Защитительные речи советских адвокатов. Часть 2

Следовательно, чтобы реализовать разбавленный спирт, Гранова должна была быть в преступном сговоре не только с Чепуровой и Поликаровой, но и с шестью официантами.

Вот почему можно считать установленным, что Гранова не только не могла приносить спирт в закусочную и там его разбавлять, но она была лишена возможности также и реализовать его.

Как на доказательство виновности Грановой прокурор несколько раз ссылался на ее неправдивость. В чем же эта неправдивость выразилась?

По словам Железновой, последний раз она принесла Грановой спирт девятого марта. Гранова же утверждала, что в этот день она болела и не была на работе.

Произведенной проверкой было установлено, что бюллетень был выдан Грановой с первого по третье марта и что девятого марта она находилась в закусочной.

Прокурор сказал, что если Гранова невиновна, ей незачем было говорить неправду.

Было бы неправильно делать какие-либо поспешные выводы из поведения обвиняемого.

Даже тогда, когда обвиняемый лжет, это еще не доказательство его виновности. Ложь обвиняемого иногда можно объяснить причинами, которые сами по себе еще не свидетельствуют о его участии в преступлении. И невиновный человек, считая свое положение тяжелым, иногда для защиты прибегает к этому неудачному средству.

В данном же случае нельзя утверждать, что Гранова лгала. Она объяснила, что перепутала даты. Такое объяснение вполне правдоподобно.

Память нередко бывает ненадежной и капризной. Даже свидетели, ни в чем не заподозренные, которым нечего опасаться исхода процесса, как известно, часто не могут правильно передать самые важные события, недавно происшедшие. Показания свидетелей зависят от их способности к восприятию, запоминанию и воспроизведению тех или иных фактов.

181

Ошибки могут закрадываться в нашу память помимо нашего желания, без нашего ведома и подрывать достоверность нашего воспоминания.

Чтобы понять это, стоит только уяснить себе, как мало людей способно правильно передать, что они делали, скажем, дней восемь назад между двенадцатью и пятью часами дня, какого числа они видели того или другого знакомого.

Когда нас спрашивают о каком-либо забытом нами факте, пытаясь вспомнить его, мы часто стремимся представить этот факт в своем воображении. Тогда действительное воспоминание мы нередко заменяем кажущимся.

Наше же ошибочное показание, облеченное в словесную, а тем более в письменную форму, само становится объектом нашей памяти.

Провалы памяти, возможные у свидетелей, тем более часто встречаются у обвиняемых.

Волнение, которое владеет обвиняемым, особенно в том случае, когда он невиновен, очень ослабляет память.

При том положении, полном пугающих и волнующих сомнений, в котором находится обвиняемый, нетрудно впасть в ошибку при воспоминании и воспроизведении отдельных фактов и событий.

Гранова опасалась, что ей могут не поверить, что она может оказаться без вины виноватой. Это усилило ее волнение...

Вот почему «оглушенная шумом внутренней тревоги» Гранова неправильно назвала даты бюллетеня.

Да, кроме того, ей и не было надобности говорить неправду, так как заявление Железновой, что девятого марта она приносила Грановой спирт, голословно и ничем не подтверждено.

Какие же доказательства вы имели в виду, товарищ прокурор, когда сказали, что они подтверждают предъявленное Грановой обвинение?

Признание Грановой при допросе ее двадцать третьего марта 1949 года?

182

Я полагаю – излишне что-либо добавить к тому, что об этом самооговоре уже сказано.

Оговор со стороны Железновой?

Он сам себя красноречиво опровергает. Свидетельские показания?

Но все свидетели изложили факты, исключающие возможность совершения Грановой приписываемого ей преступления.

Косвенные улики?

Но разве допустимо рассуждения и предположения расценивать как косвенные улики?

Вопреки утверждению прокурора, здесь не замкнутый круг улик, а отсутствие доказательств виновности Грановой.

Не с целью отдать дань сложившейся традиции заканчивать речь справкой о личности подсудимого – несколько слов о том, чтó Гранова собой представляет.

Когда улики спорны, а тем более опровергнуты, тогда безупречная биография подсудимого включается в число обстоятельств, подтверждающих его невиновность.

Советский человек – это не только его настоящее. Это также его прошлое и будущее, – то, к чему он стремится, направленность его интересов.

Прошлое Грановой само говорит за себя...

В июне 1941 года в возрасте двадцати трех лет Гранова добровольцем вступает в ряды защитников Родины. Она – участница Великой Отечественной войны вплоть до ее победного окончания. В качестве санитара Гранова на передовых позициях нередко под обстрелом спасает жизнь советских воинов. Ее самоотверженность и храбрость отмечены двумя правительственными наградами и несколькими благодарностями Верховного Главнокомандования.

После демобилизации Гранова работает в системе советской торговли. Отзывы о ее работе вы слышали.

183

Гранова–успевающаястуденткатретьегокурсазаочноговысше- го учебного заведения. Все свободное время она отдает занятиям.

Прокурор обо всем этом даже не упомянул, но я надеюсь, что суд не пройдет мимо указанных фактов...

Пытаясь предвосхитить мою речь, прокурор сказал, что «защитник Грановой, вероятно, скажет о наличии сомнений в виновности Грановой и будет просить суд истолковать их в пользу подсудимой».

Каждый необоснованный обвинительный приговор приносит вред не только осужденному и его близким, но также и интересам социалистической законности.

Советский гражданин должен быть уверен, что его могут осудить только в том случае, если его виновность установлена абсолютно бесспорными и безусловно достоверными доказательствами. Это вытекает из презумпции невиновности – важнейшего принципа социалистического правосудия.

Если же после тщательного исследования доказательств остается сомнение в правильности обвинения, нельзя говорить о его абсолютной достоверности.

Положение, что всякое разумное сомнение толкуется в пользу подсудимого, – одно из основных условий социалистического правосудия.

Однако применительно к Грановой я не ставлю вопроса о наличии сомнений, которые надо толковать в ее пользу. Я ставлю вопрос иначе: в деле отсутствуют основания для какихлибо сомнений в ее невиновности.

Товарищи судьи! Чтобы найти объективную истину, прежде всего надо устранить заблуждения.

Общими усилиями суда и сторон здесь, в суде, заблуждения устранены и, по моему убеждению, такая истина найдена.

Истина эта одна: Гранова невиновна.

Прокурор призывает вас осудить Гранову. Вам, по существу, предлагается забыть обо всем, что вы слышали и видели в судебном заседании.

184

Будьте бдительны! Не дайте увлечь себя на этот неверный путь. Он привел бы вас к осуждению невиновного.

Защита просит вас о другом: ничего не забудьте, все восстановите в памяти. Вооружитесь законом и проверьте все без исключения.

И тогда оправдательный приговор в отношении Грановой явится перед вами как единственное возможное решение ее судьбы.

185

Речь члена Московской городской коллегии адвокатов Э.Д. Синайского в защиту А. Фейсханова

Краткое содержание дела

А. Фейсханов был предан суду по обвинению в том, «что он, нигде не работая с 1941 года и не занимаясь общественно-полезным трудом, у себя на дому занимался знахарством. Злоупотребляя до-

верием граждан, он под видом лечения от различных болезней давал

обращавшимся к нему лицам настойку чая, водки, фасоли, камней, за что брал с обращавшихся к нему граждан деньги, то есть в преступлении, предусмотренном частью I статьи 169 Уголовного кодекса РСФСР».

Дело слушалось в Народном суде в Москве в феврале 1956 года.

Суд действия Фейсханова переквалифицировал со статьи 169 части I на статью 180 Уголовного кодекса РСФСР (занятие врачеванием как профессией лицами, не имеющими надлежаще удостоверенного медицинского образования) и приговорил его к штрафу в

размере 500 рублей.

Приговор вошел в законную силу.

Прокурор города Москвы, на этот приговор принес протест в

порядке надзора в Президиум Московского городского суда, который

постановлением от марта 1956 года протест отклонил.

Речь адвоката Э.Д. Синайского

Это маленькое дело заслуживает самого серьезного внимания.

Трудно поверить, что события, отраженные на листах этого дела, произошли в наши дни в Москве. Поражает и то, что действующие в этих событиях лица не только темные, малограмотные люди, но и лица со средним и даже с высшим образованием.

186

Я говорю о лицах, хотя на скамье подсудимых один человек, ибо наравне с ним морального осуждения заслуживают все приходившие к Фейсханову в качестве пациентов и явившиеся сюда в качестве свидетелей.

Фейсханову предъявлено обвинение в том, что он занимался знахарством. Что такое знахарство и каково его происхождение? В чем его опасность и как нужно с ним бороться? И, наконец, как нужно квалифицировать занятие знахарством? Вот вопросы, которые заслуживают вашего внимания, ибо вы сумеете вынести правильный приговор только в том случае, если дадите верную оценку исследуемым событиям.

Знахарство – это «лечение» лицами, не имеющими научной медицинской подготовки, методами и средствами, не основанными на данных современной науки, а рассчитанными на невежество, легковерие и суеверие.

Корни знахарства уходят в седую древность, в те времена, когда люди не умели бороться с непознанной ими природой. Желая оградить свою жизнь от опасностей, они стремились умилостивить грозные стихии. На этой почве возникало шаманство, особая форма религии, свойственная доклассовому обществу и сохранившаяся как пережиток на более высоких ступенях развития.

Шаманы – это посредники между людьми и «духами». Они призывают «добрых духов» к себе на помощь и ведут борьбу со «злыми духами», они предсказывают будущее, они лечат больных, ибо считают, что болезнь происходит от «злых духов», которые внедряют ее в человеческий организм и в отношении которых нужно принимать меры, изгоняющие из человека этих непрошенных гостей.

Древнее знахарство, ведущее свое начало от шаманства, было широко распространено у всех народов до того, как люди овладели научной медициной. Оно было связано с народной медициной, которая накапливала знание свойств различных растений. В основном же знахарство находилось под влияни-

187

ем религиозной «медицины», которая считала, что происхождение болезней зависит от «злых духов».

Каков был главный метод лечения? Это шептание – «читание», о котором здесь так много было сказано.

До Великой Октябрьской революции знахарство было широко распространено, особенно в деревнях. Этому способствовали отсутствие надлежащей медицинской помощи, суеверие, невежество, некультурность.

ВСоветском Союзе знахарство повсеместно исчезает не только потому, что оно запрещено законом, но благодаря непрестанному развитию бесплатной квалифицированной приближенной к населению медицинской помощи, благодаря развитию санитарного просвещения и общему подъему культурного уровня населения.

Вчем опасность знахарства? Прежде всего и главным образом в том, что лечение этим методом может причинить, а иногда

ипричиняет непоправимый вред всем тем, кто ждет от знахарей излечения. И это вполне понятно. Ведь лечебный процесс очень сложен. Врач должен уметь распознать болезнь. Но этого мало, он должен изучить особенности организма больного; он должен не только правильно назначить средства лечения, но и наблюдать за их применением, за их воздействием на больного.

Все это знахарю недоступно, ибо он не знает даже основ медицины, и совершенно естественно, что знахарская помощь порой причиняет очень серьезный вред.

ВХарькове в 1928 году происходили процессы двух известных знахарей – Дикарева и Махова. Как на этих процессах выяснилось, очень много вреда здоровью пациентов было причинено этими «целителями». Они определяли болезнь на глаз, через лупу смотрели в глаза больного, ставили диагноз и давали лекарство, чаще всего одно и то же всем больным. Так, было установлено, что трем пациентам Дикарева, из коих один болел астмой, другой туберкулезом, а третий раком, было дано одно и то же лекарство.

188

Бывают случаи, когда малокультурные люди, запустив свою болезнь, преждевременно теряют веру в ее излечение. Они тогда стремятся к чему-то таинственному, ищут какого-то чуда.

Знахарство опасно тем, что оно вселяет в трудящихся неверие в советскую медицину и толкает их на путь суеверия, и, наконец, потому что знахари, обычно используя в своих корыстных целях страдания жаждущих исцеления больных, беззастенчиво обирают доверившихся им людей.

Как должна вестись борьба со знахарством?

Наряду с уголовным преследованием необходимо повседневно и упорно вести работу по санитарному просвещению.

На одном из упомянутых процессов в Харькове эксперт профессор Златогоров рассказал об интересном эпизоде. В Варшаве появился знахарь, у которого было много пациентов. Лечил он обычными медицинскими средствами, но вдруг выяснилось, что он обыкновенный дипломированный врач – и пациентов у него не стало.

Вот почему борьба с знахарством должна вестись в основном путем культурно-просветительной работы среди населения. Необходимо внедрять в сознание трудящихся мысль, что лечить больного может только врач, изучивший строение организма, функции его органов и средства для восстановления нарушенного здоровья.

Сознательный гражданин не может обращаться к знахарю, чтобы излечить свой недуг. И по мере развития санитарного просвещения знахарство исчезнет само собой.

Возникает вопрос: как следует квалифицировать занятие Фейсханова знахарством? На этот вопрос нельзя сразу ответить. Необходимо сначала установить характер и особенности преступной деятельности Фейсханова. Это даст возможность решить вопрос о квалификации им содеянного.

Фейсханову семьдесят четыре года по паспорту, а по его утверждению, семьдесят семь лет. Этот человек по всему своему облику, по своему существу – из далекого прошлого.

189

Его дети – современные советские люди: дочь – лаборант института, один сын работает в типографии, другой учится в Военной академии, третий погиб на фронте. А он – совсем другой. В нем живы еще предрассудки старого времени.

Он возмущен тем, что дочь его носит платье с короткими рукавами, что она не покрывает лицо чадрой. Будучи глубоко религиозным, он требовал от членов своей семьи исполнения мусульманских обрядов, и на этой почве перестал встречаться со своей родной дочерью.

В1941 году в шестидесятилетнем возрасте Фейсханов перестал работать и перешел на иждивение детей. Здесь мною представлены почтовые переводы за 1943 год, из которых видно, что сын Фейсханова, находившийся на военной службе, оказывал ему большую материальную помощь. Эта помощь продолжалась и после 1943 года. Помогал ему и сын Абдул, проживающий вместе с ним.

Так спокойно протекала старость Фейсханова, и, если бы не случайная встреча с одним человеком в Андижане, не пришлось бы ему сейчас на склоне лет предстать перед судом.

В1945 году в Андижане Фейсханов познакомился со стариком, который научил его чтению стихов из Корана. Плохо разбирался Фейсханов в этих стихах, но он решил для себя только одно, что чтение стихов и вера в их спасительные свойства приносят облегчение больным, воздействуют на «злых духов», которые вселились в тело больного, и этих духов изгоняют.

Первая проба чтения стихов оказалась «удачной». Об этом скоро узнали окружающие. Пошли разговоры о чудесном старике, который излечивает больных чтением стихов из Корана.

К нему стали обращаться с просьбой о помощи, и он начал заниматься знахарством. Много ли было у него пациентов? Вряд ли. Ведь изъятые записи охватывают очень большой период. Здесь есть записи, относящиеся и к 1955 году, и к 1949 году. И, в сущности, их не так уж много. И если Фейсханов хорошо помнит каждого своего посетителя, то, я думаю, у него

190