Взгляд на петербургское искусство 2000-х годов. Сборник статей

чать ретроспективу с эпохи послевоенной реконструк ции – например, фоторепортажем Туллио Фарабола со знаменитого концерта 1946 года в Ла Скала, посвя щенного освобождению Италии. За дирижерским пультом тогда был великий Артуро Тосканини.

Конец сороковых – годы борьбы с нищетой. Тури стические сказки о солнечной родине изящных ис кусств, бесперебойного питания и сладкого безделья, без которых редко обходится итальянская выставка за рубежом, тут некстати. Один из главных сюжетов экс позиции – неореализм и суровая жизнь периода ре конструкции. На черно белых послевоенных фото – деревенская беднота, доходяги с окраин, худые дети с испытующими взглядами. Истории этих героев мы зна ем по фильмам Роберто Росселини и Витторио де Сика. Классик итальянской неореалистической фотографии Марио Джакомелли снимал стариков. Один из самых знаменитых его циклов – портреты постояльцев дома престарелых – будет показан в ГЦФ. Его коллега Джан ни Беренго Гардин создал серию снимков о пациентах психиатрических клиник. Но, конечно, те годы не были только мрачными и безысходными, все таки восста навливающаяся после войны страна жила большими надеждами. Неореалисты любили забавные сценки из повседневной жизни и правду будней. Едва ли не са мая известная фотография в этом ключе – азартно иг рающие в волейбол монахи, застигнутые врасплох Ан тонио Мильори.

Было бы странно, если бы выставка обошла вни манием моду, – в паре часов езды от Фриули находит ся мировая столица фэшн Милан. В Петербург не так часто привозят работы одного из первых охотников за звездами Тацио Секкьяроли, который послужил про тотипом для вездесущего фотографа Папарацци – пер сонажа «Сладкой жизни» Феллини. Его имя быстро

стало нарицательным. Также в ГЦФ можно увидеть снимки Оливьеро Тоскани, знакомого покупателям всех стран и содружеств по рекламе «Бенеттона» и постерам с изможденными детьми и смертниками из американских тюрем. У нас скандальная звезда пред ставлена несколькими жизнеутверждающими рабо тами, воспевающими равенство и братство. Еще один нечастый гость в наших краях – Уго Мулас, бессмен ный фотограф Венецианской биеннале, автор порт ретов Альберто Джакометти, Энди Уорхола и других знаменитых художников второй половины XX века. «Визитная карточка» Муласа – виды заснеженной Венеции, которая почему то так напоминала Лукино Висконти петербургские белые ночи.

Звезды в данном случае не делают погоды. На выставке представлены фотографии не очень извест ных художников: повседневные сценки, эксперимен ты с цветом, архитектурные композиции, портреты, глубокомысленные притчи и даже работы, вдохнов ленные философией Бенедетто Кроче. Кажется, во Фриули есть практически все. Говорят, даже русские казаки – потомки отряда кавалеристов, эмигрировав ших после революции 1917 года.

2009

Коллажировка действительности

Мона Брэдэ. The Choreographed City. Государственный центр фотографии

На фотографиях Моны Брэдэ мы видим город скую суету. Люди торопятся по делам, беседуют на

ходу, прогуливаются, ожидают знакомых – жизнь куда то идет, и в этой беспорядочности есть свое оба яние. Многих художников и поэтов вдохновляли энергия и хаос больших городов. Но на снимках Моны Брэдэ нет ни безликой толпы, с которой старались со владать последователи Эдгара По и Шарля Бодлера, ни бурного уличного движения, приводившего в во сторг футуристов. Прохожих может быть всего не сколько, а то и вовсе один, причем сняты они издали,

имы видим их как фигурки на фоне архитектуры. Зато дома можно рассмотреть подробно. Они самые раз ные – и скучные офисные постройки семидесятых восьмидесятых, и манерная эклектика конца XIX века,

ипустынные кварталы хайтековских небоскребов, где как будто до сих пор не ступала нога простого смерт ного.

Брэдэ больше всего любит стены и перекрестки – идеальные декорации для пьесы о спешащих или топ чущихся на одном месте пешеходах. В ее фотоспек такле нет четкого сюжета, как нет порядка в броунов ском движении Невского проспекта или Тверской. Все кажется случайным и мимолетным, одна сценка сменяет другую – только фон остается прежним. Вот несколько эпизодов из жизни торговой улочки в Шанхае, вот пара кадров, сделанных на перекрестке в центре Чикаго, здесь же знакомые уголки в Петербур ге и группа не слишком трудящихся, пересекающих Красную площадь. Немецкая художница много путе шествует, и на первый взгляд выставка в Государ ственном центре фотографии похожа на фотоотчет о поездках. Однако впечатление обманчиво, это не ту ристический репортаж, хотя автор хочет, чтобы сна чала зритель принял ее снимки за документальные. Мы должны увидеть городскую жизнь как бессмыс ленное мельтешение и безразличие людей друг к другу.

Из жизни паркуристов

The Openended Group. Из точки А в точку Б. Фонд современного искусства «Про Арте»

Пол Кайзер, Марк Дауни и Шелли Эшкар уже больше десяти лет занимаются публичным искусст вом. Трио художников видеоинженеров устраивает видеошоу в городском пространстве или в помеще ниях, где бывает много людей. Проекты The Openended Group по дизайнерски броские и запоми нающиеся. Тем не менее, они не сводятся к оформле нию городской среды. Серия проекций «Пешеход» (Pedestrian), сделанных в оживленных нью йорк ских местах, вводила горожан в заблуждение. Прохо дящие мимо Рокфеллеровского центра или Музея африканской культуры в Гарлеме замечали странных людей, прогуливающихся вроде бы посреди Манхет тена, только вместо небоскребов у них за спиной тем нел заснеженный парк. Другие персонажи катались на коньках по внезапно появившемуся тут же ледо вому катку, оставляя на белой глади медленно исче зающие росчерки. По первоначальному замыслу пе шеходы должны были двигаться в пустом простран стве, но после 11 сентября художники сделали фоном их прогулок зимние пейзажи Нью Йорка. Их видео шоу стало посвящением городу, недавно переживше му катастрофу.

Пафос – не единственное, что отличает их средо вое искусство от дизайна. Одна из установок The Openended Group – полемика с фотореализмом. Трио ищет альтернативы идее прямой фиксации жизни с

помощью фото или киноаппарата. Работая с 3D, ме диаинженеры пытаются сохранить право на изобра жение действительности за рисунком. Речь идет, ко нечно, о дигитальном рисунке. Несмотря на то, что они все делают на компьютере, создаваемые ими програм мы, переводимые в зрительные образы, решают те же миметические задачи, которые стояли перед класси ческой живописью. И, кажется, фото и кинодокумен тирование действительности в ее сиюминутной не уловимости в наши дни менее правдоподобно, чем та иллюзия жизни, которую создает мультимедийный trompe l’oeil «Пешехода».

Впрочем, далеко не все проекты трио похожи на зрительные обманки. В некоторых используется сила воздействия крупноформатных видеопроекций на зрителя. Одна из самых известных работ группы «Об ретенный свет» (Recovered Light) преобразила леса, закрывающие восточный фасад Йоркского собора, второго по величине в Северной Европе после Кельн ского. Знаменитый витраж начала XV в. реставриру ется уже не один год, причем работы могут растянуть ся на неопределенный срок, поскольку эксперты до сих пор не в состоянии решить, какой должна быть реставрация. Художники спроецировали на леса ги гантское калейдоскопическое видео, составленное из элементов и мотивов витража и длящееся несколько часов. Власти города решили, что до завершения рес таврации эта видеофреска будет демонстрироваться каждый вечер.

Помимо проекций группа использует также эк раны, лайтбоксы и баннеры. Проект «Дыхание» (Breath), созданный для главной оперной и концерт ной площадки Нью Йорка – Линкольн Центра, пре образил здание Эйвери Фишер Холла. Его колоннада была украшена лайтбоксами с текстами псалмов и во

кальных произведений Хильдегарды фон Бинген и Бетховена. Также звучали отрывки из композиций этих композиторов. Тексты и музыка были переведе ны в компьютерные программы, на основе которых составлялись диаграммы, по форме напоминающие ствол дерева. Эти диаграммы были изображены на длинных баннерах, которые закрыли фасад здания. Программа подачи света на баннеры и лайтбоксы была синхронизирована с музыкальным рядом. Визуаль но звуковое представление упорядочивалось единым дыханием, ритмизованным общим алгоритмом.

Искусственный интеллект – главный герой визу альных и звуковых экспериментов The Openended Group. Во многих проектах художники разрабатыва ют такие компьютерные программы, которые способ ны производить самостоятельные действия, выража емые в зрительных образах. Они увлечены старой уто пией мыслящей машины, мечтой о механизме, спо собном к творчеству и импровизации. Пытаясь пре вратить компьютер в художника, группа на протяже нии десяти лет занимается цифровой обработкой танца. Танец импровизация как будто бы непредска зуем. Можно установить, из каких движений и жес тов он состоит, но сложно предвидеть, в какой после довательности они могут быть использованы. Кроме того, нет гарантии, что неожиданно исполнитель не придумает новый пластический ход, не входивший ранее в его арсенал. Случайность художественного открытия в первую очередь привлекает трио худож ников программистов.

С конца девяностых годов они сотрудничали со звездами экспериментального балета Мерсом Кан нингемом, Биллом Джонсом и Тришей Браун. Вмес те было сделано много проектов. В их основе лежит сложная система фиксации танца. Движения танцора

снимаются одновременно несколькими камерами, установленными в разных точках. Кроме того, на теле танцора устанавливаются сенсорные датчики, считы вающие жесты как графический рисунок. Все эти дан ные переводятся в компьютерные программы, причем камеры могут быть цифровыми и аналоговыми, что при обработке дает две разных версии происходяще го. Видео The Openended Group рождаются из сопо ставления и переработки разных записей импровиза ции. Визуально оно похоже на полуабстрактную ани мацию, в которой угадываются перемещающиеся в неком пространстве тела и предметы. Наиболее же су щественно то, что эти фильмы созданы с помощью программ, воспроизводящих непредсказуемые дви жения танцора. В таких проектах группы, как «Двуно гий» (Biped) или «Ловля призраков» (Ghostcatching), зритель видит уже не только импровизации Мерса Каннингема или Триши Браун. Это диалог компьюте ра с исполнителями, в котором рисунок анимации, со зданной на основе обработки зафиксированных ка мерами и датчиками движений, рождается на глазах у зрителя с той же произвольностью, что спонтанный танец. Художники уверены, что им удалось научить машину творческой свободе. Причем трио готово пре доставить право распоряжаться этой свободой всем желающим, обещая выложить в ближайшее время на своем сайте программу и коды аналогичного по мето ду проекта «Петли» (Loops). Любой желающий смо жет убедиться в том, что машина способна на импро визированный танец.

Видеоинсталляция «Из точки А в точку Б» тоже создавалась по принципу многоплановой фиксации движения. На этот раз под прицелом 32 х оптических камер с эффектом захвата движения и двух видеока мер высокого разрешения (одна – ручная, вторая –

на штативе) оказалась группа нью йоркских парку ристов Urban Freeflow. Дополнительно использова лись сенсорные датчики. Главными героями стали один из участников группы Блу (он же Пол Джозф), а также Эксо (он же Экзосиа Пиерс). Для съемок была построена студия полигон с разнообразными препят ствиями, ожидающими лихого паркуриста в его пого не за новыми приключениями. Монтаж перепро граммированных материалов демонстрируется на двух установленных рядом экранах. Серия коротких отрывков представляет необычный словарь движе ний. В одном из них мы видим, как фигура совершает акробатический прыжок, в другом показано падение, в третьем переворот в воздухе. Похожий пластический алфавит интересовал художников в проекте «Пеше ход», персонажи которого имитировали разные типы походки горожан: вразвалочку, семенящую, с припо дыманием на цыпочки при каждом шаге, вальяжную и т. д. Словарь пируэтов и финтов паркуриста, разра ботанный как цифровой анимационный фильм для двух экранов, далек от повседневной жизни. Новое видео The Openended Group – про фантастическую акробатику, возможную в условном мире. Точные координаты его нахождения не указываются, мы уви дели некие перемещения из точки А в точку Б, как заявлено в названии проекта. Видеоинсталляция в потерне Петропавловки – это завораживающий та нец, причудливые арабески.

2009

Медиапейзажи

Сантери Туори. Лес. Дерево и пруд. Фонд современного искусства «Про Арте»

Сантери Туори учился в Школе фотографии, от крывшейся при хельсинкском Университете искусств и дизайна в 1987 году. Это был один из первых цент ров современного искусства в Финлядии. Среди ос нователей Школы был куратор Тимоти Персонс, пе реехавший в Финляндию из Калифорнии на заре со циал демократической эпохи Мауно Койвисто. С са мого начала новый институт фотографии задумывал ся одновременно как учебное заведение, галерея и кураторский центр. Во время учебы и после ее завер шения молодые художники имели возможность уча ствовать в выставках, делать самостоятельные проек ты. В середине девяностых Школа открыла галерею «Taik» в Берлине. Сегодня альма матер Туори извест на во всем мире, а в Северной Европе это едва ли не самая интересная фотоинституция.

Туори учили фотографии в концептуалистском понимании. В Школе фото считалось самостоятель ным искусством, но не средством прямой докумен тальной фиксации ускользающих мгновений бытия. Те, кто приходил сюда учиться, должны были стать современным художником, т. е. владеть проектным мышлением, быть способным представить свою ра боту письменно, устно и визуально, знать историю концептуального искусства и владеть его приемами, а также быть ориентированными на международный арт рынок. Здесь начинали такие звезды интернаци