4. Создание русского государства

В 882 году Олег с большим войском захватил Смоленск и Любеч, посадил своих наместников и двинулся на Киев. Захватив Киев и перенеся туда столицу, князь Олег объединил два главных центра восточных славян – Новгород и Киев.

Объединение земель Олегом. После смерти Рюрика княжество перешло к Олегу, его родственнику. Он выселил из Киева Аскольда и Гира, а сам занял их место. Киев стал столицей земли русской. Олег возвёл новые города, взимал дань с племён, завоёвывал земли. Покорив Царьград, получил прозвище Вещий.

Малые жанры пвл

С чем связано разнообразие источников: переводные книги, устные источники, разнообразные источники, которые попали к нему в руки. Не удивительно, что сведения из разных источников имели

Зачем нужны были фольк источники – нашу историю описать до летописания

Разные жанры, точки зрения = разные взгляды на историю, мы можем увидеть историю разносторонней

Фольклорные:

• Легенды – устный народный рассказ, в основе которого лежит чудо, фантастический образ

Церковные легенды религиозного характера. Основанные на событиях, относящихся к библейскому повествованию.

Как апостол Андрей ходил из Корсуни в Рим и предрек, что на этом языческом месте будет великий христианской город по воле божьей (в этом чудо)

«Оньдрђю учащю въ Синопии и пришедшюемувъ Корсунь, увђдђ, яко ис Корсуня близь устье Днђпрьское, и высохтђ пойти в Римъ, и проиде въ вустье Днђпровское, и оттоле поиде по Днђпругорђ. И по приключаю приде и ста подъ горами на березђ. И заутра въставъ и рече к сущимъ с нимъ ученикамъ: «Видите ли горы сия? – яко на сихъ горах восияеть благодать божья, имать градъ великъ и церкви многи богъ воздвигнути имать».

Топонимическая легенда – повествование устно-поэтического происхождения, цель которого – выявить происхождение названий славянских имен, отдельных городов и самого слова «Русь» Типичной топонимической легендой является также сказание об основании Киева тремя братьями - Кием, Щеком, Хоривом и сестрой их Лыбедью: «И быша 3 братья: единому имя Кий, а другому Щекъ, а третьему Хоривъ, и сестра ихъ Лыбедь. Сђ дяше Кий на горђ, гдђ же ныне увозъ Боричевъ, а Щекъ сђдяше на горђ, гдђ же ныне зовется Щековица, а Хоревъ на третьей горђ, от него же прозвася Хоревица. И створиша градъ во имя брата своего старђшаго, и нарекоша имя ему Киевъ».

• Предания – память о событиях, повествующих о героическом прошлом народа, его силе, его стойкости и мудрости устно-поэтического происхождения, прославляется ум, находчивость и смекалку русского человека.

Княжеско-дружинные предания – рассказ о жизни и деятельности князей Пример: Игорь пошел на греков с дружиной

Игорь же совкупивъ вои многи, варяги, Русь, и поляны, словђни, и кривичи, и тђверьцђ, и печенђги наа, и тали у нихъ поя, поиде на греки в лодьяхъ и на конихъ, хотя мьстити себе.

Народно-сказочные предания- повествование,воспевшее ум и силу русского народа.

Сказание о Белгородском киселе: оказавшиеся под вооруженной осадой жители Белгорода принимают решение сдать город, но тут находится старец, который говорит, что знает выход из положения. Он предлагает сварить из отрубей, остатков пшеницы «цех». Они варят его и приглашают в город печенегов, говоря им: «Почто губите себе? Коли можете перестояти нас? Аще стоити за 10 лет, что можете створити нам? Имеем во кормлю от земле. Аще не веруете, да узрите своима очима» Печенеги поверили чуду и ушли восвояси.

Народно-героические предания- в центре повествования находится описание подвига героя, который чаще всего является выходцем из простого народа.

Предание о победе русского юноши Кожемяки (Владимир против печенегов, 992г) над печенежским исполином.

Письменные жанры

Светские

• Погодная запись

1. Пустая погодная запись – год, в который не наблюдалось каких-либо событий. Пример: «В лъто 6361 (853)»

2. Краткая погодная запись – элементарная констатация факта. Пример: «В лъто 6377 (869) Крещена бысть вся земля Болъгарьская»

Отличие от смежных жанров: Здесь лишь констатация факта, не наблюдается результат и описание его последствий

3. Развернутая погодная запись – не просто констатация факта, но и описание его результата.

Пример: «В лъто 6391 Олег воевал древлян и примчись имаша на них дань»; похож князя Игоря на древлян: «Вђ лђто 6453. В се же лђто рекоша дружина Игореви: «отроцi Свђньлъжи изодђлися суть оружьемъ и порты, а мы нази; поиди, княже, с нами в дань, и да и ты добудеши и мы». «и послуша ихъ Игорь, идее в дерева в дань, и примышляше къ первой дани, и насиляше имъ и мужи его; возьемавъ дань, поиде в градъ свой».

Зачем нужна пустая и краткая – связь времен, непрерывность истории

• Повесть – средняя эпическая форма. В ПОВЕСТИ ЕСТЬ СЮЖЕТ, А В ЗАПИСИ – ТОЛЬКО ФИКСАЦИЯ

Воинская повесть - описание событий, связанных с военными походами князей.

Описания событий, связанных с военными походами князей, приобретает характер исторического документального сказания, свидетельствующего о формировании жанра воинской повести.

Пример: О мести Ярослава Окаянному Святополку 1015 – 1016 гг. Завязкой сюжета является весть Ярославу из Киева от сестры Предславы о смерти отца и гибели Бориса; Ярослав начинает готовиться к походу, собирает войска и идет на Святополка. В свою очередь Святополк, «пристрои бе-щисла вой, Руси и печенег», идет навстречу к Любечу. Противные стороны останавливаются у водной преграды – на берегах Днепра. Три месяца стоят они друг против друга, не решаясь напасть. И только насмешки и укоры, бросаемые воеводой Святополка в адрес Ярослава и новгородцев вынуждают последних на решительные действия: «…аще кто не поидеть с нами, сами потнем его». На рассвете Ярослав со своим войском переправляется через Днепр, и, оттолкнув ладьи, воины устремляются в бой. Описание битвы – кульминация сюжета: «…и сступишася на месте. Бысть сеча зла, и не бе лзе озером печенегом помагати, и притиснуша Святополка с дружиною ко озеру, и въступивша на лед и обломися с ним лед, и одалати нача Ярослав, видев же Святополк и побеже, и одоле Ярослав». При помощи стилистической формулы «бысть сеча зла» дана оценка битвы. Победа Ярослава и бегство Святополка – развязка сюжета.

Историческая повесть прежде всего документальна. В центре – историческая личность.

Пример: "О убьеньи Борисове" (1015 г.) и «Об ослеплении Василька Теребовльского»

Соглашение Давыда и Святослава – схватить своего Василька – завязка сюжета повести. Василек приезжает по их повелению в Выдубицкий монастырь, и его запирают, а утром решают ослепить: «… И приступи торчинъ именемъ Беренди, овуюжъ Святополкъ, держа ножъ и хотя ударити в око, и гръшися ока и переръза ему лице, и есть рана тя их Василекъ и нынъ. И посеем удари в око и изя зъницю и посеем в другое око и изя другую зъницю…»

Церковные

• Патериковые новеллы – литературный памятник, повествующий о жизни монахов какой-то одной обители.

Пример: об сновании Киево-Печерской лавры Ларионом в пещерке

«В лђто 6559. И не по мнозђхъ днехъ бђ нђкий человђк, именнеиь мироскымь, от града Любча, и възложи сему богъ в сердце в страну ити. И приде на холмъ, идђ же бъ Ларионъ ископалъ печерку, и възлюби мђсто се, и вселися в не, и нача молитися богу со слезами, глаголя: «Господи! Утверди мя в мђстђ семь, и да будеть на мђсте семь благословленье Святые Горы и моего игумена, иже мя постриглъ».

Рассказ о прозорливом Матвее – опознал в ляхе беса (тот приехал на свинье) и сбежал – монахи прозорливые молодцы

Зачем - мудрые мысли или чудеса

• Житийские элементы – рассказы о святых, жизнеописания святых людей, рассказы об их судьбах

Пример: О Феодосии Печерском рассказ, житие Исакия (Он отрекся от мирской жизни, отдается богатство свое нищим, уходя в монастырь), житие Ольги

• Некролог – прославление духовных подвигов людей

Некролог Ольге: «…По трехъ днехъ умря Ольга, и плакася по ней сын ея, и внуки ея, и людья вси плачемъ великомъ… Си бысть предътекущия хрестянтъи земли, аки денъница пред солнцем… си бо аки луна в нощи…»

• Библейские эпизоды - жанр, основанный на событиях, имеющих отношение к эпизодам библейских повествований.

Пример: легенда о сотворении мира

Почему именно такой набор: частный пример – множественный – итог всей жизни

СОПИ

«Слово о полку Игореве» Основная идея – призыв русских князей к единению. В основе лежит воинская повесть. Соблюдены следующие ее признаки: 1. Основа сюжета – поход. 2. В центре внимания – князь и дружина. 3. Система персонажей: противопоставление двух сторон. Проблема жанра: «Слово» очень близко к плачам и славам (песенным прославлениям). И плачи и славы очень часто упоминаются в летописях XII—XIII веков. «Слово» близко к ним и по своей форме и по своему содержанию, но в целом это, конечно, не плач и не слава. Народная поэзия не допускает смешения жанров. «Слово» — произведение книжное, но близкое к этим жанрам народной поэзии. Рассказ распадается на ряд эпизодов, что присуще и житию, и исторической повестью. Поэтому автор называет свое произведение то повестью, то песней. Причины похода: - Игорь хотел вернуть Тьмутаракань, ранее принадлежавшую Олегу Черниговскому. - Оправдаться за неучастие в походе 1184 - Добыть славу Автор обращается к разным государям (разных периодов Владимир «христианство», Олег Гориславич), чтобы показать масштабность ошибки Игоря. Внесюжетные элементы: -вступление, обращение к Бояну - отступление о судьбе князей после первой битвы - рассказ о прошлом Руси, об Олеге Святославиче (прерывает рассказ о второй битве) - отступление о тяжелом положении Руси (после поражения Игоря) - сон Святослава Киевского - продолжение «золотого слова» - воспоминания о первых русских князьях и противопоставление их современным - слава князьям и их дружинам в конце произведения Воинская повесть. С одной стороны, это единичное событие, описание одного похода, но, с другой стороны, даже автор «Слова о полку Игореве» упоминает большое количество других походов (Всеслава Полоцкого, Олега Гориславича), вспоминает Владимира. Стремление вписать поход Игоря в ход мировой истории – так отражается важнейшая черта монументального историзма.

Анализируя данный апокриф об Адаме и Еве, можно выделить несколько ключевых отличий от канонического библейского текста (Бытие 1–4):

Краткий пересказ апокрифа об Адаме

1. Жизнь в Раю и грехопадение

- Адам и Ева владели Раем, управляя животными («без повеления Адама и моего все звери не смели ни ходить, ни есть»).

- Дьявол, приняв образ ангела, искусил Еву через змею («если бы плод съели, то были бы богами»).

- После грехопадения они осознали наготу, сшили одежды из смоковных листьев («сердца наши воспылали похотью… сшили листья и сделали одежду»).

2. Изгнание и покаяние

- Бог изгнал их из Рая («ангелы били нас… и отвергли нас»).

- Адам и Ева 15 дней голодали, пока Бог не дал им часть земли («архангел Иоиль отделил 7-ю часть Рая»).

- Дьявол потребовал от Адама «рукописание», утверждая власть над землёй («Адам написал: “Чья земля, того и я, и дети мои”»).

3. Подвиг покаяния

- Адам 40 дней стоял в Иордане, Ева — в Тигре («погрузился в воду… не выходи, пока не приду»).

- Дьявол пытался обмануть Еву, но она не поддалась («показал мне знак — тогда поверила»).

4. Смерть Адама

- Адам заболел («72 болезни… первая — утробе, вторая — очам»).

- Сиф пошёл в Рай за исцелением, но ангел дал лишь ветви от запретного древа («нет для Адама лекарства… кончается жизнь его»).

- Адам умер, приняв душу Господь («увидел руку Господню… и принял душу его»).

- Ева умерла через 6 дней («предала душу Богу»). Их похоронили вместе с Авелем.

Ключевые цитаты

1. О грехопадении:

- «Сердце моё смутилось… деревья сбросили листву» (Ева).

2. О покаянии:

- «Постимся 40 дней… стой в воде, не слушай никого» (Адам).

3. О смерти:

- «Земля сказала: “Твоя от твоих тебе приносят”» (погребение).

1. Дополнительные детали о жизни Адама и Евы после изгнания из Рая

- В апокрифе подробно описывается, как Адам и Ева жили у врат Рая, их скорбь, попытки выжить и даже покаяние в реках (Адам в Иордане, Ева в Тигре). В каноническом тексте таких деталей нет.

- Упоминается, что Адам видел пророческий сон о судьбе Каина и Авеля, но ангел запретил ему рассказывать об этом Еве. В Библии такого эпизода нет.

2. Роль Евы и её исповедь

- Ева подробно рассказывает историю грехопадения, добавляя детали:

- Они с Адамом разделяли обязанности в Раю (он охранял восток и север, она – запад и юг).

- Дьявол сначала явился им в светлом облике, а уже потом через змею.

- После грехопадения деревья сбросили листья, кроме смоковницы.

- Они сшили одежду из её листьев.

- В Библии Ева не даёт таких развёрнутых объяснений.

3. Договор Адама с Дьяволом

- Апокриф содержит уникальный эпизод, где Дьявол требует от Адама письменного согласия быть «его» в обмен на возможность обрабатывать землю. Адам пишет на каменной доске, что он и его дети принадлежат Дьяволу.

- В Библии нет ничего подобного, хотя идея власти Дьявола над миром присутствует в других апокрифах и богословских толкованиях (например, в связи с искушением Христа в пустыне).

4. Покаяние Адама и Евы

- Описывается строгий пост: Адам 40 дней в Иордане, Ева – 44 дня в Тигре.

- Дьявол пытается обмануть Еву, принимая образ ангела и даже Адама.

- В каноническом тексте нет упоминаний о таком покаянии.

5. Смерть Адама и Евы

- Апокриф подробно описывает кончину Адама:

- Сиф и Ева идут к Раю за целебной ветвью, но получают лишь предсмертное благословение.

- Адам умирает, его душа сначала стоит вдали от Бога, но после молитв ангелов Господь принимает её.

- Ева умирает через 6 дней после Адама.

- В Библии смерть Адама и Евы не описана, лишь сказано, что они жили много лет и родили других детей (Быт. 5:4-5).

6. Символические детали

- Венец из райских ветвей – Адам получает перед смертью венец из ветвей запретного дерева, что символизирует как грех, так и надежду на спасение.

- крокодил (зверь) – нападает на Сифа, обвиняя Еву в грехопадении. Это аллегория последствий греха.

- Дерево, выросшее из венца Адама – возможно, намёк на будущее Древо Креста (этот мотив встречается в других апокрифах).

Вывод

Этот апокриф значительно расширяет каноническую историю, добавляя:

- Драматические детали (договор с Дьяволом, покаяние в реках).

- Богословские идеи (борьба за душу Адама, власть Дьявола над землёй).

- Народно-религиозные мотивы (чудесные знамения, обличение Евы зверем).

Краткий пересказ «Слова Иоанна Богослова об Упокое Святой Богородицы»

1. Благовестие о кончине

Богородица ежедневно молилась у Гроба Господня. Иудеи, заметив это, пытались помешать, но ангелы скрывали её от стражников. Однажды архангел Гавриил возвестил ей о скорой кончине и вознесении на небо (цитата: «Радуйся, родившая Христа!.. Ты вскоре… отойдешь на небо к Сыну своему»).

2. Сбор апостолов

По молитве Марии апостолы чудесным образом были перенесены в Вифлеем на облаках (цитата: «Дух Святой вознес меня из Эфеса…»). Они рассказали, как каждый из них (Пётр из Рима, Фома из Индии и др.) получил откровение и был доставлен ангельской силой.

3. Перенесение в Иерусалим и чудеса

Иудеи, завидуя, попытались убить Богородицу и апостолов, но ангельский огонь поразил нападавших. По велению Духа апостолы перенесли Марию в Иерусалим, где продолжались исцеления (цитата: «Прозревали слепые… все, кто прикасался к дому, исцелялись»).

4. Успение и вознесение души

В воскресенье (подчёркивается символика дня) Христос явился с ангелами, принял душу Марии и обещал её нетленное тело взять в рай (цитата: «Мария!.. тело твое отойдет в рай, а душа — на небеса»).

5. Чудо с Иофонией

Еврей Иофония попытался опрокинуть одр с телом, но ангел отсек ему руки. После покаяния апостол Пётр исцелил его (цитата: «По слову Петра руки… пристали к Иофонии»).

Отступления от канона и причины апокрифичности

1. Нетленность тела – В канонических текстах нет описания Успения, а в православном предании тело Богородицы взято на небо, что здесь отражено. Однако детали (например, воскрешение умерших апостолов) — поздние добавления.

2. Роль апостолов – Фантастические элементы (перенос на облаках, воскрешение Симеона Кананита) отсутствуют в Писании.

3. Чудеса и кары – Эпизоды с ангельским огнём и исцелением Иофонии напоминают народные легенды.

4. Акцент на почитании Марии – Молитвы к ней как заступнице («всякая душа, тебя призывающая, обрящет милость») характерны для более поздней традиции (V–VI вв.).

Почему это апокриф?

Текст создан в IV–VI веках для укрепления культа Богородицы, но не вошёл в канон из-за:

- Легендарных деталей (например, диалоги с апостолами);

- Расхождений с церковным преданием (в каноне нет указаний на «воскресение» апостолов для Успения);

- Акцента на магической силе реликвий (исцеления через стены дома).

Вывод: Апокриф дополняет церковное предание красочными чудесами, но его статус остаётся благочестивой легендой, а не догмой.

Житие Алексия Человека Божьего

Если кратко, то: жил Евфимиан (он в почете у римских цесарей Гонория и Аркадия) с женой (Агласией), он был оч богат, но жена была бесплодна. Он своим богатством не пользовался, постился каждый день до 9 часа, устраивал 3 трапезы для 1) сирот и вдовец, 2) для нищих, 3) для поломников. Жена молилась, тож постилась. По итогу бог дал им ребенка (Алексея). Его женили, он отдал кольцо жене, взял сокровища все и ушел из дома)) И раздал все богатство нищим, сам облачился в нищего и жил возле церкви, ел только хлеб, не спал ночами, соблюдал посты. По итогу он вернулся обратно в Рим домой, но его никто не узнал, жил он 17 лет в доме своего отца, а родаки даже не знали об этом. И в один день из алтаря донесся глас, что в доме этого чела есть божественный человек, и что он скоро умрет. Отец понимает, что это тот самый странник, который пришел к нему 17 лет назад, а потом оказывается, что это был его сын… Все рыдают, плачут. Сын умирает, а если к нему дотронуться, все болезни пройдут. Им начинают «обмазываться», а в это время родаки плачут.

Житие Алексея человека Божия

Житие Алексия человека Божия было известно на Руси с XI в. Самый ранний текст древнерусского перевода Жития сохранился в списке XII в. в составе пергаменного сборника «Златоструй» (точнее – в составе «Торжественника», включенного в «Златоструй»). Остальные списки древнейшей редакции, текст и перевод которой публикуются, представлены более поздними рукописями, датирующимися XIV–XIX вв.

Алексий (от греч заступник, спаситель, защищающий от несчастья)- христианский подвижник, который в юности отрекся от богатства и мирской суеты и, следуя своим убеждениям до последних дней жизни, стоически свершил подвиг добровольного нищенствования.

События происходят на рубеже IV–V вв. в Риме при императорах-соправителях Гонории и Аркадии и папе Иннокентии I, а также – во владениях Римской Восточной (Византийской) империи, Каппадокии, Киликии, Осроене и в Сирии.

текст Жития пришел на Русь не прямо из Византии, а через южнославянскую письменность, тем не менее древнерусский перевод близок греческому оригиналу. (К византийской традиции восходит также и русская иконография, изображение лика святого Алексия в миниатюрах лицевых рукописей Жития

Особую популярность Житие приобрело в царствование Алексея Михайловича, небесным патроном которого был святой; тогда была составлена Служба святому Алексию человеку Божию (издана в 1671–1674 гг.)

Мотивы Жития отразились не только в ряде древнерусских агиографических сочинений, но и в произведениях писателей XIX–XX вв., в частности в романе Φ. Μ. Достоевского «Братья Карамазовы».

Цитаты

Бѣ нѣкто человѣкъ благовѣренъ в Римѣ градѣ именем Евфимианъ, славенъ бывъ у Ануриа и Аркадия, у царю римскую

Помени мя, Господи, недостойную рабу твою, и дай же ми плод чреву, да будеть ми вожь старостѣ и на утѣху душа моея!»

Да уставит Богъ слово твое, еже глагола, да сътворивѣ бракъ сыну наю възлюбленному, – и да възрадуется душа моя!»

Влѣз же в чертогъ, сѣде на престолѣ златѣ, и взем перьстень злат, и лѣз обитъ коприною,и дасть обручницѣ своей, и рече:

«Възми и съхрани, и буди Богъ межи тобою и мною, дóндеже Господь изволит»

Излѣзъ ис чертога, иде в ризницю и взем от богатьства своего и изыде нощию отай из Рима

«Боже, сотворивый небо и землю и спасе мя из чрева матере моея, спаси мя и нынѣ от суетнаго сего жития и сподоби мя деснаго стояния, яко ты еси Богъ милостивъ и спасаай, тебѣ славу възсылаем, Отцу, и Сыну, и Святому Духу

«Не имам въстати отсюду, дóндеже увѣмъ о сыну своем единочадѣм, камо ся дѣ»

Убогый сѣдя прѣдъ двьрьми цьрьковными, тъ есть человѣкъ Божий».

Къторый от васъ служити ему хощеть? Да аще угодить ему, живъ Господь, яко свободьнъ будеть и участке имать възяти въ дому моемь.

Отроци же по вься вечеры пакости ему дѣяху, ругающеся: они же пьхахуть его ногами, друзии же заушахуть, инии же пакы, опанице омывающе, възливаху на нь помыя

господину своему: «Господи, еда сь есть человѣкъ Божий, нищий сь, егоже ми бѣ поручилъ, велика бо знамения и дивьна видѣхъ у него.

От недѣля до недѣлѣ причащающася святыхъ таинъ и 2 укъни хлѣба и 2 укъни воды пияше, вься недѣля не ядыи, а въ нощи бе съна пребываше. Нъ етери от клеврѣтъ моихъ пакости ему творяху: ови пьхающе, а друзии ругающеся, инии же помыями обливаху, онъ же съ радостию все приимаше».

видѣ свьтящеся, яко ангелу, и дьржаща харътию въ руцѣ.

Увы мънѣ, чадо мое! Почто ми сицѣ сътворилъ еси, почто ми нанесе сице въздыхание? Колико лѣтъ пустъ бѣхъ, чая слышати гласъ твои, ли бесѣду твою, и не явилъ ми ся еси. Увы мънѣ, вожение старости моея! Камо имамъ дѣти сѣтование сьрьдца моего? Отселѣ уже достоить ми плакатися острупленыя си душа».

Слышавъши же мати его, яко сынъ ея есть, раздьра окъньце свое и ризы своя, и растьрза главу свою, жалостьно глядяше на сына своего и молящи народы, сущии на полатѣ, молящи я´, глаголаше: «Увы мънѣ, мужи, дадите ми мѣсто, да възьрю си жалостьно възлюбленаго своего чада. Увы мънѣ, братия моя, да узьрю си единочадаго сына моего, агньца душа моея, пътѣньца гнѣзда моего и въздоение сьсьцю моею, надѣжа мышьцю моею».

Елико бо недужьникъ приступи къ нему, вьси исцѣлѣша: нѣмии проглаголаша, слѣпии прозьрѣша, бѣсьнии исцѣлѣша

В житие описывается нравственный идеал человека, достигшего полного торжества духа над грешной плотью, полной победы над земными страстями. В центре жития — идеальный христианский герой, следующий в своей жизни Христу.

В VIII—XI вв. в Византии вырабатывается каноническая структура жития и основные принципы изображения житийного героя. Происходит своеобразное иерархическое разделение житий по типам героев и характерам их подвигов.

Житие стремится дать предельно обобщенное представление о герое, сосредоточивая главное внимание на прославлении его духовных, нравственных качеств, которые остаются неизменными и постоянными.

Жизнеописание святого обычно начинается с указания на его происхождение, как правило, «от благочестивых», «пречестных» родителей, реже от «нечестивых», но и этот факт призван лишь контрастнее оттенить благочестие героя. В детстве он уже отличается от своих сверстников: не ведет «пустотных» игр, бесед, уединяется; овладев грамотой, начинает с прилежанием читать книги «священного писания», уясняет их мудрость. Затем герой отказывается от брака или, исполняя родительскую волю, вступал в брак, но соблюдал «чистоту телесную». Наконец, он тайно покидал родительский дом, удалялся в «пустыню», становился монахом, вел успешную борьбу с бесовскими искушениями. К святому стекалась «братия», и он обычно основывал монастырь; предсказывал день и час своей кончины, благочестиво, поучив братию, умирал. Тело же его после смерти оказывалось нетленным и издавало благоухание — одно из главных свидетельств святости умершего. У его нетленных

мощей происходили различные чудеса: сами собой загорались свечи, исцелялись хромые, слепые, глухие и прочие недужные. Завершалась агиобиография обычно краткой похвалой. Так создавался обобщенный лучезарный образ святого, украшенный всяческими христианскими добродетелями, образ, лишенный индивидуальных качеств характера, отрешенный от всего случайного, преходящего.

Канон и отступления в житие Алексия человека Божьего

Канон:

⁃ В центре сюжета идеальный христианский герой, следующий Христу

⁃ Жизнеописание святого начинается с описания его «благочестивых» родителей. Отец соблюдал пост, мать молилась.

⁃ Герой тайно покинул родительский дом

⁃ Тело оставалось нетленным, касаясь его, больные излечивались

⁃ Восхваление Алексия в конце (славяще и хваляше Отца, и Сына, и Святаго Духа, единого Бога истиньнаго, емуже слава ныня, и присно, и въ вѣкы. Аминь)

Отступления:

⁃ не описано отличие Алексия от сверстников, присутствует только упоминание того, что он учился грамоте, грамматике и церковным правилам

⁃ Герой не отказывается от брака, но соблюдает «чистоту телесную»

⁃ Не стал монахом, не вел борьбу с бесовскими искушениями, не основал монастырь, не имел «братиев»

⁃ Не предсказал час своей кончины, но бог предсказал, что умрет Алексий в пятницу на рассвете

Слово о законе и благодати

Сопоставляя иудаизм (Закон) с христианством (Благодатью), Иларион в начале своего «Слова» доказывает преимущества Благодати перед Законом. Закон был распространен только среди иудейского народа. Благодать — достояние всех народов. Ветхий завет — Закон, данный богом пророку Моисею на горе Синайской, регламентировал жизнь только еврейского народа. Новый завет — христианское вероучение — имеет всемирное значение, и каждый народ облада-ет полным правом на свободное избрание этой Благодати. Таким образом, Иларион отвергает монопольные права Византии на исключительное владение Благодатью. Он создает, как справедливо отмечает Д. С. Лихачев, собственную патриотическую концепцию всемирной исто-рии, прославляя Русь и ее «просветителя» «кагана» Владимира.

Иларион возвеличивает подвиг Владимира в принятии и распространении на Руси христианства. Благодаря этому подвигу Русь вошла в семью христианских стран в качестве суверенного государства. Владимир владычествовал «не в худе бо и не в неведомы земли», а

«в Русской, яже ведома и слышима есть всеми концы земли».

В похвале Владимиру Иларион перечисляет заслуги князя перед родиной. Он говорит о том, что его деятельность содействовала славе и могуществу Руси. При этом он подчеркивает, что христианская вера была принята русскими в результате свободного выбора, что основная заслуга в крещении Руси принадлежит Владимиру, а не грекам. В «Слове» содержится весьма обидное для греков сопоставление Владимира с царем Константином.

Таким образом, «Слово о законе и благодати» выдвигало требование канонизации Вла-димира как святого. В то же время оно прославляло и деятельность Ярослава, успешно продолжающего дело своего отца по распространению христианства на Руси: прославлялись строительная деятельность Ярослава и его заботы о распространении христианской образованности.

«Слово» Илариона построено по строгому, логически продуманному плану, который сообщается автором в заглавии произведения: «Слово о законе, Моисеом даннем ему, и о благодати и истине, Исус Христом бывшим, и како закон отиде, благодетъ же и истина всю землю исполни, и вера в вся языкы простреся и до нашего языкарускаго и похвала кагану нашему Влодимеру, от него же крещени быхом, и молитва к богу от веса земля нашеа».

Первая часть — сопоставление Закона и Благодати — является пространным введением ко второй, центральной, части—похвале Владимиру, завершающейся авторским обращением к Владимиру с призывом встать из гроба, отряхнуть сон и посмотреть на дела своего сына Георгия (христианское имя Ярослава). Вторая часть ставит своей задачей непосредственное прославление современного Илариону правителя Руси и его деятельности. Третья часть — молитвенное обращение к богу «от всея земли нашая».

«Слово» адресовано к людям «преизлиха насышътьшемся сладости книжные», поэто-му автор облекает свое произведение в книжную риторическую форму. Он постоянно пользуется цитатами из Библии, библейскими сравнениями, сопоставляя Закон с рабыней Агарью и ее сыном Измаилом, а Благодать — с Саррой и ее сыном Исааком. Эти символические параллели призваны нагляднее показать превосходство Благодати над Законом.

В первой части «Слова» Иларионом последовательно соблюдается принцип антитезы — типичнейший прием ораторского красноречия. «Прежде закон, потом благодать: прежде степь (тень) ти, потом истина».

В похвале Владимиру он сравнивает деятельность русского князя с деятельностью апостолов — учеников Христа: «Хвалит же похвальными гласы Римъская страна Петра и Павла, имиже вероваша в Исуса Христа, сына божиа; Асиа, и Ефес, и Патм —Иоанна Богослова; Индия — Фому, Египет — Марка; вся страны, и грады и людие чьтут и славят коегождо их учителя, иже научиша православной вере. Похвалим же и мы, по силе нашей, малыми похвалами великаа и дивнаа сътворшаго нашего учителя и наставника, великого кагана нашеа земля Владимера, внука старого Игоря, сына же славного Святослава, иже, в своа лета владычьствующа, мужством же и храбъръствомь прослушя в странах многах и победами и крепостию поминаются ныне и словут».

Иларион разделяет родовую точку зрения летописца, подчеркивая, что Владимир — сын славного Святослава, внук старого Игоря. Он отмечает воинскую доблесть князя и его христианские добродетели.

Широко использует Иларион книжные метафоры — символы и метафорические сравнения: Закон — это «иссохшее озеро»; язычество — «мрак идольский», «тьма служения бесовского»; Благодать — это «наводнившийся источник» и др. Он нередко употребляет риторические вопросы и восклицания — типичные приемы торжественного красноречия, при помощи которых достигается большая эмоциональность речи. Этой же цели служит и ритмическая организация «Слова». Иларион часто прибегает к повторам, глагольным рифмам. Например: «.. .ратныя прогони, мир утверди, страны укроти, гладугобзи, боляры умудри, грады разсели, церковь твою возрасти, достояние свое соблюди, мужи и жены и младенцы спаси».

Поучение Владимира Мономаха

Жанр: духовное завещание и + автобиографические элементы

Особое место в литературе XI—XII вв. занимает «Поучение» Владимира Мономаха, внесенное в Лаврентьевскую летопись под 1096 г. По-видимому, это произведение рассматривалось летописцами как предсмертное завещание князя, аналогичное завещанию Ярослава Мудрого (1054).

1054).

«Поучение» Владимира Мономаха, написанное им «седя на санех», т. е. незадолго до смерти, где-то около 1117г., было отнесено летописцами к подобным завещаниям, адресованным детям. Однако его поместили не под 1125 г.— годом смерти Мономаха, а под 1096.

Это можно объяснить следующим: 1096 г. было датировано письмо Мономаха Олегу Черниговскому, непосредственно примыкавшее к «Поучению». Кроме того, события, описанные в летописи под следующим 1097 г. (Любеческий съезд князей, ослепление Василька, заключение Мономахом мира с киевлянами и Святополком), давали весьма наглядное подтверждение справедливости основных наставлений, связанных с необходимостью соблюдения князьями взятых на себя обязательств, скрепленных «крестным целованием».

Центральная идея «Поучения» состоит в призыве, обращенном к детям Мономаха и всем, кто услышит «сию граматицю», строго соблюдать требования феодального правопорядка, руководствоваться ими, а не личными, своекорыстными семейными интересами. «Поучение» выходит за узкие рамки семейного завещания и приобретает большое общественное значение.

На примере личного богатого жизненного опыта Владимир дает высокий образец служения князя интересам своей земли.

Характерная особенность «Поучения» — тесное переплетение дидактики с автобиографическими элементами. Наставления Мономаха подкрепляются не только сентенциями из «священного писания», но в первую очередь конкретными примерами из собственной жизни.

На первый план в «Поучении» выдвигаются задачи общегосударственного порядка. Священная обязанность князя — забота о благе своего государства, его единстве, строгое и неукоснительное соблюдение клятв и договоров. Князь должен «пещись о хрестьянских душах», «о худом смерде» и «убогой вдовице». Междоусобные распри подрывают экономичес-кое и политическое могущество государства. Только мир приводит к процветанию страны. Поэтому в обязанность правителя входит сохранение мира.

Другой не менее важной обязанностью князя, по мнению Мономаха, является попечение и забота о благе церкви. Он понимает, что церковь является верной помощницей князя. Поэтому ради упрочения своей власти князь должен неусыпно заботиться о священническом и иноческом чине. Правда, Мономах не рекомендует своим детям спасать душу в монастыре, т. е. идти в монахи. Аскетический монашеский идеал чужд этому жизнелюбивому энергичному человеку. Однако он призывает к соблюдению религиозной обрядности, считая, что тремя добрыми делами — покаянием, слезами и милостыней — можно «избыти грехов своих».

В соответствии с христианской моралью требует Владимир заботливого отношения к «убогим» (бедным). В то же время князь должен быть стражем справедливости и не давать «сильным погубить человека», как сам Владимир «не дал есм сильным обидети» ни «худаго смерда», ни «убогые вдовице».

Князь должен быть сам примером высокой нравственности. Основным положительным качеством человека является трудолюбие. Труд, в понимании Мономаха,— это прежде всего воинский подвиг, а затем занятие охотой, когда в непрестанной борьбе с опасностями закаляются тело и душа человека.

Владимир приводит примеры из своей личной жизни: он совершил только 83 больших похода, а малых и не упомнит, заключил 20 мирных договоров. На охоте он подвергался постоянной опасности, не раз рисковал своей жизнью: «Тура мя 2 метала нарозех и с конем, олень мя один бол, а 2 лоси, один ногами топтал, а другый рогома бол; ...лютый зверь скочил ко мне на бедры и конь со мною поверже».

 Основным пороком Владимир считает лень: «Леность бо всему мати: еже умеетъ, то забудешь, а егоже не умеешь, а тому ся не учить». Лень поможет повлечь за собой внезапную гибель во время военных походов, нанести ущерб хозяйству князя. Опытный хозяин-вотчинник, полководец, Владимир советует детям в ведении дел не доверять ни тиунам, ни отрокам, а самому вникать во все мелочи, также и во время военных походов не следует во всем полагаться на воевод, а самим «наряжать» сторожей и спать возле воинов, не снимая оружия. Предостерегает Владимир и от лжи, пьянства и блуда: «...в том бо душа погыбаетъ и тело»,— пишет он.

Сам Мономах предстает в своем «Поучении» человеком необычайно деятельным:

«Еже было творити отроку моему, то сам есмъ створил, дела на войне и на ловех, ночь и день, на зною и на зиме, не доя собе упокоя».

Владимир выступает ревностным поборником просвещения: «Его же умеючи того не забывайте доброго, а его же не умеючи, а тому ся учите», — говорит он и ссылается на своего отца Всеволода, который «дома седя», т. е. находясь в Киеве, изучил пять языков, «в том бо честь есть от инех земль».

Одним из положительных качеств князя является его щедрость, постоянная забота о приумножении и распространении своего доброго имени. Поэтому необходимо, отмечает Владимир, пришедшего «гостя», простого или знатного, одарить, накормить и напоить, поскольку эти люди «мимоходячи прославлять человека по всем землям, любо добрым, любо злым».

В быту князь должен быть образцом для окружающих: посетить больного, проводить покойника, ибо все смертны. Семейные отношения нужно строить на уважении мужей к женам: «Жену свою любите, но не дайте им над собою власти», — наставляет он.

Таким образом, в «Поучении» Мономах охватывает довольно широкий круг жизненных явлений. Он дает четкие ответы на многие социальные и нравственные вопросы своего времени.

Вместе с тем «Поучение» является весьма ценным материалом для представления о личности самого автора — первого известного нам мирского писателя Древней Руси. Прежде всего, это человек широко образованный, хорошо знающий литературу своего времени. В своем произведении он использует Псалтырь, Паремийник, поучения Василия Великого, Ксенофонта и Феодоры к детям, помещенные в «Изборнике 1076 г.», «Шестоднев». При этом Псалтырь служит Мономаху средством выражения своего психологического состояния. Опечаленный встречей с послами братьев, предложивших ему объединиться, чтобы выгнать Ростиславича, Владимир берет Псалтырь: «...в печали разгнух я, и то ми ся выня: «Векую печалуеши, душе? Векую смущавши мя?» Его душа опечалена намерениями братьев начать междоусобную войну, а они гневаются на него, Владимира, отказавшегося с ними объединиться и «креста переступити». Встреча, происшедшая в 1098 г., явилась тем толчком, который заставил Мономаха создать «Поучение»,— он «собрах словца си любая, и складах по ряду, и написах». Эти слова дают возможность судить о процессе создания

 «Поучения»: сначала отбор материала из книжных источников, затем приведение его в порядок, т. е. придание ему определенного плана, и, наконец, написание.

«Поучение» построено по определенному плану: вступление, обращенное к детям, с характерным для древнерусского писателя самоуничижением — не посмеяться над его писанием, а принять в сердце свое, не браниться, а сказать, что «на долечи пути, да на санех седя, безлепицю есимолвил», и, наконец, просьба: «...ащевы последняя не люба, апередняя приймайте».

Центральная дидактическая часть «Поучения» начинается с общего философского рассуждения о человеколюбии и милостивости Бога, о необходимости победы над злом и возможности этой победы, залогом чему является красота, гармония созданного Богом мира. Используя «Шестоднев», Владимир с большим лирическим воодушевлением говорит о том, «како небо устроено, како ли сонце, како ли луна, како ли звезды, и тма и свет, и земля на водах положена...». Он удивляется чуду — человеку, «како образи розноличнии в человечъскых лицих,— аще и весь мир совокупить, не ecu в один образ, но кый своим лицъ образом...». Он любуется, и как «птица небесныя из ирья (теплых стран) идуть... и худыя идуть по всем землям...».

 Воздав хвалу божественной гармонии мира, Владимир снова обращается к детям с просьбой послушать его от «худаго... безумья наказание», т. е. поучение. И начинается оно с рассуждения о пользе молитвы, а затем Владимир переходит к практическим наставлениям, касающимся социальной практики князя, его хозяйственной деятельности и, наконец, поведения в быту. Завершающим аккордом «Поучения» служит вновь произнесенный с большим воодушевлением призыв воздать хвалу Богу поутру, при восходе солнца, при решении государственных дел («седше думати с дружиною», или «люди оправливати», т. е. судить), или выезжая на охоту, или отправляясь в походы, или ложась спать.

«Поучение», казалось бы, логически завершено, но Мономах решает подкрепить его описанием своих «трудов». И сначала дает своеобразный дневник военных походов, по манере напоминающий краткие летописные погодные записи, только без дат. Перечисляя свои «пути», Владимир располагает их в хронологической последовательности начиная с 1072 г. по 1117 г.

После походов Мономах перечисляет заключенные им мирные договоры, а затем

 переходит к описанию своих «ловов», обнаруживая страстную душу смелого охотника.

И вновь следует заключение. Обращаясь к детям или иным, «кто прочтет», Мономах просит не осуждать его. Он восхваляет не себя, не свою храбрость, а хвалит Бога, который его «худаго и грешного» столько лет сохранял от смерти и сотворил «не ленива», «худаго», «на вся дела человечьская потребна». Мономах отводит таким образом от себя, как писателя, обвинение в гордости, в самовосхвалении. Обращаясь к детям, он уверен, что, «сю грамотицю прочитаючи», они устремятся на добрые дела, и призывает их без страха творить

«мужьское дело».

К «Поучению» примыкает письмо Владимира, адресованное Олегу Святославичу Черниговскому. Олег Черниговский прославился своими крамолами — не случайно автор «Слова о полку Игореве» называет его Гориславличем. Разбитый Владимиром и Святополком, Олег вынужден был покинуть Чернигов и отправиться в Ростовскую землю, где произошло его столкновение с сыном Владимира Изяславом, который был убит в бою Олегом, а жена Изяслава захвачена в плен. Это событие, происшедшее 6 сентября 1096 г., и послужило поводом для написания письма Владимиром к Олегу Черниговскому.

Письмо Владимир пишет, понуждаемый сыном Мстиславом, приславшим отцу грамоту с просьбой «ладиться» и «смириться» и не мстить, чтобы не погубить Русской земли. В письме ярко выражено чувство скорби отца, преждевременно потерявшего своего сына: «егда жеубиша детя мое и твое пред тобою, и бяше тебе, узревше кровь его и тело увянувшю, яко цвету нову процветшю, яко же агньцю заколену, и рещи бяше, стояще над ним, вникнущи в помыслы души своей: «Увы мне! что створих? И пождав его безумья, света сего мечетнаго кривости ради налезох грех себе, отцю и матери слезы», т. е. Владимир взывает к общечеловеческим чувствам своего врага, призывает его «вникнуть» в помыслы своей души. Желая добра «братьи» и «Русьскей земли», Владимир говорит о своем примирении с Олегом и только просит его освободить свою сноху (жену Изяслава) «да с нею кончав слезы, посажю на месте, и сядеть акы горлица на сусе древе желеючи, а яз утешюся о дозе». Поэтический образ тоскующей горлинки связан с традицией устной народной поэзии.

Письмо Владимира Мономаха Олегу Черниговскому дополняло «Поучение» и, возможно, было присоединено к нему самим автором. В нем ярко проявилось торжество общегосударственного долга над личным чувством убитого горем отца.

В стиле «Поучения» легко обнаруживаются, с одной стороны, книжные его элементы, связанные с использованием Владимиром литературных источников, а с другой — элементы живого разговорного языка, особенно ярко проявляющиеся в описании «путей» и тех опасностей, которым он подвергался во время охоты. Характерная особенность стиля «Поучения» — наличие отточенных, ярких, легко запоминающихся афористических выражений.

В целом «Поучение» и письмо ярко раскрывают облик незаурядного государственного деятеля русского средневековья, человека, в котором ярко воплотился идеал князя, пекущегося о славе и чести родной земли.

Владимир (крещенное имя - василий)- внук Ярослава, сидя на санях (находясь при смерти), решил написать поучение своим детям (мстислав великий, ярополк 2, юрий долгорукий)

Самое первое и важное: нужно подавать милостыню неоскудную и иметь страх Божий в сердце своем

Крестоцелование — обычай, которым скреплялись договорённости в Древней Руси с принятием христианства. 

Владимир Мономах упоминает крестоцелование в своём «Поучении детям». В частности, речь идёт о Любечском съезде 1097 года, когда князья обязались не идти друг против друга, а вместе воевать с внешним противником. Инициатором съезда был Владимир Мономах. В город Любеч (на Днепре) съехались шесть князей: великий князь киевский Святополк Изяславич, черниговские князья Давыд и Олег Святославичи, переяславский князь Владимир Мономах, волынский князь Давыд Игоревич и теребовльский князь Василько Ростиславич. 

Летописец сообщает, что решение съезда было скреплено крестоцелованием и уговором коллективно воздействовать на нарушителя клятвы. 

С точки зрения церкви нарушение крестоцелования было тяжким грехом, за который человек губил душу. 

когда двоюродные братья Мономаха призывали его пойти с ними на Ростиславичей (Василько и Володырь) и нарушить крестоцелование, князь велел им отвечать: «Хоть вы и гневайтесь, не могу я ни с вами пойти, ни крестоцелование преступить». 

Вставки из псалтыря: «Зачем печалишься, душа моя? Зачем смущаешь меня? Уповай на Бога, ибо верю в Него».

И далее идут вставки, говорящие: не соревнуйся с лукавыми, не завидуй, творящим беззаконие,кроткие унаследуют землю, грешники будут истреблены. Господь смеется над грешниками, так как видит, что настанет день их. Оружие Грешников пронзает сердца нищего, убогого. Ибо сила грешных сокрушится, праведных же укрепляет Господь. Ибо грешники погибнут, – праведных же милует и одаривает. Уклонись от зла, сотвори добро, найди мир и отгони зло, и живи во веки веков

Мономах просит Бога освободить его от врагов, поправших = унизивших его

Благословлю Господа во всякое время, непрестанна хвала Ему», и прочее

душу чистую и непорочную, тело худое, беседу кроткую и соблюдать слово Господне: «Есть и пить без шума великаго, при старых молчать, премудрых слушать, старшим покоряться, с равными и младшими любовь иметь, без лукавства беседуя, а побольше разуметь; не свиреповать словом, не хулить в беседе, не много смеяться, стыдиться старших, с непутевыми женщинами не беседовать и избегать их, глаза держа книзу, а душу ввысь, не уклоняться учить увлекающихся властью, ни во что ставить всеобщий почет. Если кто из вас может другим принести пользу, от Бога на воздаяние пусть надеется и вечных благ насладится»

Научись, верующий человек, быть благочестию свершителем, научись, по евангельскому слову, «очам управлению, языка воздержанию, ума смирению, тела подчинению, гнева подавлению, иметь помыслы чистые, побуждая себя на добрые дела, Господа ради; лишаемый – не мсти, ненавидимый – люби, гонимый – терпи, хулимый – молчи, умертви грех». «Избавляйте обижаемаго, давайте суд сироте, оправдывайте вдовицу. Приходите да соединимся, говорит Господь. Если будут грехи ваши как обагренные, – как снег обелю их», и прочее. 

Бог - светодавец 

Господь наш показал нам победу над врагами, как тремя делами добрыми избавляться от них и побеждать их: покаянием, слезами и милостынею

как теми делами тремя избавиться от грехов своих и Царствия небесного не лишиться

Тропарь и кондак

Тропарь праздника раскрывает его сущность и воспевает его. Тропарь, посвященный святому, раскрывает особенности подвига святого, прославляет его житие и святость. Кондак, воспевая то же событие или то же священное лицо, дополняет, развивает основную тему тропаря.

Преобразился Ты на горе, Христе Боже, показав ученикам Твоим славу Твою, насколько это было для них возможно. Да воссияет и нам, грешным, свет Твой вечный, по молитвам Богородицы. Податель света, слава Тебе!

Первая часть тропаря описывает событие, которое празднуется. Из первых слов песнопения мы понимаем, что Преображение произошло на горе. По церковному преданию, которое прочно утвердилось уже с III века (в Евангелии об этом прямо нигде не говорится), Преображение Спасителя совершилось на горе Фавор — на одной из гор Галилейской области Палестины. Фавор — невысокая зеленая вершина на северной границе обширной Израильской долины.

Господь преобразился в присутствии трёх учеников — Петра и Иакова и Иоанна. Что собой представляло Преображение Господне? Обратимся к евангельским строкам: «Просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет» (Мф. 17:1–2). При этом явились два великих ветхозаветных пророка — Илия и Моисей, которые беседовали с Господом о Его будущих страданиях и смерти (Лк. 9:31).

На гору опустилось светлое облако, из которого раздался голос Бога Отца: «Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте» (Мф. 17:5). Апостолы в ужасе упали на землю. Когда же они услышали слова «встаньте, не бойтесь» (Мф 17:7), обращённые к ним, и поднялись, то ветхозаветные пророки и облако уже скрылись, а перед ними стоял их Учитель — уже не сияющий ослепительным светом.

На горе преобразился Ты, и, насколько могли вместить ученики Твои, они славу Твою, Христе Боже, созерцали, чтобы, когда Тебя увидят распинаемым, уразумели, что Твоё страдание — добровольное и миру возвестили, что Ты — воистину Отчее сияние.

Каково было предназначение Преображения? На этот вопрос отвечает вторая часть тропаря праздника и кондак. Вкратце главное значение Преображения можно сформулировать так: Спаситель приоткрыл апостолам Свою Божественную природу, укрепив их в вере перед Своими грядущими мучениями и смертью на Голгофе и показав каждому, кто последует за Ним, тот свет, которым он преобразится в Царствии Небесном.

Этим объясняется основной мотив тропаря — свет: его несут слова «свет», «воссияет», «светодавец». Вечный, то есть божественный, нетварный свет, который созерцается «умными очами», «очами сердца». Просьба о видении божественного света есть, собственно, просьба о святости.

Тропарь праздника напоминает нам, что небесный голос, который слышали апостолы на горе Фавор, обращается ко всем, носящим имя Христово. Всем следует преображаться под яркими, животворящими «очами Света Христова», всем следует устраивать свою жизнь по заветам Христа, — слушать Его, как сказал об этом глас с небес: «Того послушайте», — и тогда каждому из нас воссияет свет Преображения, свет Божества и святости. В Преображении Христа показывается и наше преображение — то, каким будет человек в вечности, если облечётся во Христа, будет жить со Христом и во Христе.

Кондак праздника Преображения напоминает о том, что Господь никогда не оставляет человека без Своей помощи и укрепления перед трудными испытаниями. Спаситель позволил Своим ученикам увидеть преображение, которое ожидает человека в Царствии Божием. Христос готовил учеников к Своей смерти; они должны были увидеть Его во славе, чтобы не поколебаться в час испытаний.

Мономах благодарит бога за создание мира, восхваляет его

И этому чуду подивимся, как из праха создал человека, как разнообразны человеческие лица, – если и всех людей собрать, не у всех один облик, но каждый имеет свой облик лица, по Божьей мудрости. И тому подивимся, как птицы небесныя из рая идут, и прежде всего в наши руки, и не поселяются в одной стране, но и сильныя и слабыя идут по всем землям, по Божьему повелению, чтобы наполнились леса и поля. Все же это дал Бог на пользу людям, в пищу и на радость. Велика, Господи, милость Твоя к нам, так как блага эти сотворил Ты ради человека грешного.

Вторая половина

Далее идет поучение именно самого Мономаха (без псалтыря)

Нужно всегда молиться!

Не пропускайте ни одной ночи, – если можете, поклонитесь до земли; если вам занеможется, то трижды. Не забывайте этого, не ленитесь, ибо тем ночным поклоном и молитвой человек побеждает дьявола, и что нагрешит за день, то этим человек избавляется. Если и на коне едучи не будет у вас никакого дела и если других молитв не умеете сказать, то «Господи помилуй» взывайте безпрестанно втайне, ибо эта молитва всех лучше, – нежели думать безлепицу, ездя.

Нельзя: 

забывать убогих, им нужно подавать милостыню и кормить,

убивать даже виновного человека

клясться богом, говоря что-либо (нет в этом пользы)

если поцеловали крест братии, то не нельзя нарушать закон

епископов нужно любить

иметь гордости (смертны мы, сегодня живы, а заутра в гробу)

Забывать о старых, их нужно уважать 

Лениться

На войне нельзя лениться и полагаться на воевод, нельзя снимать оружия на ночь

Нужно остерегаться:

Лжи

Пьянства

Блуда

Нужно:

Жену свою любить, но не давать ей власти

Любому нищему дать милостыню

Прохожего в дом пустить

Иметь страх Божий в душе

Просыпаться рано и воздавать хвалу богу («Просвети очи мои, Христе Боже, давший мне свет твой дивный!»)

Спать в полдень

Конец поучений, начало биографии

Сначала я к Ростову пошел сквозь землю вятичей; послал меня отец, а сам он пошел к Курску; и снова вторично ходил я к Смоленску, со Ставком Гордятичем, который затем пошел к Берестью с Изяславом, а меня послал к Смоленску; а из Смоленска пошел во Владимир. Той же зимой послали меня в Берестье братья на пожарище, что поляки пожгли, и там правил я городом утишенным. Затем ходил в Переяславль к отцу, а после Пасхи из Переяславля во Владимир – в Сутейске мир заключить с поляками. Оттуда опять на лето во Владимир.

Затем послал меня Святослав в Польшу: ходил я за Глогов до Чешскаго леса, и ходил в земле их четыре месяца. И в том же году и сын родился у меня старший, новгородский. А оттуда ходил я в Туров, а на весну в Переяславль и опять в Туров.

И Святослав умер, и я опять пошел в Смоленск, а из Смоленска той же зимой в Новгород; весной – Глебу в помощь. А летом с отцом – под Полоцк, а на другую зиму со Святополком под Полоцк, и выжгли Полоцк; он пошел к Новгороду, а я с половцами на Одреск войною и в Чернигов. И снова пришел я из Смоленска к отцу в Чернигов. И Олег пришел туда, из Владимира выведенный, и я позвал его к себе на обед с отцом; в Чернигове, на Красном дворе, и дал отцу триста гривен золота. И опять из Смоленска же придя, пробился я через половецкие войска с боем до Переяславля и отца застал вернувшагося из похода. Затем ходили мы опять в том же году с отцом и с Изяславом к Чернигову биться с Борисом и победили Бориса и Олега. И опять пошли в Переяславль и стали в Оброве.

И Всеслав Смоленск пожег, – и я с черниговцами верхом с поводными конями помчался, но не застал... в Смоленске. В том походе за Всеславом пожег землю и повоевал ее до Лукомля и до Логожска, затем на Друцк войною и опять в Чернигов.

А в ту зиму повоевали половцы Стародуб весь, и я идя с черниговцами и со своими половцами, на Десне взяли в плен князей Асадука и Саука, а дружину их перебили. И на следующий день за Новым Городом разбили сильное войско Белкатгина, а семечей и пленников всех отняли.

А в Вятичскую землю ходили подряд две зимы на Ходоту и на сына его и к Корьдну ходили первую зиму. И опять ходили мы и за Ростиславичами за Микулин, и не настигли их. И на ту весну – к Ярополку на совет в Броды.

В том же году гнались за Хорол за половцами, которые взяли Горошин.

На ту осень ходили с черниговцами и с половцами-читеевичами к Минску, захватили город и не оставили в нем ни челядина, ни скотины.

И на весну посадил меня отец в Переяславле выше всей братии и ходили за Сулой. И по пути к Прилуку городу встретили нас внезапно половецкие князья, с восемью тысячами, и хотели было с ними сразиться, но оружие было отослано вперед на возах, и мы вошли в город. Только семца одного живым захватили, да смердов несколько, а наши половцев больше убили и захватили, и половцы, не смея сойти с коней, побежали к Суле в ту же ночь. И на следующий день, на Успение, пошли мы к Белой Веже, Бог нам помог и Святая Богородица: перебили девятьсот половцев и двух князей взяли, Багубарсовых братьев, Осеня и Сакзя, и только два мужа убежали.

И потом на Святославль гнались за половцами, и затем на Торческ город, и потом на Юрьев за половцами. И снова на той же стороне, у Красна, половцев победили, и потом с Ростиславом же у Варина вежи взяли. И затем ходил во Владимир опять, Ярополка там посадил, и Ярополк умер.

И снова, по смерти отцами при Святополке, на Стугне бились мы с половцами до вечера, бились у Халепа, и потом мир сотворили с Тугорканом и с другими князьями половецкими, и у Глебовой чади отняли дружину свою всю.

Олег пришел биться к Мономаху!!

И потом Олег на меня пришел со всеми половцами землею к Чернигову, и билась дружина моя с ними восемь дней за малый вал и не дала им войти в острог. Пожалел я христианских душ, и сел горящих, и монастырей и сказал: «Пусть не похваляются язычники!» И отдал брату отца его стол, а сам пошел на стол отца своего в Переяславль. И вышли мы на святаго Бориса день из Чернигова и ехали сквозь полки половецкие, около ста человек, с детьми и женами. И облизывались на нас половцы точно волки, стоя у перевоза и на горах. Бог и святой Борис не выдали меня им на поживу, невредимы дошли мы до Переяславля.

И сидел я в Переяславле три лета и три зимы с дружиною своею, и много бед приняли мы от войны и голода. И ходили на воинов их за Римов, и Бог нам помог, перебили их, а других захватили.

И вновь Итлареву чадь перебили, и вежи их взяли, идя за Голтав.

И к Стародубу ходили на Олега, потому что он сдружился с половцами. И на Буг ходили со Святополком на Боняка, за Рось.

И в Смоленск пошли, с Давыдом помирившись. Вновь ходили во второй раз с Вороницы.

Тогда же и торки пришли ко мне с половцами-читеевичами, и ходили мы им навстречу на Сулу.

И потом снова ходили к Ростову на зиму, и три зимы ходили к Смоленску. Из Смоленска пошел я в Ростов.

И опять со Святополком гнались за Боняком, но... убили, и не настигли их. И потом за Боняком же гнались за Рось, и снова не настигли его.

И на зиму в Смоленск пошел; из Смоленска после Пасхи вышел; и Юрьева мать умерла.

В Переяславль вернувшись к лету, собрал братьев.

И Боняк пришел со всеми половцами к Кснятину; мы пошли за ними из Переяславля за Сулу, и Бог нам помог, и полки их победили, и князей захватили лучших, и по Рождестве заключили мир с Аепою, и, взяв у него дочь, пошли к Смоленску. И потом пошел к Ростову.

Придя из Ростова, вновь пошел на половцев на Урусобу со Святополком, и Бог нам помог.

И потом опять ходили на Боняка к Лубну, и Бог нам помог.

И потом ходили к Воиню со Святополком, и потом снова на Дон ходили со Святополком и с Давыдом, и Бог нам помог.

И к Вырю пришли было Аепа и Боняк, хотели взять его; к Ромну пошли мы с Олегом и с детьми на них, и они, узнав, убежали.

И потом к Минску ходили на Глеба, который наших людей захватил, и Бог нам помог, и сделали то, что задумали.

И потом ходили к Владимиру на Ярославца, не стерпев злодеяний его.

А из Чернигова в Киев около ста раз ездил к отцу, за один день проезжая, до вечерни.

Всего походов:

А всего походов было восемьдесят и три великих, а остальных и не упомню меньших. И миров заключил с половецкими князьями без одного двадцать, и при отце и без отца, а раздаривал много скота и много одежды своей. И отпустил из оков лучших князей половецких столько: Шаруканевых двух братьев, Багубарсовых трех, Осеневых братьев четырех, а всего других лучших князей сто. А самих князей Бог живыми в руки давал: Коксусь с сыном, Аклан Бурчевич, Таревский князь Азгулуй и иных витязей молодых пятнадцать, этих я, приведя живых, изсек и бросил в ту речку Сальню. А врозь перебил их в то время около двухсот лучших мужей.

Охота!

А вот как я трудился, охотясь: пока сидел в Чернигове, а из Чернигова выйдя, и до этого года – по сотне загонял и брал без трудов, не считая другой охоты, вне Турова, где с отцом охотился на всякого зверя.

И вот что я в Чернигове делал: коней диких своими руками связал я в пущах десять и двадцать, живых коней, помимо того, что, разъезжая по равнине, ловил своими руками тех же коней диких. Два тура метали меня рогами вместе с конем, олень меня один бодал, а из двух лосей один ногами топтал, другой рогами бодал. Вепрь (кабан) у меня на бедре меч оторвал, медведь мне у колена потник укусил, лютый зверь вскочил ко мне на бедра и коня со мною опрокинул, и Бог сохранил меня невредимым. И с коня много падал, голову себе дважды разбивал, и руки и ноги свои повреждал – в юности своей повреждал, не дорожа жизнью своею, не щадя головы своей.

Что надлежало делать отроку моему, то сам делал – на войне и на охотах, ночью и днем, в жару и в стужу, не давая себе покоя. На посадников не полагаясь, ни на биричей, сам делал, что было надо; весь распорядок и в доме у себя также сам устанавливал. И у ловчих охотничий распорядок сам устанавливал, и у конюхов, и о соколах и о ястребах заботился.

Все поучения владимир выполнял и сам!

хвалю Бога и прославляю милость Его, ибо меня, грешного и ничтожного, столько лет хранил от тех смертных опасностей и не ленивым меня, дурного, создал, на всякие дела человеческие годным. Прочитав эту грамотку, потщитесь делать всякие добрые дела, славя Бога со святыми Его. Смерти, дети, не бойтесь, ни войны, ни зверя, дело исполняйте мужское, как вам Бог пошлет. Ибо, если я от войны, и от зверя, и от воды, и от падения с коня уберегся, то никто из вас не может повредить себя или быть убитым, пока не будет от Бога повелено. А если случится от Бога смерть, то ни отец, ни мать, ни братья не могут вас отнять от нея, но если и хорошее дело – остерегаться самому, то Божие сбережение лучше человеческаго.

Письмо Владимира Мономаха к двоюродному брату Олегу (1096г)

Обстоятельства, при которых было написано письмо, определяются, благодаря летописи, достаточно точно. В конце лета 1096 г. Олег, изгнанный в мае Владимиром Мономахом и киевским князем Святополком Изяславичем из Чернигова и потерпевший в начале июня поражение под Стародубом, начинает новую войну против Мономаха и выступает к Мурому, который незадолго до этого захватил сын Мономаха Изяслав (как выясняется из письма, крестник Олега). 6 сентября в битве у города Изяслав был убит. Олег не ограничился возвращением принадлежавшего ему Мурома, но занял Суздаль и Ростов, принадлежавшие Мономаху. Старший сын Мономаха Мстислав, княживший в Новгороде, обратился к Олегу с предложением о посредничестве в мирных переговорах, обещая не мстить за брата. Олег, однако, отказался, угрожая захватить еще и Новгород. Мстислав двинул против Олега свои войска и вынудил его оставить Ростов и Суздаль (который Олег предварительно сжег) и укрыться в Муроме. Мстислав вновь предложил переговоры, и на этот раз Олег ответил согласием – но, как оказалось, лживым. 21 февраля (в Федорову субботу Великого поста) 1097 г. Мстислав получил известие о том, что Олег внезапно начал военные действия и угрожает нападением. Ему удалось наскоро собрать войска, к тому же 26 февраля к Мстиславу подошел его младший брат Вячеслав, присланный отцом. 27 февраля в битве «на Кулачьце» Олег был разбит и бежал в Муром, затем в Рязань, откуда также вынужден был бежать. Мстислав заключил мир с муромцами и рязанцами и вновь предложил Олегу мир, который теперь был принят. На этом война с Олегом завершилась (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 236–240).

Письмо Мономаха напрямую связано с этими событиями. Исследователи единодушны в высокой оценке этого памятника, прежде всего, с нравственной точки зрения. И в самом деле, Мономах прощает убийцу своего сына (при том, что погибший приходился крестным сыном Олегу, т. е. было совершено двойное преступление, своего рода сыноубийство!), сам кается (!) перед ним и утешает (!) его и предлагает заключить мир, забыв о прежних обидах. Как отмечает Д. С. Лихачев, мировая история не знает «ничего похожего» на это «письмо победителя Мономаха к своему побежденному врагу» (Лихачев Д. С. Великое наследие. М., 1979. С. 142–144). В отношении этой справедливой оценке можно, пожалуй, сделать лишь одно уточнение: у нас нет уверенности в том, что письмо Мономаха было написано после окончательного поражения Олега; скорее, как мы увидим, наоборот.

Война Олега с сыновьями Мономаха продолжалась ровно полгода: с начала сентября 1096 г. по самый конец февраля 1097 г. По-видимому, можно поискать основания и для более точной датировки письма.

О я, многострадальный и печальный! Много борешься, душа, с сердцем и одолеваешь сердце мое; все мы тленны, и потому помышляю, как бы не предстать перед страшным Судьею, не покаявшись и не помирившись между собою.

«Что лучше и прекраснее, чем жить братьям вместе». 

Это я тебе написал, потому что понудил меня сын (мстислав) мой, крещенный тобою, что сидит близко от тебя. Прислал он ко мне мужа своего и грамоту, со словами: «Договоримся и помиримся, а братцу моему Божий суд пришел. А мы не будем за него мстителями (изяслав), но положим то на Бога, когда предстанут они пред Богом; а Русскую землю не погубим». И, увидел смирение сына моего, сжалился я и, Бога устрашившись, сказал: «Он по молодости своей и неразумию так смиряется, на Бога возлагает; я же – человек, грешнее всех людей».

Послушал я сына своего, написал тебе грамоту: примешь ли ты ее по-доброму или с поруганием, то и другое увижу из твоей грамоты. Этими ведь словами я предупредил тебя, чего я ждал от тебя, смирением и покаянием желая от Бога отпущения прошлых своих грехов

Посмотри, брат, на отцов наших: что́ они скопили и на что им одежды? Только и есть у них, что́ сделали душе своей. С этими словами тебе первому, брат, надлежало послать ко мне и предупредить меня. Когда же убили дитя, мое и твое, пред тобою, следовало бы тебе, увидев кровь его и тело его, увянувшее подобно цветку, впервые распустившемуся, подобно агнцу заколотому, сказать, стоя над ним, вдумавшись в помыслы души своей: «Увы мне, что я сделал! И, воспользовавшись его неразумием, ради неправды света сего суетного нажил я грех себе, а отцу и матери его принес слезы!»

Богу бы тебе покаяться, а ко мне написать грамоту утешительную да сноху мою послать ко мне (жена изяслава была в плену у олега) , – ибо нет в ней ни зла, ни добра, – чтобы я, обняв ее, оплакал мужа ея и ту свадьбу их, вместо песен: ибо не видел я их первой радости, ни венчания их, за грехи мои. Ради Бога, пусти ее ко мне поскорее с первым послом, чтобы, поплакав с нею, поселил у себя, и села бы она как горлица на сухом дереве, горюя, а сам бы я утешился в Боге.

Разве удивительно, что муж пал на войне? Умирали так лучшие из предков наших. Но не следовало ему искать чужого и меня в позор и в печаль вводить. Подучили ведь его слуги, чтобы себе что-нибудь добыть, а для него добыли зла. И если начнешь каяться Богу и ко мне будешь добр сердцем, послав посла своего или епископа, то напиши грамоту с правдою, тогда и волость получишь добром, и наше сердце обратишь к себе, и лучше будем, чем прежде: ни враг я тебе, ни мститель. Не хотел ведь я видеть крови твоей у Стародуба; но не дай Бог видеть кровь ни от руки твоей, ни от повеления твоего, ни от кого-либо из братьев. Если же я лгу, то Бог мне судья и крест честной! Если же в том состоит грех мой, что на тебя пошел к Чернигову из-за язычников, я в том каюсь, о том я не раз братии своей говорил и еще им поведал, ибо я человек.

Если тебе хорошо, то... если тебе плохо, то вот сидит подле тебя сын твой крестный с малым братом своим и хлеб едят дедовский (вероятным, что именно через Вячеслава и должно было быть передано послание Мономаха Олегу и именно Вячеслав (младший на тот момент из сыновей Мономаха) и имелся в виду как «малый брат» Мстислава, сидящий вместе с братом, «хлебъ едучи дедень) а ты сидишь на своем хлебе, об этом и рядись. Если же хочешь их убить, то вот они у тебя оба. Ибо не хочу я зла, но добра хочу братии и Русской земле. А что ты хочешь добыть насильем, то мы, заботясь о тебе, давали тебе и в Стародубе отчину твою. Бог свидетель, что мы с братом твоим рядились (заключали договор) , если он не сможет рядиться без тебя. И мы не сделали ничего дурного, не сказали: пересылайся с братом до тех пор, пока не уладимся. Если же кто из вас не хочет добра и мира христианам, пусть тому от Бога мира не видать душе своей на том свете!

Конец-раскаяние в грехах, просьба бога помиловать

Пощади меня, Спасе, родившийся и сохранивший Родившую Тебя нетленною по Твоем рождении, когда возсядешь судить дела мои, как Безгрешный и Милостивый, как Бог и Человеколюбец! Дева Пречистая, не искушенная браком, Богом обрадованная, верующим наставление, спаси меня, погибающего и к Сыну Твоему вопиющего: «Помилуй меня, Господи, помилуй! Если хочешь судить, не осуждай меня на вечный огонь, не обличай меня яростью своею – молит Тебя Дева Чистая, родившая Тебя, Христе, и множество ангелов, и мучеников сонм».

Во имя Христа Иисуса, Господа нашего, которому подобает честь и слава, Отцу и Сыну и Святому Духу, всегда и ныне и присно во веки!

Святитель Кирилл Туравской “Слово о снятии Тела Христова с креста” «Слово о снятии тела Христова с креста, о мироносицах и похвала Иосифу» (далее — «Слово о снятии тела Христова») — единственное из восьми бесспорно принадлежащих Кириллу Туровскому риторических произведений, имеющее несколько редакций. О заголовке: «Слово» имеет подзаголовок, в котором автор раскрывает структуру своего произведения, порядок его изложения. Такой прием характерен в целом для литературы того времени и для произведений Кирилла Туровского, в частности. Конкретный адресат не назван. Видимо, автор обращает свои «душеполезные слова» ко всем, кто его захочет услышать. История создания: Одним из источников «Слова о снятии тела Христова» Кирилла Туровского стало Слово Епифания Кипрского (нач.: «Что днесь безмолвие много на земли…»), из которого, по мнению В. П. Виноградова, взята идея монолога (плача) Иосифа и некоторые конкретные реализации. Все проповеди Кирилла Туровского были написаны в 12 веке, т. е. и эта проповедь тоже. Редакции произведения: Структура и широкая тематика «Слова…» способствовали появлению нескольких редакций произведения в русской письменности XVI-XVII вв. Существует шесть редакций. Наиболее часто встречается четвертая редакция. Создатель четвертой редакции извлек и использовал плачь Марии и монолог Иосифа, сохранив эту часть почти в том же виде, но изменил вступление. Жанровая система: 1. Слово — «Слово» в древнерусской литературе наиболее употребительное заглавие сочинений, иногда заменяемое другими: Сказание, Повесть, Поучение. Иногда Слово опускается в заглавии, но подразумевается; например, Об Антихристе. 2. Проповедь– самый свободный жанр. Структура проповеди, её канон– широкий: вступление, развертывание темы, особенности, заключение. Сюжет: «Слово о снятии тела Христова» Кирилла Туровского имеет сюжетную основу: когда Богородица оплакивает распятого Христа (“Увы мнѣ, чадо мое, свѣте и творче тваремъ! Что Ти ныня въсплачю? Заушения ли, ци ли за ланиту ударения и по плещема биения, уз же, и тьмницѣ, и заплевания святаго Ти лица, яже от безаконьник за благая приять?”// “Увы мне, чадо мое, свет и Создатель творенья! Как же оплачу я ныне тебя? Закланье ли, или удар по щекам, и битье по плечам, цепи твои и темницу, или плевки в святое лицо, что от хулителей принял за доброе дело?”), это слышит Иосиф Аримафейский. Он отправляется к Пилату (“ Умилив же ся Иосиф плачевными тоя глаголы, не рече: «Жьрци на мя въстануть и озлоблять, июдѣи въскрамолять и побиють мя, фарисѣи разграбять мое богатьство, буду же и сборища отлучен». Ничто же сих не рече, нъ вся уметы створи и о своемь бо не родив животѣ, да Христа приобрящеть.”// “ Иосиф, умилившись столь слезным прошением, не сказал: «Жрецы на меня поднимутся и озлобятся, иудеи вознегодуют и побьют меня, фарисеи разграбят мое имущество, и буду я отлучен от их общества». Нет, ничего подобного он не сказал, но всем пренебрег и, о жизни своей не заботясь, решил Христа отыскать.”) и просит у него тело Иисуса (“И си вся слышав от Иосифа Пилат дивися, и призва сътьника въпроси и: «Аще уже умреть пропятый Исус?» И увѣдав, дасть тѣло Иосифу, да его погребеть, яко же хощеть”// “И услышав все это от Иосифа, Пилат удивился, и призвал сотника, и спросил его: «Умер ли уже распятый Иисус?» И, удостоверившись в этом, отдал тело Иосифу, дабы его схоронил, как пожелает.”). А затем погребает его (“Тѣмь же сице възглашая погребу тя, милостиве, якоже святымь наученъ бых Духом: «Святый Боже, святый крѣпъкый, святый бесмьртьне, помилуй нас!»”//”Поэтому, так возглашая, я тебя погребу, наученный Духом Святым: «Святый Боже, святый сильный, снятый бессмертный — помилуй нас!»”). После чего начинают происходить посмертные чудеса: “«Вечер в суботу придоша двѣ женѣ видѣтъ гроба; при нею же трус бысть, егда ангел отвали камень от двьрий, и от страха его омьртѣша стрѣгущеи». Тѣма тъгда и сам Исус явлься рече: «Радуйтася, идѣта к братии моей, да идуть в Галилѣю, и тамо видять мя».”// “ «Вечером в субботу пришли две женщины взглянуть на гробницу; при них же тогда произошло землетрясение, когда ангел отвалил камень от входа, и, этого устрашась, омертвели стражники». К ним же тогда явившись, сам Иисус сказал: «Радуйтесь, обе ступайте к братье моей, пусть идут в Галилею и тамувидятменя».” Композиция: Произведение четко структурировано: небольшое вступление, плач Марии, монолог (речь к Пилату и плач) Иосифа, рассказ о мироносицах и похвала Иосифу Аримафейскому. Заключением служит обращение к Иосифу с просьбой о помощи и защите. В композиционном плане произведение не сложное. Условно его можно разделить на три части: вступление (значимость праздника Пасхи), основная часть– рассказ о распятии Иисуса, плач Марии у тела сына и погребение Иисуса, его воскресение; восхваление Иосифа, который, как никто, был предан Иисусу: «Блажно руце твои, Иосифе, на него же сына божия и всех творца держал еси тело». Третья и заключительная часть произведения– молитва за город, князя и народ, что для торжественных «слов» Кирилла Туровского– факт необычный. Большая часть произведения отведена прямой речи персонажей. Описанию отводится незначительное место. Все это объясняется задачами произведения: передача событий, которые должны поучать и просвещать читателя, на практическом примере доказать правоту своих убеждений. Тематика: Изображение величия жертвы Христа как акта любви к людям и смирения. Кирилл Туровской подчеркивает значение этого события для спасения человечества, показывая, что через страдания Христа люди получили прощение грехов и возможность достичь вечного жизнь. Он обращается к верующим с призывом к покаянию и последованию Христу, показывая, что вера должна проявляться не только в словах, но и в делах. Цель написания: Основной цель написания этого произведения- желание автора донести до читателя поучительную историю, которая развивает в человеке благородные христианские чувства, приобщает неверующих к вере и укрепляет христианские догмы в верующих. Герои: 1. Иисус 2. Иосиф Аримафейский, 3. Мария– мать Иисуса, 4. Мария Магдалин, 5. Пилат, 6. Никодим, 7. Марк, 8. Лука, 9. Два ангела, 10. Петр. ● Иисус Христос в данном «слове» уже не центральная фигура, главным «героем» становится Иосиф, который упросил Пилата похоронить Иисуса как положено. Этот поступок, по мнению автора, достоин признания Иосифа «блаженным», т.е. святым «Блажен еси, Иосифе, паче патриарх Авраама, Исаака и Якова! Его же бо они глас тъчию слышавъше, чъстьии и славьии паче всех явишася, того же ты въ плащаницю обии еси тело. Блажен еси, Иосифе, яко мьртвьца, каменемь покрыл еси въ гробе, чая тридневнаго въскресения!» ● Особый интерес в плане ораторского красноречия в «слове» составляют монологи-обращения Девы Марии (плач над телом умершего Христа, мольба к Иосифу) и похвала автора Иосифу. В этих монологах автор показал все свое мастерство как ритора и «красносказителя». Плач Девы Марии поражает читателя своей искренностью и глубокой печалью. Автор для придания монологу большей драматичности прибегает к различным ораторским приемам: обращениям, восклицаниям, применяет слова-междометия, которые придают речи большую эмоциональность, использует анафоры, многократные повторы и т.д. Какому празднику посвящено?: Проповедь посвящена снятию тела Христа с креста и его погребению (что указано в названии произведения). Завершается сюжетная линия проповеди эпизодом воскрешения Христа “Марко же о всѣхъ повѣдаеть мюроносицах яже с вонями въ суботу придоша: и вълѣзъше въ гроб, видѣша уношю одесную сѣдяща, и ужасошася. Он же рече имъ: «Не ужасайтеся! Не вам бо есть страхъ, нъ безаконьным жьрцьмъ, съ стрѣгущи сде войны. Вы же видете тъщь гроб и рьцѣте апостолом: “Христос въскресе!” Видите, — без телесе есть плащаница, и о плотьномь Исусовѣ хвалителя въстании; будѣте благовѣстьцѣ человѣчьскому спасению, рьцѣте апостолом: “Днесь спасение миру!”»”// “Марк же обо всех повествует мироносицах, которые с благовониями в субботу пришли; и, войдя в гробницу, увидели юношу, сидящего справа, и ужаснулись. Он же сказал им: «Не ужасайтесь! Ибо не вам теперь страх, но беззаконным жрецам со стерегущими здесь воинами. Вы же осмотрите пустую гробницу и передайте апостолам: “Христос воскрес!” Видите, без тела уже пелена, возносите хвалу о воскресении Иисуса во плоти, будьте благовестницами человеческого спасения, скажите апостолам: “Сегодня спасение миру!”»”, поэтому отчасти она посвящена празднику воскресения Христа- т. е. Пасхе. Что делает проповедь торжественной?: Торжественность "Слова" объясняется в первую очередь тем, что написано оно в честь воскресения Христа, собственно: "Так сначала воскресением Христовым очистился мир и настала Пасха, освящая всех в вере; затем Фоминым опознаньем ребер Христа возродилось творенье: как только коснулся рукою он ран, всем подтвердилось Христа воскресение во плоти.". Главное, запомните, что в честь Пасхи, Воскресения, в честь того, что этим мир очистился от грехов. В этом и заключается торжественность. Почему восторг?: В «Слове о снятии тела Христова с креста» автор, святитель Кирилл Туровский, восторгается благочестивыми действиями Аримафейского, который после распятия послужил телу Христову. Иосифа Он прославляет Иосифа как совершителя Божьего таинства и исполнителя пророческих предсказаний. Например, автор пишет: “Достойно послуживъ, яко и херовими, Божию телеси; нъ они невидимо на своею дьржаще раму, страхомь своя покрывають лица, ты же радуяся на своею руку Христа Бога носил еси. Блажен еси, Иосифе, паче патриарха Аврама, Исака и Якова! Его же бо они глас точию слышавъше, чьстьнии и славьни паче всѣхъ явишася, того же ты в плащаницю обил еси тѣло.” (Достойно послужил, как и херувим, Божьему телу; но те невидимо, на своих держа плечах, от страха свои прикрывают лица, ты же, Иосиф, более патриархов Авраама, Исаака и Иакова! Ибо они только голос его слышали — и в чести и славе над всеми возвысились, ты же обвил пеленами Божие тело) Также в произведении восхваляется вера Иосифа в трёхдневное воскресение (Трёхдневное воскресение — это учение о том, что Иисус Христос воскрес из мёртвых в третий день. Это одно из главных вероучений христианства. Считается, что этот срок относится не только к Христу, но и к людям, чьи души вознесутся к небесам на третий день своей кончины), благодаря которой он прикрыл тело Христа в гробнице камнем, ожидая этого события. Чем выражается восторг? Изобразительную часть "Слова" составляют, не считая связующих описательных пассажей, четыре раздела: 1) плач Богоматери у ног распятого на кресте и уже почившего Иисуса Христа Тварь съболѣзнуеть ми, Сыну, твоего зрящи бес правды умьрщвения. Увы мнѣ, чадо мое, свѣте и творче тваремъ! Что Ти ныня въсплачю? Заушения ли, ци ли за ланиту ударения и по плещема биения, уз же, и тьмницѣ, и заплевания святаго Ти лица, яже от безаконьник за благая приять? Увы мнѣ, сыне! Не повиньнъ ты поруган бысть и на крестѣ смерти въкуси. Како тя трниемь вѣнчаша, и зълчи с оцтомь напоиша, и еще и пречистая ти ребра копиемь прободоша! Ужаснуся небо и земля трепещеть, июдѣйска не тьрпяше дерзновения; солнце помьрче и камение распадеся, жидовьское окаменение являюще. Вижю тя, милое мое чадо, на крестѣ: нага висяща, бездушна, безречна, не имуща видѣния, ни доброты, и горько уязвлюся душею. И хотѣла быхъ с тобою умрети, — не терплю бо бездушна тебе зрѣти. Радость мнѣ отселѣ никако не прикоснеться, — свѣтъ бо мой и надежда и живот, Сын и Бог, на древѣ угасе. «Мир соболезнует мне, Сын мой, видя неправду казни твоей. Увы мне, чадо мое, свет и Создатель творенья! Как же оплачу я ныне тебя? Закланье ли, или удар по щекам, и битье по плечам, цепи твои и темницу, или плевки в святое лицо, что от хулителей принял за доброе дело? Увы мне, мой сын! Неповинный, ты поруган и принял смерть на кресте. Как тебя терньем венчали, напоили желчью с уксусом, а еще и пречистые ребра твои копьем прокололи! Содрогнулось небо и земля трепещет, иудейской не перенеся дерзости; солнце померкло и камни распались, еврейское окаменение являя. Вижу тебя, милое чадо мое, на кресте: наг ты висишь, бездыханен, незряч, не имея ни облика, ни красоты, и, горькая, я уязвляюсь душою. Как хотела бы я с тобой умереть — не могу бездыханным видеть тебя. Никакая больше меня не коснется радость, ибо свет мой, надежда и жизнь, Сын и Бог, на кресте угас. 2) речь Иосифа Аримафейского к Понтию Пилату, представляющая собой просьбу о разрешении снять Спасителя с креста для погребения; Дерзнув въниде къ Пилату и въпроси глаголя: «Дажь ми, огѣмоне, тѣло страньнаго оного Исуса, распятого межю двѣмя разбойникома, оклеветанаго от архиерѣи завистию и поруганаго от воин бес правды. Дажь ми тѣло оного Исуса, его же Сыномь Божиемь нарицяхуть книжьници[26] и цесарьмь повѣдаху фарисѣи; ему же ты повелѣ над главою дъску прибити, имущю писание: “Се ст Сын Божий и цесарь Израилевъ” Дерзко вошел он к Пилату и попросил, говоря: «Дай мне, наместник, тело странника Иисуса, распятого меж двух разбойников, оклеветанного жрецами по зависти и поруганного воинами неправедно. Дай мне тело Иисуса, которого Сыном Божьим называют книжники, а фарисеи объявляли царем; над его головою ты велел прибить доску с надписью: “Вот Сын Божий и царь Израиля”. 3) плач самого Иосифа над останками Христа перед приданием их земле; «Солнце незаходяй, Христе, творче всѣхъ и тваремъ Господи! Како пречистѣмь прикоснуся тѣлѣ твоемь, неприкосновьньну ти сущю небесным силам, служащим ти страшьно? Кацѣми же плащаницами обию тя, повивающаго мьглою землю и небо облакы покрывающаго? Или какы воня възлѣю на твое святое тѣло, ему же дары съ вонями пьрсьстии принесъше цесари,[44] яко Богу поклоняхуся, преобразующе твое за вьсь миръ умьрщвение? Кыя ли надгробьныя пѣсни исходу твоему въспою, Ему же въ вышьних немолчьными гласы серафимы поють? Како ли понесу тя на моею пьрстьною руку, носящаго тварь всю, невидимаго Господа? Како ли въ моемь худѣмь положю тя гробѣ, небесный круг утвердивъшаго словомь и на хѣровимѣхъ с Отцомь и съ Святымь почивающаго Духомь? Обаче си вся смотрениемь твориши и вся си своею волею претерпѣлъ еси; идеши бо в ад, да Адама от ада с Евгою, падъша преступлениемь, пакы въведеши в рай и прочая с нима въскрьсиши мьртвьца, своего божества силою. Тѣмь же сице възглашая погребу тя, милостиве, якоже святымь наученъ бых Духом: «Святый Боже, святый крѣпъкый, святый бесмьртьне, помилуй нас!» Солнце незаходящее, Христос, творец всех и повелитель творения! Как святого смел я коснуться тела твоего, если не могут тебя коснуться небесные силы, что со страхом служат тебе? Какими пеленами обовью тебя, обвивающего землю мглою и небо облаками покрывающего? Или какие благовония возолью на твое святое тело, которому, дары с благовониями принесши, персидские цари как Богу поклонялись, предвидя твое за весь мир умерщвление? Какие погребальные песни исходу твоему воспою, если в вышних немолчным гласом поют уже серафимы? Как понесу я на тленных моих руках несущего все творение незримого Господа? Как в моей жалкой положу я гробнице тебя, небесный круг утвердившего словом своим и на херувимах с Отцом и Святым возлежащего Духом? Но все по предначертанию делаешь ты, и все претерпел ты по воле своей: ибо идешь ты в ад, чтобы Адама из ада и Еву, падших в грехе, снова в рай возвести, и прочих с ними умерших воскресить силой твоего божества. Поэтому, так возглашая, я тебя погребу, наученный Духом Святым: «Святый Боже, святый сильный, снятый бессмертный — помилуй нас!» 4) речь юноши, или ангела, к женам-мироносицам о воскресении Христа и, соответственно, отсутствии его тела во гробе. «Не ужасайтеся! Не вам бо есть страхъ, нъ безаконьным жьрцьмъ, съ стрѣгущи сде войны. Вы же видете тъщь гроб и рьцѣте апостолом: “Христос въскресе!” Видите, — без телесе есть плащаница, и о плотьномь Исусовѣ хвалителя въстании; будѣте благовѣстьцѣ человѣчьскому спасению, рьцѣте апостолом: “Днесь спасение миру!”» Не ужасайтесь! Ибо не вам теперь страх, но беззаконным жрецам со стерегущими здесь воинами. Вы же осмотрите пустую гробницу и передайте апостолам: “Христос воскрес!” Видите, без тела уже пелена, возносите хвалу о воскресении Иисуса во плоти, будьте благовестницами человеческого спасения, скажите апостолам: “Сегодня спасение миру!”» Так что посредством этих речей ритору удается поведать о всей истории вочеловечения Сына Божия и попутно преподать основные истины вероучения- о Троице, Богоматери, спасении человечества во Христе. Риторические восклицания (это эмоционально окрашенное предложение с восклицательной интонацией): «Увы мнѣ, сыне!». «Увы мнѣ, Исусе мой, драгое имя!». «Како тя трниемь вѣнчаша, и зълчи с оцтомь напоиша, и еще и пречистая ти ребра копиемь прободоша!» (Как тебя терньем венчали, напоили желчью с уксусом, а еще и пречистые ребра твои копьем прокололи!) (Обилие риторических вопросов и восклицаний– один из приемов ораторского искусства, с помощью которого автор проникает в душу и сердца читателей и слушателей, заставляет их обратить внимание и помогает читателям проникнуть в суть поставленной проблемы произведения и разобраться в ней). Риторические вопросы, на которые каждый раз даются ответы- то отрицательные, то положительные: «Како начну или како разложю? Небом ли тя прозову? Но того светьлей бысть благочестьем... Землю ли тя благоцветущю нареку? Но тоя честьней ся показа... Апостоломь ли тя именую? Но и тех вернее и крепъчею обретеся... Священомученикомь ли тя нареку?... Аще бо и не въгрузися в твоя перси оружие, ни прольяся твоя от меча кровь, но изволением и верою по Христе положил еси душю» (Как начну и как я продолжу? Небом ли тебя назову? Но неба светлее ты благочестьем, ибо во время страданий Христа небо померкло и свет свой закрыло, ты же тогда торжественно на своих руках Бога носил. Землею ли благоцветущей тебя назову? но и той ты честнее себя показал, ибо тогда и она от страха тряслась, ты же торжественно божие тело, с Никодимом пеленами благовонными обвив, положил) Риторическое обращение к читателю: «Радуйся, обрадованная, с тобою господь!». (В «слове» меньшее количество обращений к читателю (встречается по одному в самом начале и в конце произведения). Инверсия, которая характерна для языка книжного типа (нарушение обычного порядка слов в предложении): «Ныня же зрю тебе, акы злодея, межю двема повешьна разбойникома и понием прободена въ ребра мьртвьца, и сего ради горько изнемогаю».( Ныне же вижу тебя, как злодея, распятого меж двух разбойников и копьем пробитого в ребра — мертвого, и вот почему я в горести силы теряю.) «Слышите небеса и море с землею, внушайте моих сльз рыдание, сех бо творець вашь от священник страсть приемлеть, един праведьи за грешнины и безаконьнины убиен быеть». Параллелизм синтаксических конструкций (это одинаковый или сходный порядок синтаксических конструкций: смежных предложений и фраз): «Како пречистемь прикоснуся теле твоем, неприкосновьньну ти изщу небесным силам служащимьти страшьно! Кацеми же плащаницами обию тя, повивающаго землю и небо облакы покрывающаго!». (Как святого смел я коснуться тела твоего, если не могут тебя коснуться небесные силы, что со страхом служат тебе? Какими пеленами обовью тебя, обвивающего землю мглою и небо облаками покрывающего?) «Како ли понесу тя на моею пьрстьною руку, носящаго тварь всю, невидимаго Господа? Како ли въ моемь худѣмь положю тя гробѣ, небесный круг утвердивъшаго словомь и на хѣровимѣхъ с Отцомь и съ Святымь почивающаго Духомь? » (Как понесу я на тленных моих руках несущего все творение незримого Господа? Как в моей жалкой положу я гробнице тебя, небесный круг утвердившего словом своим и на херувимах с Отцом и Святым возлежащего Духом?) (Параллельное, схожее построение предложений придает речи своеобразную напевность, слаженность. Это тоже своеобразный прием автора, с помощью которого делается эмоциональный акцент на произносимое, а слушатели и читатели не оставят подобно построенную речь без внимания). Обилие сравнений, эпитетов, метафорических и образных средств: «Солнце незаходяй, Христе, творче всех и тварим господи! Кацеми же плащаницами обию тя, повивающаго мылою землю и небо облакы покрывающаго!» (Солнце незаходящее, Христос, творец всех и повелитель творения!Какими пеленами обовью тебя, обвивающего землю мглою и небо облаками покрывающего?) (Свидетельствуют об образном мышлении автора и его мастерстве). Лексический повтор (повторение одного и того же или однокоренного слова, а то и нескольких слов): «Святый Боже, святый крѣпъкый, святый бесмьртьне, помилуй нас!», «Ты бо еси, о немь же писаша пророци, дозряще духомь твоего въчеловечения. Ты еси, его же прообразиша патриархи агньца божия, всего мира грехы взяти хотящаго» Эпитеты(это образное определение, средство художественной выразительности. Его используют для создания художественного образа и характеристики литературного героя или обстановки): «Иосифа благообразьнааго», «верховьнии апостоли», "Праздникь от праздника честьнѣй"(важность праздника Вознесения по сравнению с другими), "Пречистая ти ребра"(чистота и святость тела Христа), "Единъ праведьнъ” Олицетворение(это приём, с помощью которого автор наделяет неодушевлённые предметы, животных, природу или отвлечённые понятия свойствами человека): «Ужаснуся небо и земля трепещеть» "Небеса и море с землею, внушайте моих слезъ рыдание". Небо, море и земля наделены способностью слышать и понимать мольбу. Развернутая метафора (и риторический вопрос) (это приём, при котором одно слово или выражение используется вместо другого с целью передать сходство или ассоциации между ними): «Како стоить земля, чюющи тя на себе на крестѣ висяща, иже на водахъ ту въ начатьцѣ основал еси, иже многыя слѣпьца просвѣтив, и мьртвыя словомь въскрѣсивъша твоего божества мановениемъ?» (Как стоит земля, на водах вначале тобой утвержденная, если на себе ощущает тебя на кресте пригвожденным, тебя, божества мановеньем многих слепых осветившего и мертвых словом воскресившего?) Перифраз (и эпитет в 1) (это иносказательное описание предмета или явления без прямого называния): "цѣньнаго от сыновъ Израилев"(Иисус) (цену ценнейшему из сынов Израиля)., «с хранителем твоих словес" (Иосиф) (с хранителем твоего учения) Метафора: "Ребр господень обновися тварь". Воскресение Христа принесло обновление и жизнь всему миру. "Копие бо мою ныня проходить душю". Глубокая боль Богородицы, наблюдающей страдания сына. Психологические детали в проповеди: 1. Горе Марии: ● “ Тварь съболѣзнуеть ми, Сыну, твоего зрящи бес правды умьрщвения. Увы мнѣ, чадо мое, свѣте и творче тваремъ! Что Ти ныня въсплачю?” (“Мир соболезнует мне, Сын мой, видя неправду казни твоей. Увы мне, чадо мое, свет и Создатель творенья! Как же оплачу я ныне тебя?”) Мария выражает глубокую скорбь и отчаяние, осознавая несправедливость казни Иисуса. ● “Како тя трниемь вѣнчаша, и зълчи с оцтомь напоиша, и еще и пречистая ти ребра копиемь прободоша!” (“Как тебя терньем венчали, напоили желчью с уксусом, а еще и пречистые ребра твои копьем прокололи!” ) Она описывает мучения Иисуса, подчеркивая свою боль и сострадание. ● “Вижю тя, милое мое чадо, на крестѣ: нага висяща, бездушна, безречна, не имуща видѣния, ни доброты, и горько уязвлюся душею.” (“Вижу тебя, милое чадо мое, на кресте: наг ты висишь, бездыханен, незряч, не имея ни облика, ни красоты, и, горькая, я уязвляюсь душою.”) Ее слова полны горечи и отчаяния, она не может смириться с видом бессильного и униженного Сына. ● “И хотѣла быхъ с тобою умрети, — не терплю бо бездушна тебе зрѣти. Радость мнѣ отселѣ никако не прикоснеться, — свѣтъ бо мой и надежда и живот, Сын и Бог, на древѣ угасе” (“Как хотела бы я с тобой умереть– не могу бездыханным видеть тебя. Никакая больше меня не коснется радость, ибо свет мой, надежда и жизнь, Сын и Бог, на кресте угас.”) Она готова умереть вместе с ним, ее радость и надежда угасли вместе с жизнью Иисуса. ● “Кде ми, чадо, благовѣствование, еже ми древле Гаврилъ глаголаше: «Радуйся, обрадованная, с тобою Господь!» — цесаря тя и Сына вышняаго нарицая, Спаса миру, и животворца всѣмь, и грѣхомъ потребителя!” (“Где же, чадо, та весть, что некогда мне предрек Гавриил: «Радуйся, благодатная, с тобою Господь!»– царем тебя называя и Сыном всевышнего, Спасителем мира, и всего животворцем, и грехов победителем!”) ● “Ныня моего чаяния, радости же и веселия, Сына и Бога лишена быхъ. Увы мнѣ! О страньнѣм ти рожествѣ тако не болѣх,[23] яко же ныня, Владыко, растьрзаюся утробою, твое видящи тѣло пригвождено к дрѣву.” (“Теперь моей надежды, радости и веселья, Сына и Бога я лишена. Увы мне! При чудесном твоем рождении так не страдала, как теперь, Владыка, разрываюсь я чревом, видя тело твое пригвожденным к кресту.”) ● “Твое бѣ преславно рожество, Исусе, и ныня страшно умерщвение: — единъ от несѣяныя проиде утробы, цѣлы печати моего съблюд дѣвьства и матер мя своего въплъщения показав, и пакы дѣвою схрани.” (“Преславно было твое рождение, Иисусе, умерщвленье же ныне– ужасно: единственный ты от бессеменной утробы родился, не нарушив печати моего девства, и, избрав меня матерью в своем воплощенье, все-таки девою сохранил.”) 2. Одиночество Христа: ● “Вси бо тя оставиша, ужикы же и друзи, Твоих Христе, насладивъшеся чюдес.” (“Ибо все оставили тебя– родные, друзья, твоих, о Христос, насладившись чудес.”) ● “Кде нынѣ ликъ седмьдесятныхъ ученик? Кдѣ ли верховьнии апостоли? Ов бо тя льстию фарисѣомъ предаст, другый же страха ради пред архиерѣи с клятвою отвержеся, не зная тебе человѣка.” (“Где ныне сонм семидесяти учеников? И где властительные апостолы? Тот обманом тебя фарисеям предал, другой же в страхе пред жрецами отрекся, под присягой сказав, что не знает тебя.”) 3. Иосиф: мужество и сострадание: ● “И си слышавъ Иосиф приближися къ горко рыдающей Матери,— его же видѣвъши мольбьными тому оплѣташеся глаголы: «Потъщися, благообразне, къ Пилату безаконному судии, и испроси съ креста съняти тѣло Учителя своего, моего же Сына и Бога.” (“И услышав, Иосиф приблизился к горько рыдающей Матери,– а та его увидела и обратилась с мольбой: «Устремись, благоподобный, к Пилату, преступному судье, и попроси с креста снять тело Учителя твоего, моего же сына– и Бога.”) ● “Ничто же сих не рече, нъ вся уметы створи и о своемь бо не родив животѣ, да Христа приобрящеть.” (“Нет, ничего подобного он не сказал, но всем пренебрег и, о жизни своей не заботясь, решил Христа отыскать.”) Иосиф готов пожертвовать всем ради Христа, его решимость и беззаветная любовь к нему пересиливают страх перед возмездием. ● “Дерзнув въниде къ Пилату и въпроси глаголя: «Дажь ми, огѣмоне, тѣло страньнаго оного Исуса, распятого межю двѣмя разбойникома, оклеветанаго от архиерѣи завистию и поруганаго от воин бес правды” (“Дерзко вошел он к Пилату и попросил, говоря: «Дай мне, наместник, тело странника Иисуса, распятого меж двух разбойников, оклеветанного жрецами по зависти и поруганного воинами неправедно.”) 4. Иосиф: почитание Христа: ● “Како пречистѣмь прикоснуся тѣлѣ твоемь, неприкосновьньну ти сущю небесным силам, служащим ти страшьно?” (“Как святого смел я коснуться тела твоего, если не могут тебя коснуться небесные силы, что со страхом служат тебе?”)- Иосиф чувствует недостойность своей задачи, осознавая величественность Христа. ● “Кацѣми же плащаницами обию тя, повивающаго мьглою землю и небо облакы покрывающаго?” (“Какими пеленами обовью тебя, обвивающего землю мглою и небо облаками покрывающего?”)- Он восхищен величием Христа и чувствует беспомощность перед его мощью. ● “Или какы воня възлѣю на твое святое тѣло, ему же дары съ вонями пьрсьстии принесъше цесари,[44] яко Богу поклоняхуся, преобразующе твое за вьсь миръ умьрщвение?” (“Какие благовония возолью на твое святое тело, которому, дары с благовониями принесши, персидские цари как Богу поклонялись, предвидя твое за весь мир умерщвление?”) ● Како ли понесу тя на моею пьрстьною руку, носящаго тварь всю, невидимаго Господа? Како ли въ моемь худѣмь положю тя гробѣ, небесный круг утвердивъшаго словомь и на хѣровимѣхъ с Отцомь и съ Святымь почивающаго Духомь? (“Как понесу я на тленных моих руках несущего все творение незримого Господа? Как в моей жалкой положу я гробнице тебя, небесный круг утвердившего словом своим и на херувимах с Отцом и Святым возлежащего Духом?”)- Он понимает, что не может понять и охватить величие Христа, но все равно с почтением исполняет свой долг. 5. Божественное предназначение Христа: ● Идеши бо в ад, да Адама от ада с Евгою, падъша преступлениемь, пакы въведеши в рай и прочая с нима въскрьсиши мьртвьца, своего божества силою. Тѣмь же сице възглашая погребу тя, милостиве, якоже святымь наученъ бых Духом (“Ибо идешь ты в ад, чтобы Адама из ада и Еву, падших в грехе, снова в рай возвести, и прочих с ними умерших воскресить силой твоего божества.”) Эти цитаты демонстрируют не только драматизм событий, но и глубину эмоций, веру и почитание Христа как Сына Божьего. Бытовые детали в проповеди: 1. пленица златы, растворены жьньчюгомъ, съ многоцѣньнымь каменьемь, веселять зрящих на ня очи (“Цепи златые, унизанные жемчугом, с драгоценным каменьем, радуют очи глядящих на них”): Сравнение духовной красоты праздников с материальными ценностями, чтобы сделать понятным их значимость для верующих. 2. Иосифа благообразьнааго с мюроносицами похвалим,[21] послуживъшааго по распятии тѣлу Христову, его же евангелист богата нарицаеть, пришьдьша от Аримафѣя (“Иосифа благообразного … богатым, родом из Аримафеи”): Упоминание о социальном статусе Иосифа, подчеркивая, что он был не простым человеком, а значимой фигурой. 3. И купив плащаницю сънять тѣло Исусово съ креста. (“Купив полотна, снял он тело Иисуса с креста”): Конкретное действие Иосифа, подчеркивающее его практическую помощь пр и погребении Христа. 4. “Приде же и Никодим, несы исмѣшение изъмюрно и алойно, достойно цѣны литръ ста; обиста тѣло Христово, помазавше е мюромь” (.“Пришел и Никодим, принесший состав из мирры и алоэ, ценою в сто гривен”:) Упоминание о стоимости мирры и алоэ, свидетельствующее о щедрости и заботе Никодима. 5. “Вдвоем обвили тело Христа пеленами и помазали миррой”: Детали процедуры погребения, делающие события более реальными. 6. Кацѣми же плащаницами обию тя, повивающаго мьглою землю и небо облакы покрывающаго? (“Какими пеленами обовью тебя, обвивающего землю мглою и небо облаками покрывающего?”): Риторический вопрос, подчеркивающий разницу между божественным и человеческим миром. 7. И положиша и въ гробѣ, и привалиша камень великъ къ дверем гробу. Мария же Магдалыни и Мария Ияковля зраста, кде и полагаху (“И положили его в гробницу, и привалили камень огромный к дверям гробницы”): Простой, но важный деталь, подчеркивающий реальность погребения. 8. Пьрвое бо, яко же глаголеть Матфѣи:[48] «Вечер в суботу придоша двѣ женѣ видѣтъ гроба; при нею же трус бысть, егда ангел отвали камень от двьрий, и от страха его омьртѣша стрѣгущеи». (“Ибо в первый раз, как говорит Матфей: «Вечером в субботу пришли две женщины взглянуть на гробницу; при них же тогда произошло землетрясение, когда ангел отвалил камень от входа, и, этого устрашась, омертвели стражники”): Цитата из Евангелия, включающая конкретные детали. 9. “Очень рано пришли женщины к гробнице и нашли камень уже отваленным”: Детальное описание события, делающее рассказ более живым. 10.“с благовониями в субботу пришли”: Упоминание о конкретном дне недели, на который приходилось событие, и о том, что женщины принесли с собой благовония, что делает историю более реалистичной. 11.“и, войдя в гробницу, увидели юношу, сидящего справа”: Описание ангела в конкретной позе и на конкретном месте в гробнице. 12.“Видите, без тела уже пелена, возносите хвалу о воскресении Иисуса во плоти”: Подчеркивается физический факт отсутствия тела Христа в гробнице и приводится призыв к радости. 13.“На трости с губки, пропитанной уксусом, желчи вкусил”: Конкретная деталь о мучениях Иисуса, делающая историю более эмоциональной. 14.“Связан был и терновником венчан, чтоб разорвать дьявольские узы на людях и вражьих обманов шипы уничтожить”: Снова использование метафоры “дьявольские узы” и “вражьих обманов шипы” в контексте реального события. 15.“Камнем с печатями был укреплен, чтобы адские ворота и запоры до основания разрушить”: Описание конкретной методы запечатывания гробницы, усиливающей драматизм события. 16.“Ибо они только голос его слышали– и в чести и славе над всеми возвысились, ты же обвил пеленами Божие тело”: Сравнение Иосифа с патриархами Авраамом, Исааком и Иаковом, делая упор на его прямой контакт с телом Христа. 17.“лик его не осмелившись видеть, в Хориве Моисей, под камнем укрывшись, услышал: «Сзади меня ты увидишь», потому и на Фаворе с Илиею увидев Христа, свидетельствовал, что тот Бог– и человек”: Отсылка к библейским событиям, делающая историю более богатой. 18. “Блажен и благословен тобою, Иосиф, приготовленный склеп, в нем ведь пребыл и Спаситель Христос наш!”: Описание конкретного места погребения Христа и его превращения в святыню. 19.“Блажен ты, Иосиф, совершитель Божьего таинства, исполнитель пророческих предсказаний! Ибо кого Завет и пророки притчами живописали, того ты въявь миррой по святым мазал ранам”: Подчеркивается связь Иосифа с пророчествами и библейскими текстами, делая его личность более значимой.

«Александрия»

В повести «Александрия» языческие и христианские представления об идеале человека дополняют друг друга.

Языческой чертой Александра является его сила и храбрость. Например, юный царь смог укротить вологлавого коня, к которому все боялись подойти: «Александръ же приходя к нему часто; конь же всяку отметая ярость, тихо ко Александру трепеташе повиновением ко царю своему и всаднику». Кроме того, он не побоялся пойти воевать с Дарием лицом к лицу, чтобы защитить воинов от пролития крови: «Царю... подобает со царем битися».

Александр - хитрый человек. Так, царь решил уйти из Афин, чтобы выманить греков из города и убить их: «И сотвори хитрость Александръ, яко неколи потому грецы сотворили. Повеле от града двигнутися войску и самъ с ними отиде». Кроме того, Александр притворился послом и пошел к Дарию, чтобы разузнать о нем: «И се рекъ, в Персиду поиде яко посол к Дарию и листь понесе к Дарию».

Что касается христианских черт, то, в первую очередь, нужно отметить милосердие царя. Например, когда Дарий находился при смерти, Александр пожалел его и не убил. Он сам понес его в город: «…Дариевым речем умилися и скоро с коня сседъ и плашъ с себе снемъ, Дария покры, македоняномъ же повеле на златую колесницу положити его и во град его понести повеле». Милосердие Александра проявляется и в спасении жизни Ависа. Он не убил его, так как слуга поступил храбро, защищая царя Дария: «…понеже за государя своего поболел еси и главу свою за него положил еси, яко единь от македонян се сотворил еси — от руки моея живот тебе дарую, понеже сотворил еси дело, иже никтоже сотвори нигде».

Кроме того, важной чертой является мудрость Александра. Несмотря на юность, он с гордостью отвечал Дарию на письма и не позволял принижать себя: «Не тако бо македоняне безглавны суть, якоже тебе мнитца быти».

Александра отличает любовь к ближним и друзьям. Так, он спас мать Олимпиаду от Анаксархоноса, поцеловал Аристотеля после долгой разлуки, называл врача Филиппа любимым и милым.

первый переходный (вторая и третья треть 13 в)

Слово о погибели Русской земли. Повесть о битве на реке Калке. Повесть о разорении Рязани Батыем. Житие Александра Невского. Моление Даниила Заточника.