Использование возможностей сети Интернет при разрешении гражданско-правовых споров. Монография

§ 2. Влияние информатизации на сферу альтернативного разрешения споров

процедуры». Так, в ст. 135 говорится о праве сторон обратиться за содействием к посреднику в целях урегулирования спора. В ст. 158 закрепляется право суда отложить судебное разбирательство в случае обращения сторон к посреднику. Таким образом, под «другими» примирительными процедурами, упомянутыми в ч. 2 ст. 138, в АПК РФ подразумевается исключительно посредничество. На наш взгляд, подобный подход законодателя безосновательно ограничивает разнообразие примирительных процедур и создает препятствия

вих использовании.

Всвязи с этим считаем необходимым в ч. 1 п. 2 ст. 135 слова «обратиться за содействием к посреднику в целях урегулирования спора» заменить словами: «урегулировать спор посредством примирительных процедур» и внести соответствующие изменения в ч. 2 ст. 158 АПК РФ.

Вкачестве еще одного недостатка, не способствующего становлению практики примирительного разрешения разногласий в России, можно отметить следующее. Закрепив в качестве задачи подготовки дела к судебному разбирательству примирение сторон, предусмотрев обязанность судьи разъяснять сторонам право на обращение за содействием к посреднику, кодекс не содержит процессуальных последствий, которые должны быть предприняты судом в случае изъявления сторонами желания урегулировать спор посредством примирительных процедур.

Подходящим для рассматриваемых целей действием, на наш взгляд, является приостановление производства по делу. Однако анализ ст. 143 и 144 АПК РФ показывает, что правила о приостановления производства по делу в случае обращения сторон к примирительным процедурам ни в качестве обязательного, ни в качестве факультативного основания не предусмотрено. В связи с этим в литературе выдвигаются предложения о дополнении ст. 144 основанием получения от сторон уведомления об обращении к посреднику

вцелях урегулирования спора1. На наш взгляд, с учетом современных задач правосудия, установленных в ст. 2 АПК РФ, наиболее целесообразным является отнесение ходатайства обеих сторон о при-

1См.: Захарьящева И.Ю. Проблемы правового регулирования примирительных процедур в арбитражном процессуальном законодательстве: взгляд «изнутри» // Третейский суд. 2004. № 6. С. 121.

163

Глава 3. Перспективы использования сети Интернет при разрешении споров в России

остановлении производства по делу в случае обращения к примирительным процедурам к обязательным основаниям приостановления, поскольку нормы ст. 144 предоставляют решение данного вопроса на усмотрение судьи, что в ряде случаев может повлечь отказ. Таким образом, в дополнениях нуждается ст. 143, а также п. 4 ст. 145 АПК РФ.

Далеко не соответствующей целям развития примирительных процедур в России следует назвать формулировку ч. 2 ст. 158 АПК РФ. Во-первых, как уже отмечалось выше, законодатель ограничивает перечень оснований для отложения судебного разбирательства случаем обращения к посреднику. Следуя буквальному толкованию данной нормы, в ситуации, когда стороны пожелают урегулировать свои разногласия посредством, например, переговоров, суд должен отказать в удовлетворении их ходатайства об отложении разбирательства. Во-вторых, закон оставляет решение этого вопроса исключительно на усмотрение судьи. Иными словами, даже при большом желании сторон урегулировать спор самостоятельно вне стен суда и при заявлении ими соответствующего ходатайства суд может отказать в его удовлетворении и продолжить рассмотрение дела по существу. Подобный подход законодателя представляется нам не соответствующим диспозитивному началу арбитражного процесса и задачам, провозглашенным в ст. 2 АПК РФ. Кроме того, считаем нерациональной формулировку ч. 2 ст. 158 АПК РФ в части возможности обращения сторон за содействием к суду в целях урегулирования спора. На наш взгляд, суд не должен выполнять функций посредника.

В связи с изложенным считаем целесообразным ч. 2 ст. 158 изложить следующим образом:

«Арбитражный суд откладывает судебное разбирательство по ходатайству обеих сторон в случае обращения в целях урегулирования спора к примирительным процедурам».

Вслучае внесения в законодательство предлагаемых изменений

идополнений может возникнуть вопрос: какое процессуальное действие следует совершать при изъявлении сторонами желания обратиться к примирительным процедурам на стадии судебного разбирательства — приостановление производства по делу либо отложение судебного разбирательства? На наш взгляд, данный вопрос должен решаться судом исходя из содержания ходатайства сторон (о при-

164

§ 2. Влияние информатизации на сферу альтернативного разрешения споров

остановлении или отложении) с учетом обстоятельств конкретного дела. При этом суд в соответствии с ч. 3 ст. 9 АПК РФ обязан разъяснить сторонам последствия совершения того или иного процессуального действия.

Еще меньшие предпосылки развития примирительных процедур разрешения разногласий заложены в ГПК РФ. Так же как и его предшественники, закон закрепляет возможность заключения сторонами мирового соглашения (ст. 39). Однако конкретных стимулов реализации права на самостоятельное урегулирование разногласий кодекс не предусматривает. Кроме того, закрепив в ст. 148 в качестве одной из задач подготовки дела к судебному разбирательству примирение сторон, в п. 5 ч. 1 ст. 150 законодатель не предусмотрел обязанности судьи разъяснять сторонам их право урегулировать спор посредством примирительных процедур.

На наш взгляд, подобная ситуация не соответствует диспозитивному характеру гражданского процесса и сущности подведомственных судам общей юрисдикции споров. В соответствии с ч. 1 ст. 22 ГПК РФ суды рассматривают и разрешают дела по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений. Из указанного перечня с очевидностью следует, что для данных категорий разногласий вопрос достижения взаимоприемлемого соглашения весьма актуален. Обусловлено это, во-первых, тем, что ими затрагиваются интересы соседей, сособственников, сотрудников, супругов, родственников, поддержание позитивных взаимоотношений между которыми представляется необходимым. Кроме того, указанные споры зачастую осложнены наличием неправовых элементов морального, психологического, медицинского, технического и проч. характера, в которых судьи оказываются некомпетентны, что сказывается на сроках рассмотрения дел и качестве выносимых решений.

На сегодняшний день можно указать лишь на одно закрепленное в законодательстве основание применения примирительных процедур в ходе гражданского разбирательства. Исходя из идеи о том, что «задача суда вовсе не заключается в том, чтобы содействовать расторжению брака, а наоборот, в том, чтобы всемерно способствовать примирению сторон»1, ст. 22 Семейного кодекса РФ

1Абрамов С.Н. Гражданский процесс. С. 327.

165

Глава 3. Перспективы использования сети Интернет при разрешении споров в России

закрепляет право суда принять меры к примирению супругов в случае отсутствия согласия одного из них на расторжение брака. Тем не менее данный нормативный акт не содержит даже намека на характер вышеуказанных мер, в результате чего на практике судьи в лучшем случае ограничиваются отложением разбирательства дела и формальным назначением срока для примирения, а в зависимости от конкретных обстоятельств откладывают разбирательство несколько раз в пределах установленного СК РФ трехмесячного срока1. Подобная формальность и отсутствие механизмов урегулирования разногласий, по мнению ряда исследователей, не способствуют сохранению нормальных семейных отношений, поскольку «далеко не всегда стороны, предоставленные сами себе, в состоянии найти пути и способы восстановления семьи»2. Кроме того, из анализа норм СК РФ следует, что примирение предусмотрено лишь по делам о расторжении брака. Такой ограничительный подход законодателя, на наш взгляд, не соответствует принципу разрешения внутрисемейных вопросов по взаимному согласию, провозглашенному в ст. 1 СК РФ, допускающего заключение соглашений о порядке воспитания детей, об алиментах, о разделе общего имущества супругов. Указанные категории дел в целях их оптимального урегулирования в большинстве случаев требуют содействия специалистов, вследствие чего данная проблема могла бы быть решена посредством развития в гражданском процессе всего многообразия примирительных процедур.

Одним из выходов из сложившейся ситуации является заслуживающее внимания предложение А.Н. Кузбагарова о применении норм о примирительных процедурах, закрепленных в АПК РФ, в гражданском процессе, руководствуясь ч. 4 ст. 1 ГПК РФ (аналогия закона)3. Тем не менее следует отметить, что с точки зрения теории права применение аналогии рассматривается лишь как временный, оператив-

1См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» // Бюллетень ВС РФ. 1999. № 1.

2См.: Нечаева А. Расторжение брака в суде // Советская юстиция. 1970. № 5. С. 17.

3См.: Кузбагаров А.Н. Посредничество как способ урегулирования конфликта (спора) частноправового характера. С. 150–151.

166

§ 2. Влияние информатизации на сферу альтернативного разрешения споров

ный метод преодоления недостатков законодательства. Единственным же способом устранения пробелов в праве является принятие соответствующим полномочным органом недостающей нормы или норм права1.

Вследствие этого считаем целесообразным дополнение Гражданского процессуального кодекса РФ нормами о примирительных процедурах. В частности, в целях развития в гражданском процессе рассматриваемых процедур необходимо предусмотреть в перечне действий судьи по подготовке дела к судебному разбирательству (ст. 150 ГПК РФ) обязанность разъяснения сторонам их права урегулировать спор посредством примирительных процедур. В целях установления процессуальных последствий изъявления сторонами желания урегулировать спор вне рамок полномасштабного судебного разбирательства представляется целесообразным в качестве одного из обязательных оснований приостановления производства по делу (ст. 215) и отложения разбирательства (ст. 169) закрепить заявление сторонами суду соответствующего ходатайства в случае обращения к примирительным процедурам.

Перейдем непосредственно к исследованию законодательной возможности развития в России электронной формы альтернативного разрешения споров. Как отмечалось ранее, в силу своей негосударственной природы большинство процедур альтернативного разрешения разногласий не нуждаются в правовой регламентации: для возможности их осуществления достаточно того, чтобы они в силу ч. 2 ст. 45 Конституции РФ не были прямо запрещены законом. Тем не менее некоторые процедуры негосударственного разрешения споров в силу разных причин регулируются законодательно. Вследствие этого представляется необходимым исследовать соответствующие нормы на предмет наличия препятствий развитию электронной формы альтернативного разрешения споров.

Претензионный порядок урегулирования разногласий представляет собой разрешение спора посредством обмена письменными документами (претензией и ответом на нее) и, как правило, не предусматривает совместной встречи сторон для обсуждения разногла-

1См.: Теория государства и права: курс лекций / под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. Изд. 2-е, перераб. и доп. М., 2003. С. 463–464; Общая теория права и государства: учебник / под ред. В.В. Лазарева. М., 1994. С. 215.

167

Глава 3. Перспективы использования сети Интернет при разрешении споров в России

сий1. Из самой природы претензионного порядка с очевидностью следует, что он в наибольшей степени подходит для осуществления с использованием средств электронного взаимодействия. Как отмечает В.С. Анохин, в «письменную форму» вкладывается довольно широкое понятие: письменной признается телеграфная, телетайпная претензия, а также претензия, переданная с использованием иных средств связи, обеспечивающих фиксирование ее отправления. Теми же способами отправляется и ответ на претензию2.

При рассмотрении возможности применения информационных технологий в процедуре претензионного урегулирования разногласий следует исходить из того, что на сегодняшний день следует выделить два порядка его использования:

•во-первых, добровольный порядок;

•во-вторых, обязательный, который может быть установлен законом либо соглашением сторон.

В случае обязательного претензионного порядка, установленного соглашением сторон, препятствий в использовании информационных технологий нет: в целях соблюдения требований ч. 4 ст. 11 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» сторонам достаточно лишь предусмотреть подобный порядок взаимодействия в соглашении. Кроме того, в силу п. 2 ст. 160 ГК РФ в случае установления обязательности соблюдения претензионного порядка соглашением сторон их договором может быть предусмотрено использование для идентификации стороны не только электронной цифровой подписи, но и иного аналога собственноручной подписи.

Определенного рода препятствия в использовании сети Интернет могут возникнуть в случаях законодательно закрепленной обязанности соблюдения претензионного порядка. На сегодняшний день такой порядок предусмотрен законодательством в сфере перевозок и связи, в частности, Кодексом внутреннего водного транспорта РФ (ст. 161–163), Кодексом торгового мореплавания РФ (ст. 403–407),

1См.: Носырева Е.И. Альтернативные процедуры урегулирования споров как средство обеспечения доступности правосудия. С. 173.

2См.: Анохин В.С. Предприниматель и арбитражный суд. С. 58, 61; Он же. Арбитражное процессуальное право России. С. 105, 109. См. также: Тихомиров М.Ю. Разрешение споров в претензионном порядке: комментарии и образцы документов. С. 11, 13, 36.

168

§ 2. Влияние информатизации на сферу альтернативного разрешения споров

Уставом железнодорожного транспорта РФ (ст. 120–124)1, Воздушным кодексом РФ (ч. 3 ст. 124), Уставом автомобильного транспорта

игородского наземного электрического транспорта (ч. 2 ст. 39)2, Федеральным законом от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ «О связи» (ст. 55– 56)3, Федеральным законом от 17 июля 1999 г. № 176-ФЗ «О почтовой связи» (ст. 37)4.

Из анализа содержания перечисленных актов следует, что их положения не конкретизируют способы направления претензий и ответа на них. Тем не менее правилами большинства рассматриваемых законов либо основанных на них подзаконных актов (например, п. 1 ст. 405 КТМ РФ, п. 3 ст. 161 КВВТ РФ, п. 6 ст. 55 Федерального закона «О связи», ст. 120 УЖТ РФ, п. 138 Правил перевозок пассажиров

ибагажа автомобильным транспортом и городским наземным электрическим транспортом5) предусматривается приложение документов, подтверждающих право заявителя на предъявление претензии, в подлиннике или в форме надлежаще заверенной копии.

Ограничения на предъявление претензий посредством сети Интернет вытекают и из анализа иных положений, основанных на вышеперечисленных законах подзаконных актов. Так, п. 53 Правил оказания услуг почтовой связи6 устанавливает, что при подаче претензии пользователь (его законный представитель) должен предъявить документ, удостоверяющий личность, а доверенное лицо — доверенность. Несмотря на факт, что в настоящее время все большее распространение в сфере железнодорожных перевозок получает электронная транспортная документация7, вследствие чего предъяв-

1Федеральный закон от 10 января 2003 г. № 18-ФЗ // СЗ РФ. 2003. № 2. Ст. 170 (с послед. изм.).

2Федеральный закон от 8 ноября 2007 г. № 259-ФЗ // Российская газета. 2007. 17 нояб.

5Утверждены Постановлением Правительства РФ от 14 февраля 2009 г. № 112 // Российская газета. 2009. 11 марта.

6Утверждены Постановлением Правительства РФ от 15 апреля 2005 г. № 221 // Российская газета. 2005. 27 апр.

7См.: Карев Я.А. Электронные документы и сообщения в коммерческом обороте: правовое регулирование. М., 2006. С. 259. Электронные перевозочные документы получают свое развитие и в других видах преревозок. См., напр.: Комментарий к

169

Глава 3. Перспективы использования сети Интернет при разрешении споров в России

ление претензий с приложением копий соответствующих документов в электронной форме представляется целесообразным, Правила предъявления и рассмотрения претензий, возникших в связи с осуществлением перевозок грузов железнодорожным транспортом1, устанавливают требование о предоставлении бумажных копий электронных перевозочных актов либо документов, подтверждающих отправку и прием электронного сообщения (п. 6, 8).

Исходя из указанного, в целях создания в России правовой базы использования современных технологий в претензионной процедуре, учитывая требования ст. 11 Закона об информации, п. 2 ст. 1 Закона об ЭЦП в вышеперечисленных нормативных актах следует предусмотреть возможность подачи претензий с приложением копий соответствующих документов в электронной форме, при этом «авторство» претензии должно подтверждаться электронно-цифровой подписью, а в случаях, предусмотренных соглашением сторон, иным аналогом собственноручной подписи.

Большие перспективы развития электронных претензий видятся в добровольном порядке использования данного механизма защиты прав. Так, на сегодняшний день большое количество организаций в своей исходящей документации, рекламных изданиях указывают адреса электронной почты. На наш взгляд, в подобных случаях целесообразно воспринять подход германских законодателей, в соответствии с которым указание адреса электронной почты в деловом обороте означает признание почтового сервера пригодным средством для получения корреспонденции (из чего вытекает обязанность по регулярной проверке электронного почтового ящика)2. Представляется, что подобный подход будет способствовать развитию в России добровольного порядка претензионного урегулирования разногласий в электронной форме. При этом в силу отсутствия в отече-

Международным правилам толкования торговых терминов «Инкотермс 2000» / под ред. Л.Н. Галенской // СПС «Гарант».

1Утверждены приказом Министерства путей сообщения РФ от 18 июня 2003 г. № 42 // Российская газета. 2003. 25 июля.

2См.: Письмо Федеральной нотариальной палаты Германии «Об услугах нотариусов в области Интернета в связи с проектом Закона Германии о правовых рамочных условиях электронного документооборота» от 6 июня 2001 г. № 18/2001 // Компьютер и Интернет в нотариальной практике / отв. ред. Й. Беттендорф. М., 2005. С. 212.

170

§ 2. Влияние информатизации на сферу альтернативного разрешения споров

ственном законодательстве основополагающего нормативного акта в сфере претензионного разрешения разногласий, в целях соблюдения требований ч. 4 ст. 11 Закона об информации, п. 2 ст. 1 Закона об ЭЦП вопрос о возможности предъявления претензии в электронном виде с использованием электронной цифровой подписи либо иного аналога собственноручной подписи должен предусматриваться в договорах, из нарушения которых вытекают рассматриваемые последствия, либо в правилах, регламентирующих деятельность соответствующих организаций по реализации товаров, выполнению работ, оказанию услуг.

Неюрисдикционные процедуры разрешения споров (переговоры, посредничество и пр.) направлены на достижение взаимовыгодного соглашения, которое по своей правовой природе является не чем иным, как гражданско-правовым договором. В силу п. 2 ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем обмена документами посредством электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору. В данной норме ГК РФ не содержится указания на то, что ЭЦП — обязательный реквизит электронного документа, отсутствие которого влечет его недействительность. Подобной позиции придерживалась судебная практика1, что вызывало возражения со стороны некоторых исследователей2. Точку в данном споре поставил Закон об информации 2006 г., в соответствии с ч. 4 ст. 11 которого в целях заключения гражданско-правовых договоров как обмен документами рассматривается обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной цифровой подписью или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения. При этом порядок обмена сообщениями должен быть установлен федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или соглашениями сторон. На сегодняшний день возможность использования ЭЦП при совершении гражданско-правовых сделок установлена Законом об ЭЦП (п. 2 ст. 1). В силу п. 2 ст. 160 ГК РФ порядок использования иных аналогов собственноручной подписи может быть определен соглашением сторон.

1См.: Немчинов Н.В. Правовые проблемы использования электронного документа в коммерческой практике // Третейский суд. 2006. № 2. С. 123.

2См.: Там же.

171

Глава 3. Перспективы использования сети Интернет при разрешении споров в России

Относительно возможности осуществления посредством телекоммуникационных сетей переговоров следует отметить, что в связи с отсутствием законодательной регламентации данного вида процедуры, высокой степенью ее диспозитивности стороны сами могут определить порядок заключения соглашения о проведении переговоров, способ идентификации отправителя электронного сообщения (ЭЦП или иной аналог собственноручной подписи), средства взаимодействия при осуществлении урегулирования.

Всвете разработки законопроекта о посредничестве представляется целесообразным рассмотреть вопрос о возможности заключения посредством сети Интернет соглашения о проведении данной процедуры. В соответствии со ст. 5 проекта федерального закона «О примирительной процедуре с участием посредника (медиации)» соглашение о проведении примирительной процедуры (посредничества) заключается в письменной форме.

Всилу того, что соглашение о примирительной процедуре по своей природе не является гражданско-правовой сделкой (поскольку не предусматривает распоряжения гражданскими правами), учитывая договорную природу данного процессуального соглашения, требования ч. 4 ст. 11 Закона об информации и условия применения ЭЦП, изложенные в п. 2 ст. 1 Закона об ЭЦП, считаем необходимым включить в ст. 5 Законопроекта о посредничестве следующее положение:

«Письменная форма соглашения о проведении примирительной процедуры (посредничества) считается соблюденной, если договор заключен путем обмена электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной цифровой подписью. Соглашением сторон может быть предусмотрено использование иных аналогов собственноручной подписи».

В целом следует положительно отметить деятельность разработчиков рассматриваемого законопроекта в аспекте предоставления возможности использования современных технологий при осуществлении процедуры посредничества. Так, в силу ст. 12 стороны по своему усмотрению могут договориться о порядке проведения примирительной процедуры; в отсутствие такой договоренности посредник проводит примирение в таком порядке, который считает надлежащим с учетом обстоятельств дела, пожеланий сторон и необходимости скорейшего урегулирования спора.

172