Новая институциональная экономическая теория - Шаститко А.Е.

Если же государство устанавливает максимальный уровень ставки процента и он оказывается эффективным (ниже потенци­ ально равновесного), то потери в денежном доходе банка могут быть компенсированы возможностью навязывать свою волю в принятии решений, то есть использовать трансакцию управления [Корнай Я., 1990, с. 536] или самим устанавливать правила, кото­ рые определяют права той или иной категории заемщиков. Таким образом, происходит «вкрапление» элементов трансакции рацио­ нирования (или управления) в трансакцию, которая на первый взгляд является трансакцией сделки. Как показали Дж.Стиглиц, П.Милгром и Дж.Робертс, даже в условиях отсутствия государст­ венного вмешательства ставка процента не используется как единственный инструмент, с помощью которого осуществляется «автоматическое рационирование». Это обусловлено широко из­ вестной в современной экономической теории проблемой ухуд­ шающего отбора. Повышение ставки процента вследствие роста спроса на заемные средства ухудшит качество потенциальных за­ емщиков, усиливая риск невозврата кредитов.

Кроме того, первоначальная спецификация прав собственно­ сти судом вполне может быть дополнена трансакцией сделки, что является элементами разрешения конфликта прав в случае воз­ никновения внешнего эффекта. Данная «связка» трансакций рас­ сматривается как одна из форм институциональной реакции на проблему внешних эффектов.

При анализе отношений между рабом и рабовладельцем, на­ чальником и подчиненным трансакция управления дополняется трансакцией сделки, что позволяет говорить о существовании пусть имплицитного, но контракта. По сути дела, на таком под­ ходе к анализу внутрииерархических отношений в рамках прину­ дительно-направляемого хозяйства была построена концепция административного рынка, экономика согласований, использо­ вавшаяся для объяснения организации обмена в рамках хозяйст­ венной системы, формально характеризующейся строго централи­ зованным порядком принятия решений.

Как было отмечено выше, трансакции основаны на трех ти­ пах отношений: конфликте, взаимной зависимости и упорядо­ ченности. Если конфликт является производным от ограниченно­ сти ресурсов, а взаимная зависимость является следствием суще­ ствования возможности улучшить свое положение посредством взаимодействия, то порядок как достаточное условие актуализа­ ции трансакции основан на определенных правилах, формирую-

200

щих институциональную составляющую трансакции. Правила же отражают не только реализацию взаимных выгод обмена, но и их распределение между участниками. Эта логическая связка оказы­ вается принципиально важной для определения и исследования форм институциональных соглашений, а также институциональ­ ной среды.

В данной главе остался за пределами внимания вопрос о мас­ штабах распространения того или иного типа трансакций в обще­ стве на различных этапах его развития, а также в различных обществах в одно и то же время. Несмотря на все ограничения, типология трансакций, по Дж.Коммонсу, может быть использо­ вана как основа одного из вариантов сравнительного анализа аль­ тернативных форм организации хозяйственной деятельности, или, применяя терминологию Г.Саймона, дискретных институцио­ нальных альтернатив.

§ 3. ТОРГОВЫЕ ТРАНСАКЦИИ И ОБМЕН БЛАГАМИ

Рассмотренные виды трансакций позволяют провести разли­ чие между понятием «трансакция» и «обмен благами». Ключом к проведению различия между этими двумя понятиями является абстракция от пространства и реального времени, в котором про­ текают хозяйственные процессы7. Чистый обмен осуществляется мгновенно и не имеет пространственно-временной составляю­ щей. Как мы увидим в дальнейшем, предложенное допущение вполне соответствует также предпосылке о нулевых трансакционных издержках, позволяющих специально не рассматривать ин­ ституциональные аспекты процесса размещения ресурсов, опре­ деляя их как гипотезу к случаю.

Строго говоря, «похожей» на обмен благами является только торговая трансакция. Вот почему основное внимание в данном разделе будет сконцентрировано на соотношении понятий «торго­ вая трансакция» и «обмен». Различие между трансакцией сделки и обменом благами становится более очевидным, если развести их не только во времени (по принципу «легальный контроль — будущий физический контроль»), но и по характеру воспроизводимости.

Если торговая трансакция — это присвоение одних прав по­ средством отчуждения других, то обмен предполагает сделку в физическом выражении, то есть перемещение благ, значимость

7 Достаточно вновь вспомнить предпосылки построения модели общего равнове­ сия Л Вальрасом, которые были выделены Д Нортом (1997)

201

которых выражается в ценности прав на них. Например, фью­ черсные сделки — это наиболее чистый пример трансакции в от­ личие от обмена, когда продается и покупается только право на приобретение или продажу товара в будущем, хотя последний может еще не существовать, например зерно (если сделка заклю­ чается весной 2002 года о поставке соответствующей партии зерна урожая 2002 года осенью по заранее оговоренной цене).

При разграничении обмена благами и трансакции может быть также использовано двойное значение понятия «товар», ко­ торое вкладывал в него Дж.Коммонс [Commons J., 1950, p. 44] — технологическое и собственническое (proprietary). В соответствии со здравым смыслом, основанным на непосредственном воспри­ ятии взаимодействия между экономическими агентами, из рук в руки передается только определенное количество товара X в об­ мен на определенное количество денег М. Между тем важнейшим моментом данного процесса являются двойное отчуждение и при­ своение прав собственности [Commons J., 1950, p. 46]. Таким об­ разом, строго говоря, предлагаются к покупке и продаже права собственности на товары, а не непосредственно объекты права собственности [Commons J., 1950, p. 48—49]. Соответственно цена блага отражает не только его ценность, основанную на физиче­ ских характеристиках, но и ценность, связанную с набором отчу­ ждаемых и присваиваемых прав. Сформулированный подход к разграничению торговой трансакции и обмена благами коррес­ пондирует с понятием бьюкененовского товара, который опреде­ ляется как пара, состоящая из «обычного» товара (блага) и опре­ деленной контрактной формы его покупки или продажи [Тамбовцев В.Л., 2001а, с. 34].

Если обмен обязательно предполагает однократную передачу прав, то для трансакции это лишь частный случай. Например, обеспечение права собственности путем соблюдения его режима теми, кто обладает правами, и теми, кто должен считаться с эти­ ми правами, то есть субъектами — носителями обязанностей. В данном случае перераспределения прав собственности посред­ ством отчуждения и присвоения не происходит, а лишь воспроиз­ водится уже существующее право через присвоение для одного экономического агента и отчуждение для другого. Таким образом, временной аспект здесь действительно имеет значение, поскольку влияет на текущую ценность потока будущих доходов.

В зависимости от того, включаются ли элементы данного ви­ да отношений в трансакцию или нет, издержки, связанные с обеспечением режима права собственности, будут (не будут) рас-

202

сматриваться как вид трансакционных. Одним из вариантов ре­ шения этой проблемы является использование классификации благ, предложенной К.Менгером в «Основах политической эко­ номии»: материальные блага и полезные действия, а также без­ действия [Менгер К., 1992, с. 42]. Тогда бездействие одного эко­ номического агента в отношении имущества другого будет рас­ сматриваться как условная услуга, хотя в обмен на нее экономи­ ческий агент, обладающий соответствующими правами, не обязан совершать каких-либо действий. Иными словами, осуществляется латентная трансакция8.

Обеспечение же такого бездействия, которое требует опреде­ ленных затрат времени и ценных активов, если данное право не соблюдается всеми добровольно, оказывается трансакционной услугой [Wallis J., North D., 1987, p. 114—115], о которой будет сказано более подробно в связи с изучением проблемы количест­ венной оценки трансакционных издержек в главе 9.

Предложенная здесь идея на первый взгляд противоречит то­ му, что говорилось о соотношении между трансакцией и обменом. Однако она служит для подчеркивания относительности различий, возможности смещения грани между двумя понятиями. Важно не столько выявленное различие, как таковое, сколько осознание и оценка значения тех последствий, к которым оно ведет.

Рассмотрим в качестве примера трансакции экспортноимпортную сделку между двумя фирмами с применением банков­ ского акцепта9. Предположим, импортер X заинтересован приоб­ рести партию товара А у экспортера Y, однако не имеет для этого достаточно средств. Несмотря на предполагаемую потенциальную взаимовыгодность сделки, различия в интересах делают неопреде­ ленными ее результаты. Это препятствует осуществлению данной сделки. Средством снятия проблемы является банковский акцепт [Усоскин В.М., 1994].

Прежде всего фирма-импортер должна обратиться в свой банк с просьбой об открытии безотзывного товарного аккредити-

8В рамках обобщенной теории выбора предполагается, что человек не в состоя­ нии избежать проблемы выбора Даже уклоняясь от решения той или иной про­ блемы, он на самом деле совершает выбор, но уже в другом отношении. Анало­ гичным образом можно рассуждать и по поводу бездействия. В той мере, в какой оно может интерпретироваться как результат выбора, оно является частным случа­ ем действия.

9Банковский акцепт — акт, в результате которого трассат (в данном случае банк) переводного векселя принимает на себя четко выраженное обязательство выпла­ тить определенную сумму с соблюдением срока платежа [Бернар И , Колли Ж.-К., 1994, с 13]

203

ва в пользу экспортера10. В этом документе определяются условия отгрузки товара и фиксируются права экспортера выставлять срочные переводные векселя11 банку импортера. Банк же должен гарантировать оплату по оговоренным условиям, что выражается в согласии на прием переводного векселя, или акцептовании тратты (синоним векселя). Это обстоятельство подстраховывает последующее действие экспортера — отгрузку товара. Одновре­ менно с отгрузочными документами фирма-экспортер через свой банк отправляет срочную тратту банку импортера, которая может быть реализована на денежном рынке либо погашена в срок. По истечении этого срока импортер реализует товар и возмещает банку расходы.

Нетрудно заметить, что возможность осуществления данной сделки зависит от множества обстоятельств:

1) от существования посредников, специализирующихся в области использования финансовых инструментов и обладающих благоприятной деловой репутацией;

2)от уровня развития денежного рынка, позволяющего легко трансформировать один финансовый инструмент в другой;

3)наконец, от существования минимального уровня доверия между всеми субъектами, имеющими отношение к сделке (им­ портером, экспортером, банком, покупателями срочных тратт на денежном рынке).

Вместе с тем рассмотренные действия субъектов сделки — это лишь отражение применения установленных правил. Таким образом, правила позволяют разрешить сложные проблемы взаи­ модействия между людьми с частично конфликтующими, а час­ тично совпадающими интересами12.

Особенности торговой трансакции во многом определяют и особенности обмена. Во-первых, большое значение имеют прави-

10Аккредитив — документ, с помощью которого банк уведомляет тот банк или агентство, куда обращается аккредитованный клиент, что данный клиент обладает правом снять у них определенную сумму денег в течение определенного срока [Бернар И , Колли Ж -К , 1994, с 20].

"Переводной вексель — коммерческий вексель, которым трассант (кредитор) пору­ чает своему трассату (дебитору) выплатить определенную сумму в установленный срок определенному лицу, бенефициару [Бернар И , Колли Ж.-К , 1994, с 132].

12Конфликт можно рассматривать как ситуацию, в которой множество взаимо­ приемлемых решений оказывается пустым Это возможно в том случае, если сто­ роны преследуют свои интересы в неструктурированной ситуации Однако упоря­ доченный конфликт, то есть конфликт, заключенный в определенные рамки соот­ ветствующими правилами, позволяет не только извлечь взаимные выгоды обмена, но и изменить сам характер отношения

204

ла, по которым совершается трансакция. Выше (см. главу 4) были выделены формальные и неформальные правила. Во-вторых, од­ ним из измерений любой сделки является социальная дистанция. В простейшем случае ее можно определить двузначно: сделка ме­ жду знакомыми и незнакомыми людьми. Одновременное исполь­ зование двух критериев позволяет выделить четыре типа трансак­ ций сделки и соответствующих им видов обмена: формальный безличный, неформальный персонализированный, формальный персонализированный и неформальный безличный. Использова­ ние той или иной формы торговой трансакции зависит от харак­ теристик сообщества, к которому принадлежат заинтересованные стороны, повторяемости сделок, уровня неопределенности и осо­ бенностей обмениваемых благ.

§ 4. ТОВАРНЫЕ И ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ ТРАНСАКЦИИ

Для более полного понимания различия между трансакцией и обменом и, следовательно, собственного содержания трансакции можно использовать классификацию, предложенную Д.Бромли [Bromley D., 1989]. Она основана на типологии действий эконо­ мических агентов, которые могут состоять в выборе одной из аль­ тернатив в рамках данной институциональной структуры либо в выборе между самими институциональными структурами. Иначе говоря, трансакции осуществляются либо в рамках существующей системы правил, либо по поводу изменения данной системы.

Действия, которые экономический агент предпринимает в рамках существующей институциональной структуры, называются товарными трансакциями, тогда как действия, которые предприни­ маются для изменения существующей структуры, будут называться институциональными трансакциями [Bromley D., 1989, р. ПО].

Взаимосвязь между двумя типами трансакций может быть про­ иллюстрирована с помощью «кольцевой диаграммы»( см. рис. 14).

Заметим, товарные трансакции предполагают данность, опре­ деленность институциональной структуры. Таким образом, срав­ нительная характеристика товарных трансакций и их результатов предполагает сравнимость системы координат, которую образует институциональная среда. В то же время товарные трансакции и соответственно обмен имеют своим результатом определенные экономические условия, в которых оказывается агент. Именно они являются предпосылками институциональной трансакции как действия, направленного на изменения предпосылок товарной

205

трансакции, а следовательно, и обмена. С этой точки зрения можно объяснить, почему институты, их возникновение и эволю­ ция рассматриваются как побочный результат обмена между иг­ роками. Предложенная здесь схема соответствует рассмотренным в главе 1 пятой и седьмой зависимостям.

Рис. 14. Товарные и институциональные трансакции: кольцевая диаграмма

Традиционно в рамках неоклассического подхода анализ был сосредоточен на экономическом выборе, который делали агенты в рамках данных (и достаточно стабильных) или вообще неспецифицированных институтов. Отсюда дискретность в анализе, по­ скольку за пределами внимания оставались изменения, которые происходили в предпосылках товарных трансакций13. Напомним, что эта дискретность соответствует одной из поведенческих пред­ посылок, выделенных Ж.Лезурном: один период.

Таким образом, институциональная структура оказывалась экзогенной по отношению к модели выбора, тогда как экономи­ ческие условия рассматривались только как результат обмена. От­ сюда нарушение принципа непрерывности, воспроизводимости отношений между людьми в реальном времени.

13 В данном пункте нельзя не упомянуть о характеристиках воспроизводства, кото­ рые были выделены К Марксом [Маркс К, 1983, с 578, 591] Прежде всего вос­ производство оказывается не точько повторяющимся процессом производства, в котором результаты одновременно являются предпосылками, но и воспроизводст­ вом производственных отношений. В нашем случае это означает воспроизводство институциональной структуры

206

Данная классификация трансакций позволяет расширить представление о предпочтениях экономических агентов, которые могут быть неинвариантными по отношению к различным инсти­ туциональным структурам. Однако предпочтения по отношению к различным институциональным структурам оказываются произ­ водными по отношению к тем распределительным результатам, ко­ торые, как ожидается, они должны обеспечивать. Таким образом, изменение институциональных структур включает изменение не только системы правил, но и идеологий, стереотипов мышления.

Сама институциональная трансакция может иметь множество характеристик в зависимости от способов ее осуществления, а также контекста. Контекст имеет значение при определении уровня правил, на изменение которых так или иначе направлены действия людей. Способ осуществления институциональных тран­ сакций может выражаться в создании специальной организации, обеспечивающей изменение правил или использование уже суще­ ствующей организации. Такое институциональное изменение ус­ ловно можно назвать централизованным, поскольку, если пред­ положить, что действия игроков осуществляются через государст­ во, отбор правил игры происходит посредством внешней по от­ ношению к игрокам организации. В то же время существует воз­ можность децентрализованного, спонтанного появления правил, которые вместе с тем сохраняют свойства асимметричности рас­ пределительных результатов.

Институциональная трансакция считается завершенной, если удалось сформировать и стабилизировать ожидания экономиче­ ских агентов посредством воспроизводящегося ограничения аль­ тернатив, из которых они могут выбирать наилучшую. Таким об­ разом, «первичное ограничение», если оно оценивается положи­ тельно, должно быть закреплено (см. приложение 6). Иначе гово­ ря, следует проводить категориальное различие между ограниче­ нием в рамках единичной трансакции и стандартизованным, обобщенным ограничением [Knight J., 1992, p. 127]. Здесь ключе­ вым моментом, или ключевым ресурсом, является «способность надежного формирования экономическим агентом выгодных для себя ожиданий других агентов», что на самом деле является клю­ чевым признаком действенности механизма, обеспечивающего соблюдение правил (см. главу 5). Институциональные предпри­ ниматели, обладающие сравнительными преимуществами в выяв­ лении возможности использования надежных сигналов для ос­ тальных игроков, осуществляют изменения правил игры в соот­ ветствии с воспринимаемыми ими выигрышами.

207

Таким образом, новое равновесие определяется относитель­ ной способностью игроков навязать другому игроку такой способ поведения, который отклонялся бы от поведения в случае неог­ раниченных предпочтений последнего. Возникает только вопрос: каким образом можно измерить эту относительную способность, тем более что метод простой интроспекции, использовавшийся при построении теории экономического выбора как основы ап­ риорной теории человеческого действия, или праксеологии, ока­ зывается неоперациональным.

Единственный вариант состоит в том, чтобы признать, что часть игроков более сильны, чем другие14. В чем выражается пре­ имущество в силе? В том, что в результате слабые игроки следуют принятым правилам не потому, что они обеспечивают Паретоулучшение, а потому, что это лучшее, что они могут сделать. С этой точки зрения согласие и «согласие» оказываются качественно разно­ родными понятиями в силу различного контекста взаимодействия. Рассмотрим сформулированный тезис на нескольких примерах.

§ 5. ПРАВИЛА И ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ

Правила как ключевой элемент институтов обеспечивают стабилизацию отношений между индивидами в обществе, снижая тем самым момент неопределенности и одновременно определяя распределительные последствия взаимодействия экономических агентов. Однако сам процесс возникновения правил, как уже от­ мечалось выше, обусловлен асимметричностью распределения переговорной силы между сторонами. Она существует в форме (1) неравномерного распределения потенциала насилия, (2) неравно­ мерного первоначального распределения богатства, (3) преиму­ ществ получения и передачи информации, (4) различий в меж­ временных предпочтениях и соответствующих им индивидуаль­ ных нормах дисконтирования.

Отсутствие общественно признанного критерия (или крите­ риев) распределения ресурсов приводит к разрушению обменных отношений или препятствует возникновению новых видов обме­ на. Известно, что распределительный конфликт возникает там, где количество ресурсов, на которые индивиды предъявляют пре­ тензии, больше количества располагаемых ресурсов. Проблема ог-

14 Этой асимметрией в распределении силы характеризуются все иерархии См : Менар К , 1996, с 36-46

208

раниченности ресурсов в обществах с установившимся институтом собственности может быть переформулирована в проблему распре­ деления его между индивидами, обладающими формально обосно­ ванными требованиями. Одной из таких проблем является распре­ деление оставшихся на корабле после шторма товаров и имущества.

Купец как поручитель доверяет капитану или судовладельцу как исполнителю перевезти товар в назначенное место. В случае полной определенности или гибели корабля и товаров вопрос о распределении оставшегося имущества не возникает. Особых про­ блем также не возникает в случае, если судовладелец и купец — одно и то же лицо. Поэтому наиболее сложной проблема оказы­ валась в том случае, когда корабль спасен, а вместе с ним и часть товаров.

Со времен античности до средних веков широко применялась практика общей средней для купцов. Судовладельцы исключались из расчета средней, что отражало их преимущества в переговорной силе. Смысл ее состоял в распределении тяжести потерь в соответ­ ствии с первоначальной ценностью груза вне зависимости от того, чей товар пострадал во время плавания в большей степени.

Рассмотрим действие данного правила на примере (табл. 4). Предположим, что на корабле отправляют груз четыре торговца. Ценность груза каждого из них указана во втором столбце. Во время шторма часть груза выбросили за борт с целью повышения плавучести судна. Распределение потерь отражено в третьем столбце таблицы. В четвертом столбце показана величина остатка груза каждого купца, а в пятом — доля каждого из купцов в общей первоначальной ценности перевозимого груза. Эта же доля соот­ ветствует бремени издержек, которые должен нести каждый из них. Таким образом, в пятом столбце определяется величина ценности товаров, причитающихся купцу после завершения рейса.

209