Законотворчество в Советской России в 1917–1922 годах. Монография

Глава третья

ских предложений А.М. Лежавы. Было решено весь товарообменный фонд Наркомпроду передать Центросоюзу. В тот же день Ленин вносит одобренные Политбюро проекты на рассмотрение СНК. СНК принял постановления «Об обменном фонде рабочих и служащих»1 и «О порядке отчисления продуктов в фонд натурпремирования».

Уже начиная с мая 1921 года между Наркомпродом и Центросоюзом возникли разногласия. Центросоюз настаивал на предоставлении ему монопольного права на проведение товарообменных операций, в то время как Наркомпрод считал, что кооперации не нужно давать никаких преимуществ, а рассматривать ее как один из контрагентов Наркомпрода, с которым последний должен заключить договор, если признает это целесообразным.

Несмотря на все старания, к осени 1921 года стало ясно, что выполнить государственные задания по товарообмену Центросоюзу не удалось. Поэтому СНК 26 октября 1921 года издал постановление «О порядке привлечения потребительской кооперации органами государства к выполнению товарообменных операций и заготовительных операций», согласно пункту 1 которого монопольное право кооперации на товарообмен было отменено. Идея товарообмена через кооперацию потерпела неудачу, так, «по важнейшим хлебофуражным товарам к середине августа кооперация должна была обеспечить государству около 32 млн пудов, а заготовила всего 2,3 млн пудов»2.

Причины неудачи носили как субъективный, так и объективный характер. Об эффективности использования Советским государством кооперации для товарообмена буржуазные специалисты того времени отзывались скептически. Например, Л.Н. Литошенко, работавший в Центральном статистическом управлении, писал, что «кооперация и социалистический строй несовместимы, только в условиях капиталистического строя она находит естественную среду для своего развития. Поэтому кооперация не должна желать уничтожения капитализма»3.

Для успеха товарообмена был необходим достаточный фонд промышленных товаров. Однако его в 1921 году у государства в наличии

1СУ РСФСР 15 августа 1921 г. № 47. Ст. 228.

2Дмитренко В.П. Торговая политика Советского государства после перехода к нэпу 1921–1924 гг. М., 1971. С. 53.

3Экономист. 1922. № 2. С. 184–198.

357

Законотворчество в Советской России в 1917–1922 годах

не было: для получения продуктов путем обмена (предполагаемый коэффициент обмена 1:3) нужно было иметь промышленных изделий на сумму свыше 120 млн рублей золотом. Фактически к началу развертывания товарообменных операций в распоряжении Наркомпрода имелось в наличии товаров для обмена на сумму 12 млн рублей золотом, а в 1922 году их могло быть произведено лишь на 50 млн рублей1.

Накопленный к осени 1921 года опыт и нарастание кризиса в экономике заставили Ленина отказаться от натуральной формы товарообмена между промышленностью и мелкотоварным крестьянским хозяйством и взять курс на развитие товарно-денежных отношений. Выступая 29 октября 1921 года на VII Московской губернской партконференции, Ленин сделал вывод, что «товарообмен сорвался: сорвался в том смысле, что он вылился в куплю-продажу. Частный рынок оказался сильнее нас. Потрудитесь приспособиться к ней, иначе стихия купли-продажи, денежного обращения захлестнет вас!»2.

Одним из деятелей партии, который активно занимался внедрением товарообмена в 1921 году, был М. Фрумкин – в то время член коллегии Наркомпрода. В 1921 году он опубликовал книжку «Товарообмен, кооперация и торговля», где изложил свои взгляды на эту проблему. М. Фрумкин утверждал, что никакого товарообмена до 1921 года в Советской России не было, хотя в годы гражданской войны и был издан ряд декретов СНК РСФСР, направленных на регулирование обменных операций. Например, 7 августа 1918 года был издан декрет о товарообмене, повторенный затем 5 августа 1919 г.

Фрумкин описывал ситуацию с товарообменом 1918–1919 годов следующим образом: «2 апреля 1918 г. постановлением Совнаркома было предоставлено в распоряжение Наркомпрода 1 162 000 000 рублей на закупку товаров. Отправка товаров в хлебородные места усилилась до таких размеров и притом без всякого плана, лишь бы скорее продвинуть в хлебные места предметы первой необходимости, что пишущий эти строки, работавший в то время в Сибири, не успевал даже при помощи сильной сибирской кооперации и своих соб-

1Сборник материалов и статей по сельскохозяйственной кооперации. М., 1921. С. 40–41.

2Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44. С. 207–208.

358

Глава третья

ственных складов разгружать вагоны, маршруты, потоками направлявшиеся к нам.

Товар поступал в кооперативную лавку, которая отпускала его за деньги, мы на приемных пунктах тоже расплачивались деньгами за сдаваемый хлеб. Другими словами, наш товарный фонд превращался в деньги для покупки хлеба. Не было товарообмена, продолжала царствовать формула товар-деньги-товар. Значительная часть товаров, которая была заготовлена Наркомпродом на фонд, отпущенный Совнаркомом, была потеряна в захваченных белогвардейцами местностях. Никакого “обязательного товарообмена” не было, шло распределение незначительного количества товаров, которые не покрывали и 20% сдаваемых по разверстке количества продуктов. Шло распределение по душевым нормам, а не в соответствии со сданным хлебом. Души наделялись именно те, которые меньше всего производили и еще меньше сдавали. Если в процессе всей продовольственной работы на основании разверстки многие работники не могли сформулировать, что такое товарообмен, то теперь мы можем определенно повторить, товарообмена не было, и опыта товарообменных операций этот период нам не оставил»1.

Весной 1921 года, как писал Фрумкин, попытались практически приступить к организации товарообмена, для чего был по политическим соображениям заключен договор между Наркомпродом и Центросоюзом. При заключении этого генерального соглашения работники Наркомата продовольствия РСФСР считали, что «монопольная роль всероссийского заготовителя превратила Центросоюз в ведомственный аппарат, столь же страдающий отсутствием гибкости, как и советские учреждения, и с той же волокитой»2. Несмотря на то, что товарообмен через кооперацию не удалось как следует наладить, Центросоюз старался всеми силами удержать за собой положение монополиста. И это ему удавалось вплоть до сентября 1921 года. Потребовалось полтора месяца борьбы в высших правительственных учреждениях и комиссиях для окончательного решения этого вопроса. Наконец, 26 октября 1921 года был принят декрет, отменивший

1Германов Л. (Фрумкин М.) Товарообмен, кооперация и торговля. М., 1921. С. 5, 6, 8.

2Там же. С. 10.

359

Законотворчество в Советской России в 1917–1922 годах

монопольное положение Центросоюза в проведении товарообменных операций1.

На основании анализа опыта 1917–1921 годов М. Фрумкин делал следующие выводы.

«1) В первый период существования советской власти до осени 1918 г. при сохранившемся, хотя и ослабевшем товарном рынке, обмен производился не в натуральной, а в денежной форме.

2)Во второй период с осени 1918 г. до весны 1921 г. – период полного прекращения торговли и отсутствия легального товарного рынка – крестьянство по своим мелким операциям с различными мешочниками, не доверяя бумажному рублю и не имея возможности на свои бумажные деньги приобретать предметы первой необходимости на рынке, требовало исключительно товарного покрытия.

3)С весны 1921 г. с легализацией торговли и постепенным расширением товарного рынка натуральный обмен быстро исчез. И должен был исчезнуть. В системе капитализма, хотя бы и государственного, натуральному обмену нет места»2.

С мнением Фрумкина, изложенным выше, согласуется точка зрения, выраженная в 1947 году в сборнике «Советская торговля за 30 лет»: «Наряду с государственным товарообменом был допущен непосредственный индивидуальный обмен между производителями в пределах местного хозяйственного оборота. В связи с этим право обмена, покупки и сбыта было распространено на изделия кустарной

имелкой промышленности. Однако государственный товарообмен 1921 г. не удался: разрушенная социалистическая промышленность не могла дать мелкому крестьянству все потребные ему товары в порядке натурального обмена. К тому же допущенный товарный обмен между производителями в пределах местного хозяйственного оборота быстро превратился в торговлю. Ввиду этого советское государство перешло от государственного товарообмена и местного хозяйственного оборота к торговле»3.

1См.: Декрет СНК от 26 октября 1921 г. «О порядке привлечения потребительской кооперации органами государства к выполнению товарообменных и заготовительных операций» // СУ РСФСР. № 72. 5 декабря 1921 г. Ст. 576.

2Германов Л. (Фрумкин М.) Товарообмен, кооперация и торговля. М., 1921. С. 16.

3Кистанов Я.А. Торговля в восстановительный период // Советская торговля за 30 лет. М., 1947. С. 33.

360

Глава третья

Изучение материалов по истории товарообмена в 1921 году позволяет заметить следующий любопытный момент. Как известно, именно М. Фрумкин на X съезде РКП(б) выступил против пункта 6 проекта резолюции ЦК о замене продразверстки продналогом, предложенной съезду Лениным, утверждая, что введение свободы оборота окажется гибельным для рабочего класса. Затем, судя по письмам Ленина, на Фрумкина – члена коллегии Наркомпрода РСФСР Владимир Ильич возлагал надежды на успешное налаживание товарообменных операций в 1921 году. Например, 17 августа Ленин писал Фрумкину: «Прочел Ваш проект декрета о соли. Удивлен громадной численностью пунктов, которые имеются уже в действующем законодательстве, являются ненужным повторением. По-моему, самым главным является то, чего в проекте нет, а именно ряд немедленных практических мер для более строгой охраны соли в руках государства и для уменьшения в максимальных размерах всех и всяческих выдач соли рабочим, служащим, городским обывателям и всему населению вообще. Эта последняя мера должна быть проведена по крайней мере на текущую осень и начало зимы в самых свирепых размерах, ибо иначе мы не получим хлеба от крестьян за соль»1.

Однако в конце 1921 года тот же Фрумкин успел написать вышеуказанную книжку, из которой следует, что он – убежденный сторонник восстановления в стране товарно-денежных отношений. Существенное изменение взглядов М. Фрумкина является свидетельством того, что новая политика в 1921 году нащупывалась методом проб и ошибок. Большевикам в связи с неудачей товарообмена пришлось поменять концептуальную позицию на диаметрально противоположную точку зрения и допустить товарно-денежные отношения. Причем произошло все это очень быстро в течение 1921 года.

Летом 1921 года стало ясно, что в стране разразился продовольственный кризис, товарообмен не оправдывал возложенных на него надежд, требовалось принятие мер, направленных на улучшение ситуации. Как уже было отмечено, в это время в руководящих кругах партии и Советского правительства шел напряженный поиск пути дальнейшего развития. Итогом этого поиска явилось издание от имени СНК важнейшего нормативно-правового акта – «Наказа СНК о проведении в жизнь начал новой экономической политики»

1Ленинский сборник. Т. 23. М., 1933. С. 127–128.

361

Законотворчество в Советской России в 1917–1922 годах

от 9 августа 1921 года1. Поскольку документ этот имел огромное значение для оформления концепции нэпа, история его разработки отчасти нашла отражение в монографии историка В.А. Сахарова “Политическое завещание” Ленина. Реальность истории и мифы политики», изданной в 2003 году. Поскольку названная работа является новым исследованием, посвященным проблемам создания концепции новой экономической политики, приведем наиболее важные выводы, сделанные автором в главе 1 «Теоретическое обоснование нэпа и возможности осуществления социалистической революции». Сахаров пишет: «Право на авторство нэпа у Ленина оспаривал Троцкий. Предложения Ленина и Троцкого объединяет только одно – налог вместо продразверстки. Но в нэпе важен не только налог, но и то, как он вмонтирован в хозяйственную систему: в допущение торговли. У Троцкого нет и намека на рынок, а у Ленина в его допущении состоит суть новой экономической политики. “Новшество” Троцкого сводится в использовании налога для экономического стимулирования в первую очередь кулака, хозяйство которого скорее и в большей мере могло удовлетворять условиям, предложенным Троцким. Таким образом, если ленинский нэп вел к расширению социальной базы социалистической революции, то предложения Троцкого – к ее сужению. Нэп, как он виделся Ленину весной 1921 г., включал в себя некоторые принципиальные идеи, сформулированные им весной 1918 г. (отсюда неоднократные указания его на преемственность нэпа и политики 1918 г.), скорректированные так, чтобы сделать его приемлемым для крестьянства и нацелить на первоочередное восстановление крестьянского хозяйства. В троцкистской интерпретации нэп – в значительной мере ленинская программа весны 1918 г., скорректированная собственными предложениями (февраль 1920 г., февраль 1921 г.) в целях обеспечения первоочередного и быстрого восстановления крупной промышленности, не останавливаясь перед силовым противостоянием с крестьянством. Однако поскольку Ленин и Троцкий расходились в вопросах, касающихся сущности нэпа, то со временем разногласия между ними нарастали. У Ленина нэп – это классовый маневр, стремление изменить движение революции так, чтобы учесть и новые условия, и накопленный политический опыт, чтобы лучше опереться на реальные возможности,

1См.: Декреты Советской власти. Т. 18. М., 2009. С. 92–98.

362

Глава третья

попытка вовлечь в русло социалистической революции крестьянство, постепенно преобразуя его социально-экономическую природу. Троцкий же настаивал на сохранении прежней тактики, предполагавшей приспособление крестьянской экономики к потребностям крупной промышленности. Если у Ленина четко выраженная “крестьянская” направленность нэпа, то у Троцкого (и у “рабочей оппозиции”) – “городская”. У Ленина – это тактический маневр в сторону стратегического союзника, а у Троцкого – отступление от методов хозяйствования, свойственных социализму, соответствующее усиление буржуазных элементов и отношений в обществе, грозящее перерождением революции»1.

Итак, 7 августа 1921 года Троцкий предложил Пленуму ЦК РКП(б) «Тезисы о проведении в жизнь начал новой экономической политики», в которых писал: «При новом курсе, как и при старом, главной задачей является восстановление и укрепление крупной национализированной промышленности». Пленум не поддержал предложения Троцкого.

Изучив материалы высших партийных органов, В.А. Сахаров приходит к следующему выводу: «В тезисах о проведении в жизнь начал новой экономической политики Троцкий предложил вариант реорганизации хозяйственного механизма, в котором роль действительного политического центра должен был играть уже не СТО, а Госплан. Такую постановку вопроса вполне можно было расценить как заявку на то, чтобы эта работа была доверена ему, Троцкому, как автору этого проекта. 9 августа 1921 г. члены Политбюро именно так и оценили действия Троцкого. Пленум ЦК РКП(б) отклонил предложение Троцкого и принял проект “Тезисов о проведении в жизнь начал новой экономической политики”, подготовленный в июне– июле 1921 г. в ВСНХ, СНК и ЦК РКП(б) под руководством и при активном участии Ленина. В тот же день тезисы были утверждены СНК РСФСР как “Наказа СНК о проведении в жизнь начал новой экономической политики”2. Этот вывод выглядит вполне обоснованным, но он, однако, не совсем точен.

1Сахаров В.А. «Политическое завещание» Ленина. Реальность истории и мифы политики. М., 2003. С. 86, 87, 88, 89.

2Там же. С. 92.

363

Законотворчество в Советской России в 1917–1922 годах

Во-первых, в тексте декрета СНК несколько положений полностью совпадают с формулировками тезисов, предложенных Троцким. Например, пункт 1, часть пункта 3, часть пункта 41. Таким образом, можно утверждать, что в окончательном варианте все же были в какой-то мере использованы наработки Троцкого, и, следовательно, его предложения не были отвергнуты полностью, как пишет В. Сахаров.

Во-вторых, проект «Наказа» начал разрабатываться раньше, в июле 1921 года, а первоначальный вариант был разработан И.Т. Смилгой – членом Президиума ВСНХ. Более подробно о разработке этого проекта можно узнать из материалов, опубликованных в томах 20 и 36 «Ленинского сборника».

Приведем данные, которые содержатся в «Ленинском сборнике». Итак, в 20-м томе «Ленинского сборника» сказано, что попыткой представить в связной форме мероприятия, вытекающие из основ новой экономической политики, было постановление ВСНХ от 6 июля 1921 года, автором которого был И. Смилга. Далее указано, что тезисы ВСНХ об основах новой экономической политики прошли редакционную правку Ленина 9 или 10 июля. Исправленный проект тезисов ВСНХ Ленин разослал ряду товарищей: Кржижановскому, Брюханову, Лежаве, Аванесову, Шмидту. 11 июля Президиум ВСНХ принял, с незначительными поправками по сравнению с редакцией Ленина, постановление и передал его на обсуждение Политбюро ЦК 16 июля 1921 г. Политбюро после обсуждения постановления ВСНХ вынесло решение: принять тезисы за основу и поручить комиссии в составе П. Богданова, А. Рыкова, Л. Каменева и А. Андреева.

21 июля Каменев представил Ленину новый проект тезисов о проведении в жизнь новой экономической политики, в тот же день Ленин специальным письмом сообщил Каменеву о своих поправках. В течение этого времени тезисы подверглись обсуждению в соединенном совещании коммунистических фракций ЦК профессиональных союзов. Избранная на этом собрании комиссия вместе с комиссией ЦК окончательно отредактировала текст тезисов, принятый затем на Пленуме ЦК РКП(б) 9 августа с незначительными поправ-

1Сравнить положения «Наказа СНК о проведении в жизнь начал новой экономической политики» от 9 августа 1921 г. и тезисов Троцкого от 7 августа 1921 г. можно по тексту декрета, опубликованному в томе 18 издания «Декреты Советской власти», и по Приложению № 3 в указанной книге В.А. Сахарова.

364

Глава третья

ками. В тот же день проект был утвержден СНК как «Наказ СНК о проведении в жизнь начал новой экономической политики»1.

В «Ленинском сборнике» опубликован проект постановления ВСНХ от 6 июля 1921 года с поправками Ленина2. При сопоставлении этого текста с положениями «Наказа СНК» от 9 августа 1921 года видно, что в большинстве случаев они не совпадают, хотя при внимательном прочтении можно обнаружить некоторые сходные фразы. Однако, если эти документы сравнивать не текстуально, а по смыслу, то сходство, вне всякого сомнения, есть. Например, приведем пункт 4 постановления ВСНХ: «Необходимо сейчас же перестроиться на следующих основаниях. Во-первых, необходимо установить, как принцип, что в области народного хозяйства государство ничего никому не дает даром. Во-вторых, что все снабжение рабочего входит в его заработную плату, которая для той части, что останется, должна быть повышена значительно и должна приблизиться к нормам дореволюционного времени. В-третьих, все получаемое рабочее снабжение делится не на количество рабочих, а на единицу выработанного продукта, за исключением тех производств и отраслей промышленности, где по самому характеру работы это не представляется возможным. В-четвертых, дело снабжения рабочих производится всеми снабжающими органами через заводуправления, администрацию, которая получает необходимое лишь в случае даваемых ей обязательств высшему органу, за невыполнение которых она отвечает по суду. В основу всей экономической политики положить хозяйственный расчет. Изложенное выше проводится в жизнь, начиная с наиболее крупных и угрожаемых предприятий, президиумом ВСНХ по мере проведения необходимой предварительной организационной работы»3.

Если внимательно прочитать «Наказ СНК», эти положения в нем можно обнаружить. Например, в пункте 4 декрета закреплено: «Все виды рабочего снабжения, кроме спецодежды, входят в заработную плату (на основе коллективной оплаты), причем рабочие указанной группы предприятий должны быть обеспечены в размере, заинтере-

1См.: Ленинский сборник. Т. 20 / Под ред. В.В. Адоратского, В.М. Молотова, М.А. Савельева, В.Г. Сорина. М., 1932. С. 101–102.

2См. текст постановления ВСНХ от 6 июля в приложении № 1.

3Ленинский сборник. Т. 20. М., 1932. С. 103–104.

365

Законотворчество в Советской России в 1917–1922 годах

совывающем их в производстве и вызывающем инициативу в повышении производительности. Снабжение распределяется как между отдельными рабочими, так и группами их соответственно с достигнутыми ими производственными результатами».

Как видно из поправок В.И. Ленина к указанному проекту ВСНХ, больше всего ему не понравились пункты 7 и 8, посвященные положению в системе государственных органов Госплана. В проекте ВСНХ, составленном И.Т. Смилгой, они выглядели следующим образом: «7. Госплан, проделав громадную работу по привлечению к советской работе высоко квалифицированных технических сил Республики, медлит с планом на второе полугодие 1921 г. При нынешнем положении это совершенно недопустимо. Основная задача момента – отчетливо, трезво наметить роль и значение на ближайшее время основных отраслей нашего народного хозяйства. Необходимо сейчас же поручить Госплану, исходя из примерного расчета продовольственных и топливных ресурсов, составить предварительный план на второе полугодие 1921 г.

8. В основу этого плана положить: а) принцип благоприятствования (ударность) для основных отраслей народного хозяйства (топливо, металл и др.). Ударность реализовать продуктами собственного производства и путем образования комбинированных предприятий, б) максимальную концентрацию и производственное уплотнение предприятий)»1.

Не удовлетворенный формулировками вышеприведенных пунктов, Ленин направил Смилге 10 июля письмо следующего содержания: «т. Смилга! Прочел проект. Прилагаю свои поправки. Советую настоятельно: 1) Не двигать от вашего имени. (К чему дразнить гусей? К чему затруднять возможное единогласие всех и каждого?). 2) Двигать только от Президиума ВСНХ. В ЦК внесет пред ВСНХоза Богданов. 3) Еще совет: сговориться с Кржижановским о редакции пункта насчет Госплана (Ваша редакция неверна; я ее не приму). В основном очень легко сойтись и тогда двигать от двух Президиумов: Президиум ВСНХ плюс Президиум Госплана. P.S. А не лучше показать еще НКПрод и РаКри и НКВТ?»2

366