Автобиография. История моей жизни и убеждений

А В Т О Б И О Г РА Ф И Я

тя очень ничтожный в сравнении с тем, кото# рый мне приносили дорогие издания.

Я подхожу теперь к эпохе, когда мое покой# ное и уединенное существование автора усту# пает место занятиям, менее подходящим к мо# им вкусам, именно занятиям члена Палаты общин. Предложение, сделанное мне несколь# кими избирателями Вестминстера, сначала не встретило во мне ни малейшего сочувствия. Это было не первое предложение такого рода, получаемое мною. Десять лет тому назад, вслед за опубликованием моих взглядов на земель# ную собственность в Ирландии, мистер Лукас и мистер Дуффи предложили мне от имени передовой ирландской партии вступить в пар# ламент в качестве представителя одного ир# ландского графства. Но несовместимость долж# ности в парламенте с службой, которую я нес в Ост#Индской компании, не допустила осу# ществиться этой мысли. Когда я оставил служ# бу компании, некоторые друзья очень желали бы видеть меня заседающим в парламенте, но эта мысль казалась мне всегда неосуществи# мою. Я был убежден, что ни одна многочис# ленная и влиятельная партия избирательного округа не желала бы иметь представителем че# ловека с моими взглядами и что всякий чело#

341

Д Ж О Н С Т Ю А Р Т М И Л Л Ь

век, без связей, без популярности в какой#либо местности, не желавший сделаться пассивным орудием известной партии, имел мало шансов быть избранным иначе, чем силою денег. Сверх того, мое твердое убеждение было и остается до сих нор, что кандидат не должен тратить ни одного пенни для занятия обще# ственной должности. Законные избирательные издержки, не касающиеся отдельно каждого кандидата, должны быть возложены на счет или государства, или местного округа. Все, что сторонники каждого кандидата делают для вы# ставления его прав в надлежащем свете, долж# но быть делом бескорыстной деятельности или же должно оплачиваться добровольной подпиской. Если случится членам избиратель# ного округа или другим лицам жертвовать собственные деньги для того, чтобы законны# ми средствами провести в парламент челове# ка, который, по их мнению, принесет там пользу, никто не может ничего возразить про# тив этого. Но если все расходы, в общем или в частности, падают на кандидата, то это являет# ся существенным злом, так как это сводится, собственно говоря, к покупке места в Палате. Даже при самом благоприятном предложении относительно этих расходов можно законно

342

А В Т О Б И О Г РА Ф И Я

подозревать, что тот, кто дает деньги за полу# чение общественной должности, имеет в виду другие цели, а не общественное благо. Сверх того (и это наблюдение имеет большую важ# ность), обыкновение заставлять кандидатов брать на себя избирательные расходы лишает нацию услуг тех, которые, находясь в парла# менте, принесли бы пользу, но которые не мо# гут или не хотят подчиняться этим тягостным издержкам. Я не говорю, что, когда для незави# симого кандидата нет более шансов вступить в парламент, не подчиняясь этому безнравствен# ному обычаю, не следует всегда во имя морали осуждать его за денежные расходы, в том слу# чае, если эти деньги употреблены прямо или косвенно на подкуп избирателей. Но чтобы оправдать такое поведение, нужна была истин# ная уверенность в том, что кандидат может принести своим согражданам большую пользу в парламенте, чем какой#либо другой деятель# ностью. Мне казалось, что я не мог более спо# собствовать развитию реформ, на которые бы# ли направлены мои усилия, заседая на скамье Палаты общин, чем своею простою ролью пи# сателя. Поэтому я понимал, что я не должен был домогаться избрания в члены парламента, а еще менее тратить деньги на это избрание.

343

Д Ж О Н С Т Ю А Р Т М И Л Л Ь

Но вопрос представился совершенно с дру# гой стороны, когда явилась группа избирате# лей и предложила мне по собственному по# буждению выступить их кандидатом. Если бы после обмена объяснений они стали настаи# вать на своем желании, зная мои убеждения и принимая те условия, на которых я мог бы с полной совестью вступить в члены Палаты, то не представился ли бы мне один из тех призы# вов со стороны своих сограждан, когда никто из членов общества не имеет права отказать# ся? Я поэтому испытал их решимость чисто# сердечным объяснением, какое когда#либо представлял кандидат своим избирателям. В ответ на это предложение я написал письмо, предназначенное для печати. В нем я высказы# вал, что лично я не имею никакого желания вступить в парламент, что, по моему мнению, кандидат не должен ни добиваться избиратель# ных голосов, ни делать расходов на это и что я не соглашусь ни на то, ни на другое. Кроме того, я упомянул, что если бы я был выбран, то нельзя рассчитывать, что я посвящу свое вре# мя и хлопоты в пользу местных интересов. Что касается общей политики, я прямо объявил то, что я думал о большинстве важнейших пред# метов, о которых спрашивали мое мнение, и

344

А В Т О Б И О Г РА Ф И Я

так как среди этих предметов был вопрос об избирательных правах, то я дал понять между прочим свое убеждение (которого я решился держаться в своей деятельности в случае мое# го избрания), что женщины имеют право по# сылать своих представителей в парламент на# равне с мужчинами. Без сомнения, в первый раз эта доктрина была выражена перед англи# чанами#избирателями. Успех моей кандидату# ры после того, как я поддержал мысль этой ре# формы, дал впоследствии толчок движению настолько сильному в пользу подачи голосов женщинами. Ничто в эту эпоху не казалось бо# лее невероятным, как успех кандидата, если меня можно было так назвать, заявления и по# ведение которого бросали вызов всем поняти# ям избирательного обычая. Один очень извест# ный литератор сказал, что сам Зевс не имел бы никаких шансов быть выбранным при по# добной программе. Я строго придерживался ее; я не тратил денег и не добивался избира# тельных голосов. Я принял участие в этом де# де только за неделю до дня выборов. Тогда я присутствовал на нескольких публичных ми# тингах, где я изложил свои принципы и отве# чал на те вопросы, которые избиратели имели право мне сделать для выяснения моих мыс#

345

Д Ж О Н С Т Ю А Р Т М И Л Л Ь

лей. Мои ответы были так же ясны и так же чистосердечны, как и мое письмо. Относи# тельно одного пункта, насчет моих религиоз# ных убеждений, я заявил с самого начала, что не буду отвечать ни на один вопрос, и мои слу# шатели, казалось, одобрили мое решение. Ис# кренность, с какою я отвечал на другие пред# лагаемые мне вопросы, очевидно, послужила мне на пользу. При этом особенно характерно одно обстоятельство, так что его нельзя обойти молчанием. В своем сочинении под заглавием «Мысли о парламентской реформе» я выразил довольно резкое мнение, что рабочие классы Англии хотя и отличаются от рабочих классов некоторых других стран тем, что стыдятся лгать, но что они тем не менее, в общем, при# страстны ко лжи. Один из моих противников ухватился за это выражение, напечатал его и развесил объявления об этом. Меня заставили прийти на одно собрание, члены которого ис# ключительно принадлежали к рабочему клас# су и спросили меня, действительно ли я напи# сал и напечатал подобную фразу. Да, отвечал я немедленно. Я не успел еще сказать, как со# брание разразилось неистовыми рукоплеска# ниями. Очевидно, что рабочие так привыкли видеть, как человек, добивающийся их голо#

346

А В Т О Б И О Г РА Ф И Я

сов, прибегает к обманам и к уклончивым средствам, что, когда они услыхали вместо этого полное признание совершенно неприят# ного для них мнения, они ничуть не оскорби# лись, а заключили из этого, что видят перед со# бою человека, на которого можно положиться. Я не знаю более поразительного примера, по# казывающего, что в глазах рабочих прямота имеет большую цену. Прямодушие производит на ум народа впечатление, пересиливающее все другие недостатки, тогда как его отсутствие не может быть вознаграждено никакою сово# купностью других достоинств. Первый чело# век из рабочих, говоривший после этого инци# дента, мистер Оджер, сказал, что рабочие тре# буют, чтобы их удерживали от их ошибок, что они нуждаются в друзьях, а не в льстецах и что они обязаны благодарностью человеку, кото# рый укажет им на дурные стороны, нуждаю# щиеся, по его мнению, в поправках. Собрание восторженно одобрило эти слова.

Если бы я потерпел поражение, то я все# таки не имел бы никакого повода сожалеть о случае, который дал мне возможность войти в сношение со многими группами моих со# отечественников; я не только почерпнул там новый опыт, но и воспользовался этим обсто#

347

Д Ж О Н С Т Ю А Р Т М И Л Л Ь

ятельством для распространения своих поли# тических мнений и увеличил свою извест# ность даже в местечках, где никогда не слыха# ли моего имени, умножив тем число своих читателей и влияние, которое, мне казалось, должны иметь мои сочинения. Особенно эти преимущества достигли еще больших разме# ров, когда я был избран большинством не# скольких сот голосов против своего соперника# консерватора, что меня самого удивило более, чем кого либо другого.

Я заседал в парламенте в течение трех сес# сий, в которые был разработан билль о рефор# ме, и в этот период парламентская деятель# ность была моим главным занятием, за исклю# чением вакационного времени. Я также часто выступал в качестве оратора, иногда я произ# носил подготовленные речи, но иногда импро# визировал. Но я не выбирал случаев, как я сде# лал бы, если бы моей главной целью было приобрести влияние в парламенте. Когда я привлек к себе внимание Палаты, что случи# лось вслед за моею успешною речью относи# тельно билля о реформе Гладстона, я постоян# но руководствовался мыслию, что для меня не было никакой необходимости вмешиваться в такие дела, которые другие могли выполнить

348

А В Т О Б И О Г РА Ф И Я

или так же хорошо, или в достаточной мере удовлетворительно. Как и прежде, я посвятил свои силы таким делам, за которые никто, ве# роятно, не взялся бы; я входил в Палату толь# ко с разбором таких вопросов, в которых большая часть либеральной партии, даже са# мая передовая, вовсе не была солидарна со мною или казалась к ним совершенно равно# душной. Некоторые из моих речей, особенно против уничтожения смертной казни и в за# щиту права захвата грузов воюющих сторон на нейтральных кораблях (право обыска), шли вразрез с идеями, которые считались тогда, да и теперь, мнениями передовых либералов. Мои речи в защиту избирательных прав жен# щин и личного представительства считались многими странными выходками. Но широкое распространение этих мнений с той эпохи, а в особенности отклик, последовавший почти из всех частей страны на мой призыв в пользу права голосования женщин, доказали свое# временность этих попыток и превратили в личный успех то, что было предпринято толь# ко с целью выполнить долг по отношению к морали и обществу. Другою обязанностью, лежавшею на мне как на одном из лондонских депутатов, была попытка добиться для столи#

349

Д Ж О Н С Т Ю А Р Т М И Л Л Ь

цы муниципального управления. Но в этом от# ношении равнодушие Палаты общин было та# ково, что я не нашел ни помощи, ни поддерж# ки в ее стенах. Но по этому вопросу я являлся органом деятельного и разумного кружка вне парламента. Этот кружок распространял дви# жение и составлял проекты закона. Моя роль была — представить их совершенно готовыми

впарламент и защищать их в течение того не# значительного промежутка времени, какое они могли оставаться на рассмотрении Палаты об# щин; однако я принимал деятельное участие в делах следственной комиссии под председа# тельством мистера Айертопа, которая употре# била большую часть сессии 1866 года на обсуж# дение этого вопроса. Можно по справедливо# сти приписать то исключительное положение,

вкотором этот вопрос находится теперь, под# готовке его в те года, по#видимому не прино# сившей тогда обильных результатов. Но из# вестно, что все вопросы, где могущественные частные интересы стоят на одной стороне, а общественное благо — на другой, переживали подобный период назревания.

Полагая, что я должен был воспользоваться своим пребыванием в парламенте для устрой# ства дел, которых другие не могли или не хо#

350