26, 45.

26

1.2. Эволюция взглядов на возникновение Древнерусского государства

Расчленение «Начальной летописи» на ее составляющие представляет значительную сложность и производится разными авторами по-разному. Так В. О. Ключевский выделяет в ее составе три основные части: 1) Повесть временных лет, прерывающуюся на княжении Олега и составленную до 1054 г.; 2) Сказание о крещении Руси, помещенное в своде под 986–988 гг. и составленное в начале XII в.; 3) Ки- ево-Печерская летопись, в которой описаны события XI–XII вв., до 1110 г. включительно1. М. Д. Приселков же считает, что следует говорить уже о четырех слоях в составе «Повести временных лет»: 1) Древнейший свод 1037 г.; 2) Свод 1073 г. Никона; 3) Начальный свод 1093 г.; 4) Свод Нестора 1113 г.2

Таким образом, из всего сказанного можно понять, что сведения, содержащиеся в «Повести временных лет», попали туда далеко не из первых рук, а прошли сквозь сознание многих авторов и руки многих переписчиков, претерпев при этом немало изменений.

Именно из таких источников и черпали сведения первые российские историки, которыми к тому же волею судьбы стали иностранцы: Г. З. Байер, Г. Ф. Миллер, А. Л. Шлецер, Ф. Штрубе де Пирмонт. И если принять во внимание положение дел современной им Европы, то возникшая в результате труда названных ученых «норманская теория» не покажется нам взглядом из ниоткуда. Имея перед глазами отсталую Московию и читая «Сказ о призвании варягов», историки-иностранцы пришли к выводу, что с прошествием веков в России ничего не изменилось и что «скандинавы, или норманы, в пространном смысле, основали Русскую державу»3, как они, в свою очередь, основали Российскую академию наук.

Разумеется, подобный взгляд на начало русской государственности не мог удовлетворить патриотически настроенную часть русских ученых, не вызвать их возражений. «Сказ о призвании варягов был истолкован в поношение русского народа и его государства. Это

1 Ключевский В. О. Указ. соч. Т. 1. С. 100. 2 Приселков М. Д. Указ. соч. С. 21–26.

3Нестор. Русские летописи на древнеславянском языке, сличенные, переведенные и объясненные А. Л. Шлецером. СПб., 1809. Ч. 1. С. 325.

27

Глава 1. Возникновение Древнерусского государства

вызвало протест русской стороны, из искры разгорелся пожар. Ожесточенность полемики тем более понятна, что она происходила в условиях немецкого засилия в Петербургской академии наук... Покрытый пылью веков древний сказ о варягах обрел новую жизнь, стал острейшим современным сюжетом»1. Так появились две противоположные теории возникновения Древнерусского государства – норманизм и антинорманизм.

«Споры между норманистами и антинорманистами, длившиеся более полутораста лет, к концу XIX в. привели к заметному перевесу первых. После опубликования в России в 1891 г. классической для норманистов работы В. Томсена «Начало Русского государства», где были с наибольшей полнотой и ясностью сформулированы основные аргументы в пользу “норманской теории”, многие русские историки пришли к мнению, что норманское происхождение Древнерусского государства нужно считать доказанным»2. Перевес был достигнут в силу следующих причин. Во-первых, из-за того, что письменные источники в то время считались «царицей доказательств». Все остальные аргументы, опиравшиеся на иные области знания, привлекались лишь в качестве дополнительных свидетельств, а в случае их противоречия летописным текстам большого веса противной стороне не приносили. Подобное слабое внимание к косвенным источникам, поставляемым такими областями знания, как археология, филология, этнография, отчасти объяснялось слаборазвитостью этих наук в то время. С учетом вышеназванных соображений становится понятным, что имевшие в своем распоряжении более или менее целостный сказ о призвании варягов норманисты обладали значительным преимуществом перед своими оппонентами, подобной легендой не вооруженными.

Во-вторых, далеко еще не все ученые анализируемого отрезка времени встали на материалистические позиции при подходе к вопросу о возникновении государства, а те из них, которые и встали на

1 Алпатов М. А. Указ. соч. С. 33–34.

2Шаскольский И. П. Образование Древнерусского государства // Советская историография Киевской Руси. Л., 1978. С. 152.

28

1.2. Эволюция взглядов на возникновение Древнерусского государства

эти позиции, ощущали нехватку материалов для исследования, так как сведений об экономическом и культурном развитии восточных славян в IX в. в «Начальной летописи» было крайне мало, а археология еще не принесла своих «золотых плодов». Поэтому «иностранные ученые – Г. З. Байер, Г. Ф. Миллер, А. Л. Шлецер, Штрубе де Пирмонт и другие, – приглашенные в XVIII веке в русскую Академию наук, а вслед за ними и многие русские историки при решении вопроса о возникновении и развитии древнерусского права исходили из представления о низком уровне общественно-экономического и правового развития восточного славянства»1.

«Историческая наука XIX и начала XX в. сумела лишь несколько смягчить это определение, не затрагивая его основ»2. Так как «в предреволюционные десятилетия в среде официальной (академической, университетской) науки сложилось мнение о происшедшей в конце XIX в. окончательной победе норманистской концепции», то «и в первые годы Советской власти (до конца 20-х годов), когда ведущую роль в научных учреждениях продолжали играть ученые старой буржуазной школы (С. Ф. Платонов, А. А. Шахматов, А. Е. Пресняков, А. А. Спицын и др.), в академической науке продолжало господствовать мнение о создании Древнерусского государства норманнами»3.

Утвердившийся в отечественной науке после октября 1917 г. материалистический подход к вопросу о возникновении государства потребовал кардинального пересмотра всех предшествующих выводов, а достигшая к тому времени состояния зрелости археология смогла доставить достаточно материалов для исследования.

Путь советским ученым подсказал все тот же марксизм-ленинизм: это учение предполагало развитие государства из классовой борьбы, т. е. как результат внутреннего расслоения общества, а не деятельности каких-то пришельцев. Но общество не распадается на противоборствующие классы, пока не достигнет определенного уровня экономическо-

1Хачатуров Р. Л. Норманская теория происхождения древнерусского права // Некоторые методологические и теоретические вопросы становления древнерусского права. Иркутск, 1974. С. 35.

2 Третьяков П. Н. Восточнославянские племена. М., 1953. С. 263.

3 Шаскольский И. П. Указ. соч. С. 128.

29

Глава 1. Возникновение Древнерусского государства

го развития, т. е. такого уровня, на котором возможна имущественная дифференциация. Таким образом, чтобы доказать, что Древнерусское государство возникло в IX в., советским историкам необходимо было ясно продемонстрировать высокий уровень экономического развития восточного славянства в это время, т. е. его внутреннюю готовность к созданию политической организации. И если учесть явную нехватку письменных свидетельств по этому вопросу, то легко объяснимыми становятся грандиозные успехи отечественной археологии.

До революции в основном считалось, «что славянские племена не занимались земледелием или же оно имело у них второстепенное экономическое значение, а основу производства составляли охота, рыбная ловля и лесные промыслы»1. Советский ученый Б. Д. Греков

всвоей работе «Киевская Русь», опираясь на результаты раскопок, проведенных в Поднестровье и Поднепровье, полностью опроверг это мнение. «Историк русского народного хозяйства не может в настоящее время игнорировать блестящие открытия археологов. Прежде всего успехи в изучении так называемой трипольской культуры. Это культура Поднестровья и Поднепровья, датируемая III–II тысячелетиями до н. э., т. е. доскифская культура. Это та самая территория, которая позднее стала центром Руси. У нас нет оснований сомневаться в том, что неизвестные нам по имени племена, населявшие эту территорию, генетически связаны с Русью»2. Греков пишет, что «племенам, жившим в Днестровско-Днепровском бассейне, уже

вдоскифское время было известно земледелие, которое мы имеем основание считать мотыжным»3. Преемственность земледельческих культур исследователь проводит через племена скифского времени и к восточным славянам. Ссылаясь на работу П. Н. Третьякова, Б. Д. Греков пишет, что «он раскопал много поселков в Верхнем Поволжье и более позднего времени (VII – IX века) и пришел к выводу, что земледелие господствует в этом районе безраздельно…»4.

1 Хачатуров Р. Л. Указ. соч. С. 37.

2 Греков Б. Д. Киевская Русь. М., 1953. С. 35. 3 Там же. С. 36.

4 Там же. С. 42.

30